Русская архитектура второй половины 19-го – нач. 20 в.В.

Уже с 30-40-х гг. 19 в. начали проявляться признаки упадка классицизма (отступление от строгих правил стиля: усложнение фасадов, их перегрузка декоративными элементами).

Эклектика

Направление, при котором происходило смешение форм различных стилей.

Исаакиевский собор - (1818-1858, А.Монферан) - является архитектурным памятником позднего классицизма и самым грандиозным сооружением в русской архитектуре. Отличается чрезмерными основными элементами: колоссальными портиками, мощными стереобатами (преувеличение ордерных форм). Поэтому собор выпадает из масштаба, установленного для застройки Петербурга. В архитектуре сооружения проявляется смешение стилей: классические портики существуют рядом с барочным оформлением окон. Все это признаки распада классицизма. Однако следует отметить чрезвычайно высокий строительный уровень собора: впервые используются выдающиеся инженерные и научные изобретения (металлические конструкции купола, гальванопластика в изготовлении бронзовых скульптуры, устройства для подъема тяжелых элементов).

Со второй половины 19 в. быстрое развитие строительной техники еще не получило должного отражения в развитии архитектурных форм. Архитекторы, не имея общих взглядов на пути развития зодчества, механически воспроизводят формы различных исторических стилей. В застройке города основное место начинают занимать доходные дома. Для придания им парадности заимствовались архитектурные мотивы готики, ренесанса и в особенности барокко. В русле эклектики родился псевдорусский стиль. Храм Воскресенья Христова - "Спаса на крови" (Альфред Парланд, 1883-1907) - пример эклектической стилизации русской архитектуры 16-17 вв. с попыткой воспроизведения храма Василия Блаженного.

Русско-византийский стиль

Появление русско-византийского стиля в архитектуре 19в. было вызвано ростом национального самосознания в русском обществе. Архитекторы использовали в своих постройках мотивы древнерусского зодчества, на которое влияла византийская культура. Вырабатывая этот стиль, архитектор К.Тон пытался не только вернуться к формам и деталям старинных национально-русских построек, но и сообщить им большую правильность, гармоничность и соответствие с новейшими потребностями и художественными принципами. Тону принадлежит та заслуга, что он первый отвернулся от слепого подражания западноевропейским образцам и указал русским архитекторам на богатый источник вдохновения, кроющийся в памятниках родной старины.

Храм Христа Спасителя в Москве.

Постройка грандиозного сооружения продолжалась много десятилетий (1832-1883). Высота храма составляет 103 м (на 1,5 м выше, чем Исаакиевский собор).

По замыслу К. А. Тона, Храм Христа Спасителя должен был стать сооружением, соединяющим в себе как традиции классических примеров, так и черты Владимиро-Суздальского зодчества. Прототипами храма в Москве служат Успенский и Архангельский соборы Московского Кремля. Огромный центральный купол был поставлен на высокий световой барабан. Широко разнесенные малые четыре главы венчают колокольни. В плане храм представляет собой равноконечный крест с выступами в углах. Фасады подчинены симметрии (со всех четырех сторон одинаковы). Плоскости стен оформлены резьбой и скульптурой.

Храм был взорван в 1931 году и воссоздан в 1994-1999 годах.

Собор Святой Екатерины в Царском Селе.

Близкой по стилю являлись и другие соборы, спроектированные Тоном: в т.ч. и Св. Екатерины в Царском Селе (1835—1840). Основные черты его облика близки архитектуре владимиро-суздальских храмов: Квадратный в плане (с двумя выступами) крестовокупольный пятиглавый храм (барабан опирается на квадрат из четырех опор при помощи парусов, к которым с четырех сторон примыкают цилиндрические своды). Центральный барабан несет купол крупной главы. Угловые части храма между ветвями креста перекрыты куполами малых глав. Акцентами композиции служат килевидные закомары с рельефами, лопатки и столбы в оформлении углов. По средним осям фасадов расположены перспективные порталы. Храм был взорван в 1938 году и воссоздан в 2007-2010 годах. Объем собора заполнил “провал” в городской среде, замкнул перспективы улиц Оранжерейной, Леонтьевской, Пушкинской и Московской, усилил значимость царскосельских парков и бульваров.