Эдипова драма
1. «Эдипова иллюзия» (Эдип в трагедии хочет знать правду, но, многократно слыша ее, не хочет слышать): ребенок открывает существование родительской пары, видит, что между ними есть какие-то отношения, но не хочет всей правды: что родители теряют его из своих мыслей, когда они ночью вместе, что из этих отношений могут появляться новые дети, и что мать предпочитает ему отца. Для ребенка важно открытие исключенности из родительских отношений. Другая часть иллюзии – от кого зависит возможность появления новых детей («Мама, роди мне братика!»).
2. Эдипова ситуация в целом: обычно Эдип рассматривается в аспекте чувств ребенка по отношению к родителям, но он начинается с чувств родителей по отношению к ребенку: в трагедии он угрожает их жизни, родители хотят его убить. Так, появление ребенка значительно изменяет их жизнь – по сути, разрушает их абсолютное обладание друг другом. Например, отец нередко проявляет сильную ревность, пытается включиться в отношения мать-ребенок, из которых он исключен, и здесь обостряются его собственные эдипальные переживания. Мать же оказывается в отношениях конкуренции со своей матерью: насколько хороша она сама будет в новой роли. На сессии могут обнаруживаться довольно амбивалентные мысли родителей: ребенка ждали, но он родился не к месту, что-то разрушил. В бессознательной фантазии отца ребенок – это тот, кто займет его место. Собственный непроработанный Эдип родителей будет вмешиваться в Эдип ребенка, усиливать инцестуозную фантазию ребенка, и будет передаваться дальше.
Если у ребенка нет серьезных оснований, чтобы отказываться от своей инцестуозной фантазии, она будет все в большей степени «овеществляться» *Пример: девятилетний мальчик спит вместе с матерью и видит – не фантазирует – призрак отца в своей комнате. Если призрак – это галлюцинация, то речь идет о разрушении символического регистра (символический регистр vs галлюцинаторный; сон9 - символический). Галлюцинация как архаический способ самонаказания. *К: в детском психоанализе, в отличие от взрослого, допустима определенная инструктивность. Терапевт как бы принимает на себя символическую родительскую функцию, не конкурируя с реальными родителями, но тем самым поддерживая их в преодолении их собственного Эдипа.
**По Кляйн, слезы ребенка – не всегда слезы горечи, это можно рассматривать как слезы от ненависти, которые затапливают все – как атаку на мать. У взрослых пациентов слезы тоже не всегда являются выражением горя, они могут быть проявлением агрессивной атаки на психоаналитика.
Кляйнианский взгляд на Эдипов комплекс
Эдипова проблематика задана филогенетически в плане представлений о мужских и женских атрибутах; ее можно обнаружить уже к концу 1-го года жизни. Это – специфический триангулярный конфликт, во внутреннем плане – бессознательная фантазия ребенка, и во внешнем – его отношения с отцовской и материнской фигурой.
Зачем ЭК нужен? – Так формируется запрет на инцест. Биологический запрет на инцест понятен, но что он значит в психологическом плане? – Нарушение стабильности внутрипсихической структуры, что ведет к росту симбиотического смешения и потере собственного Я, это также – прямое ограничение закона, закона ограничения на желание. Недиффиренцированность нарастает, плоть до психического коллапса.
Следствия успешного прохождения ЭК:
1. При условии отказа от инцестуозных фантазий и их дальнейшей сублимации, связано с успешным формированием полоролевой идентичности: мужской или женской.
2. Принятие разницы поколений, представление о семейной иерархии и своем месте в ней. Так ребенок занимает свое место в семейной иерархии и не претендует на материнское или отцовское.
3. Ограничение на желания и опыт запрета, связанного с фантазией и желанием ребенка. По Фрейду, для мальчиков важно также формирование Сверх Я; у девочек все устроено иначе.
*Кляйнианский10 анализ: представление о другом рождается из ненависти, которую ребенок может испытывать к этому другому. Там, где есть абсолютная любовь, нет необходимости в дифференциации объекта. Истоки первичного ЭК, по Кляйн, находятся на депрессивной стадии развития, когда происходит интеграция хорошего и плохого объекта (это соотносится с интеграцией материнской и отцовской фигуры). Опыт первичного Эдипа состоит в том, что мать может уходить от ребенка, и даже мысли ее порой могут быть заняты кем-то другим, но не ребенком.
*К.: зачем ребенку отказываться от того, что дает ему близость с матерью, от фантазий эдипальной стадии? Еще более «ранний» пример – «переношенная» беременность. С рождением мать как бы «теряет» ребенка, возможно, частично с этим связана послеродовая депрессия. Доэдиповы корни формирования истерии: мать слишком рано и интенсивно обращается к своему мужу, и ребенок слишком рано сталкивается с опытом того, что мать ушла (одновременно это соотносится с винникотовской идеей необходимого уровня фрустрации).
Опыт развития – опыт множественной сепарации, множественных потерь и множественных ограничений, которые необходимо принимать, чтобы развиваться дальше. Этот опыт вводит ребенка в мир символического – мир культуры, языка, символа. Иначе – или первертное отрицание правил и разницы поколений, или «отбрасывание» к более ранним структурам.
*Лакан: отец должен сказать «нет» как ребенку, так и матери, возможно, слишком потворствующей ребенку, проявляя свою привязанность телесно, а не вербально (символически).
Взгляд на психоз: как отрицание болезненной реальности, которую невозможно принять. Но это также – форма защиты от переживания страха, ужаса. Как нам, как терапевтам, пережить это? – Личный анализ и погружение в пространство художественных произведений. Музыка приближает нас к нашему опыту восприятия первичных объектов. Звуковой конверт – что слышит ребенок, в т.ч. в утробе матери, телесный конверт – как мать берет ребенка, как держит на руках. Здесь – опыт первичного восприятия своего собственного Я.
Нарциссизм можно рассматривать как полюс, противоположный эдипу. Мы преодолеваем свое первичное нарциссическое всемогущество, проходя эдип. Здесь человек должен отказаться от всемогущих фантазий обладания, от фантазии о том, что он – единственный важный и ценный объект на земле.
Как формируется невроз?
Фрейд: на эдиповой стадии ребенок не прорабатывает соответствующий конфликт, он остается всесильным в своей фантазии.
*Интересный вопрос: как возникает фантазия об оральном сексе? К.: это отсылает нас к представлению о первичных бессознательных фантазиях ребенка.
«Под властью бессознательного всемогущества 5 раз перешел МКАД»
1 Калина: весь психоанализ – в одной фразе: «Да, но…» («А зачем хорошему быть вытесненным?»).
2 У всех разные защитные механизмы. Возможно отрицание, или, например, отделение идеоторного компонента от аффективного: это часто бывает у невротиков – они все хорошо помнят, но эмоциональный компонент страдает.
3 Кляйн отметила в детской игре и фантазиях очень много деструктивности. К. сообщает, что поэтому глупо думать о том, что ребенка делают агрессивным определенные игрушки – например, пистолеты.
4 Важно демонстрировать пациенту, что мы можем вынести то, что он выносить уже не может. Эта негативная реакция – то, что есть внутри ребенка (взрослого).
5 То же можно увидеть в сохранившихся древних рисунках, изображающих мифологических чудовищ. Предполагается, что это следствие указанной фантазии.
6 «Детская мастурбация? Не, не слышал! Легкие нейролептики все изменят к лучшему!» Это к вопросу об общественном мнении относительно идей Фрейда. Сейчас имеет место тенденция к поляризации общественных взглядов (разделение на черное и белое, хорошее и плохое). Идеи психоанализа в современном российском обществе становятся чуть ли не маргинальными.
(!) К.: на самом деле успешный Эдип должен дать нам мораль и нравственность. Иначе – иллюзия ЭК.
7 Невроз как конфликт между потребностью и желанием: во взрослом теле – не до конца взрослая психика (разнообразные фиксации).
К: общество может быть здоровым, но может быть и первертным.
Наши благие идеи могут происходить из «сговора» с нашей деструктивной частью.
8 Сейчас все учащается фиксация на стадиях, предшествующих Эдиповой – ребенку не открывается триангулярность, он остается в диаде.
9 В кляйнианском подходе даже младенец видит сны о первосцене. В сновидениях ребенок как бы «отпускает» реальных родителей в жизнь.
10 К. настаивает, что положения теории объектных отношений сформулировала Кляйн, а Маргарет Малер тут совершенно ни при чем. Кляйн создавала свой подход на основе работы с маленькими, 2-х летними пациентами, которые играли. [Весь этот бред] говорит совсем не Кляйн, а сами дети.