2. Язык и культура. Дискуссия между вербалистами и авербалистами о языковой картине мира.

Проблема соотношения языка и культуры издавна привлекала внимание лингвистов, психологов и обществоведов. Еще в начале XIX в. ее пытались решить немецкие ученые - братья Гримм. Наиболее широкое распространение в мире получили идеи Вильгельма фон Гумбольдта. По В. Гумбольдту, язык есть «народный дух», он есть «само бытие» народа. Культура являет себя прежде всего в языке. Он есть истинная реальность культуры, он способен ввести человека в культуру. Язык есть фиксированный взгляд культуры на мироздание и себя самое.

В начале ХХ века возникла австрийская школа «Слова и вещи», которая направила проблему «Язык и культура» по пути конкретного изучения составных элементов - «кирпичей» языка и культуры, продемонстрировав важность культурологического подхода во многих областях языкознания, и прежде всего - в лексике и этимологии.

На понимании неразрывности и единства языка и культуры в широком смысле этого слова основывалось неогумбольдтианство и как ее ответвление - известная школа Сепира - Уорфа, которые постулировали значительную зависимость мышления от языка. Поздний неогумбольдтианец Лео Вейсгербер утверждал, что язык - это «промежуточный мир» между мышлением и действительностью.

Как заметил Клод Леви-Строс, язык есть одновременно и продукт культуры, и ее важная составная часть, и условие существования культуры. Более того, язык - специфический способ существования культуры, фактор формирования культурных кодов.

Культура формирует и организует мысль языковой личности, формирует и языковые категории и концепты. Изучение культуры через язык - идея, которая «носилась в воздухе» в последние годы: о том, что языковой материал является наиболее весомой, часто самодовлеющей, информацией о мире и человеке в нем.

Проблеме соотношения языка и культуры посвящены труды многих отечественных и зарубежных исследователей: Александра Афанасьевича Потебни, Федора Ивановича Буслаева, Владимира Зиновьевича Панфилова, Юрия Александровича Сорокина, Виталия Григорьевича Костомарова, Франца Боаса, Эдварда Сепира, Бенджамина Уорфа, Клода Леви-Стросса, Кеннета Пайка, Сиднея Лэма.

Ученые по-разному трактуют понятия «язык» и «культура». Природа и сущность языка обычно рассматриваются с позиций функционального, системно-структурного, сравнительно-исторического языкознания, лингвосемиотики, психолингвистики, социолингвистики и прагмалингвистики. Но ни одна из этих важных для культурологии наук не способна раскрыть сущность имплицитных связей языка и культуры. Для этого необходима такая лингвокультурологическая теория, которая позволила бы разъяснить природу языковых явлений, обеспечивающих действие человеческого фактора в языке. Она должна обнаружить языковые способы и средства выражения всего того, что связано с деятельностью определенного этноязыкового коллектива. Лингвокультурологическая теория опирается на концепции культуры, построенные на информационно-деятельностном основании.

Основы информационно-деятельностного подхода к пониманию культуры заложены в фундаментальных трудах отечественных ученых Оганеса Саркисовича Маркаряна, Юрия Михайловича Лотмана, Э.В. Соколова, Е.И. Кукушкиной. Культура - это совокупность специфических средств и механизмов, благодаря которым стимулируется, программируется, регулируется, реализуется, физически обеспечивается и воспроизводится деятельность людей. Более широко культура определяется как совокупность внегенетически, ненаследственно приобретенной информации, способов ее организации и хранения. Информационно-деятельностная специфика человеческого общества заключается не в обладании коллективной ненаследственной памятью, а в наличии особых систем накопления, хранения и передачи коллективной информации, важнейшей из которых является язык.

Особая роль языка в ряду других семиотических средств, обслуживающих культуру, обусловливается еще и тем, что он служит предпосылкой ее возникновения, основным способом существования, осознания и развития. Именно язык является главным условием и средством выполнения культурой ее основных функций: а) функция освоения и преобразования окружающего мира; б) коммуникативная функция;

в) функция языкового моделирования картины мира; г) кумулятивная функция (накопления и хранения информации); д) регулятивная функция (регламентирующая поведение людей в обществе); е) директивная, или воздействующая функция;

ж) адаптивная функция (обеспечивающая гармонию этноязыкового сообщества с окружающим миром).

Долгое время в отечественной лингвистике господствовала вербалистская концепция, согласно которой когнитивные структуры и языковые категории находятся в отношении прямого тождества. Представителями вербалистов являются Евгений Михайлович Верещагин и Виктор Григорьевич Костомаров. Они убеждены, что мышление всегда протекает в вербальных формах. Согласно вербалистской концепции, существует единая картина мира, и говорить о наличии еще и языковой картины мира бессмысленно. Отражение нашим сознанием действительности не зависит от этноса, поскольку когнитивные процессы для всех людей являются универсальными. Вербалисты критикуют теорию языковой картины мира за ее идейное сближение с гипотезой Сепира—Уорфа, согласно которой мир в целом воспринимается человеком сквозь призму родного языка, а этнический знак формирует мировоззрение народа, его этнокультурную систему.

Авербалисты доказывают, что мысль присутствует в сознании говорящего до того, как начинается процесс вербализации, и воплощается она в особом знаковом материале, отличном от словесного языка. Они считают, что существует особый язык мысли. Он имеет невербальную природу и потому универсален, так как един для всех людей вне зависимости от их принадлежности к тому или иному этноязыковому сообществу. Такие знаковые опосредователи мысли называются универсальным предметным кодом, врожденными когнитивными примитивами. К авербалистам относится К.Ф. Седов, Николай Иванович Жинкин, американский лингвист Джерри Фодор.

С точки зрения авербалистов, понятие «языковая картина мира» является базовым для лингвокультурологии. Языковая картина мира по-особому членит и структурирует действительность. В основу теории языковой картины мира положены постулаты об инвариантности когнитивных и вариативности языковых категорий, участвующих в формировании языковой картины мира. Этнические языки лишь переводят инвариантный код в соответствующие этнокультурные варианты. Язык существует в конкретных этносемиотических системах и преломляет отражаемый в сознании мир в соответствии с его семиотическим устройством, грамматической структурой и семантикой.

В лингвокультурологии конца XX века было убедительно показано влияние языковых категорий на этнокультурное восприятие внешнего и внутреннего мира человека. Различия в мировосприятии разных этносов связаны с различиями их культур и языков.

Культура и язык связаны с ментальностью народа. Ментальность есть миросозерцание в категориях и формах родного языка, соединяющее в процессе познания интеллектуальные, духовные и волевые качества национального характера в типичных его проявлениях.

Ментальность выражается в знаковых системах конкретной этнокультурной общности. Базовым же кодом и ядром семиотической системы любой национальной культуры является этнический язык. Язык выступает способом символической организации культуры. Наиболее важную роль в этом играют знаковые единицы, составляющие семантическое пространство языка. Сознание как вербализованная форма социального опыта выступает когнитивной базой культуры, ее смыслообразующим средством. Смысловое пространство культуры и человеческого сознания задается выразительными возможностями ее знаковых систем.

Вербализованные когнитивные единицы образуют языковое сознание, которое не тождественно когнитивному сознанию. Экспериментальная психосемантика установила, что между когнитивными единицами и языковыми значениями нет полного тождества. Когнитивные единицы могут храниться в нашем опыте и вне вербализации. Невербализованные, имплицитные единицы находятся вне «светлой зоны» сознания и поэтому относятся к той части менталитета, которая называется по Потебне «бессознательным». Они могут стать эксплицируемыми, если обретут языковое оформление.

В формировании и репрезентации смыслового пространства этнокультуры участвуют и когнитивная, и языковая семантика. Общественное сознание тоже формируется и фиксируется при участии языка. В результате формируется так называемая концептуальная картина мира. Творческая интерпретация отдельных фрагментов концептуальной картины мира осуществляется на уровне языкового сознания, формирующего языковую картину мира. В языке находит свое отражение все разнообразие творческой деятельности человека, разнообразие условий, в которых добывались человеком знания о мире: природные особенности народа, его общественный уклад, исторические судьбы, жизненная практика. Так, русские идиомы гадать на бобах «строить беспочвенные предположения» и бобы разводить «заниматься пустыми разговорами, медлить с делом, задерживаясь на пустяках» возникли в дохристианской культуре. В то время были популярны гадания с помощью бобов, расположение которых на расстеленном платке имело определенный смысл, предсказывало судьбу. Гадание обычно занимало много времени, сопровождалось неторопливым рассказом. Украинская идиома дать гарбуза воссоздает древний обычай при сватовстве преподносить отвергнутому жениху тыкву.