Глава 1. Происхождение диктатуры.
Проблема, рассматриваемая нами в рамках данной главы, связана с истоками диктаторской власти, ее происхождением от какого-либо ранее существовавшего политического института.
Важные, для разработки данной проблемы, сведения содержатся в описании Титом Ливием событий, связанных с избранием первого диктатора (501 г. до н.э.). Автор сообщает, что избрание диктатора породило в народе страх, связанный с осознанием того, что «защита другого консула или обращение к народу» не сможет изменить решения магистрата, как при «равновластии» (Liv.II.18.8). На наш взгляд, сам факт того, что народные массы имели представление о том, чего можно ожидать от подобной власти, говорит о том, что ранее они сталкивались с ней. Единственным примером, в данном случае, может служить царская власть, существовавшая в Риме всего за восемь лет до описываемых Ливием событий.
Действительно, за исключением срока истечения полномочий, положение rex’a и диктатора в политической системе было во многом схоже. Так, на решения диктатора не распространялось обжалование (intercessio) (Liv.II.29.11). Кроме того, как и rex, диктор одновременно обладал и военной, и сакральной властью. Об этом, с одной стороны, свидетельствует то, что за период с конца VI до начала III века до н.э. (соответствует временному отрезку, описываемому в первой декаде Ливия) диктатор назначался для отражения внешней угрозы более тридцати раз18, а с другой – факт того, что данный магистрат имел право совершать различные обрядовые действия (ауспиции, жертвоприношения) (Liv.VI.12.7). Кроме того, наличие сакрального элемента во власти диктора подтверждается существованием практики его назначения для совершения сакрального обряда вбивания гвоздя в стену храма Юпитера (Liv.VII.3.4), который проводился с целью «пригвоздить зло».
О связи власти диктатора с властью римского царя говорит также наличие некоторых общих для них атрибутов власти. К ним относится сопровождающие царя или диктора 24 ликтора с фасками (Polyb.III.87.7), окаймленная красным тога и курульное кресло.
В историографии по данной теме, представлены и другие точки зрения.
Так, Нетушил, признающий первым диктатором Мамерка Эмилия Мамерцина (437 год до н.э.), говорит о том, что причиной для введения экстраординарной магистратуры послужило то, что многочисленные военные трибуны, назначенные вместо консулов, с трудом вели военные действия из-за многочисленных противоречий19. Ещё одним немаловажным положением его работы является утверждение того, что власть римского диктатора имела генетическую связь с властью албанского диктатора. Об этом, по мнению Нетушила, свидетельствует наличие схожего политического устройства верховной власти у латинских союзников Рима, принадлежавших к арицинской федерации, на момент появления в Риме магистратуры диктатора.
У нас нет возможности полноценно подтвердить или опровергнуть приведенные Нетушилом тезисы, в связи с отсутствием равной источниковой базы. Однако идея о заимствовании магистратуры диктатора кажется нам несколько нелогичной, так как с одной стороны, ни один из используемых нами источников, не сообщает о заимствовании хотя бы какого-то политического института Республики, а с другой, наличие в прошлом государства близкой, по своей сути, власти царя (rex), свидетельствует о том, что должность диктатора, вероятнее, произошла от нее. Кроме того, тезис Нетушила о том, что власть диктатора создавалась «на почве военной организации», с целью сделать более эффективным ведение военных действий, кажется не до конца правильным, так как полномочия диктатора позволяли ему вмешиваться как в сферу militae, так и в сферу domi (как будет показано ниже).
По вопросу о происхождении магистратуры диктатора высказывался также Теодор Моммзен. Он не отрицал ее тесной связи с властью rex, более того, утверждая, что данные политические структуры идентичны, за исключением срока действия полномочий. При этом он утверждает, что диктатура являлась учреждением, возникшим одновременно с консулатом, для того чтобы «устранить на время войны неудобства раздельной власти»20.
Последний тезис оспаривался Дементьевой. По ее мнению, должность диктатора возникла, из-за появления некой кризисной ситуации21, спонтанно, а не продуманно, как утверждал Моммзен. Утверждая это, она опирается на сведения, сообщаемые по этому вопросу Ливием (Liv.II.18). Кроме того, по ее мнению, введение должности схожей по властным полномочиям с rex, со сроком исполнения обязанностей шесть месяцев, сразу после ликвидации пожизненной власти царя, маловероятно22.
На наш взгляд, нельзя с полной уверенностью говорить о том, когда была учреждена власть диктатора. Эта дата должна определяться временем принятия lex de dictatore creando (закон об избрании диктатора), который упоминается в первой декаде Ливия (Liv.II.18.5), однако без указания года, когда он вступил в силу.