Баланчинизм идет на убыль

Столетие Джорджа Баланчина Москва отметила без особого энтузиазма: выписав из Фонда Баланчина специалистов, ответственных за его наследие, возобновила уже шедшие в репертуаре «Агон» и «Симфонию до мажор» и поставила «Кончерто барокко». Станцевала их труппа плоховато и – что еще существеннее – с казенным равнодушием, ничуть не похожим на взволнованность пятилетней давности, когда впервые в Москве дали целую программу Джорджа Баланчина. В афише новая тройчатка, естественно, останется – для демонстрации интеллигентности театра и в качестве учебного пособия для артистов. Но вряд ли Большой в обозримом будущем захочет пополнить небогатую коллекцию балетов основоположника неоклассицизма: это не соответствует программным установкам Москвы на актерский театр и эксклюзивный репертуар.

Мариинка, считающая Георгия Баланчивадзе чуть ли не своим блудным сыном, в честь его юбилея провела серьезнейшую работу: собрала всемирную научную конференцию баланчиноведов, подкрепила ее практическими занятиями и увенчала премьерой трех новых балетов. Тем не менее, удлинив и без того длинный список своего баланчинского репертуара, нового качества мариинская труппа не добилась. С авангардными «Четырьмя темпераментами» труппа не сошлась характерами, в декоративном «Вальсе» Равеля главным сюжетом оказалась выздоровевшая Ульяна Лопаткина, «Фортепианный концерт #2» Чайковского не дотянул до выверенности схожих и уже имеющихся в репертуаре театра бриллиантов того же автора. Похоже, Джорджем Баланчиным наелся и Петербург, успевший навязать миру собственный стиль исполнения классика – так называемого петербургского Баланчина. Возможно, неутомимые мариинские баланчиноманы продолжат осваивать его неистощимое наследие, но художественного смысла это, пожалуй, уже не имеет.

Звезды и полосы

Традиционные проблемы с балеринами Большой театр разрешил переманив из Мариинки приму Светлану Захарову. Изумительно выученная балерина с роскошными данными (природа обделила ее разве что прыжком) предназначалась для исполнения «большой классики». Эту зияющую брешь она с успехом прикрыла, перетанцевав основные балеты ХIХ века. Однако любимицей публики петербурженка пока не стала – при совершенстве ее танца балерине не хватает актерского темперамента и харизмы, ради которых Москва готова прощать и срывы, и недостатки формы. Второй находкой сезона стала местная – Мария Александрова. В этом сезоне первая солистка официально сделалась примой-балериной. И хотя внимание московской публики было приковано к балерине задолго до официального признания, в карьерном росте ей помог успех на гастролях в Париже. Мария Александрова – антипод Светланы Захаровой: харизмы хоть отбавляй, прыжок на двоих, а вот на совершенство линий природа поскупилась. С учетом балерин со стажем и вышедшей из декретного отпуска молодой Светланы Лунькиной можно считать, что женскую кадровую проблему Большой отчасти решил.

Как ни странно, проблемы возникли с мужчинами. Травма выбила из рядов труппы Николая Цискаридзе, премьеры Сергей Филин и Андрей Уваров проявили непостижимую пассивность – и оказалось, что классику танцевать некому. Получившая замечательный шанс молодежь (Руслан Скворцов и Владимир Волчков) до уровня старших товарищей так и не дотянула. И пополнения в обозримом будущем ждать неоткуда.

В Мариинке все наоборот. Мужчины впервые потеснили прославленных петербургских прим. Приглашенный из Киева виртуоз Леонид Сарафанов оказался уместен во всех начинаниях театра. Он составил замечательную пару столь же виртуозному и компактному Андриану Фадееву – оба незаменимы в балетах Уильяма Форсайта и Харальда Ландера. В интереснейшего танцовщика превращается Андрей Меркурьев. Для канонической классики в театре имеется Данила Корсунцев, для балетных страстей – бывший москвич Илья Кузнецов.

Иерархию балерин вновь возглавила Ульяна Лопаткина, вернувшаяся в театр после полуторагодичного перерыва. Впрочем, балеты эта перфекционистка отбирает себе скупо и танцует нечасто. Между Берлином и Мариинкой курсирует вторая знаменитость – Диана Вишнева. В труппе имеется работящая и универсальная Наталья Сологуб, разноликая Дарья Павленко и балерины рангом пониже. Но театр неустанно заботится о пополнении дамского состава – для этого сделана ставка на совсем юную романтичную Алину Сомову, боевитую Викторию Терешкину и радикальную Екатерину Кондаурову.

Анастасия Волочкова.

Главной фигурой сезона стала Анастасия Волочкова. Благодаря ей балетная тема выплеснулась из культурного заповедника, заняв первые полосы газет и новостные выпуски ТВ. История собственно к балету отношения не имеет, но без нее обзор сезона был бы неполон, считает

Грандиозный скандал сезона вылупился из банального производственного конфликта. Большой театр хотел по-тихому избавиться от примы Волочковой и потому предложил ей четырехмесячный контракт вместо годового. Бдительная балерина его подписывать не стала. Администрация Большого, проявив непростительную беспечность, решила, что тем самым балерина сама себя уволила, и за день до открытия сезона поставила в «Лебединое озеро» другую балерину.

Тут-то все и началось: накануне спектакля уязвленная прима собрала пресс-конференцию и рассказала, как ее притесняют в Большом. Сердобольные СМИ кинулись на защиту гонимой, циничные – стали подсчитывать ее килограммы. Московская новость мигом сделалась мировой – американцы обмеряли красавицу рулеткой, австралийцы составляли таблицу мер и весов главных балерин века.

Развивая успех, госпожа Волочкова подала в суд на администрацию Большого и блистательно его выиграла. Выяснилось, что при увольнении балерины театр нарушил все мыслимые юридические формальности. По решению суда Анастасия Волочкова была восстановлена в штате и в сопровождении судебных приставов торжественно проследовала на место службы. Но тут дело стало принимать новый оборот. Штатной, но безконтрактной балерине полагалась зарплата согласно штатному расписанию плюс гонорары за спектакль. А вот спектакли-то танцевать она и не захотела. Большой театр, все время утверждавший, что в труппе нет достаточно выносливых мужчин для столь крупной балерины, предложил ей балеринские партии, не требующие партнеров. Балерина потребовала восстановления в прежнем репертуаре (на что, увы, не было никаких юридических оснований).

Раздосадованная госпожа Волочкова опять подала в суд, но второй процесс проиграла. В публичных высказываниях господина Иксанова не нашли ничего, оскорбляющего ее честь и достоинство. Интерес к балерине резко пошел на убыль – не помогла ни поддержка однопартийцев-единороссов, ни выступления в развлекательных телепередачах, ни съемки в русском детективе, ни балеринские уверения в божественном происхождении собственного таланта, ни ее патриотические предостережения, что в Большом окопались инородцы. Нагрянули и новые неприятности: госпоже Волочковой вчинили иск декораторы ее петербургской квартиры, концерты в Москве перестали собирать публику, за границу на гастроли никто не звал. Приме ничего не оставалось, как отправиться в Краснодар в труппу к Юрию Григоровичу – там давали $1 тыс. за спектакль. Так за неполные десять месяцев мировая знаменитость превратилась в глубоко периферийную балерину и даже десятилетие творческой деятельности мирно справила в Краснодаре.

Московские премьеры

1. «Ромео и Джульетта». Большой театр, режиссер Деклан Доннеллан, хореограф Раду Поклитару. Самая живая премьера за последние 20 лет.

2. Программа одноактных балетов («Магриттомания», «Палата #6», «Леа»). Большой театр, хореографы Юрий Посохов, Раду Поклитару и Алексей Ратманский. Победой новорусского балета не назовешь, но интересно.

3. Вечер балетов Джорджа Баланчина («Симфония до мажор», «Агон», «Кончерто барокко», па-де-де). Большой театр, перенесен Татьяной Тереховой, Джоном Клиффордом, Адамом Людерсом, Марией Эглевски. Необходимость в репертуаре очевидна, качество исполнения оставляет желать лучшего.

4. «Ромео и Джульетта». Театр «Имперский русский балет», Леонид Лавровский в редакции Михаила Лавровского. Хрестоматийный балет искалечен, но отличные Ромео с Джульеттой его спасли.

5. «Зеркало». Русский камерный балет «Москва», хореограф Никита Дмитриевский. Грамотная эпигонская работа «под Килиана», исполнена по-дилетантски.

6. «День рождения Отелло». Русский камерный балет «Москва», хореограф Раду Поклитару. Квинтэссенция худших качеств авторского стиля.

7. «Вальпургиева ночь». Русский камерный балет «Москва» Леонид Лавровский, возобновление Юрия Ветрова. Неумелая пародия на классический балет.

8. «Щелкунчик». Детский музыкальный театр им. Н. Сац, хореограф Борис Мягков. Не смотрела, потому что неинтересно.

9. «Дон Кихот». Театр «Имперский русский балет», хореография Александра Горского в редакции Гедиминаса Таранды. Не смотрела, чтобы не расстраиваться.

10. «Шехерезада». Театр «Русский балет» Вячеслава Гордеева, хореография Михаила Фокина в редакции Вячеслава Гордеева. Не смотрела, чтобы не ругаться.

11. «Жизель». Театр «Кремлевский балет», хореография Андрея Петрова. Не оценивается как возобновление известной редакции Леонида Лавровского, имени которого господин Петров не счел нужным указать (не говоря уже о прочих авторах – Жюле Перро, Жорже Коралли и Мариусе Петипа).

12. «Щелкунчик». Музыкальный театр им. К. С. Станиславского и Вл. И. Немировича-Данченко, хореография Василия Вайнонена в постановке Дмитрия Брянцева. Не оценивается: в старом балете просто заменили декорации.

Петербургские премьеры

1. Балеты Уильяма Форсайта. Мариинский театр, хореограф Уильям Форсайт. Форсайт в Мариинке – вне оценок. Это бомба. Главный балетный гений со своими best of best. Мариинские барышни примерили на себя купальники злых форсайтовских самок и попали в яблочко: обоюдоострая харизматичная Дарья Павленко в "In the Middle" изображает на сцене полет самурайского меча. Про Форсайта все писали, что это киберпанк, но вообще-то это чистый «Kill Bill», и точно так же по окончании только и хочется, что глупо улыбаться от счастья.

2. «Танцсимфония». Театр консерватории, хореография Федора Лопухова, реконструкция Никиты Долгушина. Маленькая скромная труппа прыгнула во всех смыслах выше головы. Культовый авангардистский балетный манифест все знали, но никто не видел – танцы сейчас расшифровали по архивным записям. Танцы странно-корявые, но прочные: серая куколка, из которой 20 лет спустя выпорхнул радужный Баланчин.

3. Балеты Баланчина («Вальс», «Четыре темперамента», «Фортепианный концерт №2» (Ballet Imperial)). Мариинский театр, хореография Джорджа Баланчина. Рядом с Форсайтом отлично станцованный, изысканный Баланчин, кажется слишком спокойным и классичным. Но зато, поставив в «Фортепианный концерт» Викторию Терешкину, Мариинка заполучила себе еще одну великолепную классическую балерину.

4. «Кто есть кто». Театр балета Бориса Эйфмана, хореография Бориса Эйфмана. Хореограф забыл, вопреки обычному, надуть щеки и задуматься о судьбах России, и в результате получилась непритязательная, вполне забавная балетная комедия по мотивам фильма «Некоторые любят погорячее». Подкачал только художник: мюзик-холльных блесток следовало бы подсыпать.