опыт трансформации старопромышленных городов / ЧНЧ 2012-2013 (часть1)

Исходя из вышесказанного, логично будет предположить, что личные местоимения будут появляться в речи англоязычных детей раньше. Но будет ли это свидетельством того, что и дейксис они усваивают прежде русскоязычных детей?

Еще одна особенность английского языка – частое употребление притяжательных местоимений. Существует немало конструкций, где их использование обязательно. Для русского языка такое явление нехарактерно.

В результате анализа записей детской речи, были выявлены следующие наблюдения. В возрасте 2 года 3 мес. речь Лизы изобилует личными глагольными формами, причем формы 3 лица преобладают. Соответственно, Лиза усваивает личные глагольные формы в следующем порядке: 1) 3 лицо, 2) 2 лицо, ед.ч., 3) 1 лицо, ед.ч. (ср. с порядком усвоения личных местоимений выше).

У Джейн в этом возрасте личные глагольные формы встречаются редко. Зато у нее появляется в речи все больше личных и притяжательных местоимений. При этом первыми появляются именно притяжательные местоимения, а уже затем – личные (причем, как правило, сначала объектные формы). Что характерно, поначалу притяжательные местоимения используются ею не только как собственно притяжательные, но и как личные (особенно 1 лицо ед. число), например: “ my like piggy”, “ mine’s sitting on the lavatory”. Порядок появления личных и притяжательных местоимений в речи Джейн: his, it, my,

him, mine (=me), mine (=I), you, me, I, we, your, her,

they, them.

В речи Лизы личные местоимения редки, а притяжательные вообще практически отсутствуют. Порядок появления таков: ты (=я), я, мне, мы, он, они, тебя (=меня), тебе (= мне), у меня, мне, твоя (=моя), ее, оно, она, у нее, ей, их, его.

Было замечено, что в речи Джейн личные местоимения впервые появляются в вопросительных предложениях, а именно в специальных вопросах (“What

am I going to make again?”, “Can I have paper Daddy?”). Видимо, фиксированная структура предложения, столь характерная для английского языка, оказывает свое влияние и здесь. Возможно, ребенку пока еще трудно постичь обратный порядок слов (т.к. в этом возрасте порядок слов у Джейн еще относительно не устоявшийся), следовательно, она запоминает и воспроизводит (достаточно осознанно) целые фразы, которые, по ее мнению, уместны в данной ситуации. Запоминает с правильными местоименными формами, соответственно.

Несмотря на отсутствие продропа в английском языке, нельзя ожидать от англоязычного ребенка, что он сразу же будет оперировать в речи полносоставными высказываниями. На начальной стадии (1 год

10 мес.) Джейн опускает субъект (“(I) like pudding”).

Затем количество таких неполных высказываний сокращается, появляется субъект, выраженный существительным (“Daddy reading”). Опущение субъекта сохраняется, если ребенок не знает слова, обозначающее этот субъект. Также Джейн часто опускает подлежащее, если субъект – она сама, в другом случае она говорит о себе в 3 лице (“Jenny eat it”).

В возрасте 2 года 7 мес. Джейн допускает ошибки при выборе личных форм глагола вроде “I is…”, “I doesn’t like…”, “you was…” . Лиза этом возрасте практически не ошибается с выбором личной формы глагола при согласовании ее с субъектом. У нее был период, когда она ошибалась, но это было на гораздо более ранней стадии (пример: на вопрос папы: «Что

яделаю, Лиза?» - «Чистит» (1 год 7 мес)).

УДжейн почти никогда не встречаются личные формы глаголов без субъекта. Если она опускает субъект, то и личную форму тоже (“doing it”). Таким образом, личные формы глаголов у нее пока не могут употребляться самостоятельно, а, следовательно, не являются усвоенными.

противопоставление «я – ты» («leave some to mine», «I will leave some to you»). В речи Лизы еще преоб-

ладают случаи употребления «ты» в значении «я», а также личные глагольные формы 2-го лица, ед. числа по отношению к себе (правда, наряду с правильными, количество которых постепенно увеличивается) (ты плескаешься = я плескаюсь).

На основании вышеизложенного, можно сделать следующие выводы. Джейн усваивает личные местоимения быстрее, чем Лиза, что, по-видимому, обуславливается частотным употреблением притяжательных местоимений в английском языке. Кроме того, выявляется влияние порядка слов на усвоение личных местоимений, а именно – фиксированный порядок слов в английском языке, по-видимому, помогает усвоению. Данное наблюдение стоит в дальнейшем проверить.

Личные окончания глаголов Лизой усваиваются быстрее, чем личные и притяжательные местоимения, но медленнее, чем последние усваиваются Джейн. Несмотря на то, что анализ речи всего двоих детей не является показателем, осмелимся предположить, а в дальнейшем проверить предположение, что это обусловлено большей сложностью русского языка как синтетического. Ведь, в отличие от личного или притяжательного местоимения, личная глагольная форма объединяет в себе и лексическое значение (действия либо состояния), и значение лица, которое это действие выполняет (или подвергается ему). Подобный синкретизм, возможно, является сложным для ребенка и требует более длительного времени для усвоения.

Литература

1.Вольф Е.М. Грамматика и семантика местоимений (на материале иберо-романских языков) – М., 1975.

2.Головенкина Л.Х. Понятийное поле «принадлежности» у ребенка дошкольного и младшего школьного возраста // Ученые записки МГПИ. Сер.: Языкознание. – 2001.

–Вып. 1. – С. 83 - 90.

3.Доброва Г.Р. Онтогенез персонального дейксиса:

личные местоимения и термины родства: Дис. … д-ра филол. наук. – СПб., 2005.

4. Залевская А.А. Введение в психолингвистику. – М., 1999.

5.Лепская Н.И. Язык ребенка (Онтогенез речевой коммуникации). – М., 1997.

6.Слобин Д., Грин Дж. Психолингвистика. – М., 1976.

7.Цейтлин С.Н. Язык и ребенок: Лингвистика детской речи. – М., 2000.

Педагогический процесс по изучению народного костюма учащимися студии и студентами художест- венно-педагогической специальности как единое учебно-творческое пространство, возможно проектировать на основе концептуальных эстетических и культурологических положений Ю.Б. Борева, Ю.М. Лотмана, М.Н. Мерцаловой, которые позволяют представлять костюм как специфический культурный текст и понимать, находить вариации художественного «прочтения» народного костюма как уникального явления – текста культуры, содержащего в себе разнообразные яркие художественные образы, нашедшие свое отражение в символике формы, кроя костюма, силуэта, фактуры, цвета, ритме орнаментов.

Изучая народный костюм как текст на занятиях одновременно с учащимися студии и студентами педагогического института, появляется уникальная возможность организации единого творческого пространства, в котором создаются условия для понимания костюма как гармоничного художественнодекоративного произведения, творчески осваивается его различная фольклорная тематика, связанная с народными традициями, обрядами. В соответствии с идеями ученого Ю.М. Лотмана, вся культура содержит различные «тексты» и рассматривается как феномен способный: хранить и передавать информацию; осуществлять операции по преобразованию этой информации; образовывать новые сообщения.

В народном костюме характерно ярко выраженное единство и как в культурно-художественном тексте воплощены понимания мироустройства многих поколений, история народа как в культурном феномене веками отбирались, отшлифовывались согласно культовым - эстетическим представлениям: колористическое сочетание, силуэт, форма, крой, декоративные элементы. Это яркое явление целостной культуры, и синтез различных видов декоративного творчества, передающий как текст уникальную информацию о прошлом посредством декора: орнамента, цвета, формы, фактуры материалов и украшений современному поколению. Символика народного костюма - консолидирующая составляющая национальных традиций. В костюме, таким образом, зафиксирована значимая глубокая информация, она обеспечивает не только сохранение культурных традиций, а и в значительной мере жизнеспособность и идентификацией всей нации.

Визуальные конструктивные особенности деко- ративно-художественного оформления народной одежды - крой, силуэт, пропорции одежды обладают глубокой архаичной семантикой и поэтому как канон устойчивы не только в пределах одного этноса, а и

имеют немало близких черт в соседних и даже довольно отдаленных народов. Особенности же деко- ративно-художественного оформления одежды более вариативны, потому, что они представляли собой благодатную почву для воплощения - в рамках традиций - личных предпочтений вкусов мастериц. Поэтому различные направления рукоделия, связанные с созданием народного костюма являются неиссякаемым источником освоения учащимися студии и студентами художественной специальности обширного круга художественно-эстетических ценностей.

При создании костюма на Севере были особенно распространены многие виды рукоделия. В рамках статьи рассмотрим особенности народной вышивки Русского Севера и некоторые виды вышивок юга России, которые служат образцами при изучении студентами народного творчества. Сравнительный анализ художественно-декоративных характеристик русских вышивок позволяет по достоинству высоко оценить студентам и учащимся вышивку Родного края.

Родство символики свидетельствует о взаимных пересечениях культур, которое происходило в результате массовой миграции народов в разные периоды истории. Традиции вышивального искусства постоянно развивались в XIV-XVII вв., однако, сохранились неизменными, до ХХ века лишь на Русском Севере.

Общим для вышивки всего Русского Севера и Юга (Смоленского края, Поволжья, Нижегородской губернии) являются швы, выполняющиеся по счету нитей ткани: счетная гладь, косая стежка, роспись, набор и др. Эти счетные швы обусловили строгую симметрию и математически точную взаимосвязь орнаментальных мотивов в узоре. Северные вышивки очень стилизованы и уходят корнями в языческие традиции. Каждый вышитый мотив, как бы сложен он ни был, легко читается. Мастерицы добивались своеобразия изобразительных форм благодаря четким, характерным линиям и красивому узорному заполнению орнаментальной плоскости. Народная вышивка русского Севера - это поэтический рассказ о красоте родной природы.

Технические приемы вышивки, в основе которых лежит отсчет нитей ткани, в значительной мере ограничивают свободу работы вышивальщиц, заставляя их придерживаться трех направлений - вертикального, горизонтального и диагонального, отчего все формы орнаментальных мотивов неизбежно приобретают четкие, суховатые, прямолинейные очертания.

Наибольшее распространение имели «роспись» (или полукрест) и белая строчка. Старинный двусто-

ронний шов роспись состоящий из мелких красных стежков, создавал на белом холсте тонкий графический узор. Обычно легкой линией намечался контур мотива, который заполнялся потом различными декоративными разделками: прямыми и диагональными полосами, клетками, зигзагами и др. В отдельных случаях контур мотива обогащался штрихами, звездочками или крючками. Тончайшим кружевом ложился красный узор на белый холст нарядной рубахи, полотенца или подзора. Нежно-голубые, зеленые

изолотистые тона шелка, а также бисер, обогащали узор, повышали его декоративную выразительность.

Белая строчка относится к сквозным счетным швам, которые выполняются по разреженной ткани. Плотный белый узор размещается на сетке из квадратных или прямоугольных ячеек. Красота строчных вышивок достигается четким выделением белоснежного узора на легком прозрачном фоне.

Круг мотивов вышивок, выполненных швами роспись и белая строчка, очень близок. Узоры вышивок часто состояли из геометрических фигур сложных очертаний, в основе которых лежал ромб или квадрат. Основным же являлся гладкий ступенчатый или гребенчатый ромб. В задачу вышивки не входило реалистическое изображение

Кроме геометрических мотивов, в северных вышивках встречается стилизованное изображение цветов, кустов, деревьев. Растительные мотивы сочетались в узоре с изображением птиц или зверей. Это был целый мир поэтических образов. Сказочные птицы-павы с роскошными хвостами, скромные маленькие уточки, величавые, грациозные лебеди, горделивые кони, изящные олени с ветвистыми рогами изображались среди цветущих кустов и деревьев. Не менее часто встречается в народной вышивке Русского Севера изображение величавых женских фигур с птицами или цветами в руках и всадников на сказочных игривых конях.

Мотивы цветов, деревьев, птиц, зверей, всадников и женских фигур в народном искусстве всегда были наделены емкой и многозначной символикой. Лебеди у сельских жителей являлись олицетворением юной прекрасной девушки и невесты или считались символом верной любви, уточки воспринимались как знак трудолюбивой хозяйки дома и были символом плодородия, голуби значились символом супружеской верности и залогом счастливой семьи и т. д.

Позднее древняя символика многих изобразительных мотивов была забыта. Однако, по традиции, их включали в узор свадебных рубах и полотенец как необходимый символический элемент, являвшийся залогом благополучия новой семьи. Образ величавой женской фигуры, считавшийся у древних славян символом плодородия, к девятнадцатому столетию стал основой для изображения народных праздников

иобрядов. В русских народных вышивках этого периода почти повсеместно встречается изображение хоровода девушек, всадников с ветками зелени в руках, ряженых, венчанье молодых в церкви, свадебный поезд с женихом и невестой в празднично

оформленной карете или санях в сопровождении многочисленных гостей.

Народная фантазия создала бесконечное количество вариантов сюжетных вышивок. И все они отличаются необыкновенной красотой и поэтичностью.

Несмотря на плоскостность решения каждого изобразительного мотива и геометричность их очертаний, изображаемая сцена у народных мастериц всегда была очень живая и выразительная. Достигалась эта выразительность сюжетной сцены за счет внесения реальных черт в условное изображение традиционных образов. Жизненные впечатления порождали новые решения, которые крестьянские девушки органично вплетали в привычные для данной местности сюжеты и сцены. Так, в девятнадцатом столетии в крестьянских вышивках появились изображения женских фигур с веерами или зонтиками в руках, многоярусные дворцы, парки с многовековыми деревьями, цветами, неведомыми зверями и птицами, огромные парусные корабли и др.

Вышивка бисером. Традиция расшивать одежду, предметы быта бусинами, ракушками, жемчугом существует у многих народов. В России искусство вышивки бисером уходит своими корнями в глубокое прошлое. Скорее всего, оно пришло к нам из Византии. Согласно археологическим данным, бисер был знаком уже людям в Киевской Руси. Первое упоминание о славянских вышивках, «что как огонь горят, и чуден узор», относится к середине XII века.

Яркие, многоцветные изделия из бисера и стекляруса получили в России чрезвычайно широкое распространение. Красивый и прочный материал с успехом использовался при оформлении интерьеров, для отделки народных костюмов и предметов культового назначения. Бисер применялся для украшения одежды и изготовления различных предметов ее убранства. Традиционный русский костюм был очень красочным. В музеях можно увидеть многочисленные шитые бисером образцы одежды, головных уборов, поясов, ожерелий. В рамках регионального компонента углубленное изучение помогает студентам и студийцам грамотно использовать полученные знания и умения в собственном совместном творчестве. Изучение нюансов вышивки различных регионов необходимо для полноценного учебно-творческого процесса.

Студенты совместно с учащимися на практике знакомятся с высокими образцами народного искусства. Исследовательский подход в процессе изучения народной вышивки позволяет учащимся соприкоснуться с подлинной историей и освоить множество приемов рукоделия в совместном творческом процессе. Созданные учащимися и студийцами коллекции костюмов, декорированные различными видами вышивки высоко оцениваются экспертами на фестивалях и конкурсах.

Литература

1. Белов В. Лад: Очерки о народной эстетике. – Архангельск; Вологда, 1985. – С. 78.

Чтение – древнейший вид познавательной деятельности человека, но до сих пор в механизме чтения многое еще неясно. Мы предполагаем, что наблюдения за теми, кто только осваивает этот процесс, т.е. за детьми-дошкольниками, могут многое прояснить в понимании акта чтения.

Наибольшим достижением языкового развития в период среднего детства является развитие навыков, связанных с чтением и письмом. Написанные буквы

ифразы окружают нас повсюду, и примерно к пяти годам большинство детей хотят знать, что они значат. Подобно тому, как младшие дошкольники выучиваются говорить и понимать речь, старшие дошкольники выучиваются читать и писать, причем зачастую это происходит без целенаправленного вмешательства со стороны взрослых. Именно естественный интерес ребенка не превращает освоение чтения в сложный и иногда скучный процесс: в ка- кой-то момент количество переходит в качество, и ребенок начинает читать (а иногда - одновременно и писать). Данное утверждение вполне согласуется с теорией эмерджентной грамотности, согласно которой развитие представлено не только рядами результирующего развития (непрерывного усложнения элементов за счет накапливающихся изменений), но

ивозникновением совершенно новых рядов восходящего развития, внезапно выносящего на поверхность новое качество [3, с. 476]. Поэтому вместо того чтобы искать тот момент, когда у ребенка разовьется готовность к освоению письма и чтения, необходимо внимательное наблюдение за всем процессом овладения устной и письменной речью.

Таким образом, возьмем на себя смелость утверждать, что любой здоровый ребенок в дошкольном возрасте (четыре, пять, шесть лет – у каждого свой срок) способен самообучиться чтению. Взрослым при этом необходимы терпение и наблюдательность, чтобы дождаться и узнать, какой метод обучения выберет ребенок.

Предметом наших наблюдений стал процесс проговаривания (громкого, шепотного, внутреннего) у детей 5-6 лет в ходе чтения. Еще в 1950 г. А.Р. Лурия установил, что письмо регулируется не зрительными образами, не «механической» памятью руки, а рабо-

той речедвигательного аппарата: записывая текст, человек как бы продиктовывает его себе, обычно не осознавая этого [3, с. 16].

Поскольку письмо и чтение – два процесса, связанные между собой, следовательно, при чтении и письме могут наблюдаться сходные явления. В процессе наблюдений над формированием процесса чтения у детей-дошкольников нами неоднократно отмечалось, что ребенок при чтении любого слова, текста старательно «шевелит» губами, предварительно проговаривая слоги, отдельные звуки, слово полностью.

В популярной литературе последнего времени много говорится о технике быстрого чтения, при этом отмечаются основные недостатки традиционных методов чтения:

1.артикуляция при чтении;

2.малое поле зрения при чтении;

3.регрессии при чтении;

4.отсутствие гибкой стратегии при чтении;

5.отсутствие внимания при чтении.

Исходя из того, что объектом нашего наблюдения являются дети, которые постигают грамоту, нет смысла говорить о быстрочтении, и то, что называют первым из недостатков, в дошкольном возрасте становится одним из достоинств: при проговаривании в ходе чтения формируется грамотное письмо. Частично, вероятно, на этом основан феномен «природной грамотности».

В эксперименте участвовало 8 детей ДОУ № 127 г. Череповца в возрасте от 5 до 6 лет, умеющих читать. Чтение записывалось на диктофон. Был предложен следующий текст:

На дворе мороз и вьюга. Ветер кружит хлопья снега. Смолкли птичьи голоса. Только дятлы стучат по коре деревьев. Холодно зверям зимой. Медведь залег в берлогу. Лиса залезла в нору.

Результаты эксперимента обработаны с помощью таблиц. Приведем пример чтения предложенного текста Никитой Т. (6 лет 7 мес.). В тексте приняты следующие условные обозначения:

/ - пауза в слове или между словами, допускаемая ребенком в процессе чтения;

’ – знак, указывающий на длительное мягкое произношение;

- знак, указывающий на границы между предложениями.

На/ д /во/ре/ надворе мо/ро/з/ мороз /и/ в'в’ – это мягкий знак /юга - Ве/тер/ г/ру/зит/ хло/пья/с/не/га -

Ребенок читает осторожно: то букву за буквой, то слог за слогом, при этом ни одно слово не прочитано целиком, сразу. Наблюдается шепотное проговаривание, регрессии (непроизвольные возвратные движения глаз). Ребенок как бы читает текст дважды или трижды: для себя и для слушателя. Как установлено, чтение – это одновременно процесс приема и выдачи речи. Это означает, что текст считывается зрительным анализатором, если при чтении возникает внешняя артикуляция – проговаривание вслух или шепотом того, что читается, то возникает и внутреннее прослушивание. В этом случае задействованы зрительный, речеслуховой и речедвигательный анализаторы. Иначе говоря, текст ребенком воспринимается, проговаривается и прослушивается. Для взрослого такая многоступенчатая обработка текста не всегда обязательна, как правило, она присутствует лишь при чтении сложных текстов.

В большинстве случаев способ чтения текста детьми мы можем определить как своеобразное «орфографическое проговаривание». Под этим термином мы понимаем воспроизведение звуковой оболочки слова в соответствии с основными значениям букв. Нами отмечено, что дети стремятся четко произнести звуки, артикуляция работает с напряжением, выговаривается каждое слово. Звуки и слоги «обкатываются» еще и еще раз. Темп чтения замедленный, само чтение производит впечатление монотонного. Но такое чтение способствует формированию орфографического навыка, т.к. образ слова строится и откладывается в сознании ребенка по орфографическим нормам.

УДК 811-115

В приведенном выше тесте, прочитанном Никитой, мы видим, что мальчик старается передать сильные позиции фонем, отсюда «оканье», усиленное произнесение конечных согласных. Этому способствует и наличие слогоделения, паузы. В целом в результате такого орфографического прочтения складывается картина своеобразной орфографической ориентировки в тексте, что при переходе в дальнейшем к смысловому чтению позволит непроизвольно перейти к грамотному письму.

Аналогичные процессы отмечены нами и в устной речи детей-дошкольников. Так Саша К. в возрасте 5 лет 7 мес. начал четко «орфографически» произносить глаголы на ТСЯ и ТЬСЯ: «Мы пойдем купа*ТЬСЯ» или «Дедушка занимае*ТСЯ дровами». При чтении стал отчетливо проговаривать звонкие и глухие согласные: МОРКО *ВВ КА, КИСЛОРО* ДД. Такая тенденция к орфографическому проговариванию слов не всегда замечается родителями, но она существует [4, с. 81].

«Вероятно, ключ к разгадке стихийной и неосознанной грамотности ребенка и лежит в раскрытии основных закономерностей формирования этого предварительного проговаривания, которое предшествует написанию» и, следует добавить, - чтению. Думается, что эти слова из статьи Г.М. Богомазова [1, с. 104] могли бы стать эпиграфом нашей публикации.

Литература

1. Богомазов Г.М. Сосуществование двух фонологических систем в языке ребенка // Вопросы языкознания. –

2000. – № 1 – С. 104.

2. Крайг Г. Психология развития. – СПб., 2000. –

С. 476.

3.Лурия А.Р. Письмо и речь. Нейролингвистическое исследование. – М., 2002. – С. 16.

4.Швец В.М. Овладение детьми в раннем возрасте: стратегии и наблюдения // Человек пишущий и читающий: проблемы и наблюдения // Материалы международной конференции (14 - 16 марта 2002 г. Санкт-Петербург). –

СПб., 2004. – С. 81.

Л.М. Пахолкова

Череповецкий государственный университет

Проблеме эмотивности принадлежит важная роль в парадигме антропоцентической лингвистики. Эмотивность, являясь одной из составляющих человеческой личности, присуща в той или иной степени каждому тексту. Спектр изучения категории эмотивности не ограничивается сегодня художественным текстом. Целью данной работы является выявление специфики репрезентации категории эмотивности в по-

литическом дискурсе. К арсеналу языковых средств, структурирующих политический дискурс, относятся средства реализации эмотивности, воздействующие на эмоциональную сферу адресата. «Эмотивность является важнейшим компонентом прагматики языка, так как ниболее ярко воплощает в себе его воздействующую функцию» [5:5]. Претендент на высший пост в стране, кандидат, выдвигаемый партией,

как правило, владеет и умело пользуется языком для достижения цели – приходу к власти. Рассматривая речевое поведение политиков высшего ранга в разных странах с точки зрения проявления эмотивности, можно выделить универсальное и специфическое, свойственное национальной политической культуре. Эти наблюдения подтверждают мнение А. Вежбицкой [2] о том, что эмоции не могут быть идентифицированы без слов, а слова выражают определенную культуру. Сопоставительный линогвокультурологический анализ позволяет изучить национальные особенности выражения эмотивности в политическом дискурсе. В одной и той же ситуации представители разных лингвокультур по-разному номинируют свои эмоции. Момент выдвижения кандидата на выборы главы государства является значимым для политика и связан с эмоциями, о которых можно судить по их языковому выражению. В ФРГ и США это событие происходит традиционно на съезде партии: 22 съезд ХДС в 2008 г. утвердил подавляющим большинством голосов кандидатуру на выборы действующего канцлера Германии Ангелу Меркель, кандидатуру Барака Обамы выдвинул на второй срок съезд Демократической партии в сентябре 2012 г. В России эта традиция в процессе становления: в 2011 г. на 12 съезде «Единой России» Владимир Владимирович Путин был официально выдвинут кандидатом на пост Президента Российской Федерации.

Уровневый подход к определению средств и способов выражения категории эмотивности в политическом дискурсе позволил выявить их лингвокультурологические особенности, языковые единицы фонетического, лексического и синтаксического уровня. На фонетическом уровне отражение проявления эмоций мы находим в употреблении эмфатических структур, эмотивных предложений. В тексте эти структуры обозначены знаком восклицания: Ангела Меркель: «Genau das ist die Politik für die Zukunft, die

nur – ich betone: nur! – mit der Union möglich gewo r- den ist,…. Liebe Freunde, wenn wir uns die Frage st ellen „Sind wir in Deutschland vorangekommen?“, so gibt e s für mich diese klare Antwort: Ja! Ja, wir sind große Schitte in die richtige Richtung gegangen. Ja, Deutschland ist in den letzen drei Jahren stärker geworden . Und

Deutschland ist vor allen Dingen auch gerechter geworden». Путин: «Но, если мы действительно хотим добиться успеха, в центре нашего внимания всегда, постоянно должен быть человек – гражданин России!... Мы можем и должны преодолеть эти проблемы. Можем и должны!». На морфологическом уровне эмотивность выражается словообразовательными элеменами: префиксация, суффиксация, супплетивные формы. Выражением эмотивности служит сравнительная степень прилагательных: better, harder,

more, greatest,besser, höher, moderner, stärker, ge rechter, glücklichste (Tage), важнейший, возросший, более эффективной (система), больше. Ангела Меркель:

«Es gilt: Wo die CDU regiert, das geht es den Menschen besser, und wir wollen, dass die Menschen in euren Ländern weiter auf Erfolgsfokus bleiben». Барак Обама: « I've worked with business leaders who are bringing jobs back to America – not because our workers make less pay, but because we make better products. Because

we work harder and smarter than anyone else. ». Вла-

димир Путин: «Но я должен вам сказать, что мы не только полностью восстановили докризисный уровень рынка труда, мы даже сделали больше: сегодня у нас безработица ниже, чем было до кризиса». В английском и немецком языке продуктивны полусуффиксы прилагательных –voll, -reich ,-ful, придающих значение наличия признака: eindrucksvoll,

hoffnunsvoll, erfolgreich, hopeful. Наиболее ярко категория эмотивности в политическом дискурсе проявляется на лексическом уровне. Это слова с денотативной эмотивной семантикой: ausdrücklich,

herausragend, großartig, super, herzlich, stolz, st ärken, happy, love, pride, величие, богатство, достоинство, честь, гордость, великий, огромный, разрушитель-

ный, шок. Ангела Меркель: «Das kommende Jahr wird

ein Superwahljahr. Es liegt in unserer Hand, dass es ein super Wahljahr für die Union wird». Характеристика своей страны находит выражение в эмотивных структурах, которые подчеркивают гордость за свою страну руководителей государства. Ангела Меркель:

«Unser Land ist als Ideenschmiede und Innovationswerkstatt stark geworden». Барак Обама: «… goods that

are stamped with three proud words: Made in America».

Владимир Путин: «Россия не раз добивалась на- стоящих прорывов, достойных ее величия, достой- ных ее сил и таланта, богатства нашей культуры, общих ценностей, которые скрепляют единую и не- делимую российскую нацию, единую и неделимую

Россию».

Категория эмотивности реализуется в выступлениях не только лексическими, но и синтаксическими эмотивными структурами. В первую очередь, это побудительные предложения. Ангела Меркель:

«Verwenden wir doch erst einmal das Geld, das wir dorthin (die Strukturfonds) gegeben haben!» Риториче-

ские вопросы, ответы на которые дает сам высту-

пающий. Ангела Меркель: «Denn warum ist die Welt

in dieser schwierigen Lage?», «Liebe Freunde, wovon gehen wir aus?» Владимир Путин: «Что я имею в виду? За последние годы мы отстроили нормальную в принципе систему учета по налогам, которые имеют отношение к частной собственности граждан. Но за предыдущий период накопились и ошибки. Понятно, потому что это все-таки был период становления. Что имеется в виду? Ошибки в адресах, в персональных данных, в самом исчислении налоговых платежей». Барак Обама: « And together, I prom-

ise you - we can out-educate and out-compete any country on Earth … Four years ago, I promised to end the war in Iraq. We did. I promised to refocus on the terror-

ists who actually attacked us on 9/11. We have».

Среди стилистических средств эмотивности следует выделить сравнение, которое типично для всех выступающих, поскольку связано с общим экстралингвистическим фактором – сравнение с тем, что было до того, как данные политики пришли к власти и для отражения позитивной динамики их работы во главе государства. Ангела Меркель: «Damit stärken

wir die Zukunft wie noch keine Regierung zuvor,…. Die

Rente steht heute auf viel festeren Beinen als noch vor drei Jahren». Метафора имеет важное значение для эмотивной структуры дискурса и наиболее ярко от-

ражает лингвокультурологический аспект. Метафора придает высказываниям эмотивную окраску. В выступлении Ангелы Меркель метафора ниболее ярко представлена в текстообразующей функции: « Das

Land der Ideen sprüht vor Ideen,… Wir können heute erleben, dass die Welt ein globales Dorf ist,… verschrottetes Model als neues Traumauto unterjubeln.». Барак Обама: «You're the reason a young immigrant who grew up here and went to school here and pledged allegiance to our flag will no longer be deported from the only

country she's ever called home».

Использование интертекстуальных включений мы рассматриваем как одно из средств эмотивности.

Ангела Меркель: «Der Schriftsteller Uwe Tellkamp hat vor kurzem gesagt: “Wer den Sozialismus für das bes sere System hält, hat ihn nicht erlebt.”». Барак Обама:« And while I'm proud of what we've achieved together, I'm far more mindful of my own failings, knowing exactly what Lincoln meant when he said, "I have been driven to my knees many times by the overwhelming conviction that I had no place else to go." But as I stand

here tonight, I have never been more hopeful about America». Владимир Путин: «Люди справедливо го-

ворят о том, что возможность достойно жить, делать карьеру, зарабатывать, дать хорошее будущее детям должна быть не только в столицах и крупных городах, но и на всей территории страны – в любом городе и в любом поселке России.» Прецедентные тексты и имена также содержат эмоциональные смыслы. Владимир Путин: «Чего греха таить, многие наши граждане не довольны тем, что происходит во многих учреждениях здравоохранения».

К дискурсивным средствам реализации эмотивности мы относим лингвокультурологический аспект

– специфику национальной политической культуры. Различие в процедуре выдвижения заключается в том, что Ангела Меркель и Барак Обама являются членом партии, которая их выдвинула. Президент России членом партии, которая его выдвигает. Этим объясняется более интенсивная репрезентация положительных эмоций относительно политической партии, выдвигающей кандидата у Ангелы Меркель и Барака Обамы. Ангела Меркель: «Ich begrüße Sie alle

recht herzlich zum Parteitag der Partei in Deutschland, die wie keine andere unser Land geprägt und gestalt et hat. ….. Die Menschen in Deutschland können sich au f die CDU verlassen, und wir in der CDU können uns

aueinander verlassen...Die CDU ist stark: in den Kommunen, in den Ländern, im Bund und in Europa ». Барак Обама: «Over the next few years, big decisions will be

made in Washington, on jobs and the economy; taxes and deficits; energy and education; war and peace - decisions that will have a huge impact on our lives and our children's lives for decades to come. On every issue, the choice you face won't be just between two candidates or two parties. It will be a choice between two different

paths for America. A choice between two fundamentally different visions for the future». Владимир Путин: «

Наша политика должна быть абсолютно правдивой, честной и последовательной. Только тогда «Единая

Россия» будет по-прежнему оставаться партией народного доверия, партией, способной предложить нации конструктивную объективную повестку,

обеспечить стабильное развитие страны, защи-

тить гражданский мир и общественное согласие.»

Относительно выражения чувств благодарности к присутствующим на съезде Ангела Меркель употребляла предикаты эмоций на протяжении всего вы-

ступления: «Ich danke meinen vier Stellvertretern Roland Koch, Jürgen Rüttgers, Annette Schavan und Chr istian Wulff und unserem Generalsekräter Ronald Pofalla,…Und Dank auch an alle Mitglieder der Bundesfraktion von CDU und CSU,…ich danke auch Minis-

terpräsidenten,…Dafür ein herzliches Dank ». Барак Обама: «And Joe Biden, thank you for being the best

Vice President I could ever hope for. Madam Chair-

woman, delegates, I accept your nomination for President of the United States». Путин В.: «В связи с этим

хочу вам высказать слова благодарности за поло- жительную реакцию на предложение мне баллоти-

роваться в качестве Президента. Для меня это ог- ромная честь! Спасибо… . И хочу сказать огромное спасибо гражданам России за понимание и поддержку, за результат вашей работы ».

К лингвокультурологическому аспекту мы относим то обстоятельство, что американская политическая культура допускает открытое выражение чувств для политиков высокого ранга, что не характерно для германской и российской политической культуры. Одним из наиболее ярких выступлений на съезде Демократической партии было выступление жены Президента Мишель Обама. Барак Обама привлекает внимание аудитории в начале выступления объяснением в любви своей жене и дочерям: «Michelle, I love

you. The other night, I think the entire country saw just how lucky I am. Malia and Sasha, you make me so proud,

but don't get any ideas, you're still going to clas tomorrow». Публичное выражение эмоций характерно для Барака Обамы и вызывает одобрение американских избирателей, которым симпатичен Президент, дорожащий семейными ценностями. Барак Обама не раз обращается в своей речи к теме своей семьи: с гордостью говорит о своих бабушке и дедушке в труд-

ные для Америки времена: «Ours is a fight to restore the values that built the largest middle class and the strongest economy the world has ever known; the values my grandfather defended as a soldier in Patton's Army;

the values that drove my grandmother to work on a bomber assembly line while he was gone.». Это упоми-

нание должно являться свидетельством патриотизма семьи Барака Обамы. Говоря о среднем классе, Барак Обама вновь в качестве примера приводит свою се-

мью:«Education was the gateway to opportunity for me. It was the gateway for Michelle. And now more than

ever, it is the gateway to a middle-class life».

К эмотивным темам мы относим обращение к Богу, которое характерно для выступлений Ангелы Меркель и Барака Обамы. Ангела Меркель: «Wir

müssen eben auch über die Verantwortlichkeiten spre - chen; denn zu unserem Verständnis von Freiheit gehö rt das Wissen um die Verantwortumg für das eigene Tun und Lassen. Das ergibt sich aus unserem christlichen

Menschenbid, aus dem C im Namen unserer Partei».

Барак Обама:«We draw strength from our victories, and we learn from our mistakes, but we keep our eyes fixed on that distant horizon, knowing that Providence is with

us, and that we are surely blessed to be citizens of the

greatest nation on Earth. Thank you, God bless you, and may God bless these United States. ». Для российской политической культуры этот прием в институциональном дискурсе на сегодняшний день не типичен.

Важную роль в реализации эмотивности имеет полемика с конкурентами по предвыборной борьбе. В выступлении Владимира Путина отсутствует критика политических противников в отличие от Ангелы Меркель и Барака Обамы. Ангела Меркель: «Er-

folgreiche politik von CDU und CSU hilft den Menschen in Deutschland. Unsere Bilanz ist eindrucksvoll. Die Zahl de arbeitslosen liegt nach langer Zeit wieder unter drei Millionen. Damit sind mehr als zwei Millionen

Menschen weniger arbeitslos als unter Rot-Grün ». Барак Обама:«After all, you don't call Russia our number

one enemy - and not al Qaeda - unless you're still stuck in a Cold War time warp. You might not be ready for diplomacy with Beijing if you can't visit the Olympics without insulting our closest ally. My opponent said it was "tragic" to end the war in Iraq, and he won't tell us how he'll end the war in Afghanistan. I have, and I will.

And while my opponent would spend more money on military hardware that our Joint Chiefs don't even want,

I'll use the money we're no longer spending on war to pay down our debt and put more people back to work - rebuilding roads and bridges; schools and runways…Now, our friends at the Republican convention were more than happy to talk about everything they think is wrong with America, but they didn't have much to say

about how they'd make it right. They want your vote, but they don't want you to know their plan». Полемика с конкурентами по политической борьбе имеет отрицательные эмоциональные смыслы.

В заключение следует сказать следующее: Уровневый подход к определению средств и способов выражения категории эмотивности в политическом

УДК 81’26 651.956

дискурсе позволил выявить их лингвокультурологические особенности, языковые единицы фонетического, лексического и синтаксического уровня. Отражение категории эмотивности в политическом дискурсе связано с национальными особенностями политической культуры. Кандидат на высший пост в своей стране учитывает особенности менталитета своих граждан, используя вербальные и невербальные средства выражения эмотивности. В исследуемом жанре политического дискурса преобладают положительные эмоции, что определяется экстралингвистическими факторами. Основными языковыми средствами эмотивности в политическом дискурсе являются лексические средства с положительными коннотациями, словообразовательные элементы, синтаксические и стилистические средства, включающие сему эмотивности и реализующие эмоциональные смыслы.

Литература

1.Бирюкова Е.В. Реализация категории эмотивности в политическом тексте (на материале речей американских президентов). – СПб., 2004.

2.Вежбицкая А. Сопоставление культур через посредство лексики и прагматики. – М., 2001.

3.Ленько Г.Н. Выражение категории эмотивности в художественных произведениях французских, английских

инемецких авторов конца ХХ-начала ХХI вв. – М., 2011.

4.Филимонова О.Е. Язык эмоций в английском языке. Когнитивный и коммуникативный аспекты. – СПб., 2001.

5.Шаховский В.И. Категоризация эмоций в лексикосемантической системе языка. – М., 2008.

Источники

http://www.stuttgart08.cdu.de/rede-merkel-stbericht.pdf http://Speech-from-democratic-national-convention-2012 http://er.ru/news/2011/9/24

Т.В. Пахолкова

Череповецкий государственный университет

Данная статья выполнена в русле коррекционной лингвистики и имеет значение для прикладного переводоведения. Поводом для написания послужило неграмотное отношение к переводу исполнителей заказных работ, как в частном порядке, так и в некрупных переводческих бюро. Руководители экономят на редакторе, и в результате клиент получает некачественный перевод, иногда даже не подозревая об этом.

При переводе и редактуре текста очень важно учитывать цель, для которой выполнялся перевод, и в зависимости от этого больше внимания уделять тем или иным аспектам. В то же время критичность разных ошибок для разных переводов различна. Приведем вариант лишь соотношения документального перевода в зависимости от цели его выполнения

и наиболее критичных для данного вида ошибок, которых в тексте однозначно быть не должно.

При переводе документов физических и юридических лиц целью, как правило, является направление их в органы власти иностранного государства, реже – для ознакомления в частном или корпоративном порядке.

Критичные ошибки, которые рассматриваются в данной статье, касаются лишь одного аспекта: написании имени, фамилии и отчества. Анализ составлен на основе некоторых переводов, представленных для нотариального заверения. Качество выполняемого заверенного перевода особенно важно, поскольку в официальных документах значение имеет каждое слово и каждая буква.

Пример: Перевод свидетельства о рождении дочери и свидетельства о браке родителей для предоставления в консульство Германии. Переводчик произвольно передает фамилию членов семьи, не учитывая того, что эту информацию необходимо было заранее запросить у заказчика перевода, причем не в устной форме, а исключительно в виде копии с загранпаспорта. Иначе, например, Татьяна может быть

Tatiana, Tajana, Tat‘ana и Tatyana. Если отец имеет имя Fyodor (Федор) в загранпаспорте, недопустимо в свидетельстве о браке писать Fiodor, Fjodor или Fodor и в свидетельстве о рождении дочери нужно писать только Fyodorovna. При переводе нескольких документов одного лица или членов одной семьи непременным условием является отсутствие разночтений.

Для передачи русских имен латинскими буквами в мире употребляется около 20 различных систем транслитерации и транскрипции. Самые известные из них разработаны Международной организацией по стандартизации (ISO), Немецким институтом стандартизации (DIN), Американской библиотечной ассоциацией (ALA), Британской организацией по стандартизации (BSI).

Если выдан заграничный паспорт с уже имеющимся вариантом написания фамилии и имени латинским шрифтом, то в переводе документа имя собственное указывается так, как оно напечатано в паспорте. Несмотря на наличие норм для загранпаспортов в открытом доступе, переводчик рискует, самостоятельно передавая фамилию и имя, руководствуясь указанной в «Приказе МВД….» таблицей. Разночтения возникают при передаче букв е- ye, e; е - yо,

о; ей – ey или yey [1].

Только один правильный вариант написания фамилии, имени и отчества при переводе с русского есть тогда, когда определяются конкретные требования о том, какую норму следует соблюдать или какой ссылочный документ содержит официальный вариант написания. Если заказчик перевода требует использования указанного в паспорте варианта написания имени и фамилии, то именно этот вариант и есть единственный правильный.

В остальных случаях, в отсутствии иных требований со стороны заказчика, для перевода официальных документов применяется транслитерация согласно стандарту ISO. А результат будет таким же однозначным и правильным, если сопровождается отметкой «согласно ISO 9:1995» [3]. Об этом знают все опытные переводчики в России и за рубежом.

Genau eine richtige Schreibweise von Personennamen bei der Übersetzung aus dem Russischen gibt es, wen n konkrete Vorgaben gemacht werden, welche Norm einzuhalten oder welches Bezugsdokument für die Schrei b- weise maßgeblich ist. Gibt der Auftraggeber bei ein em Übersetzungsauftrag vor, dass die im vorgelegten Pa ss eingetragene Schreibweise von Vorund Familienname zu verwenden ist, dann ist genau dies die „eine ric htige“ Schreibweise. Ansonsten wird bei Urkundenübersetzun - gen ohne anders lautende kundenseitige Vorgaben nach der ISO-Norm transliteriert. Das Ergebnis ist, wenn mit dem Zusatz „nach ISO 9:1995“ versehen, auch hier ei n- deutig und richtig.

Пример допустимого написания русских имен собственных латинским шрифтом:

В документе на русском языке: Дарья Вячесла-

вовна Щусева

Перевод в соответствии с нормой ISO 9:1995

Dar’ â Vâ česlavovna Ŝuseva

Написание в паспорте: Dar‘ya Shchuseva Транслитерация по норме ISO 9 (1995) является

строгой транслитерацией. Это означает, что каждой букве языка оригинала соответствует только одна буква целевого языка (иногда с диакритическими знаками). В этом и заключается основное преимущество этой нормы перед другими. Таким образом, становится возможной однозначная обратная транслитерация, т.е. всегда можно правильно восстановить исходное написание имени. Количество букв остается неизменным. Хрущев не превратится в

Хрушчова (Chruschtschjow), Татьяна в Татиану

(Tatiana), а Зоя в Цойю (Zoya). Случаи различного написания часто происходили до 1995 г. или фамилию переводчик «перевел» по правилам, известным только ему самому.

В загранпаспортах, выданных в РФ, сейчас используется транскрипция на основе английского языка, а раньше применялась транскрипция на основе французского языка. Немецкие же органы власти считают необходимым, чтобы при переводе документов, например, свидетельств о рождении, переводчик использовал нормы транслитерации, разработанные Международной организацией по стандарти-

зации (ISO).

Недостатком норм ISO является, во-первых, наличие диакритических знаков, что иногда затрудняет письменное воспроизведение, а также необходимость знаний правил этой системы транслитерации для устного воспроизведения или обратной транслитерации. Ведь для того чтобы прочитать транслитерированную фамилию, к примеру, Hruŝov, необходимо знать, что ŝ по нормам ISO заменяет русскую

«щ».

Итак, при переводе официальных документов с русского языка на немецкий язык имена собственные транслитерируются в соответствии с международной нормой ISO 9:1995, если заказчик не предоставил копию загранпаспорта. Редко, но некоторые органы ФРГ требуют выполнения перевода по нормам DIN 1460, о чем делается специальная помета в запросе на перевод. ISO - международный стандарт, DINспециально немецкий [4]. И решать, принимать тот или иной вариант, имеют право учреждения на месте.

При переводе с немецкого на русский язык передача составляющих имени, к сожалению, никак не регламентируется. Нормы практической транскрипции носят рекомендательный характер, что может привести к разнообразным недоразумениям, например, к различному написанию одной и той же фамилии у супругов, родителей и детей.

Загсы интересуют, в первую очередь, свидетельства, подтверждающие гражданское состояние лица. Актами гражданского состояния являются рождение, заключение или расторжение брака, усыновление или удочерение, установление отцовства, перемена

имени и смерть. Эти акты подлежат обязательной государственной регистрации в органах загс. Так как именно регистрация актов гражданского состояния является основой для индивидуальной юридической идентификации.

Загсы ведут книги регистрации актов гражданского состояния и выдают свидетельства, подтверждающие регистрацию этих актов (свидетельства о рождении, браке, смерти и т. д.). Паспорт не является свидетельством о регистрации акта гражданского состояния, он является основным документом, удостоверяющим личность.

Первым документом, подтверждающим гражданское состояние, является свидетельство о рождении. Загсам необходимо знать побуквенное написание вашего имени, полученного вами при регистрации рождения. Ведь в загранпаспортах способ написания имен на латинице может отличаться от государства к государству или измениться в будущем. Поэтому все переводы, предъявляемые загсам, должны в обязательном порядке содержать транслитерацию имени, фамилии, отчества в соответствии с нормами ISO. Сотрудники немецких загсов в курсе того, что написание имени в загранпаспорте часто отличается от его написания по нормам ISO.

Иначе обстоит дело со школьными аттестатами, дипломами, трудовыми книжками, различными справками, предназначенными для других учреждений. Работники этих учреждений могут и не знать, что такое нормы ISO, и различное написание фамилии в дипломе и паспорте, действительно, может сбить их с толку.

Поэтому в таких документах, по просьбе заказчика, полезно указывать два (а иногда и три) варианта написания имени. Если доказательств определенного написания фамилии не было предъявлено, все, что может сделать переводчик, – это транслитерировать имя по нормам ISO.

Способ транслитерации / транскрипции тоже должен быть указан в примечании переводчика или в тексте заверения.

Решающее значение имеет способ написания имени в книгах регистрации актов гражданского состояния, которые ведут загсы. В документах, выдаваемых впоследствии, имя будет записано так, как оно записано в этих книгах. Способ написания имени регламентируется «Руководством для чиновников загса и органов их надзора» в последней редакции 2007 г, которое в свою очередь, берет за основу меж-

дународную конвенцию «Convention relative à l'indi-

cation des noms et prénoms dans les registres de l'état civil» от 13.09.1973, разработанную Международной комиссией по вопросам гражданского состояния

(Commission internationale de l’état civil, CIEC) [2].

В § 49, пункт 2, руководства для чиновников загса говорится:

"Werden für eine fremde Sprache andere als lateinische Schriftzeichen verwendet, so sind Namen und andere Wörter so weit wie möglich durch Transliteration wiederzugeben, das heißt, dass jedes fremde Schrif tzeichen durch das gleichwertige lateinische Schriftzeichen wiederzugeben ist. Hierbei sind nach dem Übereinkom - men über die Angabe von Familiennamen und Vornamen in den Personenstandsbüchern (§ 113 Abs. 1 Nr. 30) die Normen der Internationalen Normenorganisation

(ISO) anzuwenden. Ergibt sich die lateinische Schreibweise des Namens aus einer Personenstandsurkunde oder aus einer anderen öffentlichen Urkunde des Heimatst aates des Betroffenen (z. B. Reisepass), so ist diese

Schreibweise maßgebend" [2].

Это означает, что в книгах регистрации актов гражданского состояния имена должны передаваться в соответствии с нормами ISO, за исключением случаев, когда в наличии имеется свидетельство, выданное загсом Германии или иностранного государства, или другой официальный документ, выданный в государстве происхождения (например, загранпаспорт), в котором уже имеется написание имени или его составляющих на латинице. В этих случаях решающее значение будет иметь способ написания, применяемый в этих документах.

Если же документов, в которых имя записано латинскими буквами нет, то определяющим будет являться написание по нормам ISO. Т.е. даже если бы переводчик в переводе свидетельства о рождении записал бы фамилию Шмидт как Schmidt, в книге регистрации актов гражданского состояния, а значит и в удостоверении личности, эта фамилия будет записана как Shmidt – так, как она записана загранпаспорте. (Примечание: эти правила не распространяются на поздних переселенцев). Отчество же будет записано по нормам ISO, так как в загранпаспорте отчество на латинице не указывается. Опустить его тоже нельзя, ведь отчество является составляющей имени, полученного при регистрации акта рождения. Написание по нормам ISO Šmidt тоже будет зафиксировано на случай, если нужно будет восстановить оригинальное написание фамилии.

Если после бракосочетания гражданка России решит поменять девичью фамилию на фамилию своего супруга-немца, то в книгу регистрации актов гражданского состояния ее новую фамилию внесут на основании свидетельства о браке – документа, подтверждающего акт регистрации гражданского состояния, в нашем примере Schmidt. С этого момента этот способ написания будет являться определяющим. В случае принятия немецкого гражданства она получит удостоверение личности с фамилией Schmidt, даже если в ее загранпаспорте будет указана фамилия Shmidt.

English: Shmidt; Français: Chmidt; Deutsch: Schmidt; ISO 9: Šmidt [5].

Литература

1. Приказ Министерства внутренних дел Российской Федерации от 31 декабря 2003 г. № 1047 г. Москва “ О внесении изменений и дополнений в приказ МВД России от 26 мая 1997 г. № 310 "Об утверждении Инструкции о порядке оформления и выдачи паспортов гражданам Российской Федерации для выезда из Российской Федерации и въезда в Российскую Федерацию".

2. Dienstanweisung für die Standesbeamten und ihre Aufsichtsbehörden, 2007.

3."ISO-Transliterationsnormen" Verlag für Standesam tswesen, 6000 Frankfurt am Main.

4. Modul und Onlinedienst zur Umschrift verschiedener Alphabete nach diversen Standards (inklusive ISO 9 und DIN 1460 für Kyrillisch).

5. http://www.german-russian.eu/