MYaTEZh_NOMENKLATUR
.pdfрасклеенные плакаты никто на морозе читать не собирался. Одним словом, избирателям предлагалось проголосовать вслепую.
Стоило ли участвовать в подобных выборах? Ответ на этот вопрос подсказывался самими организаторами московских выборов: не стоило! Администрации всегда мешал и будет мешать любой представительный орган власти. Именно поэтому все делалось для того, чтобы не дать возможности такой орган сформировать, либо набить его исключительно "своими людьми". К сожалению, эту позицию вполне приняли и ведущие политические блоки, которые выставили кандидатами в Московскую Думу не самых лучших своих представителей, а то и вообще отказались от мышиной возни вокруг гордумских мандатов. Об этом говорит опубликованный в "Московской правде" полный перечень претендентов на получение депутатских мандатов. Большинство из них заранее были готовы сыграть с московской администрацией в поддавки, оправдывая все ее ожидания.
Лишь блок "Московский гражданский союз" худо-бедно подобрал оппозиционно настроенных кандидатов. Но только два человека из трех десятков кандидатов этого блока пробилось в Гордуму. Остальные места взяли четыре другие проельцинских блока.
ПОДНОЖКИ И ПОДСТАВКИ
"Подножки" неудобным кандидатам ставились втихомолку. Что, например, стоит опечатать рабочий кабинет кандидата на недельку-другую, а после выборов принести свои глубочайшие извинения? Не было проблем и с тем, чтобы надежно оградить избирателей от кандидатов. Любое помещение, пригодное для организации встреч, можно было закрыть под надуманным предлогом, (например, привлекая СЭС или пожнадзор). И поменьше агитационных материалов! Не дай Бог москвичам станет известно что-то помимо приписки того или иного кандидата к тому или иному блоку!
Можно еще в бюллетене для голосования исказить должность или место работы. Особенно это удобно в отношении тех, кого последние события лишили прежнего места работы. Что должен подумать избиратель, если увидит в бюллетене для голосования кандидатов, до сих пор числящихся на работе в Моссовете или аппарате Верховного Совета? Скорее всего подумает, что это фальшивка или предательство.
Можно и информацию о кандидате исказить. Например "сократить" неудобные фразы из предвыборных плакатов. Пусть не всем повезло быть в поле зрения политической цензуры. Тем же, кому повезло, довелось обнаружить такое внимание к себе уже после выборов.
И, конечно, же в поте лица отрабатывали благосклонность начальства московские комсомольцы! Заряд грязи против пошедших на выборы депутатов Моссовета был мощным и целенаправленным. О своих
9
писали, как о стойких борцах с моссоветовской бестолковщиной (конечно же врали!), о чужих - как о хамах и дебилах.
Городская избирательная комиссия была прочно захвачена "Выбросом". Точнее, в нее номенклатурой были посажены два верных "поповца" - Боганцева и Осовцов - большие специалисты по организации развала Моссовета. Они топили, прежде всего, своих бывших коллег. Больше всех "повезло" выдвинутым от ПРЕСа и "ЯБЛока". Удалось утопить чуть ли не полтора десятка сильных кандидатов, действительно пытавшихся противостоять поповско-лужковскому абсурду без истерик и митинговщины. А использовались в этой грязной игре в основном формальные "недоразумения", разбирать которые после выборов уже мало кому хотелось. Ну а те, кому все-таки захотелось, снова натолкнулись на продажные московские суды, которым сподручно защищать только номенклатуру.
Специальная провокация против неугодных кандидатов была организована и самим избирательным объединением ПРЕС, возглавляемым Шахраем. Пригласив под свои флаги целый ряд кандидатов, в том числе бывших депутатов Моссовета, активисты ПРЕСа стали гадить своим же коллегам, добившись того, что объединение зарегистрировало лишь необходимый минимум кандидатов - в половине округов.
Эффективная система подножек и подставок против антиноменклатурной оппозиции позволила захватившим власть "лужковцам" не применять в столице более крутых мер подавления. Удачным изобретением Лужкова можно считать и объявление несостоявшихся выборов состоявшимися. Это избавляло от труда организовывать новые выборы (как это было в Питере).
ПОДТАСОВКА
Главное орудие номенклатуры - подтасовка. На выборах в городскую Думу подтасовка была проведена всеми наличными силами. Лужков помнил уроки Моссовета и не желал повторения ошибок.
В положении о выборах в Московскую Думу указывалось:
"признание выборов по избирательному округу несостоявшимися, если число голосов, поданных против всех кандидатов, превышает число голосов, поданных за кандидата, набравшего наибольшее число голосов, либо если в них приняло участие менее 25 процентов зарегистрированных избирателей." (Указ № 1738 от 24.10.93). Такие же установки содержались и в положениях о выборах в Госдуму и Совет Федерации.
6 ноября 1993 г. вышел Указ № 1814, по которому "в целях максимально объективного отражения воли избирателей" одно из ограничений снималось, и теперь любое число голосов, поданных "против всех" не влияло на результат выборов. Более того, подавший голос "против всех" теперь голосовал против собственного мнения, поскольку формировал
10
необходимые 25 процентов, да еще поддерживал необходимый кворум для принятия Конституции.
О выборах в Москве авторы данного Указа скорее всего забыли. Поэтому пришлось суетиться Лужкову, который задним числом вынужден был выпустить распоряжение мэра № 662 от 16 ноября 1993. Это распоряжение нигде опубликовано не было. Более того, кандидатам в депутаты раздавали (значительно позже 16 ноября) брошюрку с положением о выборах без всяких устных или письменных комментариев. Т. е. сами избирательные комиссии ничего об изменении положения не знали и не могли знать. Когда же в городскую комиссию в ночь на 13 декабря начали поступать данные по голосованию в округах, возникла острая необходимость в корректировке правил проведения выборов. В три часа ночи из центральной избирательной комиссии на места поступило распоряжение считать выборы состоявшимися, а победителями тех, кто набрал больше голосов "за". Лишь потом было оформлено распоряжение мэра, корректирующее Указ Президента. До самого Ельцина, видать, добраться просто не успевали.
Таким образом, несмотря на то, что в 31 округе из имевшихся 35 число голосов "против всех" превышало число голосов лидирующего кандидата, выборы были признаны состоявшимися по всей Москве.
Подтасовка была и на всероссийском уровне. Многочисленные публикации, появившиеся в середине 1994 г. показывали с математической точностью, что около 9,5 миллионов (!) бюллетеней были фальшивыми. Это означало, что голосование по Конституции недействительно, и режим не имеет никаких законных прав на существование. Цифры, полученные расчетным путем, многие пытались оспорить. Но законы больших чисел невозможно переписать в угоду политической конъюнктуре. Тем более, что расчеты опирались на официальные данные. Поэтому номенклатура просто перешла к тактике замалчивания и игнорирования факта массовой подтасовки.
АРИФМЕТИКА ИХ ДЕМОКРАТИИ
Точно также как математически была доказана фальсификация выборов и голосования по Конституции, доказана и причастность иностранного капитала к финансированию выборов. Больше всего средств от западных благодетелей получили "Выбор России" и "ЯБЛоко" ("Мегаполисконтинент", № 30, 1994). Причем, сведения на этот счет далеко не полны, а обнародована лишь абсолютно достоверная информация.
Итак, "Выброс" получил 3 млн. рублей от банка "Эффект-кредит", учрежденного АОЗТ с иностранными инвестициями "Акар", "Иберика" и СП "Росинтакс Интернэшнл". 20 млн. рублей выделило СП "Скай лайн", половина уставного капитала которого оплачена британскими фирмами. 130 млн. рублей поступило от АО "Олби-дипломат", образованного АОЗТ
11
"Концерн Олби", в котором 45% уставного капитала принадлежало советскоамериканскому СП "Интеркойс". Впоследствии президент щедрой фирмы стал председателем исполкома "партии Гайдара" ("Демократический выбор России"). Центризбиркомом показано, что 17% средств, затраченных на избирательную кампанию "Выброса", поступило из зарубежных источников. Причем, на поверхность "всплыла" только вершина .айсберга. Интернационал ворья умел прятать концы в воду. Кроме того, многие компании оплачивали расходы блока, минуя избирательный фонд, что также было грубым нарушением.
На предвыборные нужды блока Г. Явлинского 10 млн. отдал банк "Опцион", в котором 20% уставного капитала принадлежало советскосингапурскому СП "Солаз". Остальные факты оказались упрятанными надежнее. Теперь блок "ЯБЛоко", несмотря на его мнимую оппозиционность, - бесспорный преемник "Выброса", который явно пережил сам себя. Соответственно, по наследству должны перейти и зарубежные инвесторы, и необходимость отстаивать их интересы.
Были и другие факты, не получившие официального признания, ибо не так уж сложно провести перечисление средств по более сложной схеме, заметающей следы инвесторов.
Напомним, что всем зарегистрированным Центральной избирательной комиссией блокам полагалось из государственного кармана по 100 млн. рублей на проведение агитационной кампании. В дополнение к этим средствам "Выброс" истратил еще 1 млрд. 826 тыс. рублей, Шахраевский ПРЕС - 730 млн., "ЯБЛоко" - 280 млн., ЛДПР - 98 млн.
Такова вот арифметика их демократии.
НЕСОГЛАСНЫХ ПУСТИЛИ ПО МИРУ
Результат разгрома Моссовета для депутатов оказался таков. Те, кто больше других подличали, попали на службу к городским властям. Те, кто давно махнул рукой на свои обязательства перед избирателями, отлично устроились, получив от своих депутатских полномочий максимум выгоды для себя лично. А вот те, кто честно трудился, оказались просто выброшенными за борт без спасательного круга.
Для многих из тех, кто воспринимал свои обещания на выборах всерьез, наступили нелегкие времена. На три с половиной года эти люди прервали ту деятельность, которая позволяла обеспечивать себя средствами к существованию в долговременной перспективе. После номенклатурного мятежа они стали безработными с нищенским выходным пособием, которое за три месяца практически полностью обесценилось инфляцией (выплаты в течение трех месяцев составляли около 70 тыс. рублей в месяц, что к февралю 1994 г. было равно окладу уборщицы). Экс-депутатов еще и обманули, сняв с их зарплаты (от которой исчислялось выходное пособие)
12
все надбавки и лишив их социальных гарантий, предусмотренных законом. Законы в Москве считались окончательно преодоленными.
Все те, кто понадеялся на щедрые обещания о трудоустройстве депутатов и увольняемых сотрудниках аппарата, тоже остались ни с чем. Скорее всего, при решении вопроса об оказании помощи с поиском работы, соответствующей полученному опыту, учитывались результаты поименных голосований. И не удивительно, ведь вопрос решался лично "злым гением" Моссовета В. Шахновским.
Из этого незначительного, в общем-то, эпизода следует серьезный вывод: политическая среда готовится номенклатурой таким образом, чтобы в ней не оставалось людей с устойчивым мировоззрением. Тех, кто сохраняет свои взгляды на жизнь и политические ориентации в течение длительного периода, стараются удалить из органов власти. Остаются лишь те, кто готов изменить себе в угоду новым хозяевам, кто готов служить любому режиму.
Преследование депутатов по политическим мотивам продолжалось и в дальнейшем. Так, летом 1994 г. квалификационная комиссия Мосгорсуда обнаружила, что некоторые бывшие депутаты Моссовета работают в качестве помощников следователей. Для прессы тут же было сделано сообщение, что в качестве помощников следователей "работает немало (! - А. К.) бывших депутатов Моссовета, известных своей неадекватной реакцией и повышенной эмоциональностью" ("Экстра-М", 04.06.94). Номенклатура продолжала мстить за свой страх.
ВСЕ ОПЯТЬ ПОВТОРИТСЯ СНАЧАЛА
Не успели номенклатурные стратеги подвести итоги фальсифицированных выборов, как один из рьяных демократов, прошедших в Гордуму в качестве "несгибаемого борца с фашизмом", устроил форменный дебош. В прессу попало сообщение, что "демократ" решил покуражиться перед секретаршей префектуры, размахивая газовым пистолетом. Против дебошира возбудили уголовное дело, но депутатские полномочия уже пристали к радикал-демократу намертво. Правоохранительным органам пришлось отступить ("Градские вести", 12.01.94).
Все худшие черты Моссовета, худшие черты прежнего депутатского корпуса повторялись вплоть до мелочей в новом представительном органе. В Гордуме даже появился свой "сумасшедший".
Так за что же боролись господа "демократы"? Расстреляли парламент и заменили его почти таким же, разогнали Моссовет и допустили возникновение на его месте еще одного атавизма эпохи случайной демократии? В чем смысл?
Смысл был в том, чтобы в ключевой момент уничтожить своих соперников и развязать себе руки для дальнейшего грабежа. Этот метод можно смело считать новейшим изобретением либеральной номенклатуры. Оказалось, что постоянного подавления инакомыслящих не требуется.
13
Достаточно просто время от времени "осаживать" их. А демократия в этом случае служит ширмой. В нее можно играть, можно позволять до какого-то момента баловаться ею разношерстным политикам и простым энтузиастам "из народа". В ключевой момент этих политиков снова можно будет поставить на место - лицом к стенке.
Так был ли для граждан резон, чтобы принимать участие в выборах в Московскую Думу или в Федеральное Собрание в 1993 году? Среди противников нынешнего режима существуют различные точки зрения по этому вопросу. Мы хотим дать свое понимание проблемы.
Участвовать в выборах было нужно. Даже несмотря на то, что голоса граждан любой ориентации и любой позиции все равно в конечном счете были учтены в пользу никем не читанного проекта ельнинской Конституции. Ведь Конституции в этот период можно было принимать хоть еженедельно. Переворот уже состоялся, и его оформление в любом случае было бы проведено. Даже путем подделки избирательных документов.
Другое дело с людьми - их не подделаешь. Человек с твердой позицией в Федеральном Собрании или местной Думе был бы костью в горле у разворовывающей город администрации. Практически в каждом округе Москвы было хотя бы по одному кандидату от тех сил, которые не поддерживают ни шоковых реформ, ни нарушений закона в угоду целесообразности, ни аппаратных игр с городским бюджетом и собственностью. И у избирателей возможность определить таких кандидатов была. Тем не менее, многие москвичи, неоднократно обманутые в 1989-1993 гг., потеряли всякий интерес к выборам, к кандидатам в депутаты и к их программам. Только шизофренически верящая Ельцину часть избирателей дружно проголосовала за "Выброс" и поддерживающих его. Остальные на выборы не пошли или голосовали против всех. В итоге и Государственная Дума, и Московская Дума стали элементом системы грабежа и насилия над здравым смыслом, декорацией за которой творятся гнусные дела. Первый же "успех" декоративной структуры на московском уровне - отказ от проведения выборов в муниципальных округах.
Принимать участие в голосовании нужно, независимо от ожидаемого эффекта, еще и потому, что это снижает вероятность того, что определенные силы постараются решить все вопросы безо всяких выборов. То же самое касается и участия оппозиции в выборах. Если оппозиция предпочтет партизанскую борьбу с режимом, то, скорее всего, она будет подавлена регулярной армией номенклатуры, и оказывать сопротивление распаду страны будет уже кто-то другой.
Более важен вопрос о другом - кого можно поддерживать на - выборах, а кого надо вычеркивать из бюллетеней сразу, невзирая на личные качества. Это мы обсудим в заключительных разделах. В следующей главе мы покажем, что русский либерализм, весьма завлекающий образованную публику, есть как раз тот идеологический комплекс, который чрезвычайно опасен для России. Именно против этого идеологического комплекса и стоит предостеречь избирателей.
14
ЛИБЕРАЛИЗМ ПРОТИВ БУДУЩЕГО РОССИИ
РУССКИЙ ИНТЕЛЛИГЕНТСКИЙ ЛИБЕРАЛИЗМ
Русский философ Н. Бердяев в свое время определил и исследовал такое явление, как "русский коммунизм". Речь шла, конечно же, не о проявлении внутренней сущности русского народа, а об определенного рода болезни, занесенной на отечественную почву западными теориями. Сегодня настало время поговорить о другом явлении, также открывшем в России время великих потрясений. Именно, о "русском либерализме" - своеобразном идеологическом вирусе, более опасном для национального организма России, чем коммунистический.
Аналогично тому, как российский большевизм "творчески" упростил марксизм, либерал-большевизм, опираясь на идейные установки диссидентов, воспользовавшись условиями развала тоталитарного строя, примитивизировал комплекс ценностей западной цивилизации, подняв "массы" полуобразованной интеллигенции на борьбу за Свободу. В сущности установки этой свободолюбивой публики мало чем отличались от пены, смывшей Самодержавие в феврале 1917 года, открыв тем самым простор "революционным реформаторам" жизни. В 1990-1991 гг. российские либералы на этой волне романтической эйфории снова въехали во власть одновременно с чуткими ко всяким революциям обер-чиновниками второго эшелона. Так из номенклатуры КПСС вынырнула новая номенклатура.
Пока возбужденная Перестройкой интеллигенция за неимением созидательного инстинкта продолжала крушить основы российской государственности, новая номенклатура подбирала обломки, присваивая и распродавая госсобственность, расточительно вычерпывая госбюджет сообразно своим шкурным интересам. Пользуясь настойчивыми рекомендациями западных либеральных прагматиков, возникшая полууголовная власть немало поспособствовала феодальному дроблению страны, созданию этнократических режимов, экономическому хаосу и беззаконию.
Пропасть, возникшая между властью и обществом, густо заполнялась липкой ложью о правовом государстве и рыночной экономике. Совмин и аппарат Ельцина одно время были полностью превращены в единое министерство пропаганды. Точнее - в коллективного Геббельса, оседлавшего средства массовой информации и тратящего без счета государственные ресурсы на промывание мозгов. Либеральная интеллигенция вовсю работала на либеральную номенклатуру.
Посмотрим на продукцию этого симбиоза. Возьмем, прежде всего, диссидентский (времен СССР) комплекс зависти по отношению к Западу:
15
права человека и общечеловеческие ценности, правовое государство, принцип разрешено все, что не запрещено законом.
Введение этого комплекса в практику государственного управления российской номенклатурой второго эшелона КПСС и российской либеральной интеллигенцией (одними в корыстных целях, другими - в рамках собственного понимания смысла демократии) привело Россию без всяких промежуточных стадий от тотального вмешательства государства во все сферы деятельности гражданина к тотальному же пренебрежению интересами того же гражданина. Десятки миллионов людей против своей воли оказались брошенными на произвол судьбы вне пределов России. Многим из них выпало на долю стать людьми второго сорта у себя дома. Оставшимся в пределах России тоже было несладко. Они оказались под пятой либеральной номенклатуры и в полной мере испытали на себе обстановку произвола и бесправия. Жаловаться, умолять о помощи некого. Того государства, которому было присуще хоть изредка приводить в порядок вицмундиры чиновничества и проявлять внимание к бедам людским, уже не существовало.
Совсем незадолго до этого новая номенклатура укрепляла свой авторитет тем, что по любому поводу вспоминала о правах человека. Темная толпа людей с дезорганизованным (сначала пропагандой КПСС, а потом либералами) сознанием поверила в то, что номенклатурные князья мира сего семью хлебами накормят ее досыта. Толпу поймали на крючок, поманив грядущим удовлетворением эгоистического "дай!". Радостное предвкушение неожиданной сытости в сочетании с гордостью за свой вклад в борьбу за права человека сдвинули лавину, которая накрыла Россию.
Толпа получила от либералов то, чего заслуживала. В силу ограниченности средств мечту о сытости пришлось оставить до лучших времен. Зато ограниченный контингент новой номенклатуры получил почти ничем не ограниченное право удовлетворить свои фантастические потребности, да еще прикармливать "творческую интеллигенцию". Остальные были свободны протестовать, получать удары дубинками ОМОНа по чувствительным частям тела или же ждать лучших времен, уповая на обещания "всенародно избранного".
Перейдем к следующему идеологическому комплексу - "общечеловеческим ценностям". Разглагольствования на этот счет, которыми морочили головы либерал-интеллигенты, обернулись для России идеологическим спидом - разложением защитных механизмов государства, оберегающих интересы общества, предохраняющих его от распада. По сути дела российские либерально-номенклатурные власти защищали общечеловеческие ценности за рубежом, но не у себя дома. За вывод войск с территории других стран, за разоружение, за вспыхнувшие региональные конфликты, за исчезновение рынков сбыта и разрушение экономических связей приходилось расплачиваться нам. Но если мы платили, то Запад получал ощутимые прибыли.
16
Ради "общечеловеческих ценностей", России предлагалось в очередной раз "заклать себя на алтарь всечеловеческой демократии" (К. Леонтьев). К этому склоняла ее "творческая интеллигенция". Ей пришлось отрабатывать подачки "новых русских" и зарубежных друзей "правительства реформ" баснями о бескорыстии Запада, который будто бы только и мечтает о соблюдении прав человека во всем мире. Власть же, используя наработанные методы КПСС-КГБ, уверено утихомиривала тех, кто видел в поддержке Ельцина вполне конкретные и выраженные в кругленьких суммах интересы.
Теперь о "правовом государстве". Всем понятна и близка идея жить не по произволу, а по закону. Только на практике либеральная номенклатура решила реализовать эту доступную каждому мысль в своей интерпретации - в форме материализации либерального принципа "разрешено все, что не запрещено законом". Это позволило чиновникам и нуворишам криминальнономенклатурной экономики обогащаться, открыто используя дыры в законодательстве. Именно им позволено было все и все было не запрещено. Помогало этому то обстоятельство, что наиболее общие формулы Конституции России были превращены правительством Ельцина-Гайдара в ничего не значащие декларации, а правоохранительная система - в декорацию.
Итак, мы можем сделать вывод о том, что русский интеллигентский либерализм сослужил номенклатуре неоценимую службу - дал жаждущей толпе новую "продуктивную утопию". Номенклатура смогла одновременно избавить себя от необходимости хранить идеологическую добропорядочность и навязать такую необходимость обществу. Достаточно было на некоторое время парализовать защитные реакции граждан, чтобы провести мятеж.
Номенклатурная либерализация в форме номенклатурного мятежа состоялась и мы видим ее ужасные последствия. Оказалось, что "демократические реформы" - это навязывание народу представлений о том, что справедливо, а что нет. Оказалось, что вместо возвращения к традиции взаимного уважения и взаимопомощи нас снова начали делить классовыми перегородками. Причем, делают это именно те, кто яростно обрушивается на классовое учение и одновременно заталкивает Россию в те времена, когда классовая борьба была реальностью. Мы видим, что вместо восстановления традиции добровольного законоблюдения и опоры на интуитивное понимание права, обществу предлагают груду законов и указов, которые позволяют проворному жулью оправдывать свои воровские махинации противоречивостью и неполнотой нормативной базы. Вместо естественного чувства ответственности за судьбу родной земли, гражданам России предлагают исходить общечеловеческой любовью к мерзавцам, растаскивающим ее по кускам. При всем при этом нам предлагают ждать, что "к концу года обстановка стабилизируется"?
"Русский либерализм", интеллигентская мечтательность наиболее яркие проявления которых мы видим в Москве, совершенно непригодны в
17
качестве идеологического обеспечения государственной стабильности и укрепления благосостояния общества. "Русский либерализм" есть лишь реакция российского посткоммунистического балагана, называемого "гражданским обществом", на продукт жизнедеятельности Запада. Он был временно внедрен в сознание граждан истинными люмпенами - антигосударственными и криминальными элементами, у которых нет и не может быть Родины. Западное общество научилось в процессе социальной эволюции нейтрализовать негативные проявления разнообразных теоретических построений, пресекать наиболее ретивых либералов и ценить консерватизм в политике. В России же, не выработавшей такого иммунитета и ослабленной внутренней распрей незнакомый вирус либерализма вызвал жестокий синдром.
ЛИБЕРАЛЫ ПРОТИВ ГОСУДАРСТВА И НАЦИИ
Обратимся снова к идеологическим установкам либеральной интеллигенции - теперь уже в области государственного строительства. Главный предмет зависти наших неозападников поначалу был таков: сдержки и противовесы парламентаризма, многопартийность и сильная исполнительная власть, общественный договор и федерализм.
По сути дела, все эти элементы устройства власти остались в России чисто пропагандистскими уловками. Парламентаризм, не успев народиться, сразу же основательно утомил караул. Влиятельных партий не было, нет и в ближайшее время не будет. Ну а власть чиновной бюрократии была всегда, и никакого ее ослабления в последние годы не наблюдается.
О качестве страстей по многопартийной системе мы уже говорили в главе "Номенклатура против многопартийности". Реальная многопартийность для номенклатуры была опасной. Поэтому вместо нее гражданам подсунули и продемонстрировали во всей неприглядности многопартийную грызню малопонятных группировок, которые ничего, кроме жажды власти, не выражали. Усилиями пропаганды из декоративных политических структур, не несущих никакой легальной идеологии, создавалось нечто значительное. С ними можно было проводить "круглые столы", советоваться на так называемом "Конституционном совещании" и даже подписывать Договор об общественном согласии. Всему этому балагану солидность придавала поддержка государства. Тем же протопартиям, которые именно и готовы были предложить обществу все разнообразие идеологий и возможность реального выбора в многопартийной системе, приходилось влачить жалкое существование. Сложилось такое положение, при котором партия становится совершенно неэффективной организационной формой.
Теперь посмотрим на либеральное понимание федерализма. Вместе с усилением разговоров о федерализме ослаблялись скрепы государственного организма. Все началось с суверенизации России от самой
18