Ugolovnoe_pravo_Rossii

нападения.

Не могут рассматриваться как превышение пределов необходимой обороны также причинение смерти или

тяжкого вреда здоровью по малозначительному поводу (например, для предотвращения кражи яблок из сада)[23].

При необходимой обороне может быть правомерно причинён вред, который фактически является большим, чем посягающий реально причинил в ходе нападения[10].

Мнимая оборона

Мнимая оборона имеет место, когда отсутствует реальное общественно опасное посягательство и лицо лишь ошибочно предполагает наличие такого посягательства[5]. Квалификация в таких случаях осуществляется по правилам об ошибке в фактических обстоятельствах причинения вреда.

В тех случаях, когда обстановка происшествия давала основания полагать, что совершается реальное посягательство, и лицо, применившее средства защиты, не сознавало и не могло сознавать ошибочность своего предположения, его действия следует рассматривать как совершенные в состоянии необходимой обороны[5]. В данном случае ответственность исключается, так как вред причинён невиновно[24].

Если при этом лицо превысило пределы защиты, допустимой в условиях соответствующего реального посягательства, оно подлежит ответственности как за превышение пределов необходимой обороны[5].

Если же лицо причиняет вред, не сознавая мнимости посягательства, но по обстоятельствам дела должно было и могло это обстоятельство осознавать, действия такого лица подлежат квалификации по статьям уголовного кодекса, предусматривающим ответственность за причинение вреда по неосторожности (в форме преступной небрежности)[5].

Наконец, если лицо понимало, что нападение является мнимым, любой причинённый вред влечёт за собой ответственность по статьям уголовного кодекса, предусматривающим ответственность за умышленное причинение вреда[25].

Примечания

[1]Уголовное право России. Практический курс / Под общ. ред. А. И. Бастрыкина; под науч. ред. А. В. Наумова. М., 2007. С. 162.

[2]Комментарий к Уголовному кодексу Российской Федерации. Общая часть / Под ред. Ю. И. Скуратова, В. М. Лебедева. М., 1996. С. 97.

[3]Курс уголовного права. Общая часть. Том 1: Учение о преступлении / Под ред. Н. Ф. Кузнецовой, И. М. Тяжковой. М., 2002. С. 471—472.

[4]Курс уголовного права. Общая часть. Том 1: Учение о преступлении / Под ред. Н. Ф. Кузнецовой, И. М. Тяжковой. М., 2002. С. 472.

[5]См. Постановление Пленума Верховного Суда СССР от 16.08.1984 № 14 в Викитеке.

[6]Уголовное право России. Практический курс / Под общ. ред. А. И. Бастрыкина; под науч. ред. А. В. Наумова. М., 2007. С. 162—163.

[7]Курс уголовного права. Общая часть. Том 1: Учение о преступлении / Под ред. Н. Ф. Кузнецовой, И. М. Тяжковой. М., 2002. С. 465.

[8]Судебная практика Верховного Суда СССР. Вып. V. М., 1945. С. 20; Уголовное право России. Практический курс / Под общ. ред. А.

И.Бастрыкина; под науч. ред. А. В. Наумова. М., 2007. С. 167.

[9]Курс уголовного права. Общая часть. Том 1: Учение о преступлении / Под ред. Н. Ф. Кузнецовой, И. М. Тяжковой. М., 2002. С. 466.

[10]Уголовное право России. Практический курс / Под общ. ред. А. И. Бастрыкина; под науч. ред. А. В. Наумова. М., 2007. С. 166.

[11]Слуцкий И. И. Необходимая оборона и крайняя необходимость в советском уголовном праве. Л., 1962. С. 66.

[12]Наумов А. В. Российское уголовное право. Курс лекций. В двух томах. Т. 1. Общая часть. М., 2004. С. 316.

[13]Курс уголовного права. Общая часть. Том 1: Учение о преступлении / Под ред. Н. Ф. Кузнецовой, И. М. Тяжковой. М., 2002. С. 464.

[14]Курс уголовного права. Общая часть. Том 1: Учение о преступлении / Под ред. Н. Ф. Кузнецовой, И. М. Тяжковой. М., 2002. С. 469.

[15]Курс уголовного права. Общая часть. Том 1: Учение о преступлении / Под ред. Н. Ф. Кузнецовой, И. М. Тяжковой. М., 2002. С. 463.

[16]Уголовное право России. Практический курс / Под общ. ред. А. И. Бастрыкина; под науч. ред. А. В. Наумова. М., 2007. С. 164.

[17]Меркурьев В.В. Необходимая оборона: уголовно-правовые и криминологические аспекты: Автореф. дис. ... канд. юрид. наук. Рязань, 1998. С. 17.

[18]Уголовное право России. Практический курс / Под общ. ред. А. И. Бастрыкина; под науч. ред. А. В. Наумова. М., 2007. С. 165.

[19]Орехов В. В. Необходимая оборона и иные обстоятельства, исключающие преступность деяния. СПб., 2003. С. 83.

[20]Курс уголовного права. Общая часть. Том 1: Учение о преступлении / Под ред. Н. Ф. Кузнецовой, И. М. Тяжковой. М., 2002. С. 471.

[21]Уголовное право России. Практический курс / Под общ. ред. А. И. Бастрыкина; под науч. ред. А. В. Наумова. М., 2007. С. 168.

[22]Дмитренко А. Л. Пределы правомерности права на необходимую оборону. Ставрополь. 2000. С. 104.

[23]Курс уголовного права. Общая часть. Том 1: Учение о преступлении / Под ред. Н. Ф. Кузнецовой, И. М. Тяжковой. М., 2002. С. 470.

[24]Уголовное право России. Практический курс / Под общ. ред. А. И. Бастрыкина; под науч. ред. А. В. Наумова. М., 2007. С. 169.

[25]Уголовное право России. Практический курс / Под общ. ред. А. И. Бастрыкина; под науч. ред. А. В. Наумова. М., 2007. С. 170.

Причинение вреда при задержании лица, совершившего преступление

Причинение вреда при задержании лица, совершившего преступление — обстоятельство, исключающее преступность деяния, предусмотренное уголовным законодательством России и некоторых других стран. Устанавливается, что допустимым является причинение вреда лицу, которое совершило завершённое преступное деяние и пытается избежать ответственности за него, в целях его задержания для передачи правоохранительным органам и предотвращения совершения данным лицом новых преступлений.

От необходимой обороны данное обстоятельство отличается тем, что вред причиняется в момент, когда посягательство уже не является наличным, когда преступник уже завершил совершение действий, направленных на причинение преступного вреда[1]. При этом необходимо иметь в виду, что фактически преступление может быть завершено позже, чем оно будет признано оконченным юридически: например, моментом юридического окончания разбойного нападения по УК РФ признаётся момент начала нападения, а моментом фактического завершения — момент прекращения насильственных действий, направленных на изъятие имущества[2].

Право на задержание преступника в законодательстве стран мира

В большинстве стран действия лиц, совершающих задержание преступника, в том числе с причинением ему вреда, регулируются уголовно-процессуальным правом[3]. Однако есть и государства, в которых задержание рассматривается как уголовно-правовой институт.

Так, в УК Узбекистана соответствующая норма предусмотрена ст. 39. При определении пределов причиняемого вреда предлагается учитывать силу и возможности задерживающего, его душевное состояние и другие обстоятельства, связанные с фактом задержания. Право на задержание предоставляется не только специально уполномоченным лицам, но и потерпевшим, а также иным гражданам[4].

УК Латвии в явной форме устанавливает границы вреда, причиняемого при задержании: если преступление причинило материальный ущерб, допустимо причинение задерживаемому легкого или менее тяжкого телесного повреждения; если это лицо совершило убийство — допустимо причинение тяжкого телесного повреждения, но лишь в случае, если такое лицо нельзя задержать иным способом (ст. 142)[4].

Задержание преступника в уголовном праве России

Ст. 38 Уголовного кодекса РФ устанавливает условия признания задержания преступника правомерным. Не является преступлением причинение вреда лицу, совершившему преступление, при его задержании для доставления органам власти и пресечения возможности совершения им новых преступлений, если иными средствами задержать такое лицо не представлялось возможным и при этом не было допущено превышения необходимых для этого мер.

Условия правомерности задержания

Задерживать можно лицо, которое совершило деяние, которое по своим объективным (внешним) признакам воспринимается как преступление[5]. При этом неважно, может ли данное лицо нести ответственность за это деяние, совершило ли оно его виновно и т. д. Задержание может основываться на обоснованном предположении о совершении преступления именно данным лицом; необязательно, чтобы в отношении этого лица был вынесен какой-либо процессуальный документ (постановление о возбуждении уголовного дела, постановление о привлечении в качестве обвиняемого, приговор и т.д.)[6]. Допускается задержание уже осуждённого лица, которое пытается избежать ответственности. Запрещается причинение вреда лицу, которое совершило не преступление, а иное правонарушение, административное или гражданское.

Осуществлять задержание могут как специально уполномоченные лица (сотрудники правоохранительных органов), так и все остальные граждане, которые явились очевидцами деяния, либо по иной причине с достаточной уверенностью могут утверждать, что имеют дело с преступником[6]. По данным исследований Ю. В. Баулина, задержание в 32,7% случаев осуществляется самим потерпевшим, в 40,8% — общественностью и в 0,5% — работниками правоохранительных органов[7]. Для сотрудников правоохранительных органов и иных представителей власти уголовно-процессуальным законодательством (ст. 91 УПК РФ) и должностными уставами могут быть установлены особые требования к процедуре задержания.

Задержание производится со строго определённой целью: доставление лица органам власти или пресечение его возможных последующих преступных посягательств. Применяемое при задержании насилие должно способствовать достижению этой цели и соответствовать характеру и степени общественной опасности совершенного задерживаемым деяния[8]. Если насилие используется в других целях (например, в целях мести), такие действия правомерными признаны быть не могут.

Закон не ограничивает круг деяний, с совершением которых может быть связано причинение вреда при задержании. Теория уголовного права и правоприменительная практика исходят из неправомерности применения при задержании лиц, совершивших преступления небольшой тяжести (например, оскорбление), любого насилия, что фактически исключает возможность правомерного причинения вреда при задержании такого лица.

В случае, если лицо ошибочно полагает, что задерживает преступника, в то время как задерживаемое лицо таковым не является, применяются правила о фактической ошибке, которые выработаны судебной практикой для мнимой обороны[9].

Пределы мер, необходимых для задержания лица

Превышением мер, необходимых для задержания лица, совершившего преступление, признается их явное несоответствие характеру и степени общественной опасности совершенного задерживаемым лицом преступления и обстоятельствам задержания, когда лицу без необходимости причиняется явно чрезмерный, не вызываемый обстановкой вред. Такое превышение влечет за собой уголовную ответственность только в случаях умышленного причинения вреда.

Несоответствие вреда характеру и степени общественной опасности посягательства должно быть явным, то есть причинённый при задержании вред должен очевидно не соответствовать вреду, который ранее причинило задерживаемое лицо. Большинство учёных считает, что уголовно наказуемым является только причинение смерти, тяжкого или средней тяжести вреда здоровью при превышении пределов мер, необходимых для задержания лица (поскольку ответственность только за эти деяния предусмотрена ч. 2 ст. 108, ч. 2 ст. 114 УК РФ)[8]. Есть и другое мнение, согласно которому наказуемым является и причинение вреда меньшей тяжести, а

нарушение условий правомерности причинения вреда рассматривается как смягчающее обстоятельство (п. "ж" ч. 1 ст. 61 УК РФ)[3].

Спорной является возможность причинения смерти при задержании. Большинство учёных всё же допускает такую возможность, при условии совершения лицом особо тяжких преступлений, в первую очередь против жизни, если есть опасность, что это же лицо может совершить и новые преступления[10].

Примечания

[1]Уголовное право России. Практический курс / Под общ. ред. А. И. Бастрыкина; под науч. ред. А. В. Наумова. М., 2007. С. 170.

[2]Баймакова Н. Н. Оконченное преступление и момент окончания преступления // Российская юстиция. — 2010. — № 9. — С. 9-12.

[3]Курс уголовного права. Общая часть. Том 1: Учение о преступлении / Под ред. Н. Ф. Кузнецовой, И. М. Тяжковой. М., 2002. С. 478.

[4]Курс уголовного права. Общая часть. Том 1: Учение о преступлении / Под ред. Н. Ф. Кузнецовой, И. М. Тяжковой. М., 2002. С. 479.

[5]Тишкевич И.С. Право граждан на задержание преступника. Минск, 1974. С. 53.

[6]Уголовное право России. Практический курс / Под общ. ред. А. И. Бастрыкина; под науч. ред. А. В. Наумова. М., 2007. С. 171.

[7]Баулин Ю. В. Право граждан на задержание преступника. Харьков, 1986. С. 48.

[8]Уголовное право России. Практический курс / Под общ. ред. А. И. Бастрыкина; под науч. ред. А. В. Наумова. М., 2007. С. 172.

[9]Уголовное право России. Практический курс / Под общ. ред. А. И. Бастрыкина; под науч. ред. А. В. Наумова. М., 2007. С. 173.

[10]Баулин Ю. В. Право граждан на задержание преступника. Харьков, 1986. С. 128; Бушуев Г. В. Социальная и уголовно-правовая оценка причинения вреда преступнику при задержании. Горький, 1976. С. 29-32.

Крайняя необходимость

Крайняя необходимость — случаи, когда лицо для того, чтобы предотвратить ущерб своим личным интересам, интересам других лиц, общества и государства, вынужденно причиняет вред другим охраняемым интересам. В уголовном праве одно из обстоятельств, исключающих преступность деяния. В других отраслях права играет схожую роль.

Отличие крайней необходимости от необходимой обороны и аналогичных институтов других отраслей права заключается в том, что вред причиняется не тому лицу, которое создало опасность причинения ущерба, а третьим лицам. Ввиду этого применяется доктрина «меньшего зла»: причинённый вред должен быть меньше предотвращённого.

Содержание крайней необходимости

По сути крайняя необходимость представляет собой ситуацию, когда имеется конфликт между двумя правоохраняемыми интересами, причём защитить один из этих интересов можно лишь нарушив другой[1]. Примером такой ситуации может служить уничтожение имущества, находящегося вблизи очага пожара, которое произошло в результате выполнения действий, направленных на недопущение дальнейшего распространения огня[2].

Как правило, данный конфликт интересов представляет собой конфликт субъективных прав: одно субъективное право может быть осуществлено лишь за счёт нарушения другого. Однако крайняя необходимость может возникать и как результат столкновения обязанностей, из которых выполнена может быть только одна[3]. Например, в случае, когда врача одновременно вызывают два больных, он может отправиться оказывать помощь только одному из них. Если он выберет более тяжёлого больного, его действия могут рассматриваться как совершенные в условиях правомерной крайней необходимости, он не будет нести ответственности за вред, причинённый второму больному вследствие его опоздания.

Западная правовая наука содержанием крайней необходимости считает защиту коллективного интереса, которая осуществляется в целях «минимизации вреда»; этим она отличается от самообороны, которая признаётся прежде всего защитой личного интереса[4].

Как правило, причинение вреда при крайней необходимости является результатом активных действий виновного, однако возможно и причинение вреда в результате бездействия (как в описанном выше случае с врачом и двумя больными)[5].

Характер угрозы при крайней необходимости

Основанием действий лица, совершаемых в состоянии крайней необходимости, является наличие угрозы причинения вреда его личным интересам или интересам третьих лиц. Природа такой угрозы может быть самая различная.

Так, угроза может быть обусловлена действием сил стихии: она может быть результатом наводнения, лесного пожара, схода лавины и других природных процессов, которые могут причинить вред жизни и здоровью людей, имуществу и деятельности предприятий и организаций. Опасность может носить и техногенный характер: быть связанной с неполадками в работе техники и механизмов (в том числе транспортных средств). Физиологические процессы в организме человека также могут создавать состояние крайней необходимости: к числу таких процессов можно отнести голод, болезни, роды. Наконец, опасность может быть создана противоправными действиями людей: например, нарушением правил дорожного движения. В этом случае вред будет считаться причинённым в рамках крайней необходимости, если он наносится не правонарушителю, а невиновным третьим лицам. Угрозу может вызвать и совокупное действие нескольких обстоятельств.[6].

Угроза должна быть наличной, то есть к моменту совершения действий, направленных на причинение вреда, уже должна реально возникнуть опасность, на предотвращение которой рассчитаны эти действия. Причинение вреда для устранения возможной будущей опасности не является исключающим ответственность обстоятельством[7]. Не может идти речи о крайней необходимости и в случаях, когда развитие опасности уже зашло настолько далеко, что вред предотвратить или возместить невозможно[8].

Недопустима провокация крайней необходимости, то есть умышленное создание опасности для того, чтобы потом предотвратить её развитие путём причинения вреда третьим лицам[6]. Такие действия влекут ответственность на общих основаниях. Запрет провокации крайней необходимости закреплён в законодательстве некоторых стран (например, Испании). Однако если опасность причинения вреда каким-либо интересам была создана не умышленно, а по неосторожности, причинение вреда в рамках крайней необходимости правомерно[7].

Характер причинённого вреда

Вред при крайней необходимости причиняется интересам третьих лиц, не имеющих отношения к возникшей опасности. Поэтому общим условием правомерности причинения вреда считается меньший размер причинённого вреда по сравнению с предотвращённым. При сравнении размера учитывается как количественная характеристика ущерба (например, стоимость уничтоженного имущества), так и качественная: так, имущественный ущерб, как правило, признаётся менее существенным, чем физический вред, причинённый здоровью человека[9].

Как правило, признаётся, что если опасности можно было избежать без причинения вреда интересам третьих лиц, но вред всё же был причинён, крайняя необходимость отсутствует[10]. Спорным является вопрос о том, должен ли быть вред, причинённый в рамках крайней необходимости, минимальным. Указывается, что выбор оптимального варианта поведения в условиях крайней необходимости неизбежно носит субъективный характер (то есть лицо выбирает тот способ избежания опасности, который в данных конкретных условиях представляется ему минимально достаточным), причём принимающее решение лицо нередко действует в условиях стрессовой ситуации, с жёсткими временными ограничениями и в условиях недостатка информации[11]. Ввиду этого выбор неоптимального варианта поведения не должен автоматически признаваться нарушением условий правомерности крайней необходимости, для привлечения лица к ответственности необходимо, чтобы превышение пределов крайней необходимости носило умышленный и осознаваемый характер.

Спорным является вопрос о возможности причинения смерти в рамках крайней необходимости. В практике и теории он не находит однозначного разрешения[9]. Ввиду этого крайне спорными остаются ситуации, когда

для спасения жизни многих людей причиняется смерть нескольким невиновным людям. Примерами таких ситуаций могут служить захват заложников в «Норд-Осте» (при штурме в результате применения специальных средств погибло около 100 заложников, однако была спасена жизнь более 700 человек), а также захват в 2004 году школы в Беслане.

Современная уголовно-правовая доктрина (как отечественная, так и зарубежная), как правило, признаёт такое причинение вреда возможным в исключительных случаях, когда такие действия являются единственным способом предотвратить причинение много большего вреда[9]. В качестве примера такой ситуации называется уничтожение пассажирского самолёта, захваченного террористами, если имеется основание предполагать, что

он будет использован для совершения атаки, подобной разрушению Всемирного торгового центра в Нью-Йорке[12].

Причинение большего вреда, чем допустимый, считается превышением пределов крайней необходимости и влечёт за собой ответственность. Как правило, это обстоятельство признаётся смягчающим наказание[9]. Наказуемым является только умышленное превышение пределов крайней необходимости, неосторожное причинение несоразмерного вреда ненаказуемо[13].

Субъект крайней необходимости

Правом причинения вреда в рамках крайней необходимости, как правило, наделяются все лица независимо от их отношения к интересу, которому причиняется вред, служебного положения и иных качеств. Однако некоторые категории лиц не только вправе, но и обязаны совершить действия, связанные с причинением ущерба для предотвращения более опасного вреда[5]. Например, капитан терпящего бедствие судна обязан обеспечить безопасность экипажа и пассажиров судна, в том числе и путём уничтожения груза, перевозимого судном.

Ошибка при крайней необходимости

Существует несколько возможных ошибок связанных с крайней необходимостью. Первой из них является ошибка относительно наличия или характера опасности, вызывающей необходимость совершения причиняющих вред действий. Если лицо ошибочно полагало, что имеется опасность причинения вреда каким-либо интересам, в то время как такой опасности на деле не существовало, вопрос об ответственности будет решаться исходя из того, была ли у данного лица возможность оценить действительный характер опасности или нет. Если такой возможности не было, вред будет считаться причинённым невиновно, если же она была — имеет место причинение вреда по неосторожности. В целом данная ситуация схожа с мнимой обороной и обычно оценивается по тем же правилам.

Ошибочным может быть также представление о размере предотвращаемого вреда. Юридическое значение будет иметь переоценка такого вреда, которая привела к фактическому причинению лицом такого же по тяжести или большего ущерба, чем предотвращённый. Объективно такие действия выходят за рамки крайней необходимости, однако современным правом принимаются в расчёт субъективные возможности лица по оценке опасной ситуации: признаётся, что если лицо, допустившее такую ошибку, не предвидело и не могло предвидеть такого её развития, в том числе вследствие влияния эмоционального фактора, ответственность не наступает ввиду невиновности причинения вреда[14].

Крайняя необходимость в уголовном праве

Нормы о крайней необходимости включены в уголовное законодательство большинства стран мира[15].

Так, крайняя необходимость законодательно урегулирована уголовными кодексами Болгарии, Венгрии, Польши, Франции, ФРГ и других стран. Например, согласно п. 5 ст. 20 УК Испании не подлежит уголовной ответственности тот, «кто в состоянии необходимости, для предотвращения вреда себе или другому лицу наносит вред или ущерб правам другого лица или нарушает обязательства, если это соответствует следующим условиям: во-первых, если причиненный вред не больше вреда, который был предотвращен; во-вторых, если состояние необходимости не было спровоцировано лицом, причиняющим вред; в-третьих, если профессиональной обязанностью лица, находящегося в состоянии необходимости, не является самопожертвование в защиту чьих-либо прав»[16].

В целом в западном праве под крайней необходимостью понимается признаваемое правомерным нарушение формального правового запрета, причиняющее вред законным интересам невиновной третьей стороны, совершаемое в целях устранения опасности, угрожающей другим правовым интересам[1].

Крайняя необходимость в уголовном праве России

Уголовный кодекс РФ включает в себя норму о крайней необходимости. Соответствующие положения содержатся в его ст. 39:

Статья 39. Крайняя необходимость

1.Не является преступлением причинение вреда охраняемым уголовным законом интересам в состоянии крайней необходимости, то есть для устранения опасности, непосредственно угрожающей личности и правам данного лица или иных лиц, охраняемым законом интересам общества или государства, если эта опасность не могла быть устранена иными средствами и при этом не было допущено превышения пределов крайней необходимости.

2.Превышением пределов крайней необходимости признается причинение вреда, явно не соответствующего характеру и степени угрожавшей опасности и обстоятельствам, при которых опасность устранялась, когда указанным интересам был причинен вред равный или более значительный, чем предотвращенный. Такое превышение влечет за собой уголовную ответственность только в случаях умышленного причинения вреда.

Крайняя необходимость в законодательстве стран СНГ

Нормы о крайней необходимости имеются в уголовных кодексах стран СНГ (Белоруссии, Латвии, Узбекистана, Казахстана, Кыргызстана и т. д.). В целом подход к регулированию данного института схож с российским, однако есть и уточнения[15]. Так, в ст. 38 УК Узбекистана говорится, что правомерность крайней необходимости зависит от характера и степени предотвращенной опасности, реальности и близости ее наступления, фактических возможностей лица по её предотвращению, его душевного состояния в сложившейся ситуации и других обстоятельств дела. УК Кыргызстана содержит указание о том, что причинение чрезмерного вреда по неосторожности не является нарушением условий правомерности крайней необходимости.

Крайняя необходимость в административном праве

В России причинение лицом вреда охраняемым законом интересам в состоянии крайней необходимости, то есть для устранения опасности, непосредственно угрожающей личности и правам данного лица или других лиц, а также охраняемым законом интересам общества или государства, если эта опасность не могла быть утранена другими средствами и если причинённый вред является менее значительным, чем предотвращённый вред, не является административным правонарушением (ст. 2.7 Кодекса Российской Федерации об

административных правонарушениях[17]).

Примечания

[1]Уголовное право России. Практический курс / Под общ. ред. А. И. Бастрыкина; под науч. ред. А. В. Наумова. М., 2007. С. 173.

[2]См. например: Постановление Федерального арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 20 сентября 2007 г. N Ф08-6161/07 (http://pda.fassko.arbitr.ru/praktika/sudebnie_akti_fas_sko/18066.html).

[3]Курс уголовного права. Общая часть. Том 1: Учение о преступлении / Под ред. Н. Ф. Кузнецовой, И. М. Тяжковой. М., 2002. С. 480.

[4]Флетчер Дж., Наумов А. В. Основные концепции современного уголовного права. М., 1998. С. 350-352.

[5]Курс уголовного права. Общая часть. Том 1: Учение о преступлении / Под ред. Н. Ф. Кузнецовой, И. М. Тяжковой. М., 2002. С. 481.

[6]Курс уголовного права. Общая часть. Том 1: Учение о преступлении / Под ред. Н. Ф. Кузнецовой, И. М. Тяжковой. М., 2002. С. 482—483.

[7]Курс уголовного права. Общая часть. Том 1: Учение о преступлении / Под ред. Н. Ф. Кузнецовой, И. М. Тяжковой. М., 2002. С. 483.

[8]Курс уголовного права. Общая часть. Том 1: Учение о преступлении / Под ред. Н. Ф. Кузнецовой, И. М. Тяжковой. М., 2002. С. 484.

[9]Уголовное право России. Практический курс / Под общ. ред. А. И. Бастрыкина; под науч. ред. А. В. Наумова. М., 2007. С. 175.

[10]Курс советского уголовного права. Т. II / Под ред. А. А. Пионтковского, П. С. Ромашкина, В. М. Чхиквадзе. М., 1970. С. 387.

[11]Курс уголовного права. Общая часть. Том 1: Учение о преступлении / Под ред. Н. Ф. Кузнецовой, И. М. Тяжковой. М., 2002. С. 485—486.

[12]Smith J. Criminal Law. 10th ed. London, 2002. P. 273—274.

[13]Уголовное право России. Практический курс / Под общ. ред. А. И. Бастрыкина; под науч. ред. А. В. Наумова. М., 2007. С. 176.

[14]Курс уголовного права. Общая часть. Том 1: Учение о преступлении / Под ред. Н. Ф. Кузнецовой, И. М. Тяжковой. М., 2002. С. 485.

[15]Курс уголовного права. Общая часть. Том 1: Учение о преступлении / Под ред. Н. Ф. Кузнецовой, И. М. Тяжковой. М., 2002. С. 487.

[16]Курс уголовного права. Общая часть. Том 1: Учение о преступлении / Под ред. Н. Ф. Кузнецовой, И. М. Тяжковой. М., 2002. С. 487—488.

[17]Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях от 30.12.2001 № 195-ФЗ // Собрание законодательства РФ. 07.01.2002. № 1 (ч. 1). ст. 1. (с послед. изм. и доп.)

Физическое или психическое принуждение

Физическое или психическое принуждение — одно из обстоятельств, исключающих преступность деяния. Физическое или психическое принуждение — это противоправное применение насилия (физического или психического) к лицу, которое осуществляется с целью добиться совершения данным лицом вопреки его воле общественно опасного деяния[1].

Ответственность в такой ситуации исключается вследствие того, что действия совершаются лицом не по своей воле и, следовательно, невиновно. Отмечается, что фактически в этом случае принуждаемый выступает в качестве «живого орудия» преступления, а субъектом преступления будет являться и ответственность будет нести принуждающий[2].

Виды принуждения

В качестве исключающего ответственность обстоятельства может рассматриваться физическое или психическое принуждение, которое применяется к лицу непосредственно в момент совершения им преступного деяния или незадолго до него (так что ещё сохраняется опасность повторного насильственного воздействия в случае отказа от совершения требуемых действий)[2]. В реальности физическое и психическое принуждение редко осуществляются отдельно друг от друга: как правило, любое физическое принуждение содержит элементы психического воздействия, а психическое принуждение сопровождается применением физического насилия[3].

Физическое принуждение

Физическое принуждение — это насильственное воздействие на организм человека, сводящееся к причинению боли или вреда здоровью, совершаемое с целью добиться совершения принуждаемым лицом определённого действия[2]. Физическое принуждение может сводиться к нарушению анатомической целостности организма человека (нанесение побоев, применение оружия и т.п.), воздействию на иные физиологические процессы (применение сильнодействующих лекарственных, наркотических и психотропных препаратов, лишение пищи, сна и т.п.) и ограничению физической свободы принуждаемого (удерживание, связывание и т.д.)[4].

Психическое принуждение

Психическое принуждение представляет собой информационное воздействие на сознание человека, которое,

как правило, представляет собой угрозу применения физического насилия к самому принуждаемому лицу или его близким[5].

Спорным является вопрос о возможности признания психическим принуждением иных способов информационного воздействия на сознание, в частности, гипноза. Наиболее общим является мнение о том, что уголовно-правовое значение такое воздействие может иметь только в случае, если им полностью подавляются сознание лица или его воля[6].

Степень принуждения

Физическое принуждение может признаваться преодолимым или непреодолимым. В отношении психического принуждения, как правило, считается, что оно может быть только преодолимым[5].

Непреодолимый характер принуждения означает, что воля лица была полностью подавлена, что лицо, причиняя общественно опасные последствия, не имело другого выбора, кроме как совершение общественно опасного деяния. В соответствии с принципом субъективного вменения такое причинение вреда должно быть признано невиновным, ответственность за него наступать не может[5]. Исполнителем преступления при этом является принуждающий, имеет место так называемое посредственное причинение.

Если возможность выбора непреступного варианта поведения у принуждаемого сохранялась, имеет место ситуация, схожая с крайней необходимостью: для предотвращения вреда своим охраняемым законом интересам принуждаемый причиняет вред интересам третьего лица. Вред, причинённый в таких ситуациях, оценивается как причинённый в состоянии крайней необходимости: то есть, для признания его причинения правомерным он должен быть меньше предотвращённого вреда и причинение вреда должно являться именно крайним выходом из сложившейся ситуации[7].

Физическое или психическое принуждение в законодательстве

В законодательстве стран мира

Нормы о принуждении как об обстоятельстве, исключающем уголовную ответственность, содержатся в уголовном законодательстве многих государств. В ст. 122-2 УК Франции говорится: «Не подлежит уголовной ответственности лицо, действовавшее под влиянием силы или принуждения, которым оно не могло противостоять».

В УК Голландии говорится, что «Лицо, которое совершает правонарушение под влиянием силы, которой оно не может противостоять, не подлежит уголовной ответственности» (ст. 40). Возможность противостоять принуждению является оценочным признаком: она определяется исходя из конкретной ситуации правоохранительными органами.

УК Испании в п. 6 ст. 21 содержит более широкое основание освобождения от ответственности: там говорится, что не подлежит уголовной ответственности «тот, кто действовал в состоянии сильного страха». Сильный страх

может быть вызван, в частности, принуждением (в первую очередь психическим)[8].

В уголовном законодательстве России

Норма о физическом или психическом принуждении содержится в ст. 40 УК РФ. Признаётся непреступным причинение вреда охраняемым уголовным законом интересам в результате непреодолимого физического принуждения.

Если физическое принуждение было преодолимым, а также во всех случаях психического принуждения, вопрос об ответственности решается по правилам о крайней необходимости.

Примечания

[1]Калугин В. В. Физическое или психическое принуждение как обстоятельство, исключающие преступность деяния: Автореф. дис. ...

канд. юрид. наук. М., 2001. С. 12—13.

[2]Уголовное право России. Практический курс / Под общ. ред. А. И. Бастрыкина; под науч. ред. А. В. Наумова. М., 2007. С. 176.

[3]Орешкина Т. Физическое или психическое принуждение как обстоятельство, исключающее преступность деяния // Уголовное право. 2000. № 1. С. 33-38.

[4]Уголовное право России. Практический курс / Под общ. ред. А. И. Бастрыкина; под науч. ред. А. В. Наумова. М., 2007. С. 176—177.

[5]Уголовное право России. Практический курс / Под общ. ред. А. И. Бастрыкина; под науч. ред. А. В. Наумова. М., 2007. С. 177.

[6]Российское уголовное право. Общая часть / Под ред. В.Н. Кудрявцева, А.В. Наумова. М., 1997. С. 255.

[7]Уголовное право России. Практический курс / Под общ. ред. А. И. Бастрыкина; под науч. ред. А. В. Наумова. М., 2007. С. 178.

[8]Курс уголовного права. Общая часть. Том 1: Учение о преступлении / Под ред. Н. Ф. Кузнецовой, И. М. Тяжковой. М., 2002. С.

492—493.

Обоснованный риск

Обоснованный риск — одно из обстоятельств, исключающих преступность деяния. Обоснованный риск представляет собой правомерное поведение (действие или бездействие) лица, направленное на достижение общественно полезной цели, при осуществлении которого имеется вероятность наступления неблагоприятных последствий, в том числе причинения вреда охраняемым уголовным правом интересам и благам[1].

Примером ситуации, связанной с обоснованным риском, могут быть испытания новых транспортных средств (автомобилей, самолётов и т.д.), направленные на выявление скрытых дефектов проектирования, так как при таких испытаниях всегда существует вероятность аварии данного транспортного средства, результатом которой может стать причинение материального ущерба или даже гибель испытателя. Другими сферами, в которых ситуация обоснованного риска также встречается достаточно часто, являются медицина и коммерческая деятельность.

Характеристика риска

Как правило, обоснованный риск связан с профессиональной деятельностью лица. Отдельные учёные допускают немногочисленные случаи, когда обоснованный риск возможен и в бытовых условиях[2], другие же утверждают, что риск возможен только в рамках профессиональной деятельности[3].

Выделяют несколько видов риска: производственный (связанный с производством товаров), хозяйственный (при осуществлении обычной предпринимательской деятельности), коммерческий (в рамках финансовой: биржевой, банковской, инвестиционной деятельности), научно-технический (сопряжённый с испытанием и внедрением новых научных разработок), организационно-управленческий (основанный на невозможности точно предсказать последствия конкретного управленческого решения)[4].

Есть несколько условий, которые определяют обоснованность риска и, следовательно, возможность освобождения лица от ответственности. В частности, рискованные действия должны совершаться для