Билет № 35

Понятие постмодерна. Основные течения западной философии ХХ в: структурализм, постструктурализм, неопозитивизм, постпозитивизм.

Постмодернизм в философии. В философии постмодернизма отмечается сближение ее не с наукой, а с искусством. Таким образом философская мысль оказывается не только в зоне маргинальности по отношению к науке, но и в состоянии индивидуалистического хаоса концепций, подходов, типов рефлексии, какое наблюдается и в художественной культуре конца ХХ века. В философии так же как и в культуре в целом действуют механизмы деконструкции, ведущие к распаду философской системности, философские концепции сближаются с «литературными дискуссиями» и «лингвистическими играми», преобладает «нестрогое мышление». Декларируется «новая философия», которая «в принципе отрицает возможность достоверности и объективности…, такие понятия как „справедливость“ или „правота“ утрачивают свое значение…»^[6] В общем картина может быть охарактеризована как хаотичная.Т.о. постмодернизм определяется как маргинальный китчевый философский дискурс с характерной антирациональностью. Так, словно иллюстрируя гегелевское понимание диалектики как закона развития, великие завоевания культуры превращаются в свою противоположность Состояние утраты ценностных ориентиров воспринимается теоретиками постмодернизма позитивно. «Вечные ценности» — это тоталитарные и параноидальные идефиксы, которые препятствуют творческой реализации. Истинный идеал постмодернистов — это хаос, именуемый Делезом хаосмосом, первоначальное состояние не упорядоченности, состояние не скованных возможностей. В мире царствует два начала: шизоидное начало творческого становления и параноидальное начало удушающего порядка. При этом постмодернисты утверждают идею «смерти автора», вслед за Фуко и Бартом. Любое подобие порядка нуждается в немедленной деконструкции — освобождении смысла, путем инверсии базовых идеологических понятий, которыми проникнута вся культура.Философия искусства постмодернизма не предполагает никакого соглашения между концепциями, где каждый философский дискурс имеет право на существование и где объявлена война против тоталитаризма любого дискурса. Таким образом осуществляется трансгрессия постмодернизма как переход к новым идеологиям на современном этапе. Однако можно предполагать, что состояние хаоса устоится рано или поздно в систему нового уровня и есть все основания рассчитывать на то, что будущее философии определится ее способностью обобщить и осмыслить накапливаемый научный и культурный опыт.

Структурализм.Родоначальником структурализма является шведский лингвист де Соссюр (различал речь и язык).Философский структурализм связан с учением Клода Леви-Сросса, который был основоположником структурной антропологии. Левви-Стросс анализировал особенности примитивного мышления и поведения людей в примитивных обществах. С его точки зрения это мышление и поведение подчинено особой логике, которая в корне отличается от традиционной формальной логики (закон непротиворечия - основной закон традиционной логики). В основе этой логики лежит принцип бинарной оппозиций. В основе бинарных оппозиций лежит принцип кровного родства. Левви-Стросс называл структурализм “пантианством без трансцендентного субъекта”. Методология Левви-Стросса оказала влияние на различные философские направления, в частности французский марксист Луи Альтюсер утверждал, что подлинный марксизм является структурализмом. Наиболее знаменитая работа: “Читать капитал”, где он утверждает что Маркс отказался от теоретического гуманизма немецкой классической философии. Как считал Альтюсер в “Капитале Маркс утверждал, что социально-экономическая формация является детерминирующей силой всех общественных отношений. Мишель Фуко распределяет основной принцип структурализма на анализ процесса познания, языковую практику, социальные отношения и категорию власти. Предшественниками Фуко были не только структуралисты, но и философия Ницше. Основными категориями его философии являются понятия “дискурсивная практика и “эпистема”. Дискурсивная практика - это совокупность анонимных исторических правил, которые устанавливают условия выполнения функций высказывания в данную эпоху и для данного социального и лингвистического пространства. Эпистема - (сопряжено с понятием “парадигма”, это исторически изменяющаяся структура, которая определяет условия возникновения мнений, теорий или наук в каждый исторический период или структура мышления, выражающая образ мыслей, присущих определенной исторической эпохе.Фуко в своей доктрине провозгласил гипотезу, о том что человек есть недавним изобретением западной культуры. Образ человека в современном знании очерчивается тремя разновидностями эмпирических объектов: жизнь, труд, язык, изучаются тремя науками изучающими человека (биология, экономическая теория и лингвистика) т.е. человек как бы растворяется в этих науках. “Человек - умирает, остаются лишь структуры”1968 г. - смерть структурализма, когда студенты Сарбоны написали на стене: “структуры не выходят на улицы”Структурализм в конце 20 века перерастает в философию постмодернизма или пост структурного реализма. Наиболее известный представители постмодернизма - Жак Дерида, Жиль Делес, Жан Бодрияр, Феликс глотарн, Умберто Экко.Постмодернизм связан с проблемами языка: человек живет в системе дискурсивных практик.

Постструктурализм. Идейное течение западной гуманитарной мысли, оказывающее в последнюю четверть века сильнейшее влияние на литературоведение Западной Европы и США. Получил такое название, поскольку пришел на смену структурализму как целостной системе представлений и явился его своеобразной самокритикой, а также в определенной мере естественным продолжением и развитием изначально присущих ему тенденций. Постструктурализм  характеризуется, прежде всего, негативным пафосом по отношению ко всяким позитивным знаниям, к любым попыткам рационального обоснования феноменов действительности, и в первую очередь культуры. Так, например, постструктуралисты рассматривают концепцию «универсализма», т. е. любую объяснительную схему или обобщающую теорию, претендующую на логическое обоснование  закономерностей действительности, как «маску догматизма», называют деятельность  подобного рода проявлением «метафизики» (под которой они понимают принципы причинности, идентичности, истины и т. д.), являющейся главным предметом их инвектив. Столь же отрицательно они относятся к идее «роста», или «прогресса», в области научных знаний, а также к проблеме социально-исторического развития. Сам принцип  рациональности постструктуралисты считают проявлением «империализма рассудка», якобы ограничивающим «спонтанность»  работы мысли и воображения, и черпают свое вдохновение  в бессознательном. Отсюда и проистекает то явление,  которое исследователи называют «болезненно патологической завороженностью» (morbid fascination, по выражению М. Сарупа) (Sarup: 1988, с. 97) иррационализмом, неприятием концепции- целостности и пристрастием ко всему нестабильному, противоречивому, фрагментарному и случайному. Постструктурализм проявляется как утверждение  принципа «методологического сомнения» по отношению ко всем «позитивным истинам», установкам и убеждениям, существовавшим и существующим в западном обществе и применяющимся для его легитимации,  т. е. самооправдания и узаконивания. В самом общем плане теория  постструктурализма — это выражение  философского релятивизма и скептицизма, эпистемологического сомнения, являющегося по своей сути теоретической реакцией на позитивистские представления о природе человеческого знания. Выявляя во всех формах духовной деятельности человека признаки «скрытой, но вездесущей (cachee mais omnipresente) метафизики, постструктуралисты выступают прежде всего как критики «метафизического дискурса». На этом основании современные западные классификаторы философских направлений относят постструктурализм к общему течению «критики языка» (la critique du langage), в котором соединяются традиции,  ведущие свою родословную от Г. Фреге и Ф. Ницше (Л. Витгенштейн, Р. Карнап, Дж. Остин, У. Куайн), с одной стороны, — и от М. Хайдеггера (М. Фуко,  Ж. Деррида), с другой.  Если классическая философия  в основном занималась проблемой познания, т. е, отношениями между мышлением и вещественным миром, то практически вся современная западная новейшая философия переживает своеобразный «поворот к языку» (a linguistic turn), поставив в центр внимания проблему языка, и поэтому вопросы познания и смысла приобретают у них чисто языковой характер. Язык рассматривается не просто как средство познания, но и как инструмент социальной коммуникации, манипулирование которым со стороны «господствующей идеологии» касается не только языка наук (так называемых «научных дискурсов» каждой дисциплины), но главным образом проявляется в «деградации языка» повседневности, служа признаком извращения человеческих отношений, симптомом «отношений господства и подавления». При этом ведущие представители постструктурализма (Деррида и Фуко), продолжая традиции Франкфуртской школы Kulturkritik, воспринимают критику языка как критику культуры и цивилизации.

Неопозитивизм. Основные идеи неопозитивизма были изложены Витгенштейном в «Логико-философском трактате». Целью философии, как пишет Витгенштейн, является логическое прояснение мысли. Философия есть прежде всего критика языка. Ибо истина всегда выражается в языке. Проблемы же возникают вследствие того, что мы неправильно пользуемся нашим языком. Почему математика достигает абсолютной истины, с которой никто не спорит? Почему все считают ее образцом научного познания? Именно потому, что математика разработала свой математический язык. Любая другая наука должна также следовать этому методу и создать свой идеальный язык, тогда отпадут все псевдопроблемы и разногласия, возникающие не только в философии, но и в науке. Таким идеальным языком науки может быть лишь некая комбинация символов, содержащих смысл, а не бессмыслицу. Эти символы должны иметь абсолютно однозначный смысл. Предложения науки должны быть атомарными и независимыми друг от друга. А отношения между предложениями не должны зависеть от смысла этих предложений, они должны быть внешними, формальными. Эта идея явно высказывалась уже Аристотелем, создавшим формальную логику. Создание идеального языка науки является шагом на пути создания истинной онтологии, поскольку язык есть образ мира. Это действительно так, поскольку мир выступает как совокупность фактов, а не вещей. Для человека мир есть прежде всего совокупность фактов, именно факты в логическом пространстве познающего субъекта составляют его мир. Факт — это и событие, и предложение, и мысль. Человек создает образ факта, а логический образ этого факта есть мысль. Мысль имеет сходство с действительностью, но это сходство состоит в логической форме. Логический язык есть образ мира. Таким образом Витгенштейн доказывает, что язык существует не сам по-себе, а отражает конкретный мир. Только идеальный язык соответствует реальному конкретному миру — язык, основанный на фактах, на атомарных предложениях, на атомарных суждениях. В науке можно говорить лишь о том, о чем можно говорить: «О чем невозможно говорить, о том следует молчать». Поскольку говорить можно, лишь используя атомарные предложения, имеющие в своей основе факты, то об этом и нужно говорить, об остальном следует молчать и не говорить разного рода бессмыслицу и ахинею, как это делают философы и создатели метафизических систем. Тогда и исчезнут метафизические проблемы как псевдопроблемы. Впоследствии Витгенштейн отойдет от идеи создания идеального языка в науке, мета-языка, и придет к выводу о необходимости изучения реального языка, изучения его семантики и синтаксиса, поскольку создание идеального языка приводит к различным неразрешимым проблемам. Идеи Витгенштейна оказались созвучными школе Венского кружка, основным представителем которой являлся Рудольф Карнап.

Постпозитивизм. Термином «постпозитивизм» принято обозначать целый ряд философско-методологических концепций, пришедших на смену логическому позитивизму, доминировавшему в философии науки в 1930-40-е годы. Постпозитивизм не представляет собой единого течения или школы, он скорее этап в развитии философии науки. Его наступление было ознаменовано выходом в 1959 году английского варианта работы Карла Поппера «Логика научного открытия»[1] (первое немецкое издание - 1934), а также публикацией в 1963 году книги Томаса Куна «Структура научных революций»[2].Характерная черта постпозитивистского этапа - значительное разнообразие методологических концепций и их взаимная критика. Это и фальсификационизм Поппера, и концепция научных революций Куна, и методология научно-исследовательских программ Лакатоса, и методологический анархизм Фейерабенда, концепции М.Полани, Тулмина, Лаудана и многих других. Авторы этих теорий создают весьма различные образы науки и ее развития, обсуждают специфические проблемы, встающие в рамках той или иной концепции, предлагают порой противоположные решения методологических проблем. Вместе с тем, можно говорить об общих чертах, свойственных постпозитивизму.1. Постпозитивизм отходит от ориентации на символическую логику и обращается к истории науки. Если в эпоху господства логического позитивизма образцом для методологических построений служили формально-логические конструкции, то постпозитивистская философия заботится не столько о формальной строгости своих построений, сколько о соответствии их реальному научному знанию и его истории.2. В постпозитивизме происходит существенное изменение проблематики методологических исследований. Основной проблемой философии науки становится понимание развития научного знания. Это привело к существенному изменению всего концептуального каркаса. Например, в работах сторонников логического позитивизма долго обсуждался вопрос об эмпирической основе науки, его логической связи с теоретическим уровнем знания; они тщательно разрабатывали гипотетико-дедуктивную модель научной теории, описывали ее элементы и взаимосвязи. Их существенно интересовали вопросы эмпирической редукции теоретических терминов и предложений. Представители постпозитивизма, напротив, этими проблемами практически не занимаются. Их интересы концентрируются в основном вокруг решения других проблем: как возникает новая теория? Как она добивается признания? Каковы критерии сравнения и выбора конкурирующих научных теорий? Возможны ли коммуникации между сторонниками альтернативных теорий? Попытки ответить на эти вопросы приводят к формированию определенных представлений о структуре научного знания (парадигмы у Куна, научно-исследовательские программы у Лакатоса, дисциплинарные идеалы у Тулмина и т.п.)3. Для постпозитивизма характерен отказ от жестких разграничительных линий между теориями и эмпирическими суждениями. Вместо резкого противопоставления эмпирического знания как надежного, обоснованного, неизменного теоретическому знанию, часто необоснованному и изменчивому, постпозитивизм подчеркивает взаимопроникновение эмпирического и теоретического, плавный переход от одного к другому и даже об относительности этой дихотомии. Философы-постпозитивисты говорят о «теоретической нагруженности» фактов - факты в определенной мере детерминируются теорией.4. Постпозитивизм признает важную роль философских (в их терминологии - метафизических) положений и неустранимость их из научного знания. Так, парадигмы Куна содержат в себе фундаментальные положения, философские по своей сути. «Жесткое ядро» научно-исследовательской программы Лакатоса также состоит из «метафизических» утверждений.5. Характерной особенностью постпозитивистских концепций является их стремление опереться на историю науки. Позитивизм, напротив, не питал интереса к истории. Он брал за образец научности теории математической физики и полагал, что все научное знание в конечном итоге должно приобрести форму аксиоматических или гипотетико-дедуктивных теорий. Если какие-то дисциплины далеки от этого идеала, то это свидетельствует лишь об их незрелости. Представители постпозитивизма, напротив, главным объектом своего внимания сделали развитие знания, поэтому они постоянно обращались к изучению истории возникновения, развития и смены научных идей и теорий. 6. Наконец, особенностью большинства постпозитивистских концепций был отказ от моделей линейного прогресса в понимании развития знания. Постпозитивизм признавал, что в истории науки неизбежны существенные, революционные преобразования, когда происходит пересмотр значительной части ранее признанного и обоснованного знания - не только теорий, но и эмпирического материала, методов, фундаментальных мировоззренческих представлений. Поэтому вряд ли можно говорить о линейном, поступательном развитии науки. В этой связи многие представители постпозитивизма предпочитают говорить не о развитии, а об изменении научного знания.Сторонники позитивизма были убеждены в том, что философия науки сама является наукой. Следовательно, по их мнению, в ней должна существовать одна общепризнанная методологическая концепция. Постпозитивизм породил множество таких концепций, однако долгое время сохранял позитивистское убеждение в том, что лишь одна из них может быть «правильной», адекватной, что в философии науки нужно стремится к философской общезначимости. Однако, по сути, зашедшие в тупик дискуссии между сторонниками Поппера, Куна и Лакатоса в конце концов показали, что философия науки - далеко не наука, что в ней не может быть общезначимых концепций и решений, что она неизбежно несет на себе отпечаток характерного для философии плюрализма. Осознание этого произошло на рубеже 1970-80-х годов.Представители позднего постпозитивизма обратились к рассмотрению отдельных методологических проблем, уточнению и проверке философско-методологических моделей в самых разнообразных областях научного знания, а не только в области точного естествознания, что характерно для «раннего» постпозитивизма. Отсюда возник интерес к исследованию методологии социально-гуманитарных наук, прежде всего, социологии и экономики.