XXVII. Заключение: утраченный фундамент всего знания и всего сущего
Жить в мире, в котором правит случай, значит жить экспериментально и гипотетически. Все имеет значение лишь пока существует, и обо всем можно составить представление, будто оно могло быть и иным, — это опыт «человека без свойств» из цитированного нами романа Роберта Музиля. «Бог, — писал он, — создает мир, думая при этом, что сошло бы и по-другому».1 Для Музиля четко установлено, что в мире, в котором все познается исключительно контингентно и гипотетически, в котором ничто не признается абсолютом, ни истина, ни категорический императив не могут сохранить свое значение, а подавление человека человеком безгранично. Подспудно эта проблематика ставит перед ним вопрос об arche как вопрос о самой важной, «решающей» мысли.2 Там, где о человеке невозможно говорить ни как о сознательном разумном существе, ни как о твари божьей, возникает опасность того, что политика займет место философии и религии. И тогда она в качестве их эрзаца должна будет ответить на вопрос о смысле человеческого существования и предложить осязаемую утопию, которую не сможет осуществить, поскольку та выходит далеко за границы возможностей политической власти. Конечно, и философия подвержена такой же опасности — не устоять перед соблазном утопии, тем не менее она знает границы своих собственных проектов, поскольку постоянно вопрошает о своем обосновании. Постановка вопроса об arche противоположна политическому ответу на поиск смысла истории как индивидуального и универсального притязания на истину и смысл, благодаря которому любой ответ, любой поступок оказывается оправданным в своем собственном притязании. Может ли быть без такого рода притязания истина и смысл жизни для каждого отдельного человека или истина и смысл для всех вместе? Поставить вопрос об истине и смысле, а не просто твердить о своем намерении, означает для фило-
1 См. главу XXI, 1.
2 См. главу I.
444
софии найти свой фундамент и новое восприятие arche. Если ответы, дававшиеся на этот вопрос, не удовлетворяют, а пренебрежение вопросом об arche нельзя посчитать за ответ, напротив, именно это делает очевидным кризис философской мысли, то не остается иного выбора, как сделать новую попытку. Может быть, тот кризис, в котором находится философия, этот разрыв метафизики со своим вопросом об arche, есть не столько кризис философии, сколько утрата способности к философскому мышлению?
Чтобы снова поставить вопрос об arche, мы должны вспомнить, о чем рассуждали в ходе нашего изложения. По сравнению с другими науками, в основании которых лежат аксиомы, философия как наука не имеет исходного пункта. Постоянно возобновляемые в истории философии попытки найти свое основоположение вроде установления первой самой по себе истины, описаны как хтонические элементы, как идея, как атом, как Бог, как Я или как Ничто, и тем не менее оказывается, что у философии нет такой первой истины. Для нее не существует удовлетворительного начального принципа и ответа на вопрос об arche всего сущего или решающей мысли, с помощью которой она бы смогла обосновать не только мир, но и саму себя, она не обладает принципами понимания всего сущего и мышления в целом. Философия — это не конкретная наука, которая свой путь начинает из сущего, вообще-то уже давно известного нам, — животных, растений, камней как предметов зоологии, ботаники, петрографии. Поэтому она и не держится за то, что обнаружила и что ей очевидно с самого начала. Ведь философия стремится не к истинам, обоснованным положениям, экспериментально гарантированным результатам, документально подтвержденным рассуждениям, нет, она стремится к самой истине. Но это вынуждает ее с самого начала размышлять о том, что является ее исходным принципом и предметной областью. Мы не хотим сказать, что эта предметная область нам совершенно чужда; мы ведь постоянно живем в этом мире, познаем и размышляем о нем, мы —люди, и задаем себе вопрос «Что я должен делать?» и ищем в истории смысл. Но в поисках предметной области мы познаем то, что мир, именно потому, что философия является частью его, ей не задан предварительно. И даже там, где она своими всевозможными определениями arche закладывает основание, она сама для себя в этом определении не находит основания. Ее определения arche —это не некий акт формулирования аксиомы, который, будучи завершенным и выполненным, можно было бы принять за основополагающую истину. Наверное все-таки поиск arche будет продолжаться так же долго, как и процесс
445
философствования, причем философия не может оставить вопрос об arche без внимания, поскольку он всегда воспринимается и сохраняется как основной вопрос философской мысли. Вопрос об arche —это не только утверждение, но и деструкция, которая разрушает философское мышление, в котором человек надеется укрыться от опасности. Платоновская притча о пещере и его образ восхождения и нисхождения, т.е. возврата в пещеру, восстановления связи с ней, дает возможность осмыслить это. Кто прячет глаза от света, тот видит настолько же мало, насколько и тот, кто смотрит прямо на солнце. Многие, говорил Платон в «Федоне», попортили себе зрение, поскольку всматривались в солнце не через его отражение в воде или через какое-либо другое отражение, а направляли свой взгляд прямо на него.3 Сегодня солнечные очки защищают наши глаза от слепящих лучей, а наука со своим абстрагирующим способом научилась даже смотреть на солнце и исследовать его. В нем, правда, как и во всех других вещах, известных нам, мы не обнаружили ничего исключительного, научно не познаваемого. Во всяком случае — не то, из-за чего Платон пустился в свое плавание и что подобным же способом полагал обнаружить на солнце — anhypotheton, arche в качестве безусловной причины всего.
Из платоновской притчи о пещере мы знаем: то, что мы обычно видим, есть только тени и отражения действительности и нужно обращение души, мучительное восхождение из пещеры, чтобы постичь действительное положение вещей. Для носящих солнечные очки все это может быть, пожалуй, только притчей и не более. Ингеборг Бахман в романе «Малина» позволяет «Я» (главному персонажу) освободиться от иллюзии самого себя (воплощенной в отношении к Ивану) и от плена фактического, самого по себе самостоятельного, научно осмысленного мира (воплощенного в Малине), и раскрыть реальность своей собственной жизни. Смерть, которая показывает Я как абстрактное и недействительное, и приносит ему примирение, единение с оторванным от него, с действительностью, как бы разбивает эти самые солнечные очки. «Я» должно дать себе возможность разбить свои очки, искажающие его само и его мир, чтобы смочь обрести себя в своей действительности. Быть может, от нас тоже требуется разбить солнечные очки. Не для того, чтобы мы как те, о которых говорил Платон, смотрели беззащитно на слепящее солнце, а напротив, для того, чтобы увидеть, что скрывают темные стекла и заново открыть причину и истину вещей.
3 Платон. Федон. 99d.
446
Библиотекарь Музиля долгое время терпеливо обеспечивал нас книгами, которые показывали нам путь философской мысли. Настало время нам самим вступить на этот путь и от данной книги по философии перейти к более обширному наставлению. Пройденный путь философского мышления был не всегда легок, но движения по этому пути у нас никому не отнять. Каждый должен пройти его сам.
Ответ на вопрос о последней причине как arche всего знания и всего сущего остается делом философского мышления. Независимо от справедливости критики в ее адрес, философия должна будет идти своим путем поиска. Для человека многие из этих дорог могут оказаться бесконечными и бесцельными, да и его размышления об arche могут показаться ему напрасными, но Аристотель считал:
Однако бог и природа ничего не делают всуе.4
4 Аристотель. О небе. I. 4. 271а 33.
Хофмайстер X.
Х85 Что значит мыслить философски / Пер. с нем.; Отв. ред. А. Б. Рукавишников, Д. Н.Разеев. — СПб.: Изд-во С.-Петерб. ун-та, 2006.— 448 с. ISBN 5-288-03969-0
Книга X. Хофмайстера (профессора, заведующего кафедрой философии Теологического факультета Гейдельбергского университета и почетного профессора Философского факультета Санкт-Петербургского государственного университета) посвящена осмыслению фундаментальных проблем философской мысли, ее структуры и развития основных понятий. Цель его размышлений — взгляд со стороны на тот путь, по которому логически и исторически различные виды философстования и известные философы продвигались к тому, что сегодня называется философским знанием.
Осмысливая философию как непрекращающийся с самого своего возникновения процесс поиска arche, первоначала, первоистока, фундамента всего знания, автор создает работу, интересную для самого широкого круга читателей.
ББК 87.2
Научное издание
Хаймо Хофмайстер
ЧТО ЗНАЧИТ МЫСЛИТЬ ФИЛОСОФСКИ
Директор Издательства СПбГУ проф. Р. В. Светлов
Главный редактор Т. Н. Пескова
Редактор Е. Е. Жирнова
Художественный редактор Е. И. Егорова
Обложка художника Е. А. Соловьевой
Верстка А. М. Вейшторт
Лицензия ИД № 05679 от 24.08.2001
Подписано в печать 22.05.2006. Формат 60x90 1/16. Бумага офсетная. Печать офсетная. Усл. печ. л. 28,0. Тираж 1000 экз. Заказ №240
Издательство СПбГУ. 199004, С.-Петербург, В. О., 6-я линия, 11/21
Тел. (812) 328-96-17; факс (812) 328-44-22
E-mail: editor@unipress.ru www.unipress.ru
По вопросам реализации обращаться по адресу:
С.-Петербург, В. О., 6-я линия, д. 11/21, к. 21
Телефоны: 328-77-63, 325-31-76
E-mail: post@unipress.ru
Типография Издательства СПбГУ. 199061, С.-Петербург, Средний пр., 41
«Книга-почтой»
Наша служба «Книга—почтой» предлагает широкий ассортимент научной и учебной литературы по всем университетским дисциплинам. Вы можете заказать как вышедшую, так и готовящуюся к изданию литературу более чем 100 издательств Москвы и Санкт-Петербурга. Информацию о новинках этих издательств можно найти в газете «Книжное обозрение» (подписной индекс: 50051). Мы работаем с частными лицами и организациями.
Условия оплаты зависят от региона и выбора клиента.
• СНГ, дальнее и ближнее зарубежье —
только предоплата (отправка книг заказной корреспонденцией).
• Россия — наложенный платеж или предоплата по выбору клиента.
В соответствии с заказом мы комплектуем ценные бандероли весом до 2 кг. В сумму оценки входит примерно 30% от стоимости заказанных книг на почтовые расходы. Отправка книг осуществляется в течение месяца после получения заказа.
E-mail: post@unipress.ru
Подробнее — на нашем сайте www.unipress.ru
