Общественно - историческая природа научного познания

Глава I

Исследование роли практики

В развитии теоретического знания

Когда говорят о социологическом анализе познавательного процесса, чаще всего имеют в виду прослеживание зависимо­стей между познанием и практической деятельностью. Осозна­ние их связывают с именем Маркса, определяя специфику его гносеологии как введение практики в теорию познания. Однако отдельные высказывания о взаимосвязи научного познания с практической деятельностью неоднократно встречаются в фи­лософии нового времени. У Канта мы обнаруживаем идею взаимосвязи «чистого» и «практического» разума. У Гегеля в анализе «несчастного сознания» и отношений «господства и рабства» подчеркнута роль практической деятельности в по­знании. В своем анализе Гегель, по мнению Маркса, «ухваты­вает сущность труда» ¹ как основного источника в развитии познания.

Какие новые шаги были сделаны Марксом в понимании этой уже зафиксированной взаимосвязи? Материал для ответа дают нам уже «Экономическо-философские рукописи» и «Немецкая идеология». Маркс не только констатирует взаимосвязь между познанием и практикой, но рассматривает ее как исходный фи­лософский принцип, с позиции которого им решаются все дру­гие философские проблемы. Идея взаимосвязи познания и

^{——————————————————}

1 К. Маркс и Ф. Энгельс. Соч., т. 42, с. 159.

– 11 –

практики выступает у Маркса как идея вторичности общественного сознания по отношению к общественному бытию. Им высказы­вается мысль о первоначальной непосредственной вплетенности сознания в материальную деятельность, о классовом характере познания, об определяющей роли материального производства в развитии вcex социальных явлений и всех форм сознания, у которых, по его мнению, нет собственной истории. «Истинное содержание всех составивших эпоху систем, – утверждает Маркс, – образуют потребности времени, в которое они воз­никли. В основе каждой из них лежит всё предшествующее раз­витие нации, историческая форма классовых отношений с их по­литическими, моральными, философскими и иными следствиями»¹.

Из указанных работ видно, что подход Маркса к проблеме взаимосвязи научного познания и практики глубже и конкретнее, чем в предшествующей философской мысли. Однако опро­вергнуть мнение, будто вклад Маркса ограничился выдвиже­нием важных, но недоказанных и непроверенных положений, на их основании трудно. Кроме того, сами эти положения, ка­чественно отличающие Маркса от предшествующих мыслителей, рассматриваются многими авторами как его слабое место. Ему предъявляют обвинение в абсолютизации зависимости познания от практики и слишком прямолинейном проведении этой идеи. Положению о зависимости духовного производства от реального процесса жизни людей противопоставляется мысль о том, что подлинно научный взгляд невозможен без разрыва с чисто прак­тическими потребностями. Положение о вторичности обществен­ного сознания считается неприменимым к науке, призванной от­крывать новые сферы деятельности. Конкретная история науки считается невыводимой из развития материального производ­ства. Классовая заинтересованность рассматривается как пре­пятствие в развитии науки.

Как опровергнуть подобные обвинения, возникающие в пер­вую очередь на материале «Немецкой идеологии»? Одно из средств рекомендует Энгельс, столкнувшийся с фактом абсолю­тизации экономических зависимостей. Он признает, что в ходе полемики ему и Марксу приходилось подчеркивать значение экономической стороны, не уделяя достаточного внимания дру­гим факторам, но их взаимосвязь вскрывалась во всей ее кон­кретности, когда «дело доходило до анализа какого-либо

^{——————————————————}

¹ К. Маркс и Ф. Энгельс. Соч., т. 3, с. 464.

– 12 –

исторического периода», т.е. до практического применения принци­па первичности экономических отношений.

Выдающееся значение «Теорий прибавочной стоимости» со­стоит в том, что они дают возможность проследить конкретное применение Марксом принципа взаимосвязи познания и прак­тики в анализе истории экономической мысли. Акцент на этой взаимосвязи обнаруживает себя уже в том наборе исходных по­ложений, с которым Маркс подходит к анализу взглядов каж­дого политэконома.

Он неизменно отмечает классовую позицию авторов, под­черкивая их титулы и занимаемые должности; соотносит взгля­ды каждого с уровнем развития производительных сил, неодно­кратно отмечая «чисто французское» или «чисто померанское восприятие вещей», «английский взгляд на вещи», «шотланд­ские представления», «взгляд, характерный для янки» и т.д. Рассматривая основные этапы в развитии политической эконо­мии – меркантилизм, физиократию, систему Смита и теорию Рикардо, Маркс выводит их специфику из конкретно-историче­ских особенностей рассматриваемого периода. Возникновение меркантилизма связывается им с открытием американских се­ребряных рудников, физиократии – с критикой экономической политики Кольбера, взгляды Смита – с защитой политики фритредерства. Каждый из этих этапов в развитии теории со­ответствует, по мнению Маркса, этапу в развитии капиталисти­ческого производства: меркантилизм – эпохе торгового капи­тала, физиократия – периоду зарождения капиталистических отношений в сельском хозяйстве, взгляды Смита – мануфак­турному периоду, теория Рикардо – периоду развития круп­ной промышленности.

Приведенными высказываниями исчерпывается материал, ле­жащий в «Теориях прибавочной стоимости» на поверхности. Ввиду краткости они могут быть расценены как подбор Марк­сом примеров к положениям, выдвинутым в «Немецкой идео­логии». Однако возможно и другое объяснение: данные выска­зывания – вывод, полученный в результате рассмотрения кон­кретно-исторического материала, который не излагался деталь­но, так как это была проверка для себя и в черновике фикси­ровался пока лишь общий итог.

^{——————————————————}

¹ К. Маркс и Ф. Энгельс. Соч., т. 37, с. 396.

– 13 –