7.2. Современные направления развития организационных структур

Эволюция экономического развития привела к появлению совершенно новых форм организации управления коммерческими предприятиями на глобальных рынках, в том числе – услуг. Соответственно, изменяется роль функции управления в организации. С традиционной точки зрения, фирма рассматривалась в качестве отдельного игрока на рынке, ее границы определялись ее организационной системой, отделяющей ее от окружающей среды. При этом ближайшая внешняя среда рассматривалась состоящей рынков, отличающихся определенной конъюнктурой, на которых фирма совершает транзакции (взаимодействие) с поставщиками (для приобретения ресурсов) и с потребителями (для реализации своих продуктов), в частности – услуг. Современные тенденции состоят в том, что четкая грань между фирмами и рынком, компанией и ее внешней средой становится все более размытой, многие крупные корпорации самоопределяются как «компании, не имеющие границ». Все более значимыми становятся так называемые сетевые организации – комплексные многосторонние организационные структуры, возникающие на основе многосторонних соглашений, партнерств и стратегических альянсов стратегических бизнес единиц (СБЕ) на базе так называемой «стержневой фирмы».

Структуру такой организации можно представить в виде колеса, где «ступица»- головная организация соединена «спицами» – информационными связями с «ободом» – стратегическими партнерами. Для отраслей, где такие структуры появились, прежде всего, характерно следующее:

• уровень технологии весьма высок;

• продукты быстро изменяются и самостоятельное их производство отдельными участниками практически невозможно;

• их рынки часто выходят за границы отдельных стран;

Нетрудно заметить, что эти признаки характерны и для отрасли телекоммуникаций, где также имеют место новые организационные отношения.

Основной характеристикой сетевой организации является ее конфедеративное устройство. Она представляет собой свободную гибкую коалицию, управляемую из единого центра, который берет на себя выполнение таких функций, как образование и управление альянсами, координация финансовых ресурсов и технологических процессов, определение сфер компетенции и формирование стратегий, управление сетевыми информационными ресурсами, определение приоритетных сфер исследований и разработок, формирование отношений с потребителями, юридическая поддержка сети. Управление сетевыми информационными ресурсами часто рассматривается как стратегическая функция, а информационные технологии – считаются основным стимулятором развития новых организационных форм.

Сетевая парадигма исходит из того, что каждая часть процесса или функции должна выполняться независимой, специализированной, эффективно организованной и управляемой структурой, т.е. сетевые структуры становятся средством повышения специализации и конкурентоспособности. Основной акцент перемещается со слова «сделай» на слово «купи»; владение уступает место партнерству, в рамках которого реализуется так называемая «ценностная цепочка продукта» (value chain).

Новые организационные формы существенно изменяют роль и задачи управления фирмы вообще и производственного менеджмента, в частности. Все более очевидным становится не только необходимость управлять взаимоотношениями в рамках стратегического альянса как определенной бизнес-деятельностью (процессом), направленной на организацию потока товаров и услуг от участника к участнику, а затем – к потребителю со взаимной выгодой, но рассматривать управление такой организацией как систему, включающую в себя три уровня: корпоративный, бизнес-уровень СБЕ и операционный или функциональный. На каждом из уровней с большей или меньшей значимостью управление, базирующееся на маркетинговом подходе, может быть рассмотрено в трех измерениях: как культура, стратегия и тактика. Каждый уровень должен разрабатываться в контексте предыдущего более высокого, что дает возможность переходить от разработки стратегии к поиску путей ее реализации. Поскольку осуществляют эти пути люди, обладающие определенными знаниями, а не организационные структуры сами по себе, то роль и ценность специалистов по управлению неизмеримо возрастает.

Далее рассмотрим группы экономических критериев для организации и разрешения альянса или наоборот – его блокирования, в частности, в Европе, которые должны отвечать определенным требованиям: соответствие критериев экономической теории; соответствие стратегическим целями развития телекоммуникаций; оценка наличия (отсутствия) противоречий между строгостью регуляционных законов и общим направлением либерализации сектора.

Если очевидно, что положительные моменты (предложение новых услуг из единого окна, one-stop shopping и др.) превалируют над отрицательными, связанными ,в основном, с ограничением конкуренции, например, ограничениями на подсоединение новых операторов к сети базовых, грабительскими ценами, то следует разрешение на создание альянса. Экономический эффект от создания стратегического альянса заключается в более высокой технологии организации предоставления услуги и оперативности взаимодействия подразделений, а также в большей рыночной силе объединения по сравнению с отдельными участниками. В соответствии с социальными приоритетами считается, что из-за повышения технологического уровня предоставления услуг (что означает производство услуги с минимальными возможными издержками) лучше разрешить альянс. Вместе с этим статическим элементом эффекта можно говорить и о динамической составляющей – возможности предоставлять новые услуги, иным путем которые организовать нельзя. В этом смысле развитие рынка является эффективным, если пользовательские нужды удовлетворяются по минимальной цене путем выбора оптимальной технологии и коммерциализации новых услуг. Этот динамический момент для рынка услуг очень важен из-за наличия больших технологических возможностей у операторов.

Далее, стратегические альянсы оцениваются по их возможности преодолевать фрагментарность национальных рынков и улучшать взаимодействие между операторами. Это очень важно, так как позволяет преодолевать исторически сложившуюся разобщенность европейских национальных рынков услуг связи, которая ограничивает расширение рынков. Полезность, которую пользователь извлекает из такого объединенного рынка, связана с числом абонентов, которые ему становятся доступны. Различного рода ограничения между странами напротив понижают потребительскую ценность услуги в глазах пользователя. Одновременно с этим объединенные усилия операторов повышают их конкурентоспособность. Вместе с тем, объединенные операторы начинают доминировать и представлять угрозу конкурентной позиции других операторов, а главное – потребителю, который остается один на один с альянсом и вынужден платить высокие цены, если нет соответствующего регулирования. Антиконкурентное поведение включает в себя ограничения по взаимодействию, ценообразование, нацеленное не вытеснение конкурентов с рынка, лоббирование законодательства и т.п.

Можно ли найти равновесие между положительными и отрицательными эффектами от создания стратегического альянса?

Современная экономическая теория на западе сравнительно давно (с конца 50-х гг. ХХ века) уделяет большое внимание изучению вопроса о том, есть ли связь между степенью концентрации рынка поставщиков услуг и инновационной активностью в длительном периоде. И. Шумпетер¹ в те же годы выдвинул идею о том, что большая фирма имеет больший потенциал и более инициативна для введения новаций, так как ее рыночная сила позволяет ей установить более высокие цены за законченный продукт и таким образом получить большую норму отдачи от инноваций. Другие авторы считают, что это имеет место только, если доминирующая фирма сумеет увеличить разницу между ценой и издержками на новый продукт по сравнению с существующими продуктами, которые она предлагает (Эрроу, 1962). Это до определенной степени условное предположение, так как фирма не может постоянно увеличивать эту разницу между ценой и издержками, так как для телекоммуникационного рынка характерно ценовое регулирование, и кроме того – весьма высок уровень постоянных издержек. Практический опыт также не дает однозначного ответа. В результате сегодня в экономической литературе нет единодушия относительно степени концентрации рынка, которая бы в наибольшей степени уравновешивала требования по новым услугам.