Развитие рыночных реформ в социальной сфере

Реформы в социальной сфере, осуществляемые в настоящее время, во многом продолжают логику реформ 90-х гг. Однако их значение на современном этапе, когда необходим переход к инновационной фазе роста и когда усиливается роль челове­ческого капитала в экономическом развитии, существенно вы­росло. В отличие от реформ 90-х годов, они проводятся на относительно более благоприятном социальном фоне, так как позитивная экономическая динамика и снижение темпов инф­ляции обусловили существенное повышение темпов роста реаль­ных располагаемых денежных доходов населения, в том числе реальной заработной платы. Несколько уменьшилась доля бед­ного населения, выросла эффективность социальной защиты.

Вместе с тем политика доходов требует совершенствования Уровень заработной платы, пенсий и пособий остается еще очень низким. Около 40% домохозяйств относятся к бедным при этом значительная их часть — это трудоспособные работаю­щие люди, часто с очень высокой квалификацией. Структура потребления населения остается отсталой — на питание расходу­ется более 30% средств, к тому же растет доля расходов на обя­зательные платежи и взносы. Поэтому платежеспособный спрос на непродовольственные товары и услуги невелик, а в последнее время доля расходов на приобретение товаров и услуг снижается. Дедолларизация экономики привела к снижению той части рас­ходов, которые идут на приобретение иностранной валюты, и к росту сбережений.

Однако процентные ставки, которые устанавливают коммер­ческие банки по срочным и сберегательным вкладам, ниже, чем норма инфляции, а это означает, что в реальном выражении сбережения населения неуклонно обесцениваются. По-прежнему недопустимо велика и увеличивается дифференциация доходов по децильным группам населения и сферам занятости. Заработ­ная плата в нефтедобывающей промышленности превышает среднюю зарплату в 4,6 раза, в то время как в образовании она составляет лишь около 65% среднего заработка в народном хо­зяйстве. В первом полугодии 2004 г. доля 10% семей с самыми высокими доходами в 15,2 раза превышала долю доходов 10% семей с минимальными доходами.

Одной из масштабных социальных реформ является пенси­онная реформа, суть которой заключается в увеличении зависи­мости между размером заработной платы работника и величиной его будущей пенсии в условиях, когда в связи с постарением населения и уменьшением доли трудоспособной его части об­щий размер пенсионных взносов будет уменьшаться. Общая сум­ма пенсии будет складываться из трех частей:

• базовой, выплачиваемой всем в одинаковом гарантиро­ванном государством размере, независимо от трудового стажа;

• страховой, зависящей от заработка работника в течение трудового периода;

• накопительной, получаемой в результате инвестирова­ния части пенсионных средств (лицам старшего возраста эта часть пенсии не будет выплачиваться, так как они не успевают ее накопить в необходимом размере до выхода на пенсию).

Работник может доверить управление своими накапливаемы­ми пенсионными средствами либо частной, либо государственной управляющей компании. В качестве государственной управляющей компании выступает Внешэкономбанк. Он будет инвестировать пенсионные средства в основном в облигации вы­сокого уровня надежности, а частная управляющая компания — в основном в акции, паи инвестиционных фондов, приносящие большую доходность, но при большем риске.

Важным элементом социальной политики на новом этапе являются реформы в области здравоохранения, образования, жилищно-коммунального хозяйства, а также в сфере финансиро­вания социальных льгот различным категориям населения.

Многие существующие обязательства государства в этих сферах финансово не подкреплены необходимыми денежными средствами. Сам факт существования бюджетного учреждения, независимо от показателей его работы, уже дает ему право на финансирование. Социальные обязательства федерального и ре­гиональных бюджетов до сих пор в 1,5-2,5 раза превышали реальные возможности финансирования, причем нередко пред­ставляли собой трансферты от бедных слоев населения богатым. Так, большую часть взносов в фонды социального страхования уплачивают люди с доходами не выше среднего, а 70% путевок в санатории с дотируемыми из бюджета ценами в конце 90-х гг. получали семьи с высокими доходами. В еще большей степени это касается дотируемых цен на электроэнергию (она потребля­ется в основном семьями, имеющими сложную бытовую техни­ку) и услуги ЖКХ (их потребление пропорционально объему занимаемой площади).

Общее количество льгот различным категориям населения превышает тысячу, и они охватывают 85 млн. человек — почти 2/3 семей. Однако значительная часть этих льгот не может быть реализована, так как для этого не хватает бюджетных средств.

Это относится, например, к обязательству предоставлять бес­платно медицинские и образовательные услуги. Так, многие за­болевания хорошо поддаются лечению в результате развития медицины, но это часто требует значительных средств на доро­гостоящие лекарства и операции. Равным образом получение хорошего образования предполагает высокую заработную плату учителя и профессора, наличие в школе или в университете компьютерных классов и т. п. Для того чтобы обеспечить населе­нию услуги такого высокого качества и во всевозрастающем объеме (так, в Центрально-Черноземном районе страны на 1000 че­ловек трудоспособного населения уже приходится около 500 по­жилых людей), государство должно постоянно повышать налоги, наполняя бюджет. Но это сдерживает экономический рост и не может быть признано правильной политикой. В результате меди­цинские услуги для пациента все чаще становятся платными, развивается рынок услуг репетиторов, готовящих школьника к поступлению в вуз. Но эти процессы носят «теневой» характер. При этом необеспеченные слои населения остаются без качествен­ной медицинской помощи, без бесплатных лекарств, которых никогда не бывает в аптеках, и без высококачественных образо­вательных услуг. В то же время расходуемые бюджетом денеж­ные средства часто используются неэффективно (например, ле­карства, закупаемые на эти деньги, не поступают для выдачи по бесплатным рецептам, а продаются на теневом рынке).

Поэтому необходимо дальнейшее развитие системы обяза­тельного медицинского страхования, в рамках которой средства на лечение работающего населения поступают в виде взносов от работодателей, а на медицинское обслуживание неработающих — из бюджета. Эти средства поступают медицинским организациям за конкретно оказанные медицинские услуги, и величина этих средств зависит от объемов оказанных услуг и их качества, так как пациент может выбирать медицинское учреждение и врача. Расходы на покупку лекарств, в свою очередь, должны компенси­роваться определенным категориям населения в суммах, завися­щих от возможностей бюджета.

Продолжается и реформа финансирования образования на основе использования нескольких источников — средств бюдже­та, доходов семей, а также прибыли предприятий. Финансиро­вать школьное образование следует из бюджета (в основном из регионального, а не из федерального или муниципальных бюд­жетов) в соответствии с утвержденными государственными ми­нимальными стандартами в образовании. При этом должны быть разработаны и утверждены нормативы расходов на образование в расчете на одного учащегося, причем эти нормативы не могут быть одинаковы. Они зависят от того, например, в какой школе учится школьник — городской или отдаленной сельской, где мало учеников в расчете на одного учителя, или в каком регионе он живет. Когда нормативы будут определены, каждая школа будет получать бюджетные средства в зависимости от того, сколько детей в ней будет учиться. Такой подход называется персонификацией бюджетного финансирования.

Если в городском районе несколько школ, то родители и дети смогут выбирать лучшую школу, и деньги в виде норматива расходов последуют за учащимися в школу, которая учит лучше. Это позволит повысить зарплату учителям, сделать ремонт, ку­пить компьютеры. Что касается дополнительных расходов по отношению к стандарту образовательных услуг, не вошедших в норматив, то они должны быть оплачены семьями в бухгалте­рию школы.

Без государственных инвестиций в образование не сохранить конкурентные преимущества, которыми располагает наша страна в области трудовых ресурсов, когда их высокое качество сочетает­ся с относительно низкой заработной платой. Поэтому государ­ство должно продолжать финансирование бесплатного (на кон­курсной основе) среднего и высшего профессионального образо­вания. Но введение единого государственного экзамена в школе позволяет обеспечить переход к системе персонифицированного финансирования и в сфере высшего образования. В порядке эксперимента для этого уже используются специальные государ­ственные именные финансовые обязательства (ГИФО), «стоимо­стное наполнение» которых для каждого выпускника школы оп­ределяется в зависимости от его оценок по результатам ЕГЭ. За счет средств ГИФО высшие учебные заведения смогут покрывать свои текущие расходы. При этом приобретение оборудования вузами и капитальное строительство в них будет по-прежнему финансироваться государством из федерального или региональ­ных бюджетов (в зависимости от подчиненности вуза). Вуз, как и школа, будет заинтересован в предоставлении образовательных услуг высокого качества, так как от этого зависит объем средств, который «принесут» абитуриенты. А школьник будет заинтересо­ван хорошо учиться, так как если его ГИФО по результатам еди­ного госэкзамена будет «стоить» мало, то остаток средств, необхо­димых для оплаты обучения (за вычетом «стоимости» ГИФО), должны будут заплатить родители. Средства для оплаты образова­ния можно будет также взять в банке в кредит, накопить в систе­ме страхования на образовательные цели. Кроме того, за высшее образование сможет заплатить, полностью или частично, и буду­щий работодатель выпускника вуза, если этот работодатель заин­тересован в выпускнике такой квалификации.

Реформа в жилищно-коммунальном хозяйстве началась еще на первом этапе рыночных преобразований, но шла медленно, во многом из-за низкого уровня платежеспособности семей и неотработанности системы субсидирования оплаты жилищно-коммунальных услуг. Недостаточность бюджетного финансиро­вания, огромное количество льгот по оплате жилищно-коммунальных услуг и монополизация этого сектора с непрозрачностью финансов обусловливают ухудшение качества жилого фонда, повышение (иногда необоснованное) тарифов на услуги. Необходимо создание конкурентной среды, когда приватизировавшие квартиры и объединенные в товарищества собственников жилья, и организации, готовые обслуживать дом, встретятся друг с другом на рынке коммунальных услуг по эксплуатации и ремонту жилья для определения рыночной цены этих услуг. Однако необходима и полная оплата населением этих услуг. Семьям с доходами ниже определенного норматива должны выплачиваться адресные субсидии. В случае сохранения дотаций к ценам услуг большая часть дотаций будет присваиваться семьями с высокими доходами, у которых занимаемая жилая площадь обычно намного больше, чем у семей со средним и низким достатком.

ПОТЕНЦИАЛ РОССИИ И ВОЗМОЖНОСТИ ЭКОНОМИЧЕСКОГО РОСТА

Россия относится к числу стран с огромным национальным богатством и высокими природно-ресурсным, технологическим и интеллектуальным потенциалами. На конец 2003 г. Национальное богатство России оценивалось более чем в 35,2 трлн. р.

Наша страна занимает уникальное геополитические положение в мире. Ей принадлежит первое место в мире по разведанным запасам природного газа. Она располагает 20% железной руды, руд цветных и редких металлов, 12% нефти и каменного угля, занимает ключевые позиции по другим природным ресурсам. Россия — мировой лидер по добыче газа (примерно 30% мировой добычи). Она занимает 2-е место в мире по добыче нефти, бурого угля, производству строительного кирпича; 3 е место по производству чугуна, молока; 4-е — по производству стали, электроэнергии, проката черных металлом, минеральных удобрений, хлопчатобумажных тканей, пиломатериалом; 5-е – по улову рыбы и добыче морепродуктов и т. д. Но в 2000 г. по объему произведенного ВВП Россия занимала лишь 10 е место в мире после США, КНР, Японии, Германии, Индии, Франции, Италии, Великобритании и Канады. В 2004 г. ВВП России равнялся 19,8 трлн долл., что составляло 1,6% валового внутрен­него продукта мира, против 20,8% США, 12,0% Китая, 7.4% Японии и 4,5% Германии. Впрочем, некоторые специалисты в области экономического прогнозирования обещают, что к 2015 г. по этим показателям наша страна имеет шансы занять почетное 6-е место. Один из основных показателей, характери­зующих уровень экономического развития страны, — производ­ство ВВП на душу населения. Россия в 2000 г. была на 56-м месте в мире (в 1985 г. — на 42-м, в 1970 г. — на 37-м). В 2004 г. ВВП России в расчете на душу населения составил в текущих ценах 137 223 р., или около 21% уровня США. Отметим," что в 15 странах ЕС средний уровень ВВП на душу населения равнялся 69%, в Японии — 74, в Люксембурге — 128% амери­канского уровня.

Россия значительно уступает развитым странам мира и по показателям структуры ВВП. Если в развитых странах в 2000 г. в материальном производстве производилось 31,3% ВВП а в нематериальном производстве — 68,7%, то на долю материального производства России приходилось 51,6% ВВП, а на долю нематериального производства — 48,4%. Рассматривая эти данные, необходимо иметь в виду, что развитие отраслей нема­териального производства (науки, образования, культуры и др.) в значительной мере ограничено возможностями промышленно­сти, строительства, сельского хозяйства поставлять необходимое оборудование, материалы и другие средства производства для научно-исследовательских институтов, учебных заведений, меди­цинских учреждений, вооруженных сил и т. д. Все без исключе­ния работники сферы нематериального производства должны быть обеспечены соответственно спросу и потребительскими товарами. Поэтому высокий уровень производства нематериаль­ных благ — важный показатель экономического развития стра­ны, свидетельствующий о высокой эффективности ее материаль­ного производства, базирующегося на новейших технологиях Приведенные данные говорят и о том, что уровень технологии и эффективность материального производства в России намного ниже, чем в развитых странах. Причина этого явления состоит не только в том, что в годы господства планово-административной системы не удалось ликвидировать разрыв между уровнем эффективности производства в странах с развитой рыночной системой и административно-плановой системой, но и в том что затяжной спад производства ВВП сопровождался наиболее глубоким сокращением выпуска оборудования. Так, например если в 1970 г. в Советском Союзе производилось 119 тыс. металлорежущих станков, в том числе 1,4 тыс. с числовым программным управлением, то в 2002 г. в России было выпу­щено лишь 6,5 тыс. станков, из них станков с числовым про­граммным управлением только 200. Выпуск тракторов упал с 194 тыс. до 9,2 тыс. Это привело к тому, что замена устаревше­го оборудования новым, т. е. обновление основного капитала, нарушилась. Об этом свидетельствует показатель среднего воз­раста оборудования, установленного на промышленных пред­приятиях. Его возраст превысил в конце прошлого века 30 лет, что в 3-3,5 раза превышает возраст оборудования в развитых странах.

Проведение рыночных реформ не могло не вызвать общее затяжное сокращение производства. Как показывают данные табл. 19-1, с 1990 по 1998 г. ВВП страны сократился на 9,9 трлн р. в ценах 1992 г., т. е. на 42,4%. Это сокращение явилось естествен­ной реакцией экономики на проведение рыночных реформ. Де­монтированная система административно-планового управления экономикой не могла быть в одночасье заменена рыночной системой, формирование которой представляло собой сложный и длительный процесс.

Спад ВВП явился следствием того, что ряд предприятий полностью прекратили выпускать продукцию, но многие продолжали выпуск товаров и услуг, хотя и в уменьшающемся объеме. Сокращение производ­ства в подобных случаях не сопровождается уменьшением посто­янных издержек. В соответствии с законом Оукена темп роста безработицы ниже, чем темп сокращения ВВП, т. е. в ходе спада занятость сокращается медленнее, чем снижается уровень ВВП. Поэтому снижение выпуска ВВП, как прави­ло, сопровождается относительно меньшим сокращением заня­тости. Следствием этого является сокращение выпуска продук­ции в расчете на одного занятого, т. е. снижением производи­тельности труда. Начавшийся после 1998 г. подъем производства сопровождался повышением производительности труда, однако в целом в течение; 1992-2004 гг. она выросла лишь на 9,35%, что означает, что среднегодовой темп ее прироста был ничтожно низок — 0,75%. Этот показатель свидетельствует о том, что мас­сового обновления оборудования в экономике РФ не было и, следовательно, старение основного капитала в стране пока не остановилось. Еще более убедительно об этом свидетельствует динамика инвестиций в основной капитал. Данные табл. показывают, что хотя после 1998 г. инвестиции растут неуклон­но, но в 2004 г. их уровень был все еще ниже, чем в 1992 г., и почти в 2,5 раза уступал уровню 1990 г.