Препятствия к вступлению в брак

Препятствиями к вступлению в брак в римском обществе служили следующие обстоятельства.

1) Когнатическое родство:

* в прямой линии без ограничения степени родства (такая связь между восходящими и нисходящими когнатами называется инцестом);

* в боковой линии:

— в древние времена до 6-й степени родства включительно (т.е. между троюродными братом и сестрой);

— в период поздней республики между consobrini (двоюродные братья и сестры);

— в эпоху империи между лицами, из которых хотя бы одно является родственником первой степени к их общему родственнику (например, между дядей и племянницей, между теткой и племянником).

Император Клавдий женился на своей племяннице Агриппине; по этому поводу был издан сенатусконсульт – в виде исключения разрешается брак между дядей и дочерью брата; остальные варианты остаются под запретом.

2) Свойствó (affinitas) – родственная связь между одним из супругов и близкими кровными родственниками другого супруга (e. g.: между свекром и снохой; между бывшим супругом и сестрой бывшей супруги).

3) Социальное неравенство (сенатор и актриса, вольноотпущенница).

4) Государственная должность (например, не могли заключить законного римского брака наместник провинции и жительница этой провинции).

5) Частноправовая функция (опекун и подопечная).

6) Некоторые преступления (по закону Августа об адюльтерах – женщина, которая была разведена с мужем по причине совершенного ей адюльтера, не может заключить законный римский брак со своим любовником; похититель и похищенная женщина).

7) Военная служба (солдатский брак не являлся законным римским браком и подчинялся особым нормам; дети, рождённые в таком браке, не рассматривались как sui heredes).

8) Жреческий сан (e.g.: весталки – шесть жриц-девственниц, поддерживавших огонь в храме богини Весты; выбирались из девочек патрицианских семей в возрасте от 6 до 10 лет, приносили обет безбрачия; они могли выходить замуж только по истечение 30 лет жречества; в позднюю эпоху – римский епископ).

9) отсутствие одного из пяти реквизитов законного римского брака (см. выше).

8.Понятие вещи. Виды вещей: телесные - бестелесные; манципируемые – неманципируемые; движимые - недвижимые; делимые – неделимые; потребляемые – изнашиваемые; genus – species.

Понятие вещи

Вещь, по-латыни res – слово необычайно многозначное в латинском языке. В правовой области можно выделить два основных значения.

Res в узком значении – это отдельная, юридически самостоятельная материальная вещь с четкими пространственными границами.

Res в широком значении – это любой объект частного права или гражданского процесса (в том числе и нематериальный, например, судебная тяжба, долговое требование); этим широким значением охватывается также и целый имущественный комплекс – bona, «добро», наследственный комплекс как единое целое (вместе с долгами) – hereditas.

Виды вещей

(1) Вещи телесные (res corporales) и вещи бестелесные (res incorporales). Res corporales, т.е. телесные – те вещи, которые которые возможно осязать. Res incorporales, бестелесные вещи. Это неосязаемые вещи, они не существуют как объекты материального мира. Это права и юридические ситуации, которые могут быть предметом юридических действий. К категории бестелесных вещей, в частности, относятся:

* различные права на вещь, например, земельный сервитут, то есть безвозмездное право использовать чужой земельный участок для своей выгоды в строго установленной форме и строго установленном объеме право; существуют разные сервитуты, в частности, право хозяина соседнего участка черпать воду на моем участке – это сервитут черпания воды; моё право ходить через соседний участок на проезжую дорогу – это «дорожный сервитут»; любой сервитут по римскому праву рассматривается как res, отдельно взятая «вещь»); следует обратить внимание, что право собственности на вещь само не рассматривается как отдельно взятая вещь.

* право начать судебную тяжбу против должника, не исполнившего своего обязательства;

* обязательства;

* наследство как единый имущественный комплекс, воспринимаемый как одна отдельно взятая вещь.

Бестелесные вещи так же, как и телесные, могут быть объектами различных юридических действий.

(2) Манципируемые вещи (res mancipi) и неманципируемые вещи (res nec mancipi). Особенностью правового режима манципируемых вещей (res mancipi) является особый, усложненный порядок перехода квиритской собствен­ности на эти вещи от одного лица другому. Обратите внимание: речь идет о переходе именно права собственности (!), а не самой вещи в её материальном, физическом смысле.

Существовало несколько вариантов такого перехода, главным из которых является обряд МАНЦИПАЦИИ. Манципация (mantipatio) – это формализованный акт приобретения права квиритской собственности, осуществлявшийся в форме торжественного обряда. В глубокой древности манципция представляла собой продажу за кусок необработанной меди, который выполнял роль валюты сделки, поскольку в те времена у римлян еще не было монеты. Позднее манципация превратилась в фиктивную продажу. Что это означает? Это означает, что теперь при совершении обряда манципации стороны только изображали, что они осуществляют куплю-продажу за кусок меди; на самом деле это был предельно формализованный юридически значимый акт, смысл которого заключался в публичной фиксации перехода права квиритской собственности на вещь от одного лица другому. Формально это была торжественная купля-продажа за медь, на деле же реальные отношения могли иметь какой угодно характер. Например, посредством манципации можно было установить завещание, совершить дарение, усыновить ребенка, установить или, наоборот, прекратить сервитутное право прохода через земельный участок и т. п.

Обряд манципации осуществлялся следующим способом. В присутствии как минимум 5-ти свидетелей (полноправных римских граждан) и при участии весовщика (libripens), который держал в руках весы, приобретатель произносил определенные торжественные фразы (например: «я утверждаю, что этот земельный участок мой по квиритскому праву, он куплен мной за эту медь, взвешенную на этих весах») и совершал некоторые ритуальные действия. При этом отчуждатель должен был принести (привести) либо саму отчуждаемую вещь, либо какую-то ее часть в качестве символа. Например, при манципации земельного участка необходимо было принести кусок дёрна именно с этого участка, а при манципации лошади – её узда. Весовщик при этом взвешивал кусок необработанной вещи, которая являлась символической «ценой» «покупаемой» таким образом вещи.

Согласно Ульпиану (Reg. 19, 1), к манципируемым вещам, то есть к таким, для переноса квиритской собственности на которые следует использовать обряд манципации, относятся:

* земельные участки в Италии (как сельские, так и городские);

* права сельских участков (сельс­кие сервитуты: право черпать воду на соседнем участке, право проезда на телеге через соседний участок, право прогона скота через соседний участок и т. п.);

* рабы;

* тягловые животные, то есть такие, которые в принципе могут приучаться к упряжке или ярму (волы, мулы, ослы, лоша­ди).

Неманципируемые вещи (res nec mancipi) – это все остальные вещи, которые не попадают в перечень манципируемых. Особенность их правового положения заключается в следующем: перенос квиритской собственности на эти вещи от одного лица к другому осуществляется безо всяких торжес­твенных актов, путем простой пере­дачи, которую римские юристы называют термином традиция (traditio – дословно «передача»).

(3) Недвижимые вещи или вещи земли (res immobiles или res soli) и движимые вещи (res mobiles). При большом желании передвинуть можно любу вещь. Вспомните Архимеда Сиракузского, который обещал передвинуть весь мир, если ему дадут точку опоры. Вещи земли (res soli), иначе недвижимости (res immobiles) являются недвижимыми не в физи­ческом, а в правовом смыс­ле: при передвижении таких вещей нару­шается их хозяйственное предназначение. В категорию недвижимостей у римских юристов попадают следующие вещи: земля, ее недра, а также все созданное и выросшее на земле – то, что у юристов называется СУПЕРФИЦИЙ, superficies (дословно: «верхняя часть», «поверхность»; тот же термин иногда использовался в более узком смысле – наземная часть строения в противоположность земельному участку и фундаменту, а также особое право пользоваться чужим строением; термин используется не только в римском праве, но и в праве многих современных государств). Эти постройки, посевы, насаж­дения остаются в категории недви­жимых вещей до того момента, по­ка они прочно соединены с поверх­ностью. В римском праве действует следующее непререкаемое правило: superficies solo cedit – «все, созданное над поверхностью, следует за поверх­ностью». Другими словами, невоз­можна соб­ственность на дом от­дельно от со­бственности на землю, где этот дом построен. Правило superficies solo cedit является одним из базисных в истории римского права, которое действовало всегда без каких бы то ни было исключений.

Отличие правового режима недвижимых и движимых вещей в римском праве хорошо видно в институте давностного владения. Давностное владение или, иначе, приобретательная давность (лат. usucapio, дословно «приобретение в результате пользования») – важнейшее понятие не только римского, но и современного российского права. Давностное владение – это приобретение права собственности на чужую вещь благодаря квалифицированному владению. Другими словами, лицо, не являющееся собственником вещи, но добросовестно, открыто и непрерывно владеющее как своей собственной данной вещью в течение установленного срока, приобретает право собственности на это имущество.

В римском праве для приобре­тения квиритской собст­венности на недвижимую вещь по давности необходимо было владеть открыто, добросовестно и непрерывно не менее 2 лет; для движимостей срок давностного владения определялся в 1 год.

Res mobiles, т.е. движимости – это те вещи, при перемещении, передвижении, перевозке которых не изменяется их экономическая природа, хозяйственная сущности. Разновидностью движимых вещей являются самодвижущиеся вещи (res per se moventes): рабы и животные.

(4) Неделимые вещи (res indivisae) и делимые вещи (res divisae). В материальном, физическом смысле любая вещь может быть разбита, разрушена, разобрана – то есть разделена. Однако, как говорил Сократ, делятся все вещи по разному: одни вещи делятся по принципу лица, а другие – по принципу золота. Если это переводить на юридический язык, то следует сказать, что вещи бывают или неделимыми (res indivisae) или делимыми (res divisae).

Res indivisae, т. е. неделимые. Физически – если постараться – можно разделить вообще любую вещь. То есть понятие «неделимая вещь» – это юридическая фикция, с помощью которой обозначают те вещи, которые делятся, согласно Сократу, «по принципу лица»: при разделении они изменяют (или вообще утрачивают) свое хозяйственное предназначение (так же как лицо утратит свой облик, если оно утратит нос, уши или другую свою часть). Сама вещь станет другой. Например, неделимой вещью является корова, дающая молоко, поскольку если такую корову забить и продать мясо по частям, то дойная корова превратится в говядину – в совершенно иную вещь с совершенно иным хозяйственным предназначением.

Трудный случай: мельница, осёл и кот достались в наследство трем братьям. Как делить? По римскому праву делить так, как в сказке Перро нельзя – нужно разделить поровну, каждый из трёх братьев независимо от своего возраста должен получить равную долю. Цельс (Д. 13.6.5.15) говорит такую фразу: totius corporis pro indiviso, pro parte dominium habere – «возможно иметь право собственности на идеальную долю в вещи (которая при этом остается физически не­разделенной). То есть в рассмотренном случае мельница, осёл и кот остаются в едином хозяйственно м комплексе, но этот единый комплекс теперь делится на три равные идеальные доли, каждая из которых принадлежит одному из братьев.

Согласно Сократу, некоторые вещи могут быть разделены по принципу золота – это те вещи, которые в римском праве называли res divisae – делимые вещи. При разделении такие вещи не изменяют ни своего рода, ни своего качества, они остаются самими собой, но в меньшем объеме.

Как решить вопрос о том, являются ли здания вещами делимыми, или они неделимы? Как быть, если речь идет о таком здании, как мельница? Следует ли считать скот делимой вещью или нет?

(5) Потребляемые вещи (res quae primo usu consumuntur) и изнашиваемые вещи (res quae primo usu).Латинскон название res quae primo usu consumuntur дословно на русский язык переводится так: «вещи, которые уничтожаются при их первом использовании», то есть потребляемые вещи. К этой категории вещей, в частности, относятся: топливо, про­довольствие, но также и деньги. Естественно, потребляемые вещи очень редко мо­гут быть предметом договоров, по которым требуется возвратить ту же самую вещь. Возьмём в качестве примера договор ссуды (commodatum). Ссуда – это такой договор, по которому ссудодатель передает ссудополучателю некую вещь во временное безвозмездное пользование с обязательством ссудополучателя вернуть ту же самую вещь по истечении условного времени. Поэтому если в ссуду передается вино, то, скорей всего, делается это для выс­тавки, поскольку возвращено должно быть именно это конкретное вино, а не другое вино того же самого сорта.

Название res quae primo usu minuuntur на русский язык дословно переводится как «вещи, которые при их первом использовании уменьшаются», то есть теряют свою ценность посте­пенно. Другими словами, это изнашиваемые вещи. К данной категории относятся, например, одежда, строения, мебель, домашние животные и т. д.

Римская практика создала следующую юридическую фикцию: «вещи, не потреб­ляемые в принципе». Ценность таких вещей со времени не только не уменьшается, но даже увеличивается. К данной категории вещей относят, например, ювелирные драгоценности, коллекционные ценности, скульптуры, созданные знаменитыми ваятелями, картины признанных художников и т. п. Категория «вещи, не потреб­ляемые в принципе фикция» - это, конечно, именно фикция: в подлунном мире всё имеет своё начало, и свой конец. Однако с указанной категорией вещей дело обстоит таким образом, что их существование в качестве ценностей длится как минимум несколько человеческих поколений, причём от поколения к поколению их культурная, историческая. а вслед за этим и денежная стоимость только возрастает. Поскольку «изнашивание» таких вещей занимает огромный временной промежуток, удобнее исходить из предположения, что такие вещи «не изнашиваются вообще».

(6) Родовые вещи (genus, множ. число genera) и индивидуально определённые вещи (species). Genus – родовая вещь (внимание: не путать с gens - «родовой коллектив», «род», «коллектив кровных родственников»). Имеется в виду класс, группа, разновидность каких-то вещей, которые обладают некими общими качествами и свойствами.

Родовая вещь, genus, легко заменима, ибо ее меновая ценность в обороте опре­деляется по их роду, сорту, качеству, ве­су, числу.

Наиболее важным правовым вопросом, возникающим в практической области в связи с родовыми вещами – это вопрос о риске случайной гибели вещи (peri­culum – «риск случайной гибели»). Если в договоре предмет сделки рассматривается как genus (например, в договоре займа предмет сделки всегда определяется как родовая вещь), то в случае periculum (если предмет договора до передачи его кредитору погиб или испортился без вины как кредитора, так и должника) дол­жник не освобождается от испол­нения, поскольку genus, родовую вещь, всег­да можно заменить другой вещью того же сорта, качества, веса и т. д. Юридически такая вещь считается не способной к гибели. Это поло­жение выражено в следующей юридической по­говорке: genera non pereunt – «родовые вещи не поги­бают».

Species – это индивидуально определен­ная вещь. то есть конкретная вещь, обособленная. выделенная из ряда других вещей того же рода. Такая вещь считается незаменимой, ибо она ценна сторонам в сделке сама по себе, как таковая. Вопрос о риске случайной гибели (peri­culum) индивидуально определённой вещи решается следующим образом: при случайной гибели предмета сделки должник, конечно, не имеет никакой возмож­ности выполнить свое обязательст­во, так как идёт о конкретной вещи. По этому поводу существует следующее юридическое правило: species perit ei, cui debetur – «индивидуально определенная вещь поги­бает для того, кому она предназначается».

Нужно сказать, что различение genus и species имеет скорее субъективный чем объек­тивный смысл: предмет сделки определяется как за­менимая, или всё же как индивидуально определенная вещь зависит от того, какой именно договор заключили стороны. Например, существует ряд договоров, в которых предмет всегда считается за species. К ним относятся такие виды контрактов, как купля-продажа, простое хранение, ссуда, договор мены, оценочный договор (иначе: договор старьёвщика). Во всех этих случаях предмет сделки определяется конкретно, он всегда должен быть выделен среди всей массы вещей того же рода. Например, если человек на рынке покупает килограмм персиков, то он совершает с продавцом сделку купли-продажи не по поводу килограмма персиков вообще, но по поводу именно тех персиков, которые покупатель выбрал, а продавец взвесил и положил в пакет – то есть выделил. индивидуализировал из всей массы других персиков данного сорта, данной партии, данного урожая и т. д. Напротив, в договоре займа предмет всегда определялся как genus, то есть как определённое количество вещей данного вида, сорта, качества и т. д. Когда землепашец, пострадавший от засухи, просит у более богатого соседа определённое количества зерна до следующего года, то он, естественно, не сможет вернуть кредитору именно те самые зёрна, которые взял; отдавать он будет установленное в договоре количество зерна того же сорта но уже другого урожая.

(7) Вещи в обороте (res in commercio) и вещи вне оборота (res extra commercium). Res extra commercium – это вещи вне обо­рота. Они не могут быть объек­тами ча­стной собственности, по их поводу не­возможна частноправо­вая сделка или завещание. Они делятся на следующие группы:

[1] Ве­щи, общие для всех по естествен­ному пра­ву (res communes omnium): воздух; проточная вода; моря; мор­ской берег до выс­шей точки прилива; сюда же относятся дикие животные, птицы и рыбы в своём естественном состоянии, раковины на морском дне и т. д.

[2] Публичные ве­щи (res publice), то есть те, которые служат либо интере­сам государ­ства в целом, либо отдельных мунципи­ев (городских общин), либо неоп­ределенной массы лиц; к этой категории относятся: публичная река, публичная дорога, цирк, театр, государственные или муниципальные термы (бани).

[3] Вещи божественного права (res divini juris). Внутри этой категории выделяется три разновидности:

– сакральные вещи (res sacrae) – это вещи, посвящены вышним, небесным богам; сюда, в частности, относятся: храмы, священные рощи, священные источники и гроты, ритуальные предметы, образы богов (скульптуры и иные изображения), прочие реликвии;

– религиозные вещи (res religiosae); они посвящены подземным бо­гам; сюда относятся: погребения, кладбища, надгробия. предметы заупокойного культа;

­– священные вещи (res sanctae) – это вещи, освяще­нные особым обрядом и поставленные под защиту богов: городские стены и городские во­рота.

[4] Тело свободного человека; Ульпиан говорил: «никто не считается собст­венником своих частей» (domi­nus membrorum suorum nemo videtur» (D.9.2.13 pr.); здесь, очевидно, имеются в виду части тела, взятые в совокупности; ясно, что состри­женные волосы стано­вятся собст­венностью их облада­теля.

[5] Запрещенные вещи: яды и книги по колдовству.

Res in commercio – вещи в обо­роте. Это объекты частной собст­венности и частного оборота. К этой группе относятся все остальные вещи, не попадающие ни в одну из вышеперечисленных категорий.

(8) Простые вещи (res, quae uno spiritu conti­nentur) и составные вещи (universitates rerum cohaerentium) => <= совокупности (universitates rerum distantium) (Помпоний D. 41. 3. 30 pr.). Данное разделение всех вещей на простые, составные и совокупности находим у юриста Помпония. Нужно сказать, что Помпоний в этом подразделении идет вслед за учением греческих философов-стоиков. Стоики представляли мир состоящим из двух основных элементов: материи или субстанции (substantia) и духа (spiritus). Дух наполняет материю и именно он определяет сущность предметов.

Итак, простые вещи – это вещи, которые определяются единым духом res, quae uno spiritu conti­nentur). Их можно также назвать цельными вещами. Примеры: раб, бревно, камень, слиток золота и т.д. В простых вещах невозможно выделить составные части по той простой причине, что их элементы не имеют отдельной, самостоятельной сущности.

Составные или, иначе, сложные вещи – это объединение прочно связанных вещей (universitates rerum cohaerentium). Примеры: перстень с камнем, мельница, корабль, шкаф, здание и т.п. Несколько прежде самостоятельных вещей, искусственно соединенные вместе, представляют теперь одно функциональное целое. Часть сложной вещи не теряется в таком объединении – рубин останется рубином и без золотого перстня. При этом вполне возможна ситуация, когда эти части одной сложной вещи принадлежат на праве собственности разным лицам. Однако даже в этом случае все части такого целого подчиняются тем же правам, что и само целое – «придаточная вещь следует судьбе главной вещи (accessio cedit rei principali).

Совокупность – это объединение отдельных, не связанных друг с другом вещей (universitates rerum distantium). Примеры: стадо (grex), библиотека. Здесь нет механического объединения, как в предыдущем случае. Библиотека все равно существует, даже если большинство книг находится на руках у читателей. Пропажа книги не приводит к уничтожению библиотеки. Поступление новых экземпляров не приводит к тому, что возникает новая библиотека. Гибель овцы или рождение молодняка – часть бытия стада, которое остается все той же вещью. О том, что это именно одна вещь, ясно свидетельствует, например, виндикация стада (vindicatio gregis) – виндикация всего стада в целом (нет необходимости виндицировать каждую овцу в отдельности). Причем собственник не обязан описывать каждое животное и указывать их точное число.

Совокупность, скорее, ближе простой, чем сложной вещи. В некотором смысле grex легче сблизить с кучей песка, чем с кораблем.

Бывают, однако, случаи, когда не так просто сходу отличить, что перед нами – сложная вещь или совокупность.

E.g.: Ульпиан (D. 7. 4. 10. 8): «Если по завещанию дан узуфрукт на квадригу и один из коней издохнет, спрашивается, прекращается ли узуфрукт?» Серьезная разница, установлен ли узуфрукт на коней или на квадригу. Если на коней, то перед нами совокупность, и узуфрукт сохраняется на оставшихся лошадей. Если на квадригу, то перед нами сложная, функционально определенная единица, узуфрукт прекратился, ибо со смертью одного коня уже нет квадриги.

Отряд рабов в каменоломне и труппа актеров – это вещи какой категории?

(9) Главная вещь (res principalis) и акцессорная (придаточная) вещь (accessio). Главная вещь (res principalis) – это юридически самостоятельная вещь, с которой связаны юридически зависимые от нее придаточные или, иначе, АКЦЕССОРНЫЕ ВЕЩИ (то есть побочные, от латинского accessio – «прирост», «приращение», «пристройка»). Существует следующее правило: accessio cedit rei principali – «придаточная вещь следует за главной» (это поздняя сентенция). Акцессорные вещи бывают трех видов: (1) части сложной вещи; (2) принадлежности, (3) плоды.

(1) Pars rei – часть сложной вещи. Это такая часть сложной вещи, без которой сама сложная вещь с экономической точки зрения считается незаконченной (оконные рамы в здании; бриллиант в диадеме). Часть следует юридической судьбе целого (при дарении диадемы дарится и бриллиант). Однако, этот вопрос не так прост, как может показаться на первый взгляд. Предположим, что некая самостоятельная вещь, принадлежавшая АА (Авлу Агерию), однажды становится частью другой вещи, которая принадлежит NN (Нумерию Нигидию). Возникает вопрос: в чьей собственности теперь находится эта придаточная вещь – в собственности хозяина главной вещи, или сохраняется собственность на нее у прежнего хозяина? Римское право для разных ситуаций давало разные ответы.

Ситуация 1: если соединение привело к изменению сущности вещи (сварка двух металлов в отличие от припайки – Павел (D.6.1.23.5); сплав золота и серебра – электрон; смесь двух красок), либо если новая вещь становится неразделяемой (деревья, пересаженные на другую почву – D. 41.1 26.1) – то право собственности на присоединенную вещь для прежнего хозяина (в нашем примере это АА) исчезает; он не может требовать от NN отделения этой вещи. Теперь АА может защищаться лишь с помощью личных исков (иск из кражи, например) либо исков, построенных на факте (кондикционный иск о неосновательном обогащении или иск об обмане – actio doli, если был совершен обман). Другими словами, претор откажет АА в предоставлении виндикационного иска к NN о реституции (возвращении во владение) присоединенной вещи.

Ситуация 2: если соединение не привело к изменению самой природы вещей, когда побочная вещь в соединении сохраняет сама себя (припайка, бриллиант в диадеме, оконная рама в здании) – собственность прежнего хозяина прибавленной вещи не утрачивается, но на время соединения она становится «голой собственностью». По этой причине и здесь действует правило accessio cedit rei principali – если NN, хозяин диадемы с бриллиантоом Авла Агерия, подарил диадему своей невесте, то подарен и бриллиант. Так что АА не может виндицировать свой бриллиант, предъявив иск к невесте NN. Однако, собственность АА оживает в полной мере после отделения, а это возможно достичь путем actio ad exhibendum – иск о предъявлении. Если он выигрывает этот иск, то вещь должна быть отделена, а после этого отделения уже возможна виндикация (Павел: D.6.1.23.5).

Ситуация 3: если бревно АА или его камни использованы при строительстве дома NN (так называемое tignum junctum – бревно, вставленное [в чужое строение]), то хозяин бревна или камней не утрачивает собственности на эти строительные материалы, но он не может даже требовать отделения своей вещи с помощью особого иска – «иск об отделении», actio ad exhibendum, ибо в этом случае пришлось бы заставлять NN разбирать весь дом, что противоречит здравому смыслу обычного крестьянского общества, каким первоначально, во времена квиритского права, был Рим. Собственнику бревна оставалось только ждать, когда хозяин строения сам выделит это бревно, и только после этого у него появлялась возможность виндикации. Впрочем, собственнику бревна закон предоставлял при этом иск в двойном размере стоимости этого материала (правило о tignum junctum содержалось уже в законах XII таблиц; Павел: D.6.1.23.5; Гай: D.41.1.7.10; Ульп.: D.44.2.7.2).

(2) Quasi pars rei, instrumentum – как бы часть вещи, инструмент, то, что в современном праве часто называют принадлеж­ностью. Это такая вещь, которая соединена с главной для экономических целей (механическое соединение чаще всего вообще отсутствует), причем главная вещь без этой принадлежности остается закончен­ной и самоценной (книжный шкаф и библиотека; сельскохозяйственный инвентарь и сельская усадьба; весла и лодка; парус и корабль; ключ и замок).

Поскольку принадлежность существует в физическом смысле самостоятельно, очень часто случается, что она и в юридическом отношении подчиняется самостоятельной судьбе (e.g.: виноградарь на время сбора урожая может взять в ссуду или в аренду тару, инвентарь и т.п.) Однако, если возникает какое-либо сомнение относительно правового режима принадлежности, действует известное нам правило accessio cedit rei principali (D.19.1.38.2).

(3) Fructus, т.е. плоды – регулярное экономически полезное произведение плодоносящей вещи в связи с ее хозяйственным предназначением без значительного изменения ее хозяйственных характеристик.

Дичь, добытая в урочище и рыба, пойманная на водоеме являются плодами в том случае, если урочище и водоем специально отведены для охоты.

Дитя рабыни не считается плодом, ибо: во-первых, «абсурдно то положение, что человек входит в число плодов, потому что для людей природа приготовила все плоды вещей» (Гай: D. 22.1.28.1); во-вторых, рождение детей не является хозяйственным назначением рабыни: «Рабыни не приобретаются прямо с целью, чтобы они рожали» (Ульп.: D.5.3.27 pr.).

Спорным являлся вопрос о том, считать ли плодами полезные ископаемые, добываемые из недр земли. В принципе к плодам их относить нельзя, ибо добыча ископаемых мало-помалу приводит к истощению запасов – это добываемое благо уменьшает ценность самой вещи. Однако в силу того, что ухудшение вещи обычно растягивается на большой промежуток времени, правовой режим месторождений уподобляется режиму плодов.