26.Обязательства как бы из договоров.

ОБЯЗАТЕЛЬСТВА КАК БЫ ИЗ ДОГОВОРОВ: ПОНЯТИЕ И ВИДЫ

Квазидоговоры: общие положения

Римская юриспруденция не могла не подметить того обстоятельства, что в реальной жизни обязательства возникают не только из договора или из деликта, но иногда и из других оснований. Другими словами, бывают случаи, когда не было заключено никакого договора, не было совершено никакого деликта, а обязательства все же возникло. Так, Гай различает обязательства из договоров, обязательства из деликтов и обязательства, возникающие из различных видов оснований (D. 44.7.1 pr.). В «Институциях» Юстиниана утвердилась четырехэлементная классификация всех обязательств:

1 – из контрактов;

2 – из деликтов;

3 – как бы из контрактов;

4 – как бы из деликтов.

Такие указания на «как бы», «квази» (quasi) не определяют сущности основания обязательства. Это просто сравнение – с помощью слова quasi желают сказать, что бывают случаи, когда договора нет, а обязательство все же возникает, причем обязательство такое, которое по своему юридическому содержанию (в том числе процессуальному) очень близко напоминает договорное – оно obligatio quasi ex contractu.

Итак, еще раз: obligationes quasi ex contractu – это обязательственные отношения между двумя лицами, не состоящими между собой в договоре, однако по своим юридическим последствиям очень сходные с договорными обязательствами.

Давая такое название для этих обязательств, римская юриспруденция подсказывает и те практические выводы, которые следует делать из таких оснований, а именно: возникающие в таких случаях спорные вопросы об условиях и пределах ответственности сторон разрешаются аналогично тому, как они решаются применительно к соответствующим договорам. Эти обязательства возникают только из вполне конкретных, известных фактов (и только из них).

Основные виды obligationes quasi ex contractu:

1) ведение чужих дел (или вообще забота о чужом деле) без поручения; слова «без поручения» показывают, что данный вид обязательств является аналогией к договору mandatum – договору поручения;

2) Обязательства, возникающие вследствие неосновательного обогащения одного лица за счет другого (этот вид объединяет несколько специальных случаев).

 

Ведение чужих дел без поручения

Negotiorum gestio (negotium – «дело», «забота»; gestio – «совершение», «ведение») – такое отношение, когда одно лицо (negotiorum gestor, гестор) ведет дела другого лица (dominus), управляет его имуществом, не имея на то поручения от этого другого лица. (Когда есть такое поручение, договор называется mandatum). Ульпиан так объясняет необходимость преторской защиты этого обязательства: «Для отсутствующих очень важно и выгодно, чтобы не оставаться беззащитным и не терпеть в отношении владения и продажи вещей, отчуждения залога или не лишиться иска о взыскании штрафа или не потерять несправедливо свою вещь» (D. 3.5.1). Интересы гестора и хозяина защищались специальными исками, аналогичными искам манданта и мандатария.

Итак, значение nedotiorum gestio состоит в том, что гестор предупреждает возможность ущерба для отсутствующих и для тех, которые не имеют возможности позаботиться о своих делах, а также в отношении hereditas iacens (лежачее наследство, еще не принятое наследниками).

 Реквизитами negotiorum gestio являются следующие условия:

1) Ведение чужих дел. Чаще всего заботятся об имуществе лица, находящегося в отлучке, но отсутствие хозяина не является необходимым элементом данного института. Иногда хозяин (dominus) не имеет возможности позаботиться о себе в силу тех или иных обстоятельств. Также несущественно, из каких соображений гестор заботится о чужих делах – общественный ли долг толкает его на совершение этих действий или личный интерес – это не имеет значения в юридическом отношении.

2) Отсутствие у гестора какой-либо обязанности перед хозяином совершать данные действия – ни по договору, ни по закону (ни опекун, ни тот, кого хозяин попросил).

3) Отсутствие у гестора animus donandi – желания проявить щедрость в отношении dominus. Иными словами, чтобы возник иск из обязательства nedotiorum gestio требуется, чтобы дело велось за счет хозяина дела, гестор намерен отвести расходы, связанные с ведением этот дела, на хозяина этого дела.

4) Безвозмездность ведения дела.

Обязанности сторон. Главный принцип: лицо, проведшее чужое дело с пользой для хозяина, обязывает последнего своими действиями. Но, с другой стороны, и гестор обязан предоставить отчет в ведении дела.

 Обязаности гестора. (1) Гестор обязан относиться к чужому делу с полной тщательностью и заботливостью, так как он отвечает за всякую вину (dolus, culpa lata, culpa levis). Впрочем, это не непременное условие. Исключение: если лицо взялось за ведение дел другого лица в силу чувства особого к нему расположения в связи с возникшей опасностью для имущества этого второго лица (например, мать из чувства любви к своему сыну хочет ему помочь), то справедливо возложить на такого гестора ответственность только за dolus (и, естественно, за culpa lata). (2) После выполнения дела гестор должен отчитаться и сдать ценности, причитающиеся хозяину дела.

 Обязанности хозяина дела. Dominus, как мы видели, также обязывается действиями гестора, но только в том случае, если дело проведено с пользой – то есть если можно признать действия гестора отвечающими интересам хозяина. Иными словами, необходим признак хозяйственной целесообразности. В этом случае хозяин обязан одобрить действия гестора и возместить понесенные им затраты на ведение данного дела. При этом не имеет значения, достигнут ли положительный результат; подчеркну еще раз, достаточно доказать, что действия гестора были хозяйственно целесообразны, велись к пользе хозяина. Например: гестор все равно получит actio negotiorum gestorum, если он поставил подпорки к заваливающемуся чужому зданию, хотя бы дом после этого сгорел [или если он лечил чужого раба, хотя бы этот раб умер. В одном случае расходы гестору возмещались даже вопреки прямому запрету – это расходы на погребение умершего. Если же действия гестора невозможно признать полезными, хозяйственно целесообразными, то он не только не получает возмещения затрат, но и обязан восстановить то положение, в каком находилось имущество хозяина до negotiorum gestio.

Обязательства из неосновательного обогащения

Природа обязательств из неосновательного обогащения. Неосновательным обогащением называется поступление в имущество одного лица каких-либо частей имущества другого лица (вещи, денежные суммы, права требования и т.п.) либо сохранение в имуществе одного лица каких-то частей имущества, подлежащих передаче в имущество другого лица, когда для такого сохранения отсутствуют юридические основания.

Вообще, нужно сказать, что данный вид obligationes quasi ex contractu имеет много общего с реальными контрактами: здесь, как и в реальных контрактах, обязательство возникает как следствие передачи вещи одной стороной другой стороне. Но имеется одно весьма существенное отличие: в реальных контрактах вещь переходит от одного лица к другому на основании соглашения сторон, а, следовательно, обогащение этого второго лица не может рассматриваться как sine causa (без основания); в нашем же случае обязательство возникает именно из факта нахождения вещи в имуществе одного лица за счет другого без законного для того основания – sine causa. В некоторых случаях такое неосновательное обогащение порождало обязательство первого лица возвратить неосновательное обогащение второму лицу. Эти юридические последствия были сходны с юридическими последствиями, наступавшими из договора (например, из договора займа).

Важно, что юридические последствия сходны с обязательствами из договора, а не с обязательствами из деликта. Мы увидим, что сам факт, который приводит к обязательству из неосновательного обогащения иногда может быть недозволенным действием – то есть деликтом, но при этом наступают юридические последствия quasi ex contractu, а не quasi ex delicto. Итак, характер юридических последствий, вот что важно.

Для защиты интересов лица, терпящего имущественный ущерб, против лица, неосновательно обогатившегося, дается кондикционный иск – condictio.

Существуют три основных категории обязательств из неосновательного обогащения и, соответственно, три основные категории кондикционных исков: (1) иск о возврате недолжно уплаченного; (2) иск о возврате предоставления, цель которого не осуществилась; (3) иск о возврате полученного вследствие кражи.

1. Иск о возврате недолжно уплаченного – condictio indebiti. Ошибочный платеж долга, которого на самом деле не было, порождал обязательства лица, получившего вещь в качестве предмета долга вернуть эту вещь уплатившему. Это типичнейший вариант обязательства из неосновательного обогащения. В самом деле, для обогащения нет законного основания, каковым могло бы быть либо долг, либо animus donandi – желание лица проявить щедрость, одарить.

Есть три непременных условия, чтобы человек мог добиться присуждения по condictio indebiti.

1. Одно лицо фактически уже осуществило платеж другому лицу, причем в полной уверенности, что тем самым гасится некий долг.

2. Долг, погасить который намеревалось уплатившее лицо, юридически не существовал, то есть платеж был indebitum. Когда, в каких именно случаях можно говорить об indebitum? Во-первых, в том случае, если долг существовал, но уплачен он был по ошибке не тому кредитору. Во-вторых, условный долг, уплаченный до наступления условия, приравнивается к несуществующему долгу и подлежал возврату. Также важно указать на то, что не является недолжно уплаченным. Во-первых, к indebitum невозможно отнести платеж, осуществленный по натуральному обязательству. Другими словами, если подвластный (любая persona alieni juris, например, filius familiae, или раб) наделал долгов, то из этого обстоятельства предъявить иск невозможно, ибо эти долги относятся к категории не цивильных, а натуральных обязательств, то есть за такими соглашениями цивильное право не признавало исковой силы. Но если подвластный все же уплатил эти долги, исполнил натуральное обязательство, то ни ему, ни его paterfamilias не будет предоставлена condictio indebiti для истребования уплаченного назад. Во-вторых, уплаченное раньше срока также не считалось за недолжно уплаченное и не подлежало возврату.

3. Извинительное заблуждение уплатившего несуществующий долг. То есть платеж должен быть произведенным по ошибке. В противном случае кондикция не предоставляется.

Condictio indebiti направлена на возврат обогащения тем лицом, которое получило платеж или его эквивалент (то есть не штраф).

2. Иск о возврате предоставления, цель которого не осуществилась (condictio causa data causa non secuta). Итак, это иск о возврате предоставления, исполненного неким лицом, ожидавшим какой-то результат, но этот результат впоследствии не осуществился. Например, даритель поручает одаренному какое-то исполнение (часто – израсходовать часть дара для какой-либо цели). Если одаренный принимает дар, он берет тем самым на себя обязательства. Но если исполнение стало впоследствии невозможным, даритель получает condictio.

Условия для возникновения этого иска:

а) предоставление имущественной выгоды одним лицом другому лицу;

б) определенная цель, в виду которой было осуществлено предоставление (например, переданы вещи в качестве приданого в связи с ожидаемым сроком);

в) цель не осуществлялась.

Предлоги иска: осуществленное предоставление (то есть возвращение дара).

3. Иск о возврате полученного посредством кражи – condictio furtiva. Лицо, укравшее вещь (fur), совершало деликт (furtum), и, естественно, против него существовал нормальный деликтный штрафной иск – actio furti. Но наряду с ним существовал еще и другой иск, построенный на иных началах, подобный искам из неосновательного обогащения. Этот второй иск, дававшийся потерпевшему в результате кражи, назывался фуртивной кондикцией – condictio furtiva. В данном случае вор рассматривался как лицо, неосновательно обогатившееся за чужой счет. Condictio furtiva дается только собственнику вещи и, в отличие от иска из кражи, наследуется как активно, так и пассивно.

Давайте разберемся чуть подробней с исками, которые можно было применить в римском праве в случае кражи. Прежде всего это иск из кражи – actio furti. Он относится к категории личных исков – ответчиком по нему может быть не всякий человек, у которого украденная вещь находится в момент предъявления иска, а только вор, а также его пособник. Другими словами, добросовестный приобретатель украденной вещи (то есть лицо, не подозревавшее о том, что оно приобрело краденую вещь) по action furti отвечать не может. Иск имеет целью наказать правонарушителя с помощью штрафа. Предметом искового требования является сумма, равная двум либо четырем стоимостям украденной вещи. Иск не наследуется.

Одновременно с этим иском из кражи можно предъявить один из двух исков о возврате вещи: виндикацию (vindicatio rei) или фуртивную кондикцию (condictio furtive). Виндикация является, конечно же, очень сильным средством, однако если вор продал эту вещь, скажем, в порту, и она вместе с новым хозяином уплыла на корабле в неизвестном направлении, то даже если вора найдут, виндикационный иск к нему предъявить невозможно, поскольку, как мы уже знаем, отвечать по виндикации может только тот человек, который ей владеет фактически. Именно для этих случаев и нужна condictio furtiva. Истцом в этом иске может быть только собственник (как и в случае с виндикацией). Ответчиком является только вор или его наследник, причем он может уже и не владеть самой вещью. В этом – преимущество кондикции перед виндикацией.

Целью condictio furtiva является возврат похищенного. Но поскольку «вор всегда в просрочке» (один из базовых принципов римского права), постольку именно на нем всегда лежит риск случайной гибели или порчи вещи (periculum). Из этого следует, что по condictio furtiva можно было требовать денежное возмещение, исчислявшеся в форме наивысшей рыночной стоимости, которую имела похищенная вещь между моментом похищения и моментом присуждения. Плоды, как реально состоявшиеся, так и те, которые можно было получить, если бы вещь оставалась у хозяина, также возмещаются по этому иску.

 В заключение необходимо сделать еще одно важное дополнение: condictio indebiti заменяется на condictio furtiva, если принявший долг знал, что этот долг indebitum.