Глава 1

Применение к военнослужащим норм Общей части УК РФ

К военнослужащим, совершившим преступления, УК РФ применяется на общих для всех российских граждан основаниях за некоторыми исключениями, обусловленными спецификой военной службы. Эти исключения относятся, прежде всего, к нормам УК, регламентирующим ответственность за преступления, совершенные вне пределов Российской Федерации, а также к наказаниям, назначаемым военнослужащим, совершившим преступления. Кроме того, в теории военно-уголовного законодательства традиционно выделяются и рассматриваются нормы о соучастии в воинских преступлениях и обстоятельствах, исключающих преступность деяния, применение которых в условиях военно-служебной деятельности имеет некоторое своеобразие.

§ 1. Применение ук рф к военнослужащим, совершившим преступления за пределами Российской Федерации

1. Общие условия уголовной ответственности граждан РФ, совершивших преступления за пределами России, определены в ст. 11—13 У К Военная проблематика уголовной ответственности отражена в ст. 11 и 12: в ст. 11 говорится об экстерриториальности военных кораблей и воздушных судов РФ, а в ст. 12 — о предоставлении своеобразного иммунитета, т.е. уголовно-правовой неприкосновенности, военнослужащим, проходящим военную службу в воинских частях, дислоцирующихся за пределами Российской Федерации.

И та и другая статья по сути раскрывают условия, при которых граждане России, совершившие преступления на территории иностранного государства, благодаря именно военному фактору не подлежат юрисдикции этого государства. Одно из условий — совершение преступления на военном корабле, принадлежащем РФ, другое — прохождение военной службы в войсках РФ, дислоцирующихся на территории иностранного государства.

2. Статья 11 УК устанавливает пространственные пределы действия УК РФ, которые ограничены территорией России (ч. 1 и 2), а для кораблей и воздушных судов РФ — открытым, т.е. нейтральным водным или воздушным пространством (ч. 3). Согласно ч. 3 «лицо, совершившее преступление на судне, приписанном к порту Российской Федерации, находящемся в открытом водном или воздушном пространстве вне пределов Российской Федерации, подлежит уголовной ответственности по настоящему Кодексу, если иное не предусмотрено международным договором».

Открытое пространство — это пространство, не подчиненное суверенитету какого-либо государства, оно находится в общем и равноправном пользовании всех стран. Основанием для применения УК РФ к лицам, совершившим преступления в открытом морском или воздушном пространстве, является суверенитет России на принадлежащем ей или зарегистрированном в ней судне, находящемся в открытом пространстве.

Правовой режим открытого пространства распространяется не только на морскую и воздушную среду, но также и на космос, и морское дно, и его недра за пределами национальной юрисдикции. Соответствующие положения закреплены рядом международных соглашений, в частности Конвенцией по морскому праву 1982 г. и Договором о принципах деятельности государств по исследованию и использованию космического пространства, включая Луну и другие небесные тела, 1967 г. За преступления, совершаемые на объектах России, находящихся на открытом морском дне либо под ним, или в Космосе, лицо несет уголовную ответственность по УК РФ.

В части 3 ст. 11 отражена идея перемещения действия закона с территории государства на его отдельные автономные объекты, гражданские и военные, которые территорией в собственном смысле этого слова не являются. Государство, в частности Россия, несет ответственность за свои объекты, находящиеся в открытом пространстве, и потому должна применять все имеющиеся в его распоряжении средства, в том числе и уголовно-правовые, для борьбы с общественно опасными посягательствами на этих объектах. Уголовную ответственность за совершаемые на этих объектах преступления по УК РФ несут на равных основаниях все находящиеся на них лица (гражданские и военные), граждане России, иностранцы и лица без гражданства, за исключением тех, кто пользуется установленным иммунитетом.

Открытое пространство — это предел, за которым государство теряет юрисдикцию и по отношению к своим автономным объектам. Перемещение объекта (водного, воздушного) на территорию иностранного государства выводит его из-под юрисдикции государства, которому он принадлежит или в котором он зарегистрирован, и переводит под юрисдикцию государства, в пространстве которого он находится. В соответствии с международным правом каждое государство осуществляет суверенную власть над всеми лицами в пределах своей территории, в том числе и над находящимися на объектах, принадлежащих другому государству. Какие-либо изъятия из этого положения возможны на основе международных и межгосударственных соглашений.

Из права на территориальную юрисдикцию международные нормы делают исключения для военных объектов — военных водных и воздушных судов. Преступления, совершаемые на этих судах в территориальных водах либо в территориальном воздушном пространстве иностранного государства, подлежат юрисдикции страны, под флагом которой это военное судно находится, что не исключает ответственность этой страны за ущерб, причиненный судном государству, в пределах которого оно пребывает. Россия также полностью сохраняет суверенитет на своем военном судне, где бы оно ни находилось. УК РФ применяется ко всем лицам, находящимся на военном водном или воздушном судне, в случае совершения ими на этом судне преступления. Ими могут быть и военнослужащие, и гражданские лица, члены экипажа (команды) судна и пассажиры.

Часть 3 ст. 11 ограничивает действие УК РФ только случаями совершения преступления на самом судне, У К РФ не распространяется на деяния, совершенные лицами, числящимися за судном, на берегу, ответственность за них наступает по уголовному законодательству страны пребывания, если на этот счет нет специальных изъятий, установленных отдельными соглашениями.

Уголовное законодательство страны пребывания действует на военном судне и в ряде других случаев. Так, Конвенция о территориальном море и прилежащей зоне 1958 г. и Конвенция о морском праве 1982 г., устанавливая для военных судов право мирного прохода, определяют случаи, когда преступления, совершаемые на этом судне, подлежат уголовной юрисдикции страны, в территориальных водах которого это судно находится. Это случаи, когда последствия совершенного преступления распространяются на прибрежное государство, когда преступление нарушает спокойствие в стране или порядок в территориальном море, когда возникает необходимость пресечь незаконную торговлю наркотиками или психотропными веществами, либо нанесение ущерба морской среде и некоторые другие ситуации.

3. Статья 12 УК распространяется на военнослужащих РФ, совершивших преступления на территории иностранного государства во время прохождения военной службы в составе войск РФ, дислоцирующихся на территории этого государства. К их числу могут быть отнесены также военнослужащие, находящиеся в иностранном государстве не в составе воинского подразделения, но на официальном основании, например отдельные военные специалисты, советники и т.д.

По межправительственным соглашениям в порядке, предусмотренном ч. 2 ст. 12 УК, могут решаться вопросы уголовной ответственности не только военнослужащих, но и иных граждан РФ, в частности гражданского персонала воинских частей и членов семей военнослужащих.

Статья не распространяется на военнослужащих РФ, находящихся в иностранном государстве в частном порядке, например в отпуске, в качестве туристов и т.д.

Функции и юридический статус воинских частей РФ, дислоцирующихся на территории иностранного государства, определяются ратифицированным договором РФ с этим государством. Назначение договора в части, касающейся уголовной ответственности военнослужащих, состоит в том, чтобы, не ущемляя суверенитет иностранного государства в обеспечении своей национальной безопасности, получить вместе с тем возможность использовать отечественное уголовное законодательство в целях предупреждения посягательств на интересы России, в первую очередь интересы военной службы. Поэтому уголовно-правовой статус военнослужащего, совершившего преступление за границей, как правило, разделяется: виновный подлежит юрисдикции либо России, либо страны пребывания в зависимости от того, направлено ли совершенное им деяние против интересов России или интересов данной страны.

Если соответствующий договор не подписан, военнослужащий РФ несет уголовную ответственность по УК РФ независимо от характера совершенного им преступления, что следует из той же ч. 2 ст. 12 УК. Такое положение может возникнуть, например, при установлении режима военной оккупации, в ситуации экстренного ввода войск без предварительной юридической подготовки этой акции и при других обстоятельствах.

Российские воинские части и подразделения на основе межгосударственных договоренностей дислоцируются в настоящее время в ряде стран — членов СНГ: Азербайджане, Армении, Белоруссии, Грузии, Казахстане, Киргизии, Молдавии, Таджикистане, Туркменистане.

В этих государствах находятся как формирования Российских Вооруженных Сил, так и подразделения пограничных войск; со всеми этими странами на уровне государств либо правительств заключены соглашения либо договоры (в дальнейшем именуемые соглашением) о правовом статусе войск РФ, расположенных на их территории.

Правовой основой заключения соглашений является Конвенция о правовой помощи и правовых отношениях по гражданским, семейным и уголовным делам 1993 г., подписанная государствами — членами СНГ.

Соглашения являются в основном типовыми, хотя в отдельных из них содержатся специфические положения. В них, как правило, подчеркивается суверенитет государства, в котором пребывают российские войска, на всей его территории, в том числе на занимаемой воинским формированием, раскрывается порядок регулирования вопросов юридической ответственности, возникающих при совершении противоправных действий лицами, частично выводимыми из-под юрисдикции данного государства. Наиболее полно прописываются круг лиц, обладающих специальным уголовно-правовым статусом, содержание этого статуса, место дислокации воинского формирования, с которым существование этого статуса связывается, а также некоторые дополнительные вопросы.

К числу лиц, для которых устанавливается особый уголовно-правовой статус, т.е. статус, ограничивающий их ответственность по уголовному законодательству страны пребывания, во всех соглашениях относятся прежде всего лица, входящие в состав российского воинского формирования. Это, в первую очередь, военнослужащие и, кроме того, гражданский персонал, работающий в этих формированиях. Во всех соглашениях в круг таких лиц включаются и члены семей лиц, входящих в состав формирований. В некоторых соглашениях содержатся некоторые ограничения в отношении гражданских лиц, подлежащих юрисдикции России. Например, оговаривается, что дети военнослужащих должны быть в досовершеннолетнем возрасте (Молдавия), другие родственники (кроме супругов и детей) должны проживать совместно с военнослужащими и находиться на их иждивении (Киргизия); из числа родственников, пользующихся уголовно-правовым иммунитетом, исключаются граждане государства — места пребывания (Грузия); гражданский персонал, работающий в воинском формировании, не должен включать лиц, имеющих гражданство страны пребывания (Молдавия), и некоторые иные.

В ряде соглашений предусматривается еще одна группа лиц, пользующихся ограниченным иммунитетом, — лица, командированные в воинское формирование (Белоруссия, Грузия, Молдавия), причем только Грузия допускает командирование в российское воинское формирование своих граждан.

Уголовно-правовой иммунитет всех названных лиц ограничивается характером совершенных преступлений; при совершении одних, оговоренных в соглашении преступлений, они отвечают по УК страны пребывания, совершая другие преступления, также обозначенные в соглашении, они несут ответственность по УК РФ.

К числу специально оговариваемых преступлений, влекущих ответственность по УК РФ, относятся прежде всего воинские преступления независимо от места их совершения (по месту дислокации воинского формирования либо за его пределами). Ответственность по УК РФ наступает и при совершении иных преступлений, но она ограничивается обычно рядом условий. В первую очередь требуется, чтобы они были совершены в месте дислокации воинского формирования.

Понятие места дислокации также специально определяется в соглашениях, и под ним понимается территория, на которой размещается воинское формирование, включая его учебный центр, стрельбище, полигоны, аэродромы и другие объекты, используемые войсками. В договоре с Грузией кроме территории называется недвижимое имущество, предназначенное для функционирования войск. Эта оговорка в определенной мере ограничивает место совершения общеуголовных преступлений, подпадающих под действие УК РФ. Нельзя, например, признать таковым случай, когда военнослужащий, следуя в качестве пассажира военного автобуса по городу, совершает хищение имущества у другого пассажира, являющегося гражданином Грузии. Автобус хотя и принадлежит военному ведомству РФ, но представляет собой движимое имущество. Совершаемое военнослужащим преступление не воинское, оно направлено против интересов Грузии, военнослужащий на момент совершения преступления не находился при исполнении служебных обязанностей. Следовательно, ответственность он должен нести по УК республики Грузии.

В соглашениях с другими государствами — членами СНГ оговорок насчет недвижимости нет, деяние подобного типа будет квалифицироваться по УК РФ, поскольку военный автобус — объект, используемый воинским формированием.

Следующее ограничение касается направленности деяния. Во всех соглашениях оговаривается, что по УК РФ решаются вопросы ответственности за преступления, направленные против интересов России. Это значит, что совершенное деяние причинило вред российскому государству, отдельным российским юридическим лицам либо гражданам России. В ряде соглашений уточняется, что речь может идти о деяниях, направленных не только против России, но и против любых лиц, входящих в состав воинских формирований и членов их семей (Белоруссия).

Ограничение может также зависеть и от того, находилось ли лицо при совершении преступления при исполнении служебных обязанностей. В отдельных соглашениях, например с Арменией, Грузией, Таджикистаном, содержится оговорка, в соответствии с которой за совершение любого преступления при исполнении служебных обязанностей, в том числе за пределами места дислокации войск и сопряженное с причинением вреда стране пребывания, военнослужащий подлежит ответственности по УК РФ.

Соглашения регламентируют и иные вопросы уголовной ответственности лиц с ограниченным уголовно-правовым статусом, которые не являются уголовно-правовыми, но тем не менее влияют на содержание их ответственности. Смысл применения УК РФ состоит не только в том, чтобы военнослужащий РФ, совершив, предположим, воинское преступление, нес ответственность по УК РФ, но чтобы и дело его рассматривал российский военный суд, который только и может назначить осужденному действительно требуемое наказание с учетом характера и степени общественной опасности деяния и других условий, предусмотренных ст. 60 УК.

Между тем по отдельным соглашениям, например с Грузией, республиками Молдавия и Белоруссия, дела о групповых преступлениях (а таковыми могут быть и воинские преступления), если хотя бы один из обвиняемых подпадает под юрисдикцию страны пребывания, подлежат рассмотрению компетентными, в том числе судебными органами этой страны. Представляется, что применительно, по крайней мере, к воинским преступлениям оснований для сохранения подобных положений нет. Гражданин страны пребывания, участвуя в воинском преступлении, совершаемом российским военнослужащим, действует против России, поэтому российскому правосудию должен быть предоставлен приоритет в решении вопросов уголовной ответственности за совершенное преступление. Вопрос о привлечении гражданина страны пребывания к ответственности российскими компетентными органами за соучастие в воинском преступлении мог бы решаться путем получения соответствующего согласия правоохранительных органов страны пребывания в соответствии с уголовным законодательством этой страны.

Во многих соглашениях ставятся и решаются вопросы уголовной ответственности граждан страны пребывания, принятых на военную службу в российское воинское формирование, и граждан России, принятых на военную службу в вооруженные силы иностранного государства. Здесь возникают сложные проблемы, по которым практика не выработала единых подходов.

Соглашения, допускающие прохождение военной службы граждан страны пребывания в воинских формированиях РФ (преимущественно в пограничных войсках), заключены, в частности, с Грузией, Киргизией, Таджикистаном и некоторыми другими, причем в соглашении с Грузией определено, что эту службу они могут проходить не только по контракту, но и по призыву. Согласно соглашениям, эти граждане приобретают правовой статус военнослужащих Российских Вооруженных Сил и за совершение преступлений подлежат ответственности в порядке, установленном для военнослужащих воинских частей РФ, дислоцированных на территории данного государства.

С рядом государств — членов СНГ (например, Туркменией и Киргизией) Россия заключила соглашения, в соответствии с которыми граждане России могут проходить службу в Вооруженных Силах этих государств. Прохождение военной службы осуществляется в добровольном порядке на основе контрактов, заключенных с министерством обороны иностранного государства. Вопросы юрисдикции в отношении военнослужащих иностранного государства — граждан Российской Федерации регулируются, как указывается в документах, «отдельным соглашением».

Правовой статус граждан России, проходящих военную службу в вооруженных силах стран СНГ, определяется ст. 62 Закона РФ «О воинской обязанности и военной службе», а также постановлением Верховного Совета РФ «О некоторых мерах, связанных с исполнением Закона РФ «О воинской обязанности и военной службе» (1993). В соответствии с этими актами устанавливался переходный период до 1999 г. включительно, в течение которого граждане России могут на контрактной основе проходить службу в национальных армиях государств СНГ, сохраняя правовое положение военнослужащего, предусмотренное законами Российской Федерации.

Новый Закон РФ «О воинской обязанности и военной службе» исключил эту норму и признал утратившим силу упомянутое постановление; Президенту РФ предложено привести нормативные акты в соответствие с данным Законом.

Тем не менее остается действующим постановление Межпарламентской Ассамблеи государств — членов СНГ «О временном (до 2000 г.) разрешении военнослужащим, имеющим иное гражданство, продолжать военную службу в государствах — участниках Содружества» от 23 мая 1993 г., допускающее службу граждан одного государства в армии другого на основе двусторонних соглашений.

Граждане России, проходящие военную службу в государстве — члене СНГ, в случае совершения ими преступлений должны нести уголовную ответственность в порядке, установленном соответствующими соглашениями для военнослужащих России, проходящих службу в воинских частях России, дислоцированных за пределами России. Это значит, что за совершение преступлений против интересов России они должны отвечать по УК РФ, а за преступления, в том числе воинские, против страны, в которой они проходят военную службу, по уголовному законодательству этой страны.

Конечно, правовое положение этих граждан достаточно двусмысленное, и в каких-то экстремальных ситуациях они должны будут сделать выбор: отказаться от прохождения службы в иностранном государстве либо продолжать ее под угрозой определенных уголовно-правовых последствий.

В ситуации, когда преступление совершается гражданином иностранного государства (члена СНГ), состоящего на военной службе в Российских Вооруженных Силах, согласно Конституции и другим Законам РФ, военную службу в Вооруженных Силах РФ могут нести только граждане России. Однако упомянутая Межпарламентская Ассамблея государств — участников СНГ изменила это положение, сделав военную службу граждан одного государства в вооруженных силах другого общим правилом. Исходя из принципа взаимности, ситуация должна рассматриваться аналогично предыдущей: гражданин иностранного государства (члена СНГ), проходящий военную службу в воинском формировании РФ, должен сохранять статус военнослужащего своей армии, неся ответственность по УК РФ лишь в случае, если совершенное им преступление направлено против интересов России; таковым является, в частности, воинское преступление.

Предложенная рекомендация соответствует существующим соглашениям в части, касающейся уголовной ответственности граждан, проходящих военную службу в армии другого государства (члена СНГ). Однако вопрос о правовом статусе таких граждан в целом решен различным образом: граждане России сохраняют статус военнослужащих Российских Вооруженных Сил — это правомерно; иностранный гражданин, проходящий службу в российской армии, тоже приобретает статус российского военнослужащего — это нелогичность, которую можно оправдать переходностью переживаемого государствами — членами СНГ периода.