It was of huge size, made of pure gold, and, as it was opened, a diamond triangle flashed white and blue fire on its lid.

«Наша марка», сколько сам портсигар. Он был громадных размеров, червонного золота, и на крышке его при открывании сверкнул синим и белым огнем бриллиантовый треугольник.

Here the writers thought differently.

Тут литераторы подумали разно.

Berlioz:

Берлиоз:

'No, a foreigner!', and Homeless:

«Нет, иностранец!», а Бездомный:

'Well, devil take him, eh! ...'

«Вот черт его возьми!

The poet and the owner of the cigarette case lit up, but the non-smoker Berlioz declined.

А?» Поэт и владелец портсигара закурили, а некурящий Берлиоз отказался.

'I must counter him like this,' Berlioz decided, 'yes, man is mortal, no one disputes that.

«Надо будет ему возразить так, – решил Берлиоз, – да, человек смертен, никто против этого и не спорит.

But the thing is...'

А дело в том, что…»

However, before he managed to utter these words, the foreigner spoke:

Однако он не успел выговорить этих слов, как заговорил иностранец:

'Yes, man is mortal, but that would be only half the trouble.

– Да, человек смертен, но это было бы еще полбеды.

The worst of it is that he's sometimes unexpectedly mortal - there's the trick!

Плохо то, что он иногда внезапно смертен, вот в чем фокус!

And generally he's unable to say what he's going to do this same evening.'

И вообще не может сказать, что он будет делать в сегодняшний вечер.

`What an absurd way of putting the question ...' Berlioz thought and objected:

«Какая то нелепая постановка вопроса…» – помыслил Берлиоз и возразил:

'Well, there's some exaggeration here.

– Ну, здесь уж есть преувеличение.

About this same evening I do know more or less certainly.

Сегодняшний вечер мне известен более или менее точно.

It goes without saying, if a brick should fall on my head on Bronnaya. . '

Само собой разумеется, что, если на Бронной мне свалится на голову кирпич…

'No brick,' the stranger interrupted imposingly, `will ever fall on anyone's head just out of the blue.

– Кирпич ни с того ни с сего, – внушительно перебил неизвестный, – никому и никогда на голову не свалится.

In this particular case, I assure you, you are not in danger of that at all.

В частности же, уверяю вас, вам он ни в коем случае не угрожает.

You will die a different death.'

Вы умрете другой смертью.

'Maybe you know what kind precisely?' Berlioz inquired with perfectly natural irony, getting drawn into an utterly absurd conversation. 'And will tell me?'

– Может быть, вы знаете, какой именно? – с совершенно естественной иронией осведомился Берлиоз, вовлекаясь в какой то действительно нелепый разговор, – и скажете мне?

'Willingly,' the unknown man responded.

– Охотно, – отозвался незнакомец.

He looked Berlioz up and down as if he were going to make him a suit, muttered through his teeth something like:

Он смерил Берлиоза взглядом, как будто собирался сшить ему костюм, сквозь зубы пробормотал что то вроде:

'One, two ... Mercury in the second house ... moon gone ... six - disaster... evening - seven...' then announced loudly and joyfully: 'Your head will be cut off!'

«Раз, два… Меркурий во втором доме… луна ушла… шесть – несчастье… вечер – семь…» – и громко и радостно объявил: – Вам отрежут голову!

Homeless goggled his eyes wildly and spitefully at the insouciant stranger, and Berlioz asked, grinning crookedly:

Бездомный дико и злобно вытаращил глаза на развязного неизвестного, а Берлиоз спросил, криво усмехнувшись:

'By whom precisely?

– А кто именно?

Enemies?

Враги?