25.Договоры и пакты. Классификация договоров. Реальные контракты: заём

Правильная форма этого слова в именительном падеже в русском языке имеет единственно возможный вариант: заём. В других падежах ед. ч.: займа, займу, займом, о займе; во множественном числе: займы, займов, займам, займами, о займах.

Неправильная форма им. п. ед. ч. займ возникает под влиянием выравнивания основ исходного (прямого) падежа и косвенных падежей. То же в слове наём (им. п. ед. ч.), но во всех остальных форма основа найм-: найма, найму, наймом, о найме; наймы, наймов, наймам, наймами, о наймах.

Реальные контракты, как мы уже знаем, устанавливают обязательство фактической передачей вещи: нельзя требовать возврата вещи от того, кто ничего не получил. Рассмотрение реальных контрактов мы начнем с рассмотрения договора займа.

Mutuum (заём) – это договор, по которому одна сторона (заимодавец) передает в собственность другой стороне (заемщику) денежную сумму или некое количество вещей, определяемых родовыми признаками (genus) (вино, зерно и т. д.), с обязательством заемщика вернуть в указанный срок или по первому требованию эту денежную сумму или это же количество вещей того же рода (D. 44.7.1.2).

Естественно, что для возникновения договора займа требуется не только фактическая передача вещей, но и соглашение сторон (consensus). Как и при любом другом договоре – consensus при займе является необходимым моментом. Нет consensus, нет и договора. Например, была реальная передача вещи, но между сторонами был не consensus, а dissensus (недоразумение): при передаче денежной суммы передающий думает, что дает их взаймы, а принимающий полагает, что ему эту сумму дарят. В этом случае договора займа не наступает в виду dissensus, в виду отсутствия consensus.

В древнейшем римском праве для целей займа пользовались другим видом контракта – nexum [нéксум], а также стипуляцией. Nexum представлял собой строго формальный договор, совершавшийся, как и манципация, с помощью акта per aes et libram (при помощи меди и весов). При этом если должник (nexux) не возвращал долг в срок, он сам поступал в распоряжение кредитора. Другими словами, nexum – это сделка кабального займа. С развитием обмена nexum оказался чрезвычайно громоздкой формой. Поэтому наряду со стипуляцией (простым, но все же формальным типом договора) возникает для целей займа неформальный реальный контракт mutuum. В этом случае для юридической силы не требовалось облекать согласие сторон в какие бы то ни было торжественные формулы, а достаточно было только передать на основании соглашения сторон так называемую валюту займа (то есть деньги, зерно, масло, щебень и т. д.).

Характерные черты договора займа:

1) реальный договор;

2) вещи, являющиеся предметом договора mutuum, всегда определяются по их роду (genus); чаще всего это деньги;

3) заимодавец передает вещи в собственность заемщика;

4) на заемщика ложится обязательство вернуть такую же денежную сумму или такое же количество вещей того же самого рода; если это не деньги, то не только того же рода, но и по качеству не хуже (если вино было фалернским, то нельзя было возвращать какой-нибудь местный малоизвестный сорт).

5) обязательство из mutuum строго одностороннее – это contractus unilateralis;

6) данный контракт создает обязательство строгого права (это contractus stricti juris).

На ком лежит риск случайной гибели вещи после заключения mutuum? Казус (casus), то есть случайное происшествие, не является ничьей виной, следовательно, за случайно наступивший вред никто не отвечает, следовательно, риск случайной гибели (periculum) лежит на собственнике, т.е. в нашем случае – на заемщике.

Для осуществления права заимодавца требовать вещь, данную взаймы, существовали специальные иски строгого права.

Из договора займа не вытекает сама по себе обязанность платить проценты с суммы. Для процентов требовалось заключить специальное соглашение о процентах.

Срок исполнения либо определялся в самом договоре, либо не определялся, и тогда кредитор имел право требовать возврата в любое время.

Mutuum очень часто подкреплялся (обновлялся) литтеральным договором в виде долговой расписки (хирографом). При этом для заемщика возникает реальная опасность после подписания документа и передачи его кредитору не получить от последнего обещанной суммы. Какую процессуальную защиту в этом случае должен был получать такой должник, ставший таковым в результате обмана? – Если кредитор, имея на руках подобный документ, но фактически не передавший указанную сумму, подавал в суд, то обманутому заемщику давалось exceptio doli – оговорка из обмана (dolus – умысел, крайняя недобросовестность). Более того, должник, если произошел такой dolus со стороны кредитора, мог и не дожидаться пока кредитор предъявит иск. Должник мог своими активными действиями предотвратить появление такого иска к себе и сам предъявить иск об истребовании выданной расписки [querela non numeratae pecuniae – жалоба о невыплаченной сумме]. Однако перед должником стояла трудная задача – доказать (и в случае с эксцепцией, и в случае иска) отрицательный факт, то есть доказать факт неполучения от кредитора валюты займа. Это в значительной степени умаляло данные средства защиты должника. Положение несколько изменилось лишь в III в н. э., когда бремя доказывания (onus probandi) было переложено на плечи кредитора: если должник в эксцепции против иска кредитора ссылался на неполучение валюты займа, то уже истец (кредитор) должен был доказывать, что деньги переданы.

Договор ссуды

Commodatum (дословно «вещь, данная в услугу», «ссуда») – это договор ссуды, по которому одна сторона (ссудодатель или коммодант) передает другой стороне (ссудополучателю или коммодатарию) индивидуально определенную вещь (species) во временное безвозмездное пользование с обязательством коммодатария вернуть ту же самую вещь (in specie) вместе с приращенным по истечении условного времени. По многим характеристикам commodatum близок договору займа (mutuum). Ccуда, как и заем, является реальным контрактом – обязательство возникает лишь после фактической передачи вещи коммодатарию. Однако между ссудой и займом есть очень существенные различия.

Предметом договора ссуды может быть не всякая вообще вещь, ибо при этом договоре вещь передается во временное пользование, и вернуть нужно ту же самую вещь. Таким образом, предметом ссуды, commodatum, может быть только species (индивидуально определенная вещь) и, как правило, вещь непотребляемая.

Можно ли дать в ссуду вино? — Например, если кто-то попросил одолжить пару амфор хорошего вина такого-то сорта и обязался вернуть этот же сорт, будет ли это commodatum? Нет, это mutuum – заём. — Но если вино попросили только для выставки, и вернуть обязались то же самое вино (не genus, а species), то подобного рода сделка является, несомненно, договором ссуды. Это, как говорит Ульпиан, тот исключительныйслучай, когда и потребляемая вещь оказываются предметом commodatum – договора ссуды (D. 13. 6. 3. 6).

Точно также и деньги обычно не могут быть переданы одним лицом другому на условия договора ссуды. Однако ссуда возможна, если речь идёт о коллекционных монетах, передаваемых одним коллекционером другому, например, для нумизматической выставки, для исследовательских целей и т.п.

Ответственность ссудополучателя (коммодатария) носит строгий, повышенный характер, то есть коммодатарий отвечает не только за dolus (умышленно причинённый вред) и за culpa lata (грубую небрежность), но и за culpa levis (лёгкую небрежность). Почему? В данном договоре хозяйственную выгоду получает только он, ссудополучатель. В самом деле, договор ссуды имеет целью предоставление вещи в безвозмездное пользование. Вот почему на коммодатарии лежит строгая ответственность за сохранность вещи.

При этом ссудополучатель обязан пользоваться вещью лишь дозволенным способом (иначе он совершит furtum usus – кража пользования), оберегать ее от повреждения или кражи, проявляя при этом заботливость хорошего хозяина (то есть не допускать culpa levis) – кустодия.

Если коммодарий проявил все качества хорошего хозяина, но вред вследствие случая – casus – все же наступил, следует ли возложить на него ответственность?

"Неотвратимому явлению природы слабость человеческая противиться не может" – majori casui humana infirmitas resistere non potest, – справедливо заявляет Гай; эту же мысль продолжает Ульпиан: "Никакая человеческая предусмотрительность не может предвидеть нечаянно возникшие обстоятельства" – fortuitos casus nullum humanum consilium providere potest. Риск случайной гибели по общему правилу лежит на собственнике, а коммодатарий не несет ответственности за такой вред.

Гай для иллюстрации приводит следующий казус: некто попросил у другого лица в ссуду серебряную посуду для сервировки стола к званному обеду. Получить это серебро он поехал с ним за море. пираты или кораблекрушение, вещь погибла. Гай полагает, что в этом случае безо всякого сомнения (sine ulla dubitatione) коммодатарий несет полную ответственность за такой вред, наступивший, казалось бы, в случае казуса, случайности. Почему? Дело в том, что по мнению Гая, сам факт перевозки серебра, взятого в ссуду, по морю уже является culpa – это вина, которой не допустил бы рачительный, благоразумный хозяин. Невозможно предположить, что коммодатарий понятия не имел о существовании пиратов или о том, что на море время от времени случается шторм.

Обязательства ссудодателя. Хотя хозяйственная выгода (utilitas) при commodatum возникает только для коммодатария, все же договор ссуды не является строго односторонним договором, как заем. Павел полагает, что если уж ссудодатель (commodant) решил оказать услугу, то этим он себя уже связал. Ссуда – контракт обоюдный и из него возникают иски у обеих сторон (D. 13.6.17.3). Правда, обязательство ссудодателя (коммоданта) возникает не всегда, а при определенных обстоятельствах. А именно, если коммодант дал коммодатарию заведомо порочную вещь (vitiosa), так, что она причинила коммодатарию вред, то ссудодатель обязан возместить убытки. В самом деле, услуга должна помочь тому, кому она оказана, а не вводить его в убытки.

* Некто попросил у соседа подпорки к строящемуся зданию; сосед дал гнилые бревна, зная об этом, но негодность бревен не была видна; здание рухнуло.

* Подобная ситуация, но в ссуду дано больное животное, заразившее скот коммодатария.

* То же, но негодны сосуды; хозяин знал об этом, масло по дороге на рынок вылилось.

Во всех таких случаях дается иск против ссудодателя. При этом коммодант несет ответственность только за dolus и culpa lata, но не за culpa levis. Это старый принцип римского права – вступая в договор без личной для себя выгоды он не обязан принимать особо тщательные меры ради интересов должника (дареному коню в зубы не смотрят).

Обязательство кредитора в договоре ссуды может возникнуть не только из предоставления в ссуду заведомо порочной вещи (vitiosa res), но и в силу некоторых других обстоятельств. Например, предмет commodatum – мул или раб, их нужно кормить, не так ли? Вправе ли коммодатарий требовать от коммоданта возмещения издержек на прокорм раба? Конечно же, нет. Но другое дело, если животное или раб заболел и его пришлось лечить. Вот в этом случае коммодатарий получает право на иск о возмещении таких издержек.

Итак, если mutuum (заём) является контрактом unilateralis (строго односторонним), то commodatum является контрактом bilateralis inaequalis (двусторонним неравным). Это означает, что хотя в договоре ссуды обязательство возникает для обеих сторон, но обязательство ссудополучателя является основным, имеющим место в любом случае, а обязательство ссудодателя является второстепенным, возникающим лишь при определенных условиях. Иными словами, рядом с основным обязательством должника может возникнуть обязательство кредитора возместить вред, причиненный ссудополучателю. По этой причине хотя обе стороны потенциально могут выступать как в роли истца, так и в роли ответчика, но ссудополучатель значительно чаще оказывается ответчиком, нежели истцом.

 

Договор хранения (поклажа)

Depositum [вещь, отданная на хранение, депозит] – депозит, реальный контракт, по которому лицо (депозитарий), получившее от другого лица индивидуально определённую вещь (species), обязуется безвозмездно хранить её в течение определенного срока или до востребования и по окончании хранения вернуть эту вещь в надлежащем состоянии лицу, передавшему вещь на хранение (депоненту).

Итак, характерные черты договора поклажи:

* реальный контракт,

* как правило, предмет этого договора должен быть определен как species; исключение так называемый depositum irregulare – «хранение не по правилам», «ненормальный депозит» – то есть хранение незапечатанных денег (genus), которые переходили в собственность депозитария (обычно это был профессиональный ростовщик, банкир), который обязывался вернуть ту же сумму;

* цель договора – хранение вещи, а следовательно, депозитарий лишь держатель вещи, не имеющий права пользоваться ей (иначе – furtum usus);

* безвозмездность; хранение в римском праве – это лукративный контракт (contractus lucrativus); если одно лицо передавала другому лицу на хранение некую ценную вещь и обязывалось платить хранителю определенную сумму за каждый день хранения, то это, с точки зрения римского права, был договор найма услуг, а не договор deposipum;

* срок исполнения либо определен в договоре, либо не определяется;

* depositum является двусторонним контрактом, однако, его двусторонность не эквивалентная: это contractus bilateralis inaequalis (подобно договору ссуды); существует основное обязательство депозитария возвратить вещь и к нему – в известных случаях – может добавиться обязательство депонента (поклажедателя) возместить убытки (см. ниже).

Обязательства и права депозитария. Основное обязательство из depositum – это обязанность депозитария хранить вещь в течение определенного времени, после чего вернуть ее депоненту. Безвозмездность хранения ослабляла ответственность хранителя. Поскольку хранитель не извлекает для себя из договора никакой выгоды, он вправе ограничиваться теми мерами предосторожности, которые применяет обычный, нормальный, заурядный гражданин, а также применять те меры, которые предусмотрены договором. Он не обязывается к применению каких-то особых, повышенных мер предосторожности, которые допустил бы рачительный, добрый хозяин по отношению к своему имуществу. Из этого юридическое следствие: депозитарий отвечает только за dolus и за culpa lata, но не за culpa levis.

 

Интересно в связи с этим разъяснение Гая: если депозитарий утратил чью-либо вещь neglegenter (по небрежности), он не будет нести ответственность за утрату; так как он принял вещь не в своем интересе, а в интересе депонента, то отвечать будет только в пределах dolus. За небрежность не отвечает, ибо лицо, доверившее хранение своей вещи небрежному другу должно пенять на себя. Впрочем, грубая небрежность приравнивается к умыслу (D. 44. 7. 1. 5).

 

Обязательство поклажедателя (депонента) могло возникнуть при определенных условиях:

— в случае возникновения убытков для хранителя из-за переданной на хранение вещи (животное заражает животных хранителя);

— в случае произведенных издержек на хранимую вещь, если они произведены по прямому указанию депонента;

— в случае необходимых издержек (прокорм скота, рабов).

Если депонент не исполнял возникшего таким образом обязательства, хранителю давался против него специальный иск (actio depositi contraria).

 

Теперь остановимся на некоторых своеобразных разновидностях договора depositum.

Договор хранения, заключенный в условиях реальной опасности (depositum miserabile – горестная поклажа).

Например, во время пожара, наводнения, кораблекрушения, нападения пиратов. По преторскому эдикту из depositum miserabile вытекала обязанность хранителя в случае причиненного ущерба вещи отвечать в двойном размере ущерба – точно так же, как если бы хранитель совершил кражу. Повышение ответственности связано с тем, что депонент вынужден доверять другому лицу свою вещь внезапно. Ведь если договор поклажи заключен при нормальных условиях и впоследствии депозитарий не отдает чужую вещь хозяину, то при решении дела следует учитывать, что последний сам выбрал себе такого хранителя и отчасти должен пенять на себя. Другое дело, когда депонент отдает на сохранение свою вещь в минуту опасности – у него нет возможности выбирать себе хранителя. При depositum miserabile упрекать депонента в легкомыслии невозможно. Тем тяжелее вероломство депозитария, а, следовательно, тем выше его ответственность.

 

Поклажа не по правилам (depositum irregulare)

Другая особая разновидность поклажи – depositum irregulare [поклажа не по правилам, ненормальная поклажа] – это передача на хранение незапечатанных денег (если в запечатанном – это species – ящик, шкатулка и т. д.), то есть genus. Эти деньги поступают в собственность депозитария (чаще всего – банкир). Его обязанность – возвратить ту же самую сумму. На первый взгляд это не depositum, а mutuum (заем), поскольку: во-первых, предметом договора является genus, а не species; во-вторых, вещь передается в собственность, а не во временное держание, а, следовательно, (это – в-третьих) риск случайной гибели лежит на получателе, а не та том, кто ее отдает. Есть ли здесь какие-то отличия от займа? Существенное различие – в цели договора:

— цель договора mutuum – удовлетворить хозяйственные потребности заемщика (должника);

— цель договора depositum (поклажа) – удовлетворить хозяйственные потребности поклажедателя, поскольку именно ему оказывается услуга.

 

Секвестрация

Еще одна особая разновидность поклажи – так называемая секвестрация – передача вещи на хранение несколькими лицами нейтральному посреднику (sequester). Вещь передается на хранение с условием, что она будет возращена тому или другому в зависимости от того, как сложатся в дальнейшем обстоятельства. Наиболее частый случай секвестрации состоял в том, что две стороны передавали доверенному лицу (sequester) на хранение спорную вещь, чтобы никто не мог ею распоряжаться. Секвестер обязан выдать вещь тому, кто выиграет процесс.

В отличие от обычного depositarius'a секвестер является не просто держателем, на чье-то имя, но за ним признают юридическое владение вещью (не известно, на чье имя он держит вещь). (Это, как мы уже рассматривали, особый случай владения).

КОНСЕНСУАЛЬНЫЕ КОНТРАКТЫ: ДОГОВОР КУПЛИ-ПРОДАЖИ

 

Договор купли-продажи

Emptio-venditio – договор купли-продажи, консенсуальный двусторонний контракт, обязывающий обе стороны равноценно (contractus bilateralis aequalis): продавец (venditor) обязуется предоставить покупателю (эмптор, emptor) в «спокойное обладание» товар (merx), а покупатель обязуется уплатить продавцу за проданную вещь определенную денежную цену (pretium). Рассмотрим ключевые моменты emptio-venditio.

 Предмет договора называется товаром – merx. Товаром может быть:

1. Любая вещь, не изъятая из оборота, res in commercio. (Вспомним, что к вещам, изъятым из оборота, относятся: 1) res communes omnium – вещи, общие для всех по естественному праву (воздух, проточная вода, море и его берега); 2) res divini juris – вещи божественного права; 3) res publicae – собственность государства).

2. Как телесная, так и бестелесная вещь – лишь бы она была пригодна для передачи в физическом и правовом отношении (поэтому можно продать иск, платежное требование, вещное право – за исключением узуфрукта или узуса); вещь, как находящаяся в собственности, так и не находящаяся в собственности продавца, в этом последнем случае продавец обязуется приобрести эту вещь в собственность, а уже потом передать покупателю.

3. Вещь индивидуально определенная – species. Это обстоятельство кажется до некоторой степени странным. Неужели нельзя заключить договор купли-продажи по поводу вещей, определяемых родовым признаком? Дело в том, что по римским юридическим представлениям если вы продаете яблоки, то уже к моменту заключения договора эти яблоки должны быть выделены, отделены от других яблок того же рода, специализированы – вы продаете яблоки вот в этих конкретных ящиках; вы продаете вино вот в этих конкретных амфорах; вы продаете зерно вот из этого конкретного склада. Продажу родовых вещей без их специализации (т.е. выделения) возможно было осуществить легко с помощью договора стипуляции.

4. Предметом договора emptio-venditio может быть даже будущая вещь – emptio-venditio rei futurae; правовые последствия возникают немедленно по заключении договора и по выяснении урожая.

5. Предметом договора emptio-venditio может быть даже шанс – так называемая "покупка надежды" emptio spei – например, покупка будущего улова рыбы. При этом не имеет значения, осуществится ли этот шанс или нет, emptio spei нельзя путать с e. rei futurae. Там действует отлагательное условие – продажа считается совершенной только после выяснения урожая, правовые последствия только после этого. Здесь же, в случае с emptio spei мы имеем дело, по существу, с т. н. рисковым или алеаторным договором. Римляне в таких случаях говорили: "Покупать шанс" – aleam emere (alea – игральная кость, жребий, шанс, риск).

Цена – pretium. В отличие от мены в договореemptio-venditio в качестве цены употребима только денежная сумма. Эта сумма должна быть определенной (допускается как прямое определение цены, так и косвенное, например, "обязуюсь заплатить столько, сколько в это время окажется в моем денежном ящике"). Цена должна быть названа всерьез, а не для одного только виду (покупка котенка за одну копейку в этом смысле не является сделкой купли-продажи).

Нужно сказать, что вообще в древнем Риме предполагалось, что цена в сделке устанавливается свободно. Она могла быть как выше, так и ниже рыночной стоимости вещи. Но в императорскую эпоху иногда предпринимались попытки принудительного регулирования цен.

Наиболее известными являются две попытки, предпринятые правительством в правление императора Диоклетиана: рескрипт 285 г. и эдикт о ценах 301 г. В рескрипте Диоклетиана 285 г. н. э. предусматривалось расторжение договора вследствие чрезмерной убыточности договора для продавца. Если уплаченная цена оказывалась ниже половины действительной стоимости, проданное земельное имение, по рескрипту, могло быть возвращено, а покупатель получал назад уплаченную сумму. Если он желал, то он мог предотвратить расторжение договора, уплатив недостающую сумму. Диоклетиан здесь, видимо, имеет ввиду стесненное материальное положение продавца в момент продажи и становится на его сторону. Стесненное материальное положение может вызвать невыгодную продажу (чтобы срочно получить требующуюся сумму), но не может принудить к невыгодной покупке. Диоклетиан становится на сторону лица, стесненного материально, чтобы поддержать его, тем самым поддержать налогоплательщика.

Эдикт Диоклетиана о ценах (301 г.) представлял собой неудавшуюся попытку ввести единые цены на основные товары на территории всей империи. Приведем несколько выдержек из этого эдикта:

«Перечень цен, выше которых никто не может взимать:

[О зерновых]

за 1 модий ржи — 60 денариев;

за 1 модий овса — 30 денариев;

…

[О заработной плате]

Деревенский батрак со столом за 1 день — 25 денариев;

Каменщик — 50 денариев;

Столяр — 50 денариев;

Маляр — 75 денариев;

Художник-маляр — 150 денариев;

…

[О труде переписчика]

Переписчику за 100 строк лучшего письма — 25 денариев;

За 100 строк обыкновенного письма — 20 денариев;

…

[О плате за обучение]

Учителю гимнастики за 1 ученика в месяц — 50 денариев;

Учителю арифметики в месяц — 75 денариев;

Учителю греческого, латинского языка — 200 денариев;

Воспитателю за 1 ребенка в месяц — 50 денариев;

Адвокату или опытному юристу за подачу жалобы — 250 денариев;

За производство следствия — 1000 денариев».

(С текстом самого эдикта Диоклетиана, как и с более подробным списком цен, можно познакомиться в нашей «Хрестоматии», расположенной на этом же диске).

Соглашение сторон – conventio. Как только стороны придут к соглашению об обмене определенной вещи на определенную сумму денег, договор считается заключенным и вступает в юридическую силу, даже если одна из сторон или обе стороны еще не приступили к исполнению. При этом задаток имеет только доказательную силу (это не исполнение).

Нужно хорошо уяснить, что договор купли-продажи имеет два временных момента, и их нужно четко различать:

1) первый момент носит обязательственно-правовой характер – это момент принятия на себя продавцом обязательства предоставить покупателю обладание проданными вещами;

2) второй момент носит вещно-правовой характер – это момент получения покупателем непосредственного права на вещь, и он совпадает с фактической передачей (traditio) проданной вещи.

Обязательства покупателя: уплатить покупную цену, взять вещь, возместить расходы продавцу, если такие наступили после заключения договора. Для обеспечения этих обязательств эмптора продавец (venditor) имеет иск actio venditi. Весь прирост проданной вещи принадлежит покупателю.

Но зато и риск случайной гибели также лежит на покупателе. Если по заключении договора еmptio-venditio, но до наступления вещно-правового момента купленная вещь погибнет по случайной причине, то есть без вины как продавца, так и покупателя, то неблагоприятные последствия этого факта ложатся на покупателя. То есть покупатель обязан уплатить покупную цену, несмотря на то, что продавец в виду этого casus’a не может исполнить своего обязательства: действует правило periculum est emptoris ("риск у покупателя"). Это правило явным образом противоречит хорошо уже нам известному более общему принципу – casum sentit dominus ("казус терпит собственник"). Как можно объяснить это удивительное противоречие? В научной литературе по этому поводу было приложено немало усилий и сломано не мало копий. Вот одно из объяснений, на мой взгляд, наиболее изящное.

Первоначально, когда еще не было консенсуальных контрактов, материальная цель emptio-venditio достигалась с помощью двух самостоятельных стипуляций:

1-я стипуляция:

Публий: "Обязуешься ли мне дать раба Стиха?"

Марк: "Обязуюсь дать тебе раба Стиха".

2-я стипуляция:

Марк: "Обязуешься ли мне дать 100?"

Публий: "Обязуюсь дать тебе 100".

Предположим, обстоятельства сложились так, что в результате казуса первая стипуляция оказалась физически невыполнимой: Марк не в состоянии передать раба Стиха, ибо раб Стих сбежал. Но в силу абстрактного характера стипуляционного обязательства (ведь в ней не указывается causa, причина, заставившая стороны заключить договор), вторая стипуляция сохраняется в силе и Публий по-прежнему обязан уплатить 100.

С этим положением практика так свыклась, что те же самые последствия случайной гибели наступали и тогда, когда вошел в практику консесуальный договор купли-продажи (emptio-venditio).

Обязательство продавца (venditor). Продавец находится в более сложном положении. Его ответственность растянута во времени и многосложна.

 1) продавец (эмптор) обязан передать покупателю вещь в т.н. «спокойное обладание» (vacua possessio), но не в собственность. Другими словами, продавец обязан обеспечить покупателю беспрепятственное фактическое обладание вещью. Vacua possessio – это владение, свободное от любого вмешательства со стороны третьих лиц, такое обладание, которое защищено владельческими интердиктами. Специального вещного иска, виндикации, для защиты приобретенной вещи путём купли-продажи не существует. Продавец может продавать и те вещи, собственником которых он сам не является.

Например, два брата после смерти отца получили в наследство большое земельное имение под Неаполем. Однако старший брат уже давно живёт в Риме и дела у него идут вполне успешно, у него есть своё собственное имение и он не претендует на свою долю, доставшуюся ему в наследстве отца. Поэтому он разрешает младшему брату продать свою часть. Если младший брат найдёт покупателя, продавцом выступит именно он, но продавать он будет землю, находящуюся в собственности другого человека. Такая сделка купли-продажи вполне законна, но она не создаст для покупателя права собственности на землю. Позднее покупатель сможет стать собственником земли, если осуществит давностное (двухлетнее) владение – usucapio, либо договорится со старшим братом о совершении акта манципации. Но до этого момента продавец рискует, что старший брат – то есть постороннее, третье лицо в сделке купли-продажи – отнимет эту землю судебным порядком, при помощи виндикации. В данной ситуации обязанность продавца (младшего брата) обеспечить «спокойное обладание» означает договориться со старшим братом не предъявлять иска в течение срока приобретательной давности.

 2) Таким образом, продавец несёт перед покупателем ответственность за эвикцию вещи. Эвикция – это лишение покупателя владения вещью по судебному решению на основе вещного иска собственника или управомоченного лица. В этом случае покупатель для возмещения ущерба нуждался в защите, и она ему давалась. Гарантия от эвикции развилась следующим образом. Первая стадия: в эпоху, когда купля-продажа осуществлялась с помощью манципации, тогда в случае эвикции продавец автоматически обязывался к выдаче двойной стоимости уплаченного ему; при манципации не нужно было специально оговаривать это условие или напоминать о нем – такая ответственность продавца предполагалась сама по себе. Вторая стадия: это манципационное условие было заимствовано и в практике обычного договора купли-продажи, но сначала при помощи дополнительной стипуляции по этому поводу, где специально оговаривалась такая ответственность venditor’а. Третья стадия: эта дополнительная стипуляция при купле-продаже со временем настолько прочно вошла в практику, что если даже продавец отказывался давать подобное стипуляционное обещание, то против него покупателю предоставлялся иск об эвикции уже из самого договора купли-продажи (а не из стипуляции, как ранее), ибо этот новый иск из купли-продажи в классическом римском праве был основан на понятии "доброй совести", а потому защищали его иски bonae fidei, в которых судья обязан был учитывать не только букву закона, но исходить из современного ему понятия о справедливости.

В классическом римском праве ответственность за эвикцию вещи относилась к основным обязанностям продавца. Впрочем, стороны могли исключить эту ответственность, заключив особое дополнительное соглашение (пакт).

3) Продавец отвечает за скрытые недостатки вещи. Более того он обязан сообщать покупателю о скрытых недостатках покупаемой вещи. Позднее продавец стал отвечать даже за такие скрытые недостатки вещи, о которых он сам не знал. За явные, очевидные недостатки товара продавец, естественно, ответственности не несет.

Если ты, покупая на рынке помидоры, выбрал прилавок с самой дешевой ценой, а придя дома обнаружил, что купленные помидоры превратились в месиво, поскольку еще на прилавке они издавали стойкий запах гнили, то никаких претензий к продавцу ты предъявить, конечно не можешь.

4) Продавец обязан выдать плоды и приращения, возникшие у вещи после заключения контракта.

5) Продавец обязан проявить качества доброго хозяина – т. н. custodia, – следовательно, он отвечает даже и за culpa levis.

Иски из договора купли-продажи. Поскольку emptio-venditio – это двусторонний равноценный контракт, постольку из него возможны два самостоятельных, полноценных иска. Для обеспечения своих прав покупатель (emptor) имеет к продавцу иск из покупки – actio empti, а продавец, соответственно, иск из продажи – actio venditi.

Actio empti – иск из покупки; это иск личный, цивильный, доброй совести. В формуле этого иска претензия была incerta (без точного определения суммы иска), поэтому лишь судья в ходе разбирательства устанавливал точную величину искового притязания. Иск был направлен на выдачу купленной вещи либо на исполнение других обязательств продавца. Если при заключении договора купли-продажи не было установлено никаких дополнительных условий, то продавец по actio empti присуждался к уплате интереса (interest). Однако покупатель мог настоять на дополнительном обещании продавца в форме, например, «стипуляции о двойной цене» (stipulatio duplae), по которой продавец обязывался уплатить покупателю «двойную цену» (duplum), если произойдет эвикция проданной и переданной вещи. В постклассическом праве stipulatio duplae считалась молча заключенной при каждом договоре eptio-venditio.

Actio venditi – иск из продажи; это иск личный, цивильный, доброй совести об уплате pretium (денежной цены), а в случае необходимости – о выполнении иных обязательств покупателя, например, о возмещении расходов продавцу за хранение уже проданной вещи. Ответчик по actio venditi присуждался к уплате интереса (interest) в однократном размере.

Договор найма: общие положения

Locatio-conductio – сдача в аренду, размещение (взятие в аренду). Терминология: наймодатель – локатор (locator); наниматель – кондуктор (conductor). В классификации римского права существуют три вида найма: 1) наём вещей – locatio-conductio rerum; 2) наём услуг locatio-conductio operarum; 3) наём работы или подряда – locatio-conductio operus faciend. Общее между этими видами заключается втом, что одна сторона обязуется представить другой стороне пользование известным объектом (вещь, услуга, работа), а другая сторона обязуется уплатить за пользование первой стороне определенное денежное вознаграждение. Правда, в последнем случае договор направлен не на пользование рабочей силой как таковой, а на результат применения рабочей силы.

Обнаруживается некоторая близость между договором locatio-conductio и договором emptio-venditio. Близость эта, в частности, проявляется в определенной цене. Иногда может возникнуть затруднение, как следует классифицировать тот или иной договор.

* Вещь сдана навсегда (in perpetuum), но при условии ежегодного денежного взноса в качестве платы за пользование. Как квалифицировать этот контракт? Гай отвечает: это locatio-conductio;

* Ланиста (хозяин гладиаторской школы) сдает гладиаторов; тот, кто их арендует, устраивая публичные бои гладиаторов, за уцелевших обязан уплатить по 20 динариев, за убитых или искалеченных – по 1000 динариев. Как квалифицировать этот контракт? Гай отвечает: в первом случае – locatio-conductio, во втором – emptio-venditio.

* Заказ колец золотых дел мастеру. Если из золота мастера – это emptio-venditio; если из золота заказчика – это locatio-conductio.

Несомненно, что locatio-conductio и emptio-venditio имеют некое родство, близость. Но отличие между ними также очевидно: по договору emptio-venditio покупателю предоставляется постоянное обладание вещью; а по договору locatio-conductio – временное пользование.

Что касается исков, то как и в случае с emptio-venditio каждая сторона из этого договора имеет свой самостоятельный иск: actio locati и actio conducti.

Договор найма вещей

Locatio-conductio rerum – консенсуальный, двусторонний равноценный контракт, по которому одна сторона (наймодатель – locator) обязуется предоставить другой стороне (нанимателю – conductor) определенную вещь во временное пользование, а другая сторона обязуется уплачивать за пользование вещью определенное вознаграждение (merces, pensio) и окончании срока возвратить вещь в надлежащем состоянии.

Предметом договора может быть как движимая вещь, так и недвижимая; вещь обязательно определяется как species; это не может быть потребляемая вещь (при ее использовании не должна уничтожаются или изменяться ее хозяйственная сущность). Почему действует это последнее правило? Дело в том, что невозможно возвратить ту же самую вещь, если она уже потреблена.

Один из наиболее распространенных предметов этого вида контрактов – земельный участок, следовательно, наиболее распространенный вариант договора locatio-conductio rerum – это земельная аренда. Еще один предмет – квартира (договор называется habitatio, habitator – квартиросъемщик).

Условия. Вещь передавалась во временное пользование – это не владение (почему? – нет animus possidendi). Но вот что интересно – не обязательно, чтобы сдаваемая вещь была в собственности локатора (наймодателя). Можно было сдавать в найм и чужую вещь.

Цена, наемная плата определяется в денежном выражении. Но в случае с земельной сельскохозяйственной арендой это правило было не обязательным. При найме сельскохозяйственного земельного участка плата (merces) могла быть назначена не в деньгах, а в определенном или относительном количестве сельскохозяйственной продукции. (Относительное количество – это, например, 1/6 часть урожая).

Если же в других случаях – помимо сельскохозяйственной аренды – заключалось соглашение, что лицо, принявшее в пользование какую-либо вещь обязуется дать за это пользование другую вещь, то такой договор не рассматривался как locatio-conductio.

Срок определялся договором; аренда заключалась как правило на 5 лет, но могла заключаться и бессрочно (locatio perpetua).

Обязанности наймодателя. Locator (наймодатель) обязан:

* uti frui licere (позволить пользоваться и извлекать плоды) – то есть предоставить вещь нанимателю в фактическое держание для пользования;

* предоставить вещь на условленный срок и своевременно; если вещь передана не своевременно, наниматель может отступить от договора без юридических последствий;

* обеспечить нанимателю возможность нормального пользования вещью, а именно – содержать вещь в надлежащем состоянии, в частности необходимый ремонт и т.п.; необходимые расходы; устранять все юридические препятствия для нормального пользования вещью нанимателем (например, налоги).

В противном случае он отвечает за возмещение ущерба (например, сдал дом на 5 лет, не ремонтировал его, он рухнул; или например, продал земельный участок, который до этого сдал в аренду, а новый хозяин не считается с тем, что это имущество обременено договором найма).

Локатор отвечает за недостатки и пороки вещи – то есть возмещает весь интерес нанимателя в случае, если вещь оказалась непригодной для использования по тому назначению, которое предполагалось при каузе договора. Другой вариант выхода из такого положения – наниматель мог отказаться от договора.

Если пользование возможно, но с меньшим хозяйственным эффектом, тогда по actio conducti можно было требовать снижения наемной платы (merces).

Локатор отвечал за всякую вину. Если случайная гибель или невозможность пользования в силу случайности, без вины наймодателя – не отвечает за последствия перед нанимателем, но и не имеет права требовать merces – periculum est locatoris.

Обязанности нанимателя (кондуктора).Кондуктор имеет вещь лишь в фактическом держании без какой-либо вещно-правовой защиты. Он обязан:

* платить (merces) обычно по окончании пользования или истечении оговоренного промежутка, если он не пользовался вещью по причине, касающегося его лично.

Если случился неурожайный год из-за какого-нибудь бедствия (наводнение, засуха), тогда арендатор имеет право требовать снижения арендной платы в силу правила о "неодолимой силе": majori casui humana infirmetas resistere non potest (Гай).

Если плата, например за дом, внесена вперед, а дом сгорел не по вине нанимателя – требует возвращения арендной платы с помощью actio conducti.

* возвратить вещь своевременно, иначе возмещай.

* обязан пользоваться вещью надлежащим образом и лишь в пределах договора, иначе – furtum usus. Отвечал за всякую вину, в том числе culpa levis, то есть обязан был относиться к вещи как добрый хозяин, проявлять заботу, охрану (custodia).

В ходе пользования conductor мог произвести на вещь некоторые затраты. Как быть с возмещением этих издержек? Во-первых, наймополучатель имеет право требовать возмещения необходимых издержек по actio conducti; во-вторых, издержки, не относящиеся к категории необходимых, а сделанные только ради личного вкуса или желания нанимателя, последний возместить не может; по их поводу он обладает лишь jus tollendi [право на отделение], то есть право отделить от вещи то, что было как бы вложено в нее при условии, что это отделение не ухудшает вещь и осуществляется это не злонамеренно.

Договор найма услуг

Наём услуг, locatio-conductio operarum – консенсуальный, равноценный контракт, по которому одна сторона (нанявшийся locator) принимала на себя обязательство исполнить в пользу другой стороны (нанимателя conductor) определенные услуги, а другая сторона обязывалась уплатить за данные услуги определенное вознаграждение.

Предмет договора: оказание каких-либо услуг. Плата в этом договоре называется в разных случаях по-разному: если контракт заключен по поводу выполнения неквалифицированных услуг, если нанявшиеся представляют собой поденщиков, то плата называется merces; если это квалифицированные услуги и оказываются они специалистами (например, землемером, юристом, врачом), то считалось неприличным и невозможным с этической точки зрения назначать за такие услуги заработную плату, что уравнивало бы специалиста с обычным подёнщиком. Однако на практике сложился обычай оказывать таким лицам уважение, которое материализовалось в виде так называемого гонорара, honorarum, что означает "почетный дар".

Срок. Договор заключается или с указанием срока, или без указания. В последнем случае каждая сторона могла заявить о прекращении договора.

Обязанности нанявшегося:

— лично и надлежащим образом исполнить услуги, которые имеются в виду в договоре;

— в установленные сроки;

— отвечает за всякую вину.

Обязанности нанимателя:

— conductor обязан уплатить плату (merces) (в случае с поденщиком);

— в случае квалифицированных услуг (землемеры, врачи, юристы) – нравственной обязанностью является уплатить гонорар.

Оплата после истечения того промежутка времени, за который производился расчет.

Наниматель обязан уплатить, если услуги не могли быть оказаны по его же вине. Если нанявшийся не смог выполнить услуги по своей вине (болезнь или другие причины), то он не имел права на вознаграждение.

Рассмотрим следующий пример. Публий нанялся на три месяца к Марку переписывать его книги, но Марк не смог в последний месяц обеспечить его папирусом и чернилами. Публий благодаря своей энергичности нашел на этот месяц другого клиента, Тита, и, хорошо справившись с работой, получил от него соответствующее вознаграждение. В этом случае действует правило, в силу которого locator (нанявшийся) не может получить плату за один и тот же промежуток времени от двух нанимателей одновременно. Таким образом, то, что Публий заработал на стороне, пока Марк не пользовался его услугами (даже и по его – Марка – вине), засчитывалось в счет вознаграждения по договору между Марком и Публием. Если деньги были получены вперед, Марк имел все основания потребовать обратно сумму, равную месячной оплате.

Договор подряда, или наём работ

Locatio-conductio operis faciendi – консенсуальный, двусторонний, равноценный контракт, по которому одна сторона (conductor, подрядчик) обязывался исполнить в пользу другой стороны (locator, заказчик) определенную работу, а заказчик обязывался уплатить за эту работу определенную плату (merces).

Предмет договора – не сама работа, а ее определенный результат (opus): дом; выстиранная одежда; осуществленная перевозка людей.

Обязанности подрядчика. Подрядчик обязан надлежащим образом исполнить и сдать работу в срок. Он отвечает за dolus, culpa lata, culpa levis и за пороки выполненной работы, а если взялся за работу как мастер своего дела (ut artifex), то отвечает и за imperitia. Подрядчик также отвечает за выбор и надзор за помощниками, если решит таковых использовать.

Если еще до сдачи работы в результате случая (например, действия непреодолимой силы) результат этой работы будет уничтожен или ему будет нанесен материальный вред, тогда весь ущерб ложится на подрядчика.

Обязанности заказчика. Locator обязан прежде всего уплатить установленное вознаграждение подрядчику. Если в ходе работы оказалось, что смета была установлена неправильно и за условленную плату выполнить работу невозможно, то заказчик мог согласиться на увеличение вознаграждения либо отказаться от договора и приостановить работы.

Если заказчик отказывался принять выполненную работу без очевидной причины, это не освобождало его от обязательства уплатить установленный merces.

Если подрядчик за тот срок, который был определен в договоре, смог выполнить подобную работу на стороне, то полученное им вознаграждение от этого второго заказчика засчитывалось в счет погашения выплаты по первому договору. Более того, если заказчик прерывал выполнение работы раньше срока, а подрядчик в оставшееся время успевал выполнить другую работу, происходило то же самое.

Договор поручения

Mandatum, поручение, мандат – консенсуальный, двусторонний неравноценный контракт, по которому одна сторона (доверитель, мандант) поручала другой стороне (поверенному, мандатарию) исполнить какие-либо действия, а поверенный обязывался безвозмездно исполнять эти действия. Возникла из бескорыстной дружеской услуги.

Предмет договора поручения: услуги реального характера (починить платье и т.п.) или юридического характера (заключить договор, быть представителем на суде и т.п.). Предметом договора поручения не могли быть незаконные и безнравственные действия.

Обязанности поверенного. Поверенный, или мандатарий – это лицо, принимающее на себя поручение другого лица (манданта) выполнить те или иные действия, имеющие юридическое значение. Принять на себя поручение или не принять его – это воля мандатария, но исполнить принятое поручение, это уже его обязанность (Павел, D. 13.6.17.3). Поверенный обязан:

— исполнить поручение; если видит, что не в состоянии довести дело до конца, обязан немедленно сообщить доверителю, если не сообщил – отвечает за причиненный вред;

— строго руководствоваться указаниями доверителя, если превышает – действует на свой страх и риск.

— передавать доверителю вместе с плодами все, что досталось из mandatum; более того, если ему поручено собрать долги с должников доверителя и в ходе исполнения он получил случайно сверх того (уплачен несуществующий долг), он и это все обязан передать доверителю;

— отчитаться (передать документы, если такие были);

— отвечал за всякую вину, в том числе culpa levis (это исключение из общего правила, ибо в договорах, где должник не имеет своей выгоды, он не отвечает за culpa levis).

Обязанности доверителя (манданта). Мандант – лицо, дающее кому-нибудь мандат, поручение. Мандант обязан возместить поверенному все материальные издержки и понесенные убытки, связанные с исполнением поручения (независимо от того, достигнут результат или нет); если, конечно, поверенный действовал добросовестно и разумно.

Случайный ущерб, наступивший попутно, не подлежал возмещению.

Прекращение договора mandatum могло наступить при одностороннем отказе от договора или смертью одной из сторон. Это потому, что mandatum предполагает особое доверие между сторонами, и если оно прекращается, то прекращается и договор.

Отмена поручения (одностороннее прекращение договора mandatum доверителем) осуществляется путем уведомления. Если поручение исполнено раньше, чем поверенный узнал об его отмене, мандант обязан принять исполнение.

Право мандатария отказаться от договора было ограничено требованием того, чтобы в результате этого отказа не возник ущерб для манданта.