1.2. Новое состояние человеческого общества

Главным качеством, которое на протяжении истекшего тысячеле­тия (со времен Оккама, провозгласившего принцип: «Не вводить сущ­ностей без надобности», то есть понятий без необходимости), отличало научное знание от знания вообще, была доказательность. Чтобы убе­диться в этом, достаточно открыть любой учебник или статью в науч­ном журнале. Строгость изложения являлась и является синонимом достоверности не только в печатном издании, но и на лекциях, заче­тах, экзаменах и даже в частном разговоре. Что-то объяснить, как правило, значит доказать. За годы учебы человек к этому привыка­ет настолько, что неосознанно считает доказательность главным, если не единственным, критерием научного знания. Поэтому при изучении научной литературы большее внимание уделяется тонкостям доказа­тельств, нежели конечному результату. Примечательно, что, как пока­зывает история науки, именно тот, кто находит в себе силы нарушить следование этой схеме, впоследствии становится крупным ученым.

Таким образом, можно утверждать, что научное знание содержит точно установленные факты, являющиеся результатами многократных наблюдений, полученные в воспроизводимом эксперименте или посред­ством строгих логических умозаключений. Конечно, в процессе полу­чения знаний огромную роль играют аналогии, интуиция, дедукция, инверсия, случай, наконец. Но знание как окончательный продукт научной деятельности должно удовлетворять критерию доказательно­сти. Именно доказательность была и остается тем качеством научно­го знания, которое обеспечивает возможность его передачи от одного человека к другому, из поколения в поколение, делая тем самым воз­можным успешное существование человеческого сообщества.

Однако в XX веке произошло событие, которое радикальным об­разом изменило требование к научному знанию. Многими исследова­телями (В.И. Вернадский, Б.Ф. Поршнев, А.К. Сухотин и др.) отме­чалось ускорение человеческого познания с течением времени. В науковедческих исследованиях начала второй половины XX века приво­дились графики экспоненциального роста количества научных журна­лов, «числа людей, занятых интеллектуальной деятельностью надушу населения планеты», объема необходимых для подготовки специали­стов знаний и прочес. Однако четкого и ясного понимания причин и, главное, следствий этого процесса не было. Это привело к тому, что критическую точку в истории и эволюции человека как биологическо­го вида попросту просмотрели. И в результате получили жестокий XX век с его долгими кровопролитными войнами, экологическими и техногенными катастрофами. Что же произошло?

...Солнце упрямо клонилось к горизонту, а поклевок все не было. Старик вытащил спасть на берег, внимательно осмотрел крючки. Спокойными и уверенными движениями поправил на них наживку: на каких-то червя, на других большущие хлебные шарики, на третьих пучок красных шерстяных ниток. Прищурившись, по­смотрел еще раз на реку, резко взмахнул рукой, и леска идеальной ровной линией ушла в воду. Удовлетворенно хмыкнув, старик присел на берег и вновь погрузился в неторопливые размышления.

Он отдал рыбалке всю жизнь и не жалел об этом. Еще в ранней юности, смастерив себе эту, как называл его отец свою придумку, «волшебную снасть», он смог прокормить мать и сестру. Потом у него появилась своя семья. Страсть к рыбной ловле переросла в профессию и обеспечила если не роскошную, то безбедную жизнь. Подросли сыновья и тоже стали удачливыми рыбаками, успешно ис­пользуя дедовское изобретение...

Как всегда, неожиданно, кивок резко взметнулся вверх. Старик мгновенно перехватил леску и по ее натяжению понял: есть! Оста­лось только вывести пойманную рыбину на берег, но в этом ему равных не было: навык по вываживанию никогда не давал сбоев...

...Василий Андреевич был сыном потомственного дворянина. Ну­жды в деньгах никогда не испытывал и мог позволить себе, как и многие его богатые сверстники, бесшабашно транжирить батюш­кины средства, большую часть жизни проводя в ресторанных номе­рах. Но у Василия Андреевича была мечта: он хотел строить кора­бли. Слава богу, государь Петр Алексеевич с пониманием отнесся к «блажи» молодого дворянина и отправил его учиться в Голландию.

Забегая вперед, скажем, что приобретенные им за рубежом на­выки и умения позволили ему осуществить свою мечту и прожить долгую, счастливую жизнь кораблестроителя в окружении родных и учеников, совсем далекую от беспечного дворянского существова­ния.

...Игорь был в ужасе. Еще бы, он, молодой специалист с красным дипломом, впервые оказавшись на предприятии, где ему предстояло работать, многого не понимал. Дни и ночи, проведенные за письмен­ным столом, за учебниками, систематические посещения лекций и семинаров, библиотека вместо дискотеки, предэкзаменационная зуб­режка он так надеялся, что все это пригодится и окупится сто­рицей. И вот, он стоит в лаборатории, инженером которой устро­ился, обводит взглядом многочисленные приборы, аппаратуру, и чув­ство самоуверенности, до сих пор служившее ему верой и правдой, неуклонно исчезало, уступая место отчаянию и панике. Он ничего не знал; все было новым и незнакомым...

Если Вас спросить, какая из приведенных коротеньких зарисовок относится к XX веку, я думаю, Вы, вряд ли ошибетесь. И дело здесь не только в современных словосочетаниях ситуация совсем другая.

Введем для се описания два характерных промежутка времени. Пе­риод биологического обновления время смены поколений, или ак­тивной деятельности поколения практически не изменяется и со­ставляет в среднем 30 лет. Период информационного обновления это продолжительность доминирования определенной фактологии на­учного знания и основанной на ней совокупности социально значимых технологий. Этот период уменьшается со временем по степенному за­кону. Если в прошлом знаний, полученных в юности при освоении профессии, хватало «на всю жизнь», еще раньше (вспомните наше­го рыбака или сказку про Данилу-мастера) несколько поколений успешно пользовались практически одним и тем же объемом знаний, то сейчас... Сравните, например, свои знания в юношеском возрасте и знания нынешней молодежи. Небо и земля! Они уже знают и поль­зуются тем, о чем мы только в фантастической литературе читали! Мой десятилетний сынишка, например, совсем не боится слов «винче­стер», «CD-диск» и, я подозреваю, он даже понимает, что это такое. Для меня же в его возрасте обыкновенный калькулятор с четырьмя действиями был воплощением волшебства. Итак, период информационного обновления с течением времени уменьшается, пока не достигает критической точки: равенства периоду смены поколений (рис. 1.1), а потом становится еще меньше. Именно этот факт, пришедшийся на 50-е годы прошлого века, и определяет новое состояние человеческого сообщества.

Картинки не выложены временно по причине увеличения объёма файла. Будут выложены позднее.

Как это часто бывает с наиболее значимыми событиями в истории человечества, изменение соотношения характерных времен информа­ционного (и. следовательно, социального) и биологического обновле­ния довольно долго, более полувека, оставался незамеченным. Не обратили на него внимание ни Римский клуб, ни разработчики Гарвард­ского и других проектов глобального развития человечества.

Лишь в 90-х годах группа петербургских аналитиков, разработав­шая Концепцию общественной безопасности [3], указала как на сам факт, так и на его исключительное, беспрецедентное значение. Бес­прецедентное, потому что с такой ситуацией за всю свою историю че­ловеческое общество встречается впервые, а исключительное в силу того, что требует пересмотра смысла и места образования, науки и критериев научности знания, и. наконец, может быть, самое главное

управления, так как последнее по своей сути является консерватив­ным.

Давайте последовательно и подробно разберемся с этим принципи­альным выводом. Сделать это совершенно необходимо, чтобы не по­вторялась история XX века, изобилующая катаклизмами и трагедиями различного рода, вызванными старыми подходами к новым проблемам и недостаточным осознанием причин и сути последних.

Каким образом осуществлялось управление в прежние времена? Каждый человек, на какой бы ступени социальной лестницы он не на­ходился, какую бы профессию не имел, должен был выполнять вполне определенную работу, слабо представляя место своей деятельности в рамках всей организации и предприятия, на котором он работает. По­следнее было прерогативой органов управления, которые и должны были, владея более общей картиной, определять должностные обязан­ности и круг задач.

Приведем намеренно утрированный пример. Начальник цеха по про­изводству, допустим, деревянных ручек для кухонных ножей знал, ка­кое количество той или иной разновидности своей продукции должен выпустить его цех за неделю и поддерживал управленческую связь с цехом, поставлявшим заготовки, и цехом, собирающим ножи. Все! От­куда берется дерево для ручек, где, как и почем эти ножи продаются, какова стратегия реализации и тенденция продаж, его не интересова­ло. В настоящий момент такой близорукий стиль работы неприемлем и, кстати, именно он вкупе с рядом других как объективных, так и субъективных причин привел к развалу экономики в нашей стране.

Новое информационное состояние общества требует глубоких из­менений логики социального поведения человека, социальной организации общества. Успешность совместной деятельности людей, функ­ционирования общества как целого, не может более быть достигну­та методами прямого директивного адресного управления [4]. Каждо­му специалисту приходится теперь самостоятельно принимать ответ­ственные решения и строить стратегию своей деятельности: времени на согласование по всем ступеням управленческой структуры просто нет. Вместе с тем его решения и действия должны быть соотнесены с действиями других людей и с системой в целом. А для этого необ­ходимо, чтобы каждый участник совместного действия располагал, по крайней мере, контурами того полного знания, которое необходимо для управления системой в целом и которым во времена, ушедшие в прошлое вместе с XX веком, не всегда располагала даже элита управ­ленческих структур.

Доказательные, но неполные, фрагментарные знания становятся не­достаточными, неэффективными и даже опасными, поскольку они по­рождают возможность произвольной манипуляции ими и невежествен­ного их комбинирования. Именно так возникли упомянутые выше тех­ногенные катастрофы, перед фактом и угрозой которых стоит совре­менное человечество

Способы комбинирования и применения частичных фрагментарных знаний могут быть очень различными у разных людей. Это затруд­няет или исключает возможность их взаимопонимания и совместной деятельности. Между тем, главным преимуществом человека как био­логического вида, обеспечившим ему невиданное распространение по планете, является именно способность тонко, глубоко, в больших мас­штабах специализироваться и объединять усилия, способность к Обще­ственному Объединению Труда. Для сохранения этого преимущества требуется перейти, таким образом, от концепции внешнего управления к концепции самоуправления.

Теперь коротко о науке. Образом знания, обладающего достаточной полнотой, может служить произведение мозаичной живописи. Состав­ленное из множества фрагментов: кусочков керамики, цветных кам­ней, смальты, мозаика представляет некий целостный образ: узор, пей­заж, портрет, картину исторического события (вспомним мозаичный монумент М.В. Ломоносова в честь Петра I "Полтавская баталия"). Фрагменты мозаики выстроены в целостную картину. Утрата отдельных фрагментов мозаики не нарушает се целостного восприятия. Все, кто видят мозаику, воспринимают один и тот же образ. В этом смыс­ле восприятие целостного образа, который несет мозаика, объединяет всех, се видевших.

Такой объединяющей силой, столь же могущественной, сколь и неза­метной (поскольку она реализуется, главным образом, на неосознава­емом уровне) является полное целостное знание, построенное из мно­жества фрагментов точного частного знания. Контуры полного знания едины для всех, хотя наборы фрагментов знаний, которыми располага­ют разные люди, могут сильно различаться, что отражает многогран­ность истины, с одной стороны, и разнообразие путей восхождения к полному знанию, с другой.

Наука довольно долгое время («довольно долгое» это мягко ска­зано, точнее будет «со времен своего зарождения») движется по пути накопления фрагментарного знания, отдельных «стекляшек» единой мозаики картины Природы. Достигнув в этом направлении несо­мненных успехов, научное сообщество уверовало в правильность вы­бранного пути и, опять же, «просмотрело» момент, когда на смену ана­лизу должен прийти синтез. Острая необходимость главенствующей роли последнего осознается лишь некоторыми учеными, а часто вы­сказываемые доводы типа «Но ведь пытаются создать единую теорию поля!» не столько опровергают нашу точку зрения, сколько подтвер­ждают се. Потому что КАЖДЫЙ научный работник должен хорошо представлять, куда в общую картину мира ложится его «кирпичик», решаемая им конкретная частная задача. Получается, что и в процессе получения знания на первом месте стоит его полнота. Именно полнота является на данном этапе основным критерием научности знания, ко­торым должен быть с необходимостью дополнен обсуждаемый выше критерий доказательности, разумеется, сохраняющий свою силу.

Наконец, образование. Сейчас происходит все более ясное и широ­кое осознание того, что мировоззрение, господствующие научные па­радигмы, структура научного знания и порожденные им технологии успевают коренным образом измениться уже за время детства чело­века, за годы его среднего и профессионального образования. Этот факт ставит перед последним ряд сложных проблем. Если за время жизни одного поколения происходит (по оценкам экспертов) 4-5 кардинальных изменений в фактологии знаний, это означает, что знания, например инженера, устаревают за 5-7 лет, а 80% знаний, которые по­требуются будущим специалистам (студентам), еще никому не извест­ны. Следовательно, главное в обучении, как в школе, так и в ВУЗе, не столько в том, чтобы дать учащемуся определенную сумму знаний, а в том, чтобы вооружить его методологией познания, научить самостоятельно, овладевать знаниями, обеспечивая достаточную их полноту для компетентного принятия решений |5|.

Опять полнота становится во главу угла! Что же это такое?

Полнота знания понятие сложное и многомерное. Это хорошо вид­но, если обратиться непосредственно к процессу познания, в котором она достигается. Для достижения полноты знаний, прежде всего, необ­ходима полнота видения (восприятия) реального явления, его воспро­изведения в различных условиях с применением адекватной иерархии экспериментальных средств, всестороннее его описание.

Далее, необходима системность подхода к объекту изучения, вклю­чающая выявление подсистем, элементов, взаимодействий, доминиру­ющих процессов явления, приемлемые его идеализации, построение математических моделей. Системность в процессе познания отража­ет стремление исследователя, во-первых, охватить изучаемое явление, как целое, на уровне сознания и, во-вторых, обеспечить выполнение критерия доказательности получаемого им знания.

Но есть и третья сторона полноты. Это целостность, формирова­ние целостного многомерного образа явления. Даже при кратком, как здесь, обсуждении этого вопроса мы вынуждены забежать немного вперед, однако, надеемся, что эта необходимость (опять же с точки зрения полноты) будет оправдана.

Целостные знания формируются в сверхсознании человека, в боль­шей части неосознанно, и проявляются в уверенности, с которой он берется за решение проблем, к ним относящихся, и решает их. Форми­рование таких целостных образов, которые хранятся в памяти сверх­сознания и воспроизводятся сколь угодно долго, и является конечной целью всякой образовательной и самообразовательной деятельности.

Особенностью информации, хранящейся насверхсознатсльном уров­не, является се способность к самопроизвольному, как бы без уча­стия человека, развитию. Вследствие одновременности (симультанности) процессов в нейрональных сетях правого полушария, всякая ин­формация, закодированная в импульсах, достигающих структур пра­вого полушария, взаимодействует со всей уже имеющейся информа­цией или с большей се частью. Происходит как бы умножение знаний, хранимых в долговременной памяти сверхсознания, на эмоционально значимое новое знание, полученное усилиями сознания. Опыт, накоп­ленный при решении проблем, связанных со свсрхсознатсльным об­разом некоторого объекта внешнего мира, распространяется на дру­гие образы. Происходит постепенное соединение отдельных явлений и процессов в цслостностную картину мира, что в огромной степени расширяет познавательные и деятельностные возможности человека.

Другой важной особенностью сверхсознания, обусловленной также симультанностью его нейронных механизмов, является его свойство отторгать ложную информацию. Этим свойством, к сожалению, не об­ладает сознание, способное не только к корректной обработке инфор­мации, но и ко лжи и к самообольщениям.

Освоение возможностей сверхсознания составляет основной ресурс увеличения успешности познавательной деятельности человека и, в частности, увеличение эффективности образования и самообразова­ния.

Однако природа хорошо позаботилась о том, чтобы укрыть ключи к сверхсознанию - миру Целостных Образов. Истины и Совести. Для того чтобы проявились возможности сверхсознания, необходима посто­янная интенсивная осознаваемая познавательная деятельность, посто­янное расширение сознания. При этом большое значение для вовлече­ния механизмов сверхсознания имеет уровень познавательных эмоций. Важно, чтобы человеку были доступны муки и радости творчества, чтобы на путях познания им двигали внутренние мотивы.

Для полноценной реализации познавательных возможностей чело­веческой психики необходимо знание физиологических механизмов и закономерностей материальной, биологической, основы познания - че­ловеческого мозга. При этом необходимо иметь в виду несоизмеримость объемов информации, обрабатываемой на сознательном и сверхсознательном уровнях, и связанную с этим самопроизвольность сверхсознательной психической деятельности, ее независимость от воли человека. Следуя законам природы человеческой психики, можно лишь создавать условия для полноценного се проявления, но нельзя сознательно управлявшею.

Однако мы увлеклись этим интересным вопросом. Поэтому, под­черкнув еще раз, что полнота восприятия - системность - целостность образуют триединую связку необходимых качеств современного науч­ного знания, вернемся к обсуждению проблем образования.