Орлов Ю.М, Восхождение к индивидуальности

называть про себя, вызывая этот образ.

В-третьих, саногенное мышление основано на конкретном представлении в сознании строения тех психических состояний, которые контролируются. Так,

размышление об обиде предусматривает знание того, как устроена обида, какова ее структура. Такого рода самонаблюдение невозможно без знания основ психологии чувств и психологии личности. Чтобы думать о том, как устроена моя обида, мое тщеславие, мой стыд и мой страх, надо прежде всего знать, как вообще устроены эти психологические реальности. Поэтому мы подробно описали строение основных эмоций: обиды, вины, стыда, зависти, тщеславия и гордости, страха. Если вы снова перечитаете эти главы, то получите материал для интроспекции. Самонаблюдение предусматривает знание психологических механизмов объектов размышления. Тот, кто знает, как устроена его обида,

может сделать ее объектом интроспекции и саногенного мышления. Тот, кто не знает этого, потерпит неудачу, так как будет воспроизводить в своем воображении лишь образы, вызывающие переживание обиды. Поэтому изучение методов интроспекции должно происходить под наблюдением психолога-

учителя, помогающего устранить грубые ошибки, которые поначалу допускает ученик. Лишь усвоив основы саногенного мышления, приобретая соответствующие умственные навыки, человек может в дальнейшем самостоятельно продолжать работу по самосовершенствованию и оздоровлению своей психики.

В-четвертых, овладение саногенным мышлением предусматривает расширение кругозора, внутренней культуры, которое прежде всего состоит в понимании истоков происхождения стереотипов, программ культурного поведения, истории культуры, особенно строения архетипа. Когда мы думаем, что "он поступил несправедливо", то что это означает? Что такое справедливость? Откуда в нас появляется чувство справедливости? Такого рода понимание позволяет правильно осмысливать обиду, которая возникает от несправедливого поступка другого. Почему он так поступил? Для ответа на данный вопрос недостаточно иметь представление о справедливом или несправедливом. Нужно знать также и

381

то, чем определяется поведение в широком смысле, чтобы понять конкретное поведение другого, который обижает вас. Если мы думаем о пороке или долге,

то должны понимать подлинное содержание данных понятий, их внутреннюю структуру.

В-пятых, саногенное мышление невозможно без достаточно развитого уровня сосредоточенности и концентрации внимания на объектах размышления.

Процесс интроспекции невозможен, если наше внимание "плавает", рассеивается и не может сосредоточиться на умственных объектах интроспекции. Поэтому формирование саногенного мышления имеет своей предпосылкой концентрацию внимания.

Для развития способности концентрации внимания полезны упражнения,

практикуемые йогой на стадии пратьяхары. Способности концентрировать и вызывать необходимые образы достигаются практикой визуализации объектов,

как реальных, так и умственных. Если вы внимательно смотрите на стакан с водой и, закрыв глаза, воспроизводите его образ как можно точнее, а потом снова, открыв глаза, корректируете образ вплоть до идентификации с конкретным восприятием, и если это повторяется достаточно часто в состоянии покоя, то в результате у вас постепенно и неуклонно вырабатывается способность представлять отчетливо то, что хотите и чего перед вами нет. Эта выработанная сила представления оказывается необходимым условием эффективности саногенного мышления.

Чем яснее и отчетливее вы представляете конкретную ситуацию, которую хотите размыслить, чем она ближе к реальности, тем эффективнее осуществляется процесс угашения. Однако в этом есть и опасность. Человек, слабо владеющий своими эмоциями и потребностями, при отчетливом представлении тех или иных образов может сильно вовлекаться в эту ситуацию и получить патогенные результаты. Если он размышляет над обидой или оскорблением, то ясность представления вместо угашения приведет к подкреплению и фиксации представляемых образов и их аффективному насыщению. Мне не раз приходилось видеть молодых людей, увлеченных йогой и практикующих

382

пратьяхару, которые вместо пользы получили невроз. Это понятно, потому что сила представления может самым незначительным импульсам, идущим из бессознательного, придавать энергию, свойственную реальному восприятию объекта. Слабое чувство вины, например, мы довольно часто испытываем при любой неловкости или неудобстве, которые нечаянно причиняем другим.

Однако оно может усилиться вплоть до симптомов невроза, если к этому присоединяется еще и сила специально тренированного представления.

Работая над обдумыванием своих обид с соблюдением принципов саногенного мышления, вы становитесь более зрелыми существами, чем были ранее.

Обижаться не следует даже на любимых, а надо признавать их свободными.

Ведь всегда можно установить действительные причины того, что они ведут себя в рассогласовании с нашими ожиданиями. Вы же не будете обижаться на сына за то, что он не сходил в магазин, если заболел! Но не каждый раз эти причины нам известны. Поэтому заранее надо признать эти причины существенными, раз они препятствовали исполнению действия, которое вызвало нашу обиду. Чтобы не обижаться, надо принимать, что поведение другого определяется им, а не мной.

Ведь обижаясь на любимых нами людей, близких друзей, мы рискуем потерять их любовь, так как другой, чувствуя себя виноватым, связывает непроизвольно ваш образ с неприятным переживанием.

В каждом переживании можно найти его структурные элементы, и знание их позволяет правильно совершать акты саногенного мышления. Поэтому каждому из нас, ставшему на путь самосовершенствования, необходимо самостоятельно и углубленно изучать психологию личности.

Процесс саногенного мышления может осуществляться в одиночестве, в

состоянии релаксации. Но это не значит, что обдумывание своих внутренних проблем должно осуществляться только на фоне релаксации. Если вы доверительно обсуждаете это с товарищем и обдумываете, скажем, природу обиды, ревности вообще и вашей обиды, ревности в частности, то это будет способствовать их угашению. Самое главное при этом - не испытывать повторных переживаний обиды, ревности в процессе обдумывания.

383

Если вы научились не обижаться, то это не может не оказать определенного влияния на ваше общение. Обидчивый человек всегда в одиночестве, так как никому не хочется испытывать лишний раз чувство вины от того, что он непреднамеренно кого-то обидел. Поэтому преодоление обидчивости всегда способствует повышению уровня общения. Однако общение и само по себе выступает как определенная область самосовершенствования. И этому искусству тоже надо учиться.

Значение общения в самовоспитании Подросток, в отличие от младшего школьника, включен в более широкий круг

общения. У юноши или девушки этот круг еще шире. Еще больше круги общения у взрослого. Ведь ему приходится иметь дело" не только с приятными людьми, но и с теми, с которыми не хотелось бы быть вместе ни минуты. Однако ради своих более важных интересов мы должны научиться общаться не только с теми, кто нам нравится, но в особенности с неприятными людьми. Поэтому искусство общения - одно из высших искусств. Потеря контактов с окружением,

эмоциональные барьеры к общению не проходят бесследно. Они приводят к деформации личности, интроверсии, которая, в свою очередь, увеличивает трудности общения.

Как и всякое искусство, общение не может быть усовершенствовано только через чтение книг и получение знания о человеке и его общении. Общение скорее основано на интуиции, чем на ясно осознанном знании. Мы можем предчувствовать определенное состояние партнера, нравится ему что-то или нет,

хочет он этого или нет, думает ли он об этом или нет, по неуловимым признакам.

Эта способность, сходная с эмпатией, приобретается только в опыте, а не прямо через знание. Об этой способности можно сказать, что это - знание,

превратившееся в интуицию. В какой степени знания о человеке, о его мотивах,

чувствах превратятся в нас в интуицию, зависит от нас самих. Однако в любом случае знание необходимо, и его нужно искать. Поэтому далее я поведу речь о психологических закономерностях общения, которые следует учитывать,

принимать во внимание и использовать в общении с друзьями, старшими,

384

знакомыми и незнакомыми. Эмоциональная жизнь, протекающая в межличностном взаимодействии, способствует формированию многих черт поведения и характера. Поэтому решение задач воспитания и самовоспитания невозможно без учета социально-психологических закономерностей общения.

Мы всегда предвидим поведение другого человека и формируем определенные ожидания того, как он будет поступать в конкретной ситуации. Формирование этих ожиданий определяется прежде всего так называемыми ролевыми ожиданиями. Они зависят от того, кто этот другой - отец или мать, дядя, брат или сестра, мой друг или неприятель, учитель или директор. Эти ролевые ожидания определяются характером культуры, и нам почти не приходится раздумывать о том, как должен или будет себя вести тот или другой представитель этих ролей по отношению к нам и, самое главное, как мы должны себя вести в соответствии с их ожиданиями. Ведь они тоже воспринимают нас в контексте того, к какой категории ролей нас относят.

Мои ролевые ожидания и ожидания других сложились в процессе социализации,

и культура внедрила в меня и в других в общем абстрактные программы поведения, которое психологи называют ролевым. Оно-то меня и программирует, так как на ролевые ожидания других я реагирую соответствующим поведением, а иначе поступать мне трудно. Мне легче быть с ними согласным, чем вступать в противоречие.

Однако, кроме ролевых ожиданий и ролевых "предписаний" (я поставил это слово в кавычки, так как где-то записанных предписаний не существует, они хранятся в головах людей, с которыми я обычно имею дело), мое поведение определяется еще и индивидуальными особенностями этих других. Этими особенностями могут быть их ожидания, касающиеся меня, и их собственные особенности выполнения ролей. Строгость начальника может проявляться по-

разному в зависимости от его индивидуальности. Поэтому индивидуальный характер носят и его ожидания. Они как бы конкретизируются на основе общих шаблонов культуры.

Все сказанное не стоило бы выеденного яйца, если бы не роль ожиданий других

385

в программировании моего поведения. Мы думаем, что наше поведение определяется только нашими желаниями и потребностями. Это действительно так, если бы мы действовали в одиночку. Но чаще всего мы действуем совместно или в связи с другими. Большая часть моего поведения, точнее, мои программы реагирования определяются скорее ожиданиями других, чем моими собственными желаниями. Более того, мои желания в большей степени согласуются с этими ожиданиями, чем я думаю. Если в гости ко мне пришел друг, то мое поведение будет различным, считает ли он меня хлебосольным хозяином или скупердяем.

Точно так же мое поведение будет зависеть от того, какие черты характера мне будут приписывать другие и, соответственно, какие у них будут ожидания. Если они считают меня лжецом, то мне легче подтвердить их ожидания, чем силиться изображать из себя правдивого человека. Знание сказанного позволяет мне лучше понимать свое поведение. Если я подвержен воздействию ожиданий других больше, чем своих планов и целей, то, естественно, бессмысленно в деталях планировать, что я буду делать при встрече, скажем, с начальником или коллегой. Все будет определяться равнодействующей от моих интенций и моей реакции на ожидание другого. Следует помнить об этом. Влияние других на меня может быть различным, но никто не в состоянии без ущерба для своей психики полностью стать над окружением. Поэтому в организации самовоспитания важно определить круги общения.

Моральная поддержка других людей тем эффективнее, чем больше мы их уважаем и любим. Согласие - великий стимул движения вперед, несогласие же -

тормоз. Правда, человек может отделить себя от окружения, если оно его не удовлетворяет. Лучше не тратить сил для борьбы со своим окружением.

Разумнее превратить его в союзника, чтобы согласие с ним давало дополнительную энергию к жизни и деятельности, а не на борьбу с окружением.

Однако иногда существует жизненная необходимость отделить себя от окружения. Но для этого требуется усилие. Наши способности освободить себя от влияния окружения незначительны и зависят от того, в какой мере мы

386

управляем своими психическими силами, в особенности эмоциями и воображением, умеем мыслить саногенно. Тот, кто может конструировать мир,

наполненный воображаемыми лицами, оказывающими нашему "фантазеру"

поддержку, в конечном счете может стать в некотором смысле независимым от своего социального окружения. Еще лучше, если он обнаружит в людях,

окружающих его, те мотивы и ценности, которые согласуются с его целями. Это до какого-то времени помогает. Но можно ли гарантировать, что при этом он не создает изолированную систему смыслов и значений, непонятных для других людей и не разделяемых ими?

Сила воображения полезна, если она дополняет влияние внешнего мира,

опирается на него. Полная же потеря эмоциональных контактов и связей с социальным окружением ведет к болезни, так как человек - социальное существо и без общества не может нормально существовать.

Итак, самосовершенствование без развития искусства общения будет ограниченным. Мы нуждаемся в друзьях, нам нужно действовать совместно в труде, учении, и результативность работы в большей степени зависит от этого.

Движущими силами любого общения являются наши потребности, и нам следует получить представление о них.

Виды потребностей в общении Мы вступаем в общение с другими людьми благодаря потребностям,

удовлетворяемым при этом. В общении происходит также и отработка умений и навыков, называемых техникой общения. Уровень ее развитости в большой степени определяет эффективность межличностного взаимодействия. Отработка техники общения, кроме упражнений, предусматривает знание о структуре общения.

В процессе общения человек не задумывается над тем, как оно устроено. Другое дело, когда он ставит задачу усовершенствовать свою способность к общению,

устранить внутренние препятствия. В этом случае необходимо сделать общение объектом своего внимания, познания. Совершенствование общения необходимо именно потому, что большая часть конфликтов порождается в общении с

387

близкими, коллегами, незнакомыми людьми, с которыми мы вынуждены вступать в контакт.

Поскольку большинство фундаментальных потребностей человека удовлетворяется в поведении других людей (см. первую часть), то вполне естественно возникают вопросы: какие потребности удовлетворяются в общении? Какова движущая сила общения? Ради чего люди вступают в контакт между собой? Если в каждом отдельном случае ответить на эти вопросы конкретно (Чего хочет этот человек от меня? Какого рода удовлетворение получаю я? Ради чего я поддерживаю это общение?), то будут понятны внутренние силы общения и устранены ошибки, ведущие к конфликтам и напряжениям. Поэтому важнейшей задачей самовоспитания является повышение способности понимания внутренних пружин общения.

Предположим, вас спрашивают: "Который сейчас час?" или: "Вы не слышали прогноз погоды на завтра?" Смысл, заключенный в этом единичном акте общения, может быть различным. Может быть, студент интересуется погодой в связи а завтрашним культпоходом? Или он хочет просто заговорить- с вами, так как страдает от скуки и одиночества? Может быть, у него тревога перед экзаменами? Возможно, он хочет перевести разговор на обсуждение его вчерашнего выступления на семинаре и услышать ваше суждение? Неизвестно,

какое из этих предположений верно. Успешность общения будет зависеть от проверки ваших предположений и того, принимаете ли вы его мотивацию общения. Чтобы судить о мотивах, надо знать, какие потребности поддерживают общение. В любом случае ваши предположения о мотивах общения будут более правильными, если у вас имеются достаточно достоверные сведения о преобладающих потребностях и мотивах общения другого человека.

Мы сосредоточиваем внимание читателя на потребностях, а не на мотивах, так как последние чрезвычайно многообразны и тесно связаны с ситуациями, и

поэтому их описать трудно, разве что можно классифицировать, а этого недостаточно. Еще средневековый философ Оккам говорил: "Не умножайте сущностей без нужды". Поэтому если мы сосредоточимся на мотивах, то они в

388

качестве сущностей, объясняющих поведение, будут слишком многочисленны,

чтобы легко ими оперировать для понимания. Число же фундаментальных потребностей ограничено, их несколько, и если их знать, то можно достичь понимания.

Можно говорить о достигающем, или доминирующем, поведении или о поведении, ориентированном на престиж, безопасность или самоутверждение через власть над другим. В этом случае мы используем в качестве объясняющей сущности хорошо отработанные психологической наукой понятия потребностей в престиже, безопасности, доминировании. В этом случае мы лучше понимаем простой факт, что общение может быть вызвано самыми различными потребностями. Общение может повышать наш престиж или стремление к самоутверждению, доминированию над другими; в общении мы спасаемся от гнетущего чувства одиночества, общение снижает напряженность и страх перед неизвестностью; вступая в контакт, мы обнаруживаем свои неповторимые качества, можем казаться себе лучше, чем на самом деле, или хуже чем есть;

через общение мы чувствуем заботу других и сами можем оказать покровительство и помощь; в общении развивается человек, расширяется его кругозор, и именно в общении мы в состоянии наиболее полно насладиться красотой окружающего нас мира и красотой человека.

Достигающая личность ориентирована на успех. Лежащая в основе большинства ее устремлений потребность в достижениях вовлекает личность в общение,

чтобы усилия и способности других людей использовать или в качестве опоры,

или чтобы пережить успех совместно. Мы любим разговаривать, обсуждать свой успех в не меньшей мере, чем неудачу. Нетрудно установить, что часто нашим стремлением к общению управляет переживание успеха, которое состоит из реакции сравнения настоящих и прошлых результатов какой-либо деятельности.

Это сравнение вызывает приятные переживания, представляющие собой реминисценцию тех одобрений, наград за успех, которые мы имели еще в детстве. Если меня любили сильнее и восхищались мной за то, что сегодня башню из кубиков я собрал лучше, чем вчера, и если я хорошо различал, чем

389

отличалась вчерашняя башня от сегодняшней, то я приобрел способность быть чувствительным к малейшей успешности, и не нужно удивляться тому, что иногда успех радует меня больше, чем само общение.

Ситуации неудачи мне легче переживать в общении, так как мои товарищи будут разделять те приемы психической защиты, которые свойственны мне. Например,

мы можем дружно осудить тот ученый совет, который воздержался в присуждении мне ученой степени на основе представленной работы. Из этого примера вытекает, что общение выполняет еще и защитные функции. Однако все зависит от того, с кем я общаюсь. Переживание неудачи может стать невыносимым, если мне будет заметно, что мои друзья очень плохо скрывают злорадство, порожденное длительно сдерживаемой завистью.

Поэтому для понимания общения надо знать потребности, действующие через него.

Потребность в престиже. Когда человек, вступая в общение, надеется выразить свои личностные качества через признание, восхищение, положительные оценки со стороны другого человека, первый удовлетворяет потребность в престиже.

Мы часто в общении ищем признания наших способностей и, не найдя его,

бываем огорчены, а иногда разочарованы и даже агрессивны. Неудачи в одном заставляют нас искать признания в другом, и большей частью мы его находим в общении с людьми, склонными оценивать нас положительно.

Однако если эта потребность в нас гипертрофирована, то это может привести к потере друзей или к полному одиночеству. Ведь они почувствуют, что я только и жду, что они будут восхищаться мной. Не каждому захочется играть такую роль,

особенно когда я обижаюсь, если они не находят во мне положительных качеств.

Значит, для гармонического общения наши потребности должны быть управляемы.

Потребность в доминировании. Это стремление оказывать активное влияние на образ мыслей, поведение, вкусы, установки другого человека. Если под нашим влиянием происходит изменение ситуации или поведения другого человека в желательном для нас направлении, то мы бываем удовлетворены. Одновременно

390