АКАДЕМИЯ НАУК СССР ИНСТИТУТ ГОСУДАРСТВА И ПРАВА
В. В. Лунеев
Мотивация
преступного
поведения
МОСКВА"НАУКА" 1991
ББК 67. 99(2)8 Л82
Ответственный редактор академик В.Н. Кудрявцев
Рецензенты:
доктор юридических наук, профессор Ю.М. Антонян, доктор юридических наук, профессор А.Р. Ратинов
Редактор издательства Л.В. Ильина
Лунеев В.В.
Л82 Мотивация преступного поведения. - М.: Наука, 1991.-383 с.
ISBN 5-02- 012971-2
В работе исследуется мотивация преступного поведения « как детерминирующая система, включающая в себя актуализацию потребности, формирование мотива, целеобразова-ние, принятие решения и иные элементы. Анализируются особенности криминальной мотивации как результата взаимодействия личности и среды в целом и ее отдельных видов (корыстного, насильственного и др.) и на этом основании излагается методика индивидуального прогнозирования и предупреждения преступлений.
Для юристов, социологов, психологов и иных специалистов, связанных с изучением и профилактикой отклоняющегося поведения.
ЛШ3021100-326 19„.91>цпол. 042(02)-91
Isbn 5-02-012971-2
ББК 67. 99(2)8
© Издательство "Наука", 1991
ПРЕДИСЛОВИЕ
Современное развитие криминологических исследований в нашей стране позволяет не только укрупнить их проблематику, охватывая научным изучением масштабные явления общественной жизни, но и углубить, детализировать исследования, обращая более пристальное внимание на конкретные механизмы антиобщественного поведения людей. В ряду таких исследований важное место занимает изучение мотивации преступлений.
Мотивация в ее криминологическом аспекте еще не изучена с надлежащей полнотой; проблемы мотивов преступного поведения разрабатывались в основном с уголовно-правовых позиций. В советской литературе последних двух десятилетий криминологическим вопросам мотивации были посвящены четыре монографии: К.Е. Игошева "Типология личности преступника и мотивация преступного поведения" (1974), В.В. Лунеева "Мотивация воинских преступлений" (1974), А.П. Тузова "Мотивация противоправного поведения несовершеннолетних" (1982) и коллективный труд "Криминальная мотивация" (1986), а также несколько статей. Между тем, как отмечал С.Л. Рубинштейн, именно "через свою мотивацию человек вплетен в контекст действительности", мотивация направляет, регулирует и контролирует деятельность человека, в том'числе и антиобщественную, и ее глубокое понимание совершенно необходимо для раскрытия природы, причин и путей борьбы с преступным поведением.
В представленной монографии, отличающейся глубиной анализа и полнотой охвата проблемы, рассматриваются не только общие вопросы мотивации преступного поведе-ния (к числу которых автор относит выявление основ-ных черт мотивационной сферы личности; прогностическое значение мотивации, пути позитивного воздействия на мотивы поведения), но и конкретные виды криминальных мотиваций, наиболее распространенные на практике. Работа основана не только на литературных источниках, относящихся к различным отраслям науки -философии, праву, психологии, социологии, но и на большом эмпирическом материале, полученном автором.
Характерной чертой теоретической позиции автора монографии является широкое понимание мотивации как процесса, охватывающего не только сам мотив -внутреннее побуждение к действию, но и целую систему внутренних факторов - "цепь взаимосвязанных элементов": актуализацию потребности, целеполагание, выбор путей достижения цели, прогнозирование результатов, принятие решения, контроль и коррекцию действий, анализ наступивших последствий, раскаяние или выработку защитного мотива. Таким образом, по сути дела, под мотивацией понимается весь психологический механизм преступного поведения, рассматриваемый под углом зрения доминирующих побуждений субъекта. Такая трактовка мотивации имеет право на существование, хотя мне она представляется слишком широкой.
В чем состоит специфика мотивации преступлений в отличие от мотивации действий, связанных с соблюдением законов? Автор, глубоко анализируя эту специфику, констатирует ее в асоциальности побуждений, которыми в большинстве случаев руководствуются преступники, преобладании у них материальных и витальных побуждений над духовными, доминировании побужде-
4
ний типа влечений, а не долга, преобладании ближайших целей по сравнению с более перспективными и др.
Вместе с тем автор прав, что антисоциальная сущность мотива преступного поведения не абсолютна, а относительна; ее специфика состоит не в самом характере мотива как такового (он может быть и социально нейтральным), а в соотношении его с другими элементами процесса мотивации - целью, средствами ее достижения и др. "Главным моментом, определяющим социальную оценку мотива, является не вид побуждений, а то. . . в каком соотношении находится мотив личности с общественными интересами".
В этой связи возникает вопрос, живо обсуждаемый в советской криминологии: являются ли непременными признаками субъекта любого преступления отрицательные, антиобщественные свойства его личности? Иными словами - существует ли личность преступника как реальный социально-психологический тип или же это лишь собирательное, статистически значимое правовое понятие? В.В. Лунеев прямо не отвечает на этот вопрос, однако приводимые им данные эмпирических исследований свидетельствуют скорее об отрицательном ответе. Характеризуя мотивационную сферу личности преступника, автор отмечает, что она имеет заметные отклонения от статистического портрета правопослушно-го гражданина контрольной группы, а именно: у преступника эта сфера уже и беднее; ей свойственна невысокая степень дифференциации уровней потребностей; сами эти потребности обычно слабее сформированы в социальном отношении. Характеристика доминирующих побуждений явно сдвинута к личностному, индивидуальному, субъективному, сиюминутному, эмоциональному, мнимому, второстепенному. В книге вместе с тем отмечается, что побуждения, ведущие к конкретному преступлению,
5
далеко не всегда совпадают с доминирующими чертами личности. Это объясняется, например, ситуативностью поступка или особым состоянием субъекта (опьянение, усталость, психическое напряжение). В свою очередь, данное наблюдение означает, что далеко не всякое преступление совершается такой личностью, которую можно было бы назвать "преступной" в социально-психологическом смысле слова. Видимо, личность преступника -понятие скорее юридическое, означающее, что данное лицо совершило преступление, и не более того.
Углубляя анализ природы мотивации преступного поведения, автор показывает ее вторичный характер, производный от социальных условий жизни и деятельности правонарушителя, но при этом указанная зависимость не является абсолютной и адекватной: во-первых, она искажается под влиянием субъективных особенностей личности; во-вторых, сама действительность противоречива и многопланова и порождает большое разнообразие возможностей как правомерного, так и противоправного поведения. Эти возможности "опосредуются через идеологию, мораль, традиции, взгляды, привычки, мнения, оценки людей, непосредственные условия существования правонарушителей, конкретные ситуации и другие обстоятельства".
Все эти сложные факторы во взаимном переплетении определяют на статистическом уровне общую картину динамики и структуры правонарушений в стране, одним из аспектов которой является распределение наиболее характерных групп мотивов преступного поведения. Это распределение, рассмотренное в главе II монографии, свидетельствует о том, что в современных условиях среди мотивов правонарушения преобладают две группы: корыстные и насильственно-эгоистические. Автор детально рассматривает особенности разных видов мотивации; є
приводимый в монографии материал имеет большую познавательную ценность и существенно продвигает вперед научное понимание этого вопроса. Он весьма актуален в условиях, когда наше общество стремится к обновлению во всех сферах жизни.
На базе эмпирических данных о мотивации и их теоретического обобщения В.В. Лунеев развивает концепцию прогнозирования и предупреждения индивидуального преступного поведения. Исходная позиция такого прогноза - сочетание дедуктивного и индуктивного подходов, которые понимаются в данной связи как учет общих тенденций динамики преступности, с одной стороны, и изучение конкретной личности, с другой. Оба подхода "смыкаются на уровне условных статистических групп, характеризующихся повышенной степенью криминоген-ности или повышенным коэффициентом пораженности преступностью". Думается, что на современном уровне криминологических знаний такое решение вопроса -единственно убедительное.
Автор подчеркивает, что обнаружение отдельных криминогенных особенностей в личности или поведении того или иного конкретного человека "не может быть признано достаточным для предсказания противоправного поведения"; более обоснованным такой прогноз становится лишь тогда, когда выявляется совокупность криминогенных отклонений, связанных между собой мотивационным единством. На основе эмпирического исследования автор делает попытку определить основные составляющие этой совокупности, группируя их в три блока: внешние условия мотивации (неблагоприятные жизненные обстоятельства); внутренние условия (особенности личности); типичная мотивация поступков субъекта в характерных для него ситуациях. Здесь особый интерес представляет третий блок, о котором в кри-
микологической литературе пока что ничего не было
сказано.
Индивидуальный прогноз преступного поведения, по мнению автора, не повод для обращения с субъектом как с потенциальным правонарушителем, а только база для организации воспитательной и профилактической работы. Более того, принятие таких профилактических мер, которые могут затронуть личные интересы субъекта (например, обсуждение на собрании коллектива), "определяется не прогнозом возможного противоправного поведения, а теми проступками, которые субъект уже совершил". Эта позиция, на мой взгляд, вполне соответствует требованиям законности.
В монографии подробно рассмотрены те профилактические меры, которые должны быть направлены в каждом конкретном случае на устранение внешних криминогенных условий мотивации преступного поведения и на позитивные изменения внутренних условий, связанных с личностью.
Широкий охват темы, интересные и во многом оригинальные суждения, новая постановка ряда вопросов, убедительные эмпирические данные - все это ставит монографию В.В. Лунеева в ряд крупных криминологических работ последнего времени, способствующих дальнейшему поступательному развитию нашей науки.
Академик В.Н. Кудрявцев
ОТ АВТОРА
С ослаблением тотального государственного и общественного контроля за деятельностью и поведением людей в нашей стране в 50-е годы преступность в СССР стала изменяться по общемировым законам, т.е. расти быстрее, чем численность населения. С 1956 по 1991 г. преступность по абсолютным показателям возросла более чем в четыре раза, а с учетом роста населения - в три. Среднегодовые темпы прироста преступности за эти 34 года составили 4,8%, а населения - 1,1%, т.е. рост преступности обгонял рост населения в 4,3 раза.
Анализ тенденций преступности в нашей стране и в развитых индустриальных государствах не дает оснований для оптимистических криминологических прогнозов. При этом надо учитывать также и то, что в условиях дальнейшего закономерного разрушения тотального контроля за людьми, расширения свободы, демократии, гласности в стране и укрепления законности в правоохранительной системе борьба с преступностью и ее предупреждение заметно усложняются. Решение этих задач ныне как никогда нуждается в непрерывном научном обеспечении, эмпирической базой которого является сама преступность. Известно, что преступные деяния -стихийные социальные эксперименты. Они носят массовый характер и дорого обходятся обществу. Не под-
9
Криминологическую су1ь преступлений составляет их мотивация, которая в субъективной форме отражает всю совокупность объективных причин и условий. Седержа-ние, структура и динамика криминально^ мотивации коррелируют, но не совпадают с соответствующими показателями преступности. Криминальная мотивация полнее и точнее отражает социальную сущность криминологической обстановки. Формы преступного поведения, в которых реализуется та или иная мотивация, конечно, значимы, но они в криминалогическом плане вторичны. Играют ли, например, какую-либо роль для корыстолюбца пути, способы и методы материального обогащения? Конечно, но второстепенную. При наличии объективных и субъективных возможностей его мотивация реализуется как в различных преступлениях против собственности, так и в корыстных посягательствах на личность, ее права, на порядок правосудия, управления, общественной безопасности, хозяйственных, должностных и даже воинских. Распределяясь по различным составам и группам преступлений мотивация в действующем учете не улавливается в полном объеме, что существенно ограничивает наши возможности по постижению социальной сути криминологической обстановки.
Изучение содержания и закономерностей формирования мотиваций преступного поведения важно не только для решения правоохранительных задач, но и для достижения более широких социальных, управленческих и воспитательных целей. Ныне стало очевидным, что без учета человеческих мотиваций нельзя достичь значимых результатов ни в одной из социальных сфер. Но не зная, как и почему происходит становление крими-
10
нальных мотиваций, невозможно формировать и социально-полезную направленность личности.
Особую важность изучение криминальных мотиваций имеет для познания причинности преступного поведения, прогнозирования и предупреждения преступлений, квалификации деяний и индивидуализации ответственности преступников. Это обусловлено тем, что в мотивации преступного поведения отражаются не только непосредственные криминогенные обстоятельства, но и прошлые условия жизни и деятельности субъекта, спрессованные в его личностных качествах. В мотивации социальные факторы взаимодействуют с психологическими, как прямо, так и опосредуясь через социально-психологические процессы, а внутренние условия ее формирования не исчерпываются психологическими свойствами личности преступника, в единстве с ними выступают и его природные особенности. В этом своем значении мотивация является ключевой проблемой в понимании его причинной обусловленности. Изучение криминальной мотивации в таком объеме позволяет выявить в ней множество взаимосвязанных особенностей, как-то отличающих ее от мотивации социально полезной деятельности. Они составляют основу теории индивидуального прогнозирования и предупреждения преступлений.
Практическое изучение мотивации преступного поведения в процессе расследования и рассмотрения уголовных дел помогает глубже и точнее разобраться в субъективных и объективных причинах деяния, правильно понять и оценить личность виновного, грамотно квалифицировать содеянное по субъективной стороне преступления, индивидуализировать наказание, оптимизировать исправление и перевоспитание осужденного. Обобщение данных о мотивации преступлений по уголовным делам помогает разработать предметные меры по
11
предупреждению преступлений. Данное исследование опирается на советскую и зарубежную литературу по кви-минологии, уголовному праву, социологии, социальной, общей и юридической психологии. В монографии использованы сведения Главного информационного центра МВД СССР о преступности и лицах, совершивших преступления в 1956-1991 гг., а также выборочные данные из единых статистических карточек на более чем 500 тыс. правонарушителей, выявленных в Азербайджане, Латвии, Молдове, Татарии, Хабаровском крае, Владимирской, Иркутской, Куйбышевской и Свердловской областях, в Москве и Ленинградской области в 1986-1988 гг. В монографии использованы также результаты специального изучения более 6 тыс. правонарушителей-военнослужащих, осужденных военными трибуналами в 70-е годы.
Исследование криминальной мотивации было бы полнее, если бы социолого-статистические данные можно было дополнить результатами психологических исследований личности преступников. И хотя эти исследования применительно к мотивации уже совершенных преступлений всегда ретроспективны, тем не менее они помогли бы существенно углубить научные представления о личностных условиях формирования криминальной мотивации. В этой части автор ограничился заимствованием психометрических данных, почерпнутых из других исследований. При всей их значимости и даже уникальности, они получены при решении других научно-практических задач.
Автор выражает искреннюю благодарность профессорам Ю.М. Антонину, C.B. Бородину, А.Р. Ратинову, кандидатам юридических наук Г.Л. Кригер, А.С. Никифорову, Н.А. Носковой, чьи критические замечания и советы помогли в доработке монографии.
ГЛАВА
МОТИВАЦИЯ ПРЕСТУПНОГО ПОВЕДЕНИЯ КАК ДЕТЕРМИНИРУЮЩАЯ СИСТЕМА