Часть 2. «Недобрые» родители

Расскажу о ситуации родителей в связи с необходимостью оказания детям вышеупомянутой «первой помощи».

Ошибочные заключения по поводу взаимосвязи между ви­димыми реакциями и психическими событиями, о которых мы говорили вначале, наблюдаем мы также и у родителей, и они проявляются прежде всего в виде большой надежды на то, что ребенок спокойно воспримет развод. И если он это сделал, то и

слава Богу! Тогда все кажется на месте. В результате, вместо то; чтобы оказать ребенку настоящую помощь, в которой он Тг нуждается, окружающие, как ряз няоплррт, борются с внешни мі4ітроявлениями его горя. Например, ему запрещается регрес сировать, то есть он не имеет права вести себя «как маленький» Таким образом, взрослые (конечно, не нарочно, а бессознатель но, неумышленно) только усиливают его страх. Если появляют ся трудности в регулировке посещений, ребенок начинает бо-* яться окончательно потерять отца, в то же время усиливается й страх потерять также и мать, потому что он замечает ее ярость и злость по отношению к себе, когда он проявляет свои реакции и] симптомы. Надо только задуматься о том, как себя чувствует ре­бенок, когда один из родителей проклинает другого, в то вгземяі каі^сам_он ощущает в себе неистребимую любовь к тому, кого] так проклинают Но это не нравится маме или папе. «Как же они! будут меня и дальше любить, если я выгляжу в их глазах предате­лем?!»

Но чем можно помочь в такой ситуации?

На основе своего многолетнего опыта работы с разведенны­ми родителями и детьми, я хочу упомянуть об одной, хоть и] широко распространенной, но достаточно проблематичной стратегии консультирования. Назову ее «посланиями сверх-Я». Это, например, такие замечания: «Вы не думали, что, может быть, ваш ребенок переживает сильнее, чем вам это кажется?», или: «Не забывайте — ребенку нужен отец!», или еще: «Вы в раз­воде, но это не касается вашей ответственности за ребенка!», «Я знаю, вы ненавидите вашего мужа, но вы должны думать о ре­бенке!», «Вы не должны делать из вашего ребенка замену мужа (жены)» и т. д.

Поймите меня правильно — я не хочу сказать, что все это неверно. Мои размышления касаются методики и «техники» консультирования. Я назвал эти стратегии «посланиями сверх-Я» потому, что они адресованы в основном к совести и консуль­тант верит, что поведение родителя может измениться, стоит ему только приобрести новые познания — основу рационального мышления. Успех таких советов весьма сомнителен, и в первую очередь потому что — как все мы знаем — поднятый кверху «пе­дагогический» указательный палец, как и вообще любое мораль­пое осуждение («думай не о себе, а о ребенке!), моментально по­рождает сопротивление. Кроме того, — и я буду говорить об этом в дальнейшем, — по моему опыту, родители в своем «не­правильном поведении» и в своих ошибочных заключениях, вов­се не эгоистичны или злы, как это кажется с первого взгляда, а просто они не могут по-другому. Сейчас я объясню почему.

1. Детям после развода нужны были бы такие совершенныеродители, каких не бывает в природе. А родители, в свою оче-редь, и прежде всего тот, с которым остается ребенок, нуждают-ся в это тяжелое и для него время в детях, которые были бы таки-ми нетребовательными и самостоятельными, какими они ещеникогда не были, даже в самые хорошие времена.

Мой тезис заключается в том, что^мать по причине своего тяжелого психического, социального и экономического поло­жения^ также больших физических нагрузок, которые прино­сит ссобой развод, простая и состояди110к^^зать ту са\гую^пер-вуюцтщогць», требующую прежде всего спокойствия, терпения и способности проникнуться проблемами другого. Или у нее для этого просто не остается времени.

2. Кооперативность и совместная ответственность предпо-лагают хотя бы минимальное доверие к партнеру. Но как раз до-верие в ходе развода чаще всего и страдает больше всего. Быв-ший супруг кажется эгоистичным, злым и опасным человеком.А раз это так, то какая же любящая мать или какой любящий отец спокойно отдаст любимое чадо «дьяволу» или «ведьме»?

Эти чрезвычайно негативные представления вызваны к жиз­ни так называемыми механизмами расщепления и являются не только результатом полного боли опыта, но и внедряются бес­сознательно для того, чтобы оказаться в состоянии окончатель­но расстаться с некогда любимым человеком. Есть определенная критическая точка в развитии многих супружеских отношений, когда на партнерство возлагались слишком большие надежды и теперь стало ясно, что надежды эти не оправдались. Но осво­бождение от супружества тем не менее все еще невозможно, по­тому что этот человек до сих пор необыкновенно много значит в твоей жизни. Конечно же процессы эти бессознательны. И в та­кой ситуации «огромную помощь» может оказать заключение, что человек этот просто не стоит твоих чувств, и тогда спроеци­рованные на него все только отрицательные свойства оставля от него не более чем голую карикатуру. Если мне «удастсяж, н конец, сделать из мужа (жены) абсолютное злое, эгоистично черствое, бессердечное чудовище и, в свою очер_едь, представй^ себя как несчастную и невинную жертву, то решение о развод станет менее тяжелым: расстаться с «таким» человеком уже н оченьтрудно. Это значит, что большая часть борьбы родителе из-за детей (например, запрещение посещений и~ко1тгактов) сознательно мотивируется «заботой об их благополучии».

3. Развод травмирует не^длько детей^жримногих родите-лей^поскддьку он активизирует страхи (перед разлукой и оди-ночеством). В такой опасной ситуации мы нуждаемся в несом-ненной любви хотя бы одного человека, а кто же это может быть,если не собственный ребенок? Я хочу сказать, что разрешенныеродители не используют ребенка в качестве любовного партне-1рдХеддяхобственного удовольствия»), а они действительно в нем нуждаются. Чтобы просто суметь выжить психически в этойчрезвычайно тяжелой ситуации. А это означает также, что матьили отец должны «застраховать» для себя любовь ребенка, по-этому здесь и применяютсястг^атжшД-^И-Д-Р-НИя связи, и гирюочередь, направленны^ против ^ыви^г^упруга, прерративщ^- госяв опасноцщага.

4. Преодоленнечурствя ИННЫ ПГ)ПТНПШРНИЮК детям, йрро-ятно, самая сложная из всех психологических задач разведенныхродителей. И его преодолению служат не только обвинения вадрес бывшего супруга, но и надежда, что развод не причинилребенку большого вреда — об этом мы говорили выше. Конечноже процессы эти бессознательны. И_именно этанадеждастано-вится машиейшим шmrarшJГгpИIJaJjия или игнорированиястраданий детей, вынуждая рассматривать их как «пщщсти»,надоедливостьТне^атдд^^ объяснять дурным влияни-ем 0Т1лдилизатер1ТГТЗна же мешает родитогсямгюнять реакции ребенка как крик о помощи, поддержать его, оказать ему «пер­вую помощь».5. Наконец, нельзя забывать, что душевная жизнеспособ-ность в большойстепени зависит от минимального нарцисси-ческого равновесия7тё~ГчУВС1ва cuбclЦШшcчFпoлнQIJ£HыdcJ^и■Но что касается этого равновесия, то у разведенных родителейс этим совсем плохо: «Мои представления о жизни провали­лись, и моя жизнь тоже!» Часто развод означает социальное падение и одиночество. Меня одолевают страхи за жизнь, как когда-то в детстве. В страхе перед одиночеством я возвраща­юсь к собственным родителям. Я испытываю ужасное чувство вины, потому что я был(а) недостаточно хорош(а). Я пережи­ваю обиду, потому что меня покинули. Все это страдания раз­веденных родителей.

И вот он мой пятый тезис. Для того чтобы суметь снова по­смотреть себе в глаза, многие родители нуждаются — и это, в общем, такое человеческое чувство! — в отмщении или в распла­те со стороны бывшего супруга, ведь он причинил тебе столько боли! Как же тогда можно допустить, чтобы этот человек, этот мужчина, который так коварно обманул все мои надежды на сча­стье, и дальше процветал в любви моих детей, да еще какдуче-зарный воскресный папа! Пусть у него даже есть чувство ответ­ственности, но он устроен лучше меня, и не только материаль­но; на нем не лежит забот о повседневном благополучии детей, он не должен заботиться о том, чтобы они вовремя ложились спать, делали свои домашние задания, подчинялись правилам и т. д. Он становится теперь просто «замечательным папой», в то время как на мне лежит весь груз воспитания. (Желания мести и расплаты у отцов выглядят несколько иначе, они наполнены иным содержанием.)