Vac “говорить”

bhi “бояться» bhi-s «страх»

bhu «существовать» bhu-s «земля»

Все флективные грамматические формы, согласно Боппу, есть результат процесса агглютинации первоначально независимых корней, который имел место в языках в их «органический период». В дальнейшем произошло затеменение некогда прозрачной структуры. Оно по-разному проявилось в различных индоевропейских языках. Главная задача исследователя, по Боппу, состоит в выявлении первоначального значения составных элементов слова.

Теория агглютинации Боппа была противоположна концепции эволюции К. Беккера, согласно которой не флексия образовалась из служебных (местоименных) слов, а, наоборот, служебные слова есть результат деления первоначально единого слова на составные элементы.

Гипотеза Боппа до сих пор окончательно не доказана, но и не опреовергнута.

Создание языковых организмов, согласно Боппу, подчиняется действию строго определенных законов. Установление этих законов, действующих в языках определенной семьи – задача исследователя.

Языки, по Боппу, изменяются под действием механических и физических законов. механические законы – это законы «равновесия»: за сильной формой следует слабое окончание и, наоборот. (а –тяжелый, u – средний , i- легкий).

Под физическими законами понимаются собственно звуковые, фонетические законы, например, стремление к благозвучию.

Сравнение фактов родственных языков нужно было Боппу не для того, чтобы получить возможность познания истории развития этих языков, а для того, чтобы получить возможность проникнуть в тайну возникновения языковых форм, прежде всего грамматических форм.

Метод, применяемый Боппом, состоит в том, что формы одного языка объясняются и освещаются через формы другого или других языков. Этим Бопп заложил основы сравнительно-исторического метода.

Расмус Раск (1787-1832) разработал методику последовательного сравнения языков. Он вначале сравнивает исландский язык с территориально близкими языками (финским, кельтским и др.) и доказывает, что между ними нет сходства ( и нет родства) . затем последовательно сравнивает исландский язык с другими языками.

Раск приходлит к выводу, что древнесеверный (скандинавский) язык и готский язык – это близко стоящие боковые ветви древнефракийского языка, из которого произошли греческий и латинский, а из них - исландский

Раск. подчеркивает, что грамматическое соответствие является гораздо более надежным признаком родства или общности происхождения, так как язык, который смешивается с другим редко перенимает формы склонения или спряжения, но наоборот, теряет свои собственнные. Раск делает вывод, что язык, имеющий наиболее богатую формами грамматику, является наименее смешанным, наиболее первичным по происхождению, наиболее древним и близким к первоисточнику. Это обусловлено тем, что грамматические формы склонения и спряжения изнашиваются по мере дальнейшего развития языка. Требуется очень долгое время и малая связь с другими народами, чтобы чтобы язык развивался и организовывался по-новому. Под простотой Раск понимал только отсутствие флексий. Новогреческий язык проще древнегреческого, итальянский проще латинского, английский проще англосаксонского.

Второй критерий установления родства языков, согласно Раску связан с тождественностью определенного слоя лексики, а именно наиболее существенных, необходимых, первичных слов, которые составляют основу языка.

Раск признавал необходимость учета закономерных звуковых (буквенных, по Раску) переходов.

Якоб Гримм (1785-1863) вошел в историю языкознания как автор четырехтомной грамматики. В основе данного исследования лежит сравнение на исторической основе всех германских языков. Сравнение охватывает языковой материал с первых письменных памятников.

Гримм применил новый метод исследования языков, привлек внимание к изучению живых национальных языков, а не только латинского и древнегреческого, санскрита. грим обращал внимание не только на книжный литературный язык, но и на народные диалекты.

Гримм выступает против «общелогических понятий» в грамматике, поскольку они, по его мнению, мешают наблюдению, которое есть душа языкового исследования.

Гримм рассматривает бытие языков и человеческого языка вообще как процесс постоянного изменения. Исследование путей развития любого языка Гримм рассматривал как средство познания общеязыкового развития.

История индоевропейского языка, как она может быть воссоздана из материала различных индоевропейских языков, по мнению Я.Гримма, показывает смену двух процессов:

• возникновение флексии из соединения частей слов;
• распадение флексии.

Гримм говорит о существовании трех ступеней (периодов) развития человеческого языка:

• создание, рост и становление корней и слов;
• расцвет достигшей совершенства флексии;
• стремление к ясности мысли, что ведет к аналитичности и, следовательно, отказу от флексии.

Первый период характеризуется использованием простых сочетаний отдельных слов для выражения любых грамматических отношений. Второму периоду свойственно употребление флексий, суффиксов и словосложения. Третий период характеризуется использованием предлогов и сложных слов. Примером языков, находящихся на второй стадии являются санскрит, латинский, древнегреческий, зендский. Они характеризуются завершенностью форм. В это время язык, по мысли Гримма, более всего приспособлен для стихосложения. Третья стадия представлена новогреческим, романскими, герсанскими и др. языками.В этих языках «внутренняя сила и гибкость флексии» уже утрачена.

Духовное совершенство языка, по Гримму, противопоставляется совершенству его форм. На самой ранней стадии язык вообще не оставляет «памятников духа». на втором этапе создаются великолепные образцы связи языка и духа. На третьей стадии связь слов и мысли устанавливается более сознательно. Это подобно периодам развития листвы, цветения и созревания плодов, которые по законам природы сопутствуют друг другу и сменяют друг друга в неизменной последовательности.

Во всех этих положениях ясно проступает романтическая концепция Ф.Шлегеля и концепция развития духа Ф.Шеллинга Г.Гегеля.

Гримм уделяет много внимания звуковым изменениям, проблеме аблаута, т.е. чередования гласных в корне. Гримм определяет аблаут как исходящее от древнего спряжения и пронизывающее весь язык правильное чередование гласных. Аблаут, по Гримму, лежит в основе структуры немецкого языка, это форма проявления духа немецкого языка. это доказывается древностью аблаута и его распространенностью во всех германских языках. Чем глубже в старину, тем богаче его проявление. Именно аблаут, согласно Гримму, является движущей силой немецкого и других германских языков. Он придает языку его красоту, так как в чередовании проявляется благозвучие гласных. Аблаут, по Гримму, определяющий, организующий момент в структуре германских языков.

Гримм разработал классификацию всех сильных глаголов в германских языках в соответствии с рядами чередований по аблауту.

Гримм противопоставил аблаут умлауту и преломлению, которые он считал чисто фонетическими явлениями более позднего происхождения.

Основная заслуга Гримма в развитиии сравнительно-исторического языкознания заключается в выявлении закономерности звуковых переходов. Выявленные фонетические соответствия подтверждали картину исторического соотношения между германскими и классическими языками.

Наиболее ярко положение о закономерности звуковых переходов нашло свое отражение при формулировании так назывыаемого передвижения согласных, именуемого иногда «законом Гримма». Сущность закона передвижения согласных заключается в следующем:

Первое передвижение согласных:

языки индоевропейские языки германские языки

звуки

1. глухие взрывные глухие щелевые

p, t, k f, p, h

скр. греч. лат. готск.

“нога” padam pedem fotu

“три” trayas tres preis

2. звонкие придыхательные звонкие взрывные непредыхательные

bh, dh.gh b,d,g

скр. греч. лат. готск.

«несу» bharami baira

«средний» madhyas midjis

3. звонкие взрывные глухие взрывные

b,d.g p,t,k

скр. греч. лат. готск.

«нога» padam fotu

Второе передвижение согласных

нем.

d готск. dags t Tag

p d

p f , pf

t s, z

k ch (x)

Открытие регулярных фонетических соответствий позволило сравнительно-историческому языкознанию разработать метод проверки выводов, полученных иным путем.

Александр Христофорович Востоков (Остеннек) (1781-1864) стремился показать различные степени родства между сравниваемыми языками. В основу установления степени родства, по Востокову, должно быть положено деление всех слов на “первоклассные”, “первенствующие” и “второклассные”, “второстепенные”.

К первостепенным словам Востоков относит слова (существиетльные, прилагательные), обозначающие человека, части тела, родственные связи, главные объекты окружающей природы (земля, небо, вода, дерево, зверь и т.п.) и качества, которые могут быть приписаны этим объектам, а также числительные и местоимения. К первоелассныи относятся также некоторые глаголы, вспомогательные слова, частицы, предлоги, союзы, междометия. Первоклассные слова представляют собой наиболее древний, собственный, незаимствованный словарный пласт в каждом языке. Отсюда Востоков делает вывод о том, что если такие слова в сравниваемых языках имеют “тот же или подобный звук” при тождестве значения, то это может служить верным доказательством родства языков.

К второклассным словам Востоков относит названия орудий, ремесел, искусств и т.д п., которые в процессе торговых или культурных связей народы заимствуют друг у друга. Сходство таких слов не состаавляет доказательства “единоплеменности народов” или родства языков.

Востоков в “Рассуждении о славянском языке…” отмечает, что в древности не было значительного различия между русским и церковнославянским языками. Без срмнения разность диалектов у разных славянских племен существовала уже в глубокой древности. Но различий форм склонений и спряжений тогда еще не существовало. Различия касались, например, в том, что русские славяне издревле говорили волость вместо власть, города вместо градъ и т.д. Русские не имели звуков, выражаемых буквами кирилловской азбуки, а вместо них выговарили . Востоков доказывает носовой характер церковнославянских и тождестово их с польскими a, e, ia, ie. Востоков показывает, что чем древнее памятники славянских диалектов, тем больше сходства между этими диалектами. По Востокову, во времена Кирилла и Мефодия все славянские племена могли легко понимать друг друга.

Сравнительно-историческое языкознание в середине 19 в.

В работах первых компаративистов были разработаны исследовательские методы, которые сводились к:

• установлению сходства словоизменительных показателей (особенно личных окончаний глаголов);

• установлению общности определенных слоев лексики;

• установлению наличия закономерных звуковых переходов (соответствий).

Крупнейший исследователь в области компаративистики и общего языкознания А.Шлейхер. Основные его работы “Морфология церковнославянского языка”, “Руководство по изучению церковнославянского языка”, “Компендий сравнительной грамматики индоевропейских языков”.

Компаративисты начального периода установили общность происхождения индоевропейских языков. Однако не было единства мнений по вопросу об источнике, из которого развились индоевропейские языки.

А.Шлейхер создал теорию родословного древа, в которой ведущую роль играет понятие «праязык» По шлейхеру, все языки, происходящие из одного праязыка образуют языковой род (языковое дерево), который затем делится на языковые семьи (языковые ветви). Языки, возникшие первыми из праязыка, Шлейхер называет языками-основами. Языки-основы дифференцируются в языки. Языки могут распадаться на дикалекты, а диалекты – на поддиалекты.

В работе «Компендий сравнительной грамматики индоевропейских языков» Шлейхер дает схему родословного дерева индоевропейских языков. Весь путь развития индоевропейских языков изображен на этом родословном дереве. Общий ствол расщепился первоначально на две главные ветви-языки, затем произошло дальнейшее членение.

г ерм. слав. балт. иранск. инд. алб. греч. итал. кельтск.

слав.-балт. арийск. алб.-греч итало-кельтск.

славо-герм. арио-греко-итало-кельтск.

Шлейхер полагал, что чем восточнее живет народ, тем больше древних черт сохраняет его язык, и чем западнее живет народ, тем больше новообразований содержит его язык и тем меньше у него сохранилось древних черт. Санскрит признавался языком наиболее близким к индоевропейскому праязыку.

Историческое соотношение между языками Шлейхер определял по тому, насколько каждая вещь сохранила черты индоевропейского праязыка. Проблема реконструкции праязыка играла важную роль в построениях Шлейхера. Шлейхер пытался восстановить индоевропейский праязык и проследить его развитие в каждом из его разветвлений. Шлейхер осуществляет реконструкцию праязыка, т.е. гипотетическое восстановление его звуков, форм слов, с учетом звуковых изменений, имевших место в каждом из языков-потомков. Реконструируемый праязык мыслился Шлейхером как вершина языкового развития, как достигший высшей флективной формы.

Индоевропейский праязык должен быть реконструирован исследователем, потому что даже дрвние индоевропейские языки не сохранили полностью своего первоначального звукового состава и своих форм в первичном виде. Они вступили в исторический период уже с признаками трансформации.

Реконструкция осложняется тем, что различные языки известны “в различных возрастах своего развития”. Прежде чем приступить к сравнению, необходимо по возможности устранить разницу в возрасте сравниваемых данных, привести величины к одному общему выражению. Для этого необходимо вычесть у формы, встречающейся во всех языках, то, что принадлежит специфическому развитию отдельного языка. Разница и будет основой, первоначальной формой (праформой). Например,

скр. греч. лат. готск.

“поле” ajras ager akrs

Известно, что в готском: k происходило из g (k,< g); перед s исчезало a; следовательно древняя готская форма должна быть agras.

В греческом: o происходило из a (o<a). Древнегреческая форма –

Это прослеживается и по другим языкам. Итак, исходной индоевропейской формой оказывается agras.

От исторически засвидетельствованных языков факты языка «возводят» к более древней форме, благодаря корреспонденциям, обнаруживаемым в этих языках.

Шлейхер приписывал праязыку качество полнейшей первичности, нетронутости. В нем еще не действовали исторические звуковые законы, не было влияния звуков друг на друга и т.п. Звуковой состав праязыка представлялся Шлейхеру простым, обладающим строгой симметричностью. По Шлейхеру, в нем насчитывалось 24 звука (15 согласных и 9 гласных):

k g gh j s v a i u

t d dh n m r aa ai au

p b bh aa ai au

Согласно Шлейхру, таким был звуковой состав индоевропейского праязыка до его распадения на отдельные ветви. В более раннюю эпоху звуковой состав был еще проще. Не бвло придыхательных звуков, не бло долгих гласных и дифтонгов.

В отношении морфологического строя Шлейхер раделял мненеие большинства компаративистов того периода. Считалось, что санскрит в пане морфологии наиболее близок к праязыку. Индоевропейский праязык выступал как бы идеализированной структурой санскрита, поэтому все, что воспринималось в санскрите как непоследовательность, устранялось при реконструкции праязыка, не включалось в его состав. Шлейхер принимал теорию Боппа о происхождении флексии из местоименных корней.

Для Шлейхера индоевропейский праязык представлял собой реальную величину. Он был уверен, что восстановленные формы были реально существовавшими формами праязыка. Он даже написал басню на праязыке «овца и кони» (“Avis akvasas kai”).

Теория родословного древа Шлейхера оказала огромное влияние на сравнительно-историческое языкознание, определив в значительной мере пути его дальнейшего развития. Однако теори родословного древа не могла не могла объяснить целый ряд языковых фактов, встречаемых в различных языках. Ряд фактов противоречил самой гипотезе родословного древа.

Критиком концепции Шлейхера выступил Иоганн Шмидт (1843-1901). В работе «О родственных отношениях между индогерманскими языками» он утверждал, что цельность праязыка является научной фикцией, что изначально существовало не единство, а изначальная диалектная раздробленность. Очень трудно отнести элементы к одной эохе. Конечным итогом работы компаративиста может быть только реконструкция отдельных форм и слов, а не попытка воссоздания языка в целом виде.

По Шмидту, ндоевропейские языки следует представлять не в виде ветвей, отходящих от единого ствола, а в виде цепи из различных звеньев, замкнутой в себе, а потому не имеющей ни начала, ни конца.

По Шмидту, языки, географически расположенные ближе друг к другу, имеют между собоц больше сходства, чем языки, более далеко стоящие друг от друга. Во свех индоевропейских языках наблюдается постепенный переход от одного языка к другому. Теория постепенных переходов Шмидта предполагает непрерывный переход известных черт из одного языка в другой вместо разветвления. Шмидт назвал свою торию «волнообразной теорией», или «теорией волн», поскольку непрерывное поступательное движение в языке, или «языковые волны» можно сравнить с движением волн от брошенного в воду камня. Если в некоем языке возникло новообразование (или очаг возникновения волны), то оно будет постепенно расходиться в разные стороны, распространяясь на ряд языков.

Ученые отмечали, что теорию родословного древа и теорию волн можно согласовать, допустив, что сначала существовала непрерывная промежуточная связь, а потом возникли разветвления. Эти теории отражают лишь различные стороны истории индоевропейцев: преселение отдельных племен и самостоятельное развитие их языков и процессы постепенного расширения территории.

Сравнительно-историческое языкознание младограмматического периода почти целиком ушло в описательную реконструкцию фонетики и морфологии «праязыка эпохи распадения» вне всякой пространственно-временной или историко-культурной его локализации. Оно не ставило перед собой значительных теоретических проблем. Младограмматики считали возможным доходить в реконструкциях лишь до предполагаемого периода «распадения» праязыка. Итоги младограмматических компаративистских исследований были подведены К. Бругманом (1849-1919) в его многотомном труде «Морфологические исследования».

В конце 1920-х гг. в индоевропеистике появляются новые проблемы, связанные со сравнительно-грамматическим описанием новооткрытых языков, в частности новооткрытый анатолийский материал, в первую очередь материал клинописного хеттского языка. В области сравнительной фонетики решающее значение имело открытие Е.Куриловича, обнаружившего в хеттском h рефлекс «сонатического коэффициента», постулированного Ф.де Соссюром для индоевропейского языка. Ларингальная теория предполагает в общем прошлом индоевропейских языков наличие особой категории согласных, условно называемых ларингалами Свидетельства хеттского языка были использованы отечественными учеными В.В.Ивановым и Т.В.Гамкрелидзе. Спор о количестве ларингалов продолжается.

Ларингальная теория связана с теорией праиндоевропейского вокализма. для позднеиндоевропейского периода бесспорна картина, близкая к системам древнейших представителей отдельных ветвей, т.е. картина поливокалическая с подсистемами кратких и долгих гласных, с дифтонгами. Ларингальная теория сделала весьма вероятной происхождение долгот из сочетания кратких гласных с последующим ларингалом.

Согласно ларингальной теории, древнейшее общеиндоевропейское языковое состояние характеризовалось наличием только одного гласного неопределенного тембра. Этот гласный представлял собой вокалический призвук при согласной. Моновокалический звуковой строй можно рассматривать только в качестве исходного пункта.

В вопросе о консонантизме индоевропейского праязыка большинство исследователей исходит из признания глухих, звонких и придыхательных.

При изучении формообразования компаративисты исходили из того, что в историческое время в индоевропейских языках наблюдается утрата флективного разнообразия, сопровождающаяся ростом числа аналитических конструкций. Языки с меньшим разнообразием именных и глагольных флексий истолковываются как результват редукции былого флективного богатства. Такое направление развития приписывается и более древним временам.

Однако образование будущего времени и плюсквамперфекта в греческом и санскрите (которые принимались за эталон сравнения) не находят себе соответствия в другиз языках. Лингвисты предположили, что это есть результат греко-индийского новообразования. Многочисленные факты заставили усматривать в греческом, индоиранском и в армянском результат специфической ареальной близости, ареальной инновацией. Поэтому эти факты не должны проецироваться в праязык. Так было поколеблено предпочтение греческого и санскрита всем прочим ветвям при сравнительно-исторической реконструкции.

В хеттском языке именная и глагольная система намного проще, чем в греческом и санскрите (два числа, два рода, два времени, два наклонения, два залога). Хеттская глагольная система содержит большое количество аналитических образований. Встает вопрос, как представлять доисторию хеттского языка: считать ли в нем утраченными и замененными с помощью аналитических образований флективные категории или их в хеттском никогда не было и его аналитические средства создавались не взамен утраченным флективным, а в параллель к флективной морфологии древнегреческого и санскрита.

Вопросы исторического становления индоевропейского языкового единства и процесс его последующего распадения является предметом споров ученых.

Высказываются мнения, что индоевропейская языковая общность обнаруживает элементы и тенденции, не сводимые к единству языкового типа, и может быть истолкована как скрепление гетерогенных компонентов, встретившихся в определенный и не столь уж далекий исторический момент. Ученые (Горунг, Трубецкой и др.) предполагают в основе индоевропейской языковой общности два компонента сложения, из которых один типологически связан с урало-алтайскими языками, а другой - с языками среднеземноморско-кавказскими. Два сложившихся в разных очагах языковых типа скрестились между собой на равных правах, так что нельзя определить, какой из них основа, какой субстрат. Это гипотеза происхождения индоевропейской языковой общности из двух источников. Источники эти, якобы, сталкивались не раз и не в одном месте.

Принципы и методика сравнительно-исторического исследования

Сравнительно-историческое языкознание занимается изучением материального родства языков. Предпосылкой применения сравнительно-исторического метода является неодинаковость развития генетически родственных языков. Так, где они одинаково меняют свое общее прошлое, не всегда возможно отличить общее нововведение от общих архаизмов. В сравнительно-историческую реконструкцию попадает не только унаследованное, но и результат параллельных изменений.

Б.В.Горунгу принадлежит попытка разграничить разные этапы развития общеиндоевропейского языка:

• К первому этапу, согласно Горунгу, относится формирование консонантно-сонантной системы при наличии одного гласного неопределенного качества, имевшего характер призвука. Это период формирования корня, состоящего из гласного неопределенного качества между двумя согласными или сонантами, использование словосложения для образования новых слов

• Ко второму этапу относится создание системы индоевропейского вокализма, становление детерминативов и словообразовательных суффиксов, начальный этап развития падежной и видо-временной системы.

Средством обнаружения материального родства может выступать:

• анализ языковых форм в их отношении значению;

• анализ значений в их отношении к форме.

Эти приемы дополняют друг друга и могут быть проверены друг через друга. Потребность в таких рекурсивных процедурах возникает потому, что установление корреспонденций между единицами двух или более языков в плане содержания зависит от установлений коппеспонденций между этими же единицами в плане выражения и, наоборот, установление корреспонденций между единицами двух или более языков в плане выражения зависит от установлений коппеспонденций между этими же единицами в плане содержания.

Одно-однозначные соответствия между единцами, принадлежащими к различным обследуемым языкам, как правило отсутствуют, поэтому установление корреспонденций (в плане выражения и в плане содержания) между едницами, принадлежащими к разным языкам, иожет быть проделано только путем системных сближений.

Системные сближения есть конфронтация лексических, семантических и грамматических систем двух или более языков (взятых как в целом, так и в корреспондирующих подсистемах этих языковых систем).

При такой конфронтации всякий раз в виде исходной гипотезы принимается либо наличие корреспонденций в плане выражения, и тогда изучаются корреспонденции в плане содержания, либо наличие корреспонденций в плане содержания, и тогда изучаются корреспонденции в плане выражения.

Результаты каждого такого сравнения являются основанием для последующего сравнения. Тем самым процедура как бы развивается из самой себя.

Если о родстве языков ничего не известно, но соположены их планы выражения и у них выделены системы форм, которые гипотетически можно подвергнуть сближению, тогда корреспондирующие единицы языков будут определяться через план содержания по следующим процедурам (правилам):

1. Если значения двух форм различны, но оба этих значения могут быть возведены к одному общему значению, то формы считаются корреспондирующими.

2. Если значения двух сближаемых форм различны, но соответствующие формы в обоих языках показывают, что значения одной формы в одном языке то же, что и значение двух сближаемых форм в другом языке, то формы считаются корреспондирующими.

3. Если значения двух сближаемых форм различны, но соседствующие формы в обоих языках показывают, что эти различные значения возникли за счет распределения общего значения между другими формами, то такие формы считаются корреспондирующими.

На этих трех принципах устанавливаются семантические корреспонденции между формами. Наука, которая рассматирвает такие корреспонденции, называется этимологией.

Принципы сближения форм многих языков те же, что и в случае с двумя языками. Так, например, если в одном языке есть форма, которая может быть в плане выражения сближена с формой другого языка, но обе эти формы обладают разными значениями, то их этимологическая связь может быть установлена нахождением в третьем языке некоторой сближаемой с первыми двумя по плану выражения формы, обладающей либо обоими значениями, либо значением, сводящим, связывающим эти два разных значения, либо значением, указывающим на перераспределение значений между формами.

Таким образом, принцип системных сравнений в этимологии есть анализ совокупности языковых систем, рассматриваемых через сближаемые элементы и посредством сближения элементов.

Этимология начинает с выделения совокупности элементов, дающих системные отношения в пределах семантического поля; затем, сравнивая системы двух и более языков, анализирует семантические отношения каждого из элементов одного языка к каждому из элементов другого языка или других языков.

Принцип материального родства языков зиждется на том, что от исконной лексики отделяются заимствования. После отделения заимствований сравнивается только исконная лексика, и степень близости языков устанавливается как по количеству сближаемых единиц исконной лексики, так и по количеству и иерархии изменений, происшедщих в материале лексики. Чем больше изменений обнаружено в материале исконной лексики, тем о большей удаленности одной языковой системы от другой они свидетельствуют.

Исследование матеориального родства включает серию процедур, каждая из которых находится с другой в рекурсивных отношениях. К числу таких процедур относятся:

1. установление качественныъх и количественных соответствий в исконных лексичесих и грамматических морфемах, подтверждающих связь между сравниваемыми системами;

2. установление соответствия между грамматическими системами сравниваемых языков;

3. установление закономерных фонетических изменений, связывающих сравниваемые системы.

Связь процедур достигается через установление реконструкций. Реконструкция есть теоретическое (гипотетическое) описание некоторой языковой системы (ее частей, ее форм), к которой возводятся сближаемые языки.

Для того чтобы исключить заимствования, в сближаемых языках берутся те семантические поля, которые представлены словами, характерными для соответствующего уровня развития культуры. Считается, что слова детской речи, как и заимствования, не могут служить основанием для установления дивергенций, поэтому они должны быть исключены. Рассмотрению подлежат: термины родства, названия частей тела, имена богов, названия элементов ландшафта и явлений природы, названия животных, названия растенй, названия хозяйственного инвентаря, построек и т.п. Особую группу составляют глаголы и прилагательные. В этой области лексики есть также своя иерархия. Базисную часть слов здсь составляют глаголы чувствования, движения и действия, прилагательные, обозначающие простейшие качества и основные названия цвета. Относительные прилагательные и сложные глаголы, обозначающие тонко дифференуированные действия, считаются словами более высокого культурного уровня.

Таким образом, устанавливается хронологическая иерархия семантических полей – фактор, чрезвычайно существенный для исторического сопоставления. Теримины родства, названия частей тела, имена богов и названия частей ландшафта хронологически более ранние семантические поля, чем система числительных. Система числительных хронологически более раннее семантическое поле, чем наименование злаков и хозяйственного инвентаря.

Сравнивая лексику разных языков с учетом хронологической иерархии семантических полей, возможно составить предварительные представления о характере дивергенций языков и сформулировать гипотезу о возможной степени родства между сравниваемыми языками. Чем ближе и чем «новее» общность лексики в семантических полях, тем языки более близки.

Эта гипотеза далее уточняется так: общий словарь сравниваемых языков подвергается морфемному анализу. звтем производится сближение по морфемам. Степень родства языков определяется отношением количества общих морфем к количеству общих слов. Чем больше количество общих морфем по отношению к количеству общих слов, тем более удаленными в генетическом отношении считаются языки, и, наоборот, чем больше количество общих слов по отношению к количеству общих морфем, тем более близки языки в системе генеалогической классификации.

Это общее соображение далее может быть детализировано путем введения некоторых дискретных точек, отмечающих пункты дивергенции. С этой целью рассматриваются отдельно подсистемы грамматических и корневых морфем. Корневые морфемы составляют открытый список. Такого рода список характеризуется тем, что в каждой паре родственных языков оказываются свои общие корневые морфемы.

Представим, что даны четыре системы:

А B C D

a b c d

b b d d

e f f e

1 2 3 4

Системы A и B объединяются наличием в них общих корней: a,b.

Системы C и D объединяются наличием в них общих корней: c,d

Системы AD,BC объединяются наличием в них общих корней: e,f

Каждая из систем имеет и свои корни: 1,2,3,4.

Система А сближается с системой В, система С сближается с системой D.

Системы А и В через общие корни e,f на втором этапе сближаются с системами C и D.

A B C D

a c

b d

e

f

Это построение является примером, иллюстрирующим принципиальную процедуру сравнительно-исторического анализа.

Грамматические морфемы в каждой языковой системе представляются в виде закрытого списка. Для исследования дивергенций языков значимой является не только представленность тех или иных общих морфем, но и номенклатура и система грамматических категорий. Грамматические категории разбиваются на словоизменительные и словообразовательные. Словоизменительные категории более четко обозначают пункты дивергенции языковых систем.

Словоизменительные категории исследуются в каждом из родственных языков. При этом определяющее значение имеет то, представлена ли та или иная система категорий в сравниваемых языках. Например, во французском языке нет системы склонения, а в латинском, русском, санскрите она представлена. Представленность тех или иных систем категорий позволяет расположить языки в том или ином хронологическом порядке.

Грамматическая гипотеза может быть уточнена и проверена путем исследования отношений между грамматическими морфемами. При этом значащими являются следующие случаи:

• системы словоизменения совпадают в номенклатуре значений и в номенклатуре морфем;

• системы словоизменения не совпадают в номенклатуре значений, но совпадают в номенклатуре морфем;

• системы словоизменения совпадают в номенклатуре значений, но не совпадают в номенклатуре морфем;

• системы словоизменения не совпадают ни в номенклатуре значений, ни в номенклатуре морфем, но в окончаниях или в корнях одного языка есть совпадения с номенклатурой словоизменения другого языка;

• не существует никаких грамматических совпадений.

Первый случай указывает на большую близость языков, чем последующие. Когда обнаруживаются те или иные расхождения в номенклатуре значений или в номенклатуре морфем, каждое такое расхождение считается некоторой точкой дивергенции.

Самым важным критерием при построении генеалогической классификации и при реконструкции являются фонетические соответствия ( и формулируемые на их базе фонетические законы). Фонетические законы выводятся из списка сближаемых слов, корней и аффиксов. Сооответствия этих единиц языка есть соответствия при неполном совпадении звучания. Звуки, стоящие на одних и тех же местах в сближаемых словах, корнях и аффиксах, заменяются определенным образом. Можно убедиться, что каждому из звуков этого слова в одном языке соответствует некоторый определенный звук или ноль звука в другом языке. Эти отношения сежду звуками в одной и той же значимой единице в разных языках получили название звуковых соответствий. На основании звуковых соотетствий могут быть установлены звуковые законы.

Систематически сравнивается фонологический состав плана выражения всех родственных единиц двух языков Такое системное сравнение всех родственных единиц двух языков позволяет сформулировать некоторые обобщения и вывести формулы, которые охватывают планы выражения двух сравниваемых языков.

Звуковой закон (фонетический закон) – это вывод такого вида: если в начале слова в языке Х находится звонкий смычный согласный, то в этой же позиции в языке У находится звонкий аффрикат, характеризуемый тем же местом артикуляции. Фонетические законы логически всегда представляют собой импликации (суждения вида «если …то»). Этим они отличаются от звуковых соответствий, которые логически характеризуются квантором существования «имеет место …».

Фонетические законы обязательно включают в формулировку следующие сведения:

• указание на звук или группу звуков;

• указание на позицию этого звука или группы звуков в слове, морфеме или слоге;

• указание на язык или языки, которым принадлежит данный звук или группа звуков.

Надо учитывать наличие исключений из фонетических законов. Опеределение условий, при которых имеет место исключение превращает ислключение в закон.

Особенно существенны фонетические законы для грамматики. Видоизменение плана выражения аффиксов и корней может привести к целому ряду грамматических последствий:

• фонема или группа фонем в слабой позиции может обратиться в нуль звука (исчезнвение аффикса(;

• фонема или группа фонем по фонетическому закону может измениться в своем звучании так, что сольется с другим звуком;

• фонемы в слове могут перераспределиться по морфемам и слогам (переразложение, опрощение).

Таким образом грамматические соответствия оказываются прямо связанными с действием фонетических законов. Фонетические заноны объясняют грамматические соответствия. Фонетические законы делают возможным более строгое обоснование хронологии изменений морфологической системы. Они расширяют поле лексико-морфемных соответствий, давая теоретическое обоснование для составления более полной картины отношений между языками.

Фонетические законы есть венец сравнительно-исторического языкознания, последний этап процедур, дающий формалный критерий для оценки предшествующих этапов сравнительно-исторического анализа и описания.

Всякая сравнительная процедура может рекурсивно быть обращена на предшествующую ей процедуру. Установление фонетических законов способно дать рекурсивную проверку любым другим процедурам.

Развитие исследования представляет собой последовательность (серию) следующих процедур:

- этимологии;

• соответствия в лексике;

• соответствия в корнях и аффиксах;

• соответствия грамматических систем;

• соответствия фонетические;

• фонетические законы.

Имеетсяч возможность применения рекурсивных процедур.

Сравнительно-историческое языкознание позволяет осуществить интерпретацию ветвления генеалогического древа родственных языков. Систематика языков дается как последовательное дробление континуума языков на все более мелкие группы. Пределом такого дробления являются системы отдельных языков.

Механизм сравнительно-исторического описания можно представить и как объединение языковых систем на основании материального родства. Это объединение есть объединение через общие элементы. Всякой дивергенции двух или более систем должна отвечать такая система, которая объединяла бы черты дивергированных систем. Такой системой является язык-основа (или языки-основы), устанавливаемый путем реконструкции.

Сравнительно-историческое языкознание существует уже около двухсот лет, однако его значение как одной из основных областей языкознания, как науки об исторических закономерностях развития языков в их прошлом, настоящем и будущем, об их генетических и исторических взаимосвязях, об отлоджении в их памяти следов древнего прошлого народов, о путях сложения лингвистической карты мира - остаются неисчерпаемыми. Поэтому продолжает быть актуальным обсуждение не только новых проблем сравнительного языкознания, но и таких вопросов, которые были предметом рассмотрения и споров на всем протяжении развития этой области лингвистической науки.

Не снимается научная потребность в теоретическом обсуждении некоторых вопросов сравнительного языкознания, в особенности вопросов, связанных с применением определенных методов исследования, меняющих свою специфику в зависимости от характера лингвистического материала, от его хронологических уровней, а также от степени исторической доступности изучаемых фактов.

Необходимость все нового и нового обращения к теоретическим проблемам сравнительного языкознания ощущается как в индоевропеистике, концентрирующей в себе результаты огромного опыта предшествующих исследований, так и, в особенности, применительно к другим лингвистическим семьям (тюркские, кавказские, енисейские языки и др.)

Вопросы реконструкции вокализма и консонантизма индоевропейского праязыка не утеряли актуальности, они оказались в центре интересов компаративистики в конце ХХв., особенно на фоне внимания к проблемам исторической типологии.