10. 3. 1. Анализ означающего знака. Проблема конкретного и абстрактного, общего, частного и единичного в знаке.

То, каким образом построены абстракции в языке, Платон демонстрирует на примере звуков – материи, из которой построены означающие знаков. Выше уже была приведена соответствующая цитата. Попробуем последовательно проанализировать ее.

«Сократ. Мои слова, Протарх, ясны на примере букв; поэтому ты и уразумей их на буквах, которым обучался в детстве. Протарх. Каким образом? С. Звук, исходящий из наших уст, один, и в то же время он беспределен по числу у всех и у каждого».

Комментарий. Смысл сказанного в последнем предложении, как кажется, сводится к следующему. Если фиксировать какой-нибудь один членораздельный звук, произнесенный неким конкретным человеком, в какой-то конкретный момент, то с некоторой точки зрения он действительно один, с другой же точки зрения он обнаруживает и бесконечное разнообразие, которое состоит в том, что он приравнивается аналогичным звукам, произносимым другими людьми, каждый из которых отличен от другого (по высоте тона или его движению, по тембру, особенностям произнесения и проч.). Таким образом, здесь обнаруживается диалектическое противоречие: с одной стороны, мы приравниваем все аналогичные звуки, произносимые мужчинами, женщинами, детьми, стариками, молодыми людьми и т. д. – это позволяет нам приступить к смыслоразличению, с другой стороны, мы проводим различия между ними, которые позволяют нам, например, понять, и не видя нашего собеседника, что с нами говорит мужчина, женщина, старик, ребенок и т. д²². Отмечу, что Платон указал здесь одну из двух главных причин варьирования звуков – индивидуальность произнесения. Вторая главная причина нормированного варьирования звуков – контекстное влияние одних звуков на другие будет открыта значительно позже.

В современной лингвистике это диалектическое противоречие разрешается введением уровней представления данной единицы: на разных уровнях представления единиц (фонетическом, фонологическом, морфонологическом…) действуют свои правила различения и отождествления единиц, каждый уровень представляет некоторый звук в более или менее абстрактном виде, и уровни абстрактности – конкретности упорядочены²³.

«С. Однако ни то ни другое еще не делает нас мудрыми: ни то, что мы знаем беспредельность звука, ни то, что мы знаем его единство; лишь знание количества звуков и их качества делает каждого из нас грамотным» (17а, б).

Комментарий. Смысл этого отрывка, на мой взгляд, содержит идею о том, что без опоры на выделение существенных, релевантных характеристик звуков (их качеств, соответствующих им эйдосов), которое и определяет то небольшое количество абстрактных противопоставленных друг другу единиц (как говорят математики классов эквивалентности), на основе которого и выявляется, сколько букв необходимо и достаточно для того, чтобы исчислить все звуки данного языка, мы не сможем ничего понять о звуковом устройстве слов, не сможем обучиться грамоте.

«Снова в пояснение к сказанному возьмем буквы. П. Каким образом? С. Первоначально некий бог или божественный человек обратил внимание на беспредельность звука. В Египте, как гласит предание, некий Тевт первым подметил, что гласные буквы в беспредельности представляют собой не единство, но множество; что другие буквы – безгласные, но все же причастны некоему звуку и что их также определенное число; наконец, к третьему виду Тевт причислил те буквы, которые теперь, у нас, называются немыми» (18 b – c).

Комментарий. Смысл отрывка, на мой взгляд сводится к тому, что Тевт разделил все звуки речи первоначально на три класса: гласные, безгласные и немые.

«После этого он стал разделять все до единой безгласные и немые и поступил таким же образом с гласными и полугласными, пока не установил их число и не дал каждой в отдельности и всем вместе названия «буква» (στοιχε˜ιον)²⁴. Видя, что никто из нас не может научиться ни одной букве, взятой в отдельности, помимо всех остальных, Тевт понял, что между буквами существует единая связь, приводящая к некоторому единству. Эту связь Тевт назвал грамматикой – единой наукой о многих буквах» (Платон 1994, 3, Филеб 18 b - d (стр. 15)).

Комментарий. В этом отрывке в полном соответствии с тем, как в других диалогах анализируются абстракции, Платон демонстрирует, как нужно анализировать буквы, под которыми он явно подразумевает то, что они обозначают – систему классов звуковых абстракций, в его терминах – эйдосов звуков, которые можно было бы условно назвать фонемами. Фразу «гласные буквы в беспредельности представляют собой не единство, но множество», видимо, нужно понимать так, что гласные представляют собой не однородный класс объектов, а несколько противопоставленных друг другу классов. Смысл всего отрывка состоит, видимо, в том, что звуки следует рассматривать в системном сопоставлении, а не в «отдельности», тогда они обнаруживают различия и сходства, которые позволяют разбить их на несколько крупных классов, которыми являются гласные, безгласные и немые, затем же полученные классы вновь разбиваются на подклассы, те в свою очередь – на еще более мелкие. И так до тех пор, пока мы не дойдем до предела деления на классы, а именно до единичных сущностей, до одноэлементных множеств. Этот дедуктивный способ рассмотрения объектов позволяет Платону дополнить индуктивный метод, примененный им при рассмотрении понятия добродетели в диалоге «Менон». Система противопоставлений задает единое (общее), частное и само единичное. Противопоставления задаются сходствами и различиями. Общее является законом для единичного. Так, если человек добродетелен, то и поведение его добродетельно, если звук – гласный, то его гласность проявляется в способности к слогообразованию, что характерно для каждой гласной, и т. д.

Отрывок, кроме того, демонстрирует, как от абстрактного перейти к конкретному. Для этого необходимо выбрать принцип деления на классы и следовать ему до тех пор, пока не будет достигнут предел и деление объектов на классы не будет исчерпано, т. е. пока не будет достигнуто разделение на одноэлементные множества.

Интересным является и то, что Платон применяет одни и те же методы для анализа (инвентаря) звуков и интенсиональных компонентов слова.