Глава 8

Оби-Ван и Анакин надели сапоги и пошли к Чарзе в командный отсек, расположенный на правом борту. Из огромных обзорных экранов открывался прекрасный вид на ночную сторону Корусканта. Бескрайний метрополис сиял огнями, как подводный город гунганов. Анакин встал рядом с группкой небольших панцирных созданий со множеством конечностей, оканчивающихся клешнями. Эти малышки весело плескались в луже воды позади места пилота — кушетки без спинки. Оби-Ван присел на краешек этой кушетки.

Чарзе Куинну не пришлось оборачиваться, чтобы изучить пассажиров своего корабля парой темно-фиолетовых, с серебристой каймой по краям, глаз.

— Мне с-скасали, ш-што у тебя ес-сть чеш-шуйка мус-сорного черф- фя, — обратился Чарза к Анакину. — Ты выикрал ее фо ф-фремя с-соревнований в яме.

— Незаконных соревнований, — добавил Оби-Ван.

— Ты еще не позволил мне предъявить ее Распорядителю, чтобы подтвердить мою победу, — обиженно заявил Анакин.

— Мне нрафитс-ся с-смотреть мус-сорные с-сореф-фнофания, — сказал Чарза Куинн. — Мой нарот не отлитш-шаетс-ся тягой к при-клютш-шениям и сос-стясаниям. Так интерес-сно с-смотреть, как предстафители более акт рыссивных рас-с несутс-ся нафс-стретшу своей сутьпе, — с этими словами он неожиданно изогнулся назад, подхватил шипастой бахромой двух маленьких крабообразных созданий и направил их в отверстие, открывшееся среди густой щетины на брюхе.

Оставшиеся малышки не бросились врассыпную, а дружно защелкали клешнями, словно аплодируя.

— И фас-с я тош-ше люблю. С-скоро нас-ступит ваш-ша отш-шереть, — порадовал Чарза выживших.

Анакин содрогнулся. Оби-Ван нервно заерзал и решился задать вопрос:

— Чарза, тебе лучше объяснить юному падавану свои взаимоотношения с обитателями этого корабля.

— Это мои трус-сья, наперс-сники, по-мош-шники по кораблю, — не оборачиваясь, сказал Чарза мальчику. — Они с-с нетерпением ош- шитают, когта их съес-сст Польш-шой Трук.

Анакин весь перекосился, но тут же изобразил индифферентную мину, когда понял, что Чарза все еще может видеть его, затем расте рянно посмотрел на Оби-Вана.

— Никогда не воспринимай очевидное буквально, — предупредил его шепотом Оби-Ван.

— Мы с-стесь вс-се партнеры, — продолжал Чарза. — Мы помокаем трук-к трук-куу на этом корап-пле. Эти крош-шки тают мне пищ-щу, а я вынаш-шиваю в с-своем чреф-фе их потомс-ство. Сатем, когда рош- штаютс-ся малыш-ши, я о них сапоч-чуссь. Потом они фы-рас-стают в помощ-щников по кораплю, партнеров и... коррм.

— И ты ешь всех своих партнеров? — спросил Анакин.

— О сфес-сты, конеш-шно ше, нет! — воскликнул Чарза с присвистом, который имитировал человеческий смех. — Некоторые ис-с них прос-сто отфратит-тельны на фкус-с, и, кроме того, так не телаетс-ся. У нас-с мнок-ко рас-слитшных фсаимоотнош-шений на корап-пле. Некоторые с-станофятс-ся пищ-щей, некоторые — нет. Но все фс-саимосфяс-сано. Сам увитиш-шь.

Потянувшись к рычагам управления, закрепленным на изогнутых распорках со всех сторон кушетки, Чарза вывел корабль из дока и ак тивировал досветовые двигатели.

Для своего возраста ИТ-1150 был просто шустряком и ускорялся с невероятной плавностью. Через считанные минуты они покинули орбиту Корусканта и взяли курс на точку перехода в гиперпространство.

— Хорош-ший сфестолет, — сказал Чарза, постучав щетинками и шипами по ближайшей переборке. — Хорош-ший тофарис-щщ.