Обманчивая природа внешнего смысла

Программа, предназначенная для представления знаний о системе, окажется удачной, если пользователь сможет извлекать эти знания из программы и использовать их способом, целесообразным для выполнения действий с системой. Иными словами, поведение и выходная информация программы должны отражать структуру системы. Если пользователь обнаружит, что выходная информация программы противоречит его пониманию системы, то это будет означать, что программа непригодна для работы.

С точки зрения пользователя подразумеваемый внешний смысл символических обозначений, встречающихся в выходных данных, - это, ключ

к знаниям, воплощенным в программе. Так, если внешний смысл, который пользователь придает символическим обозначениям в выходной информации программы, будет отличаться от внешнего смысла, который в них вкладывал программист, то пользователю может показаться, что программа составлена некорректно.

Рассмотрим в качестве примера человека, который в первый раз пришел в библиотеку с компьютеризированным каталогом. Программа спрашивает этого человека: «Тип книги?» , не давая никаких указаний о том, что может обозначать слово «тип». Пользователь судорожно пытается сообразить, что же следует ввести в ответ - «небеллетристика» ?«иностранная» ? «красная»? Он в конце концов решает ввести слово « небеллетристика» , но программа отвергает это слово, сообщая, что «небеллетристика - это неверный тип». Пользователь знаком со структурой каталога и предполагает, что эта структура корректно реализована в программе. Однако для того, чтобы воспользоваться программой, он вначале должен выяснить, какой смысл программист вложил в символическое обозначение «тип».

В качестве другого примера возьмем пользователя, работающего с экспертной системой, которая якобы может анализировать личность человека. Согласно рекламе в программе реализованы и теория личности, и методы психоанализа. В конце сеанса работы программа сообщает пользователю о том, что он "негибок". Но пользователь не думает о себе, что он "негибок". Прав ли он? Если пользователь не знает, какой внешний смысл придали авторы программы символическому обозначению "негибок", то перед ним открыты два пути: 1) пользователь может в конце концов посчитать, что экспертная система не слишком "умна" или 2) он может предположить, что программа знает, о чем говорит, и поэтому попытается проанализировать, в чем именно проявляется его "негибкость", признавая тем самым, что диагностика, выданная программой, правильна.

Внешний смысл символических обозначений — это "подводный камень" любой программы, представляющей знания, поскольку почти всегда у конкретного символического обозначения существует более чем одно внешнее смысловое значение. Символические обозначения, представляющие из себя неоднозначные слова естественного языка (как слово «тип»), наиболее ненадежны в этом отношении. Для того чтобы сузить диапазон внешних смысловых значений символического обозначения, лучше всего делать более точными определения отношений, в которых используются эти обозначения. К примеру, внешним смыслом обозначения «мери», входящего в истинную конкретную реализацию отношения "раб_смена/2"

Раб_смена (мери, дневная)

может быть любое количество людей, первое имя которых - Мери. Но если при определении отношения добавить номер человека по социальному страхованию:

раб_смена (мери, 121_76_7720, дневная)

то это существенно сузит круг лиц с именем "Мери", к которым будет иметь отношение символическое обозначение «мери», если только данная конкретная реализация отношения "раб_смена/2" будет истинной.