Природа как объект натурфилософского исследования. Действительное и разумное. Единство мира и развитие как творческий процесс.

Мы не только мыслим природу, доказывает Шеллинг, и не только воображаем её, но и практически взаимодействуем с ней, и в результате обязательно испытываем физическое сопротивление объектов, вызванное их материальным содержанием. Но материи нет в учении Фихте, поскольку «вещь в себе» отброшена Фихте с самого начала. Таким образом, Шеллинг обнаруживает слабость не только субъективизма, но и идеализма, заключённого в наукоучении Фихте.

У Шеллинга возникает идея всеобщей взаимосвязи в природе, которая до этого понималась как механический агрегат.

Новейшие открытия показали, что физические явления: электричество, магнетизм, свет – невозможно истолковать механистически, что здесь имеет место принципиально иная форма движения. Тем более это относится к явлениям жизни. Живое невозможно объяснить без принципа целесообразности, который противоположен принципу механической причинности. Шеллинг был первым мыслителем, который дал развёрнутую критику механицизма, до этого безраздельно господствовавшего в естествознании.

В противоположность механистической картине природы Шеллинг развивает принципиально иную картину. Сущность природы составляет, согласно Шеллингу, так называемая «полярность», или единство противоположных сил: полюса магнита, положительное и отрицательное электричество и т.п. Картина природы, построенная таким образом, получает у Шеллинга название натурфилософии. И это была новая для того времени форма знания. В сущности, натурфилософия представляет собой умозрительное учение о природе, где последние данные опытного естествознания дополнялись чисто зрительными, спекулятивными, как было принято в то время выражаться, понятиями. Это была попытка синтеза опытного естествознания и спекулятивной философии.

Но природа интересовала Шеллинга не сама по себе. В конечном счёте, натурфилософия призвана решать ту же самую задачу, которую решал Фихте, а именно объяснить, как соотносятся между собой субъективное и объективное, мышление и бытие. Ведь и то и другое представляет собой крайние полюса, между которыми нет никакого плавного перехода.

Шеллинг обнаруживает своеобразный параллелизм между развитием природы и развитием познания («сознания»). Познание природы начинается с её простейших механических свойств и продвигается дальше, к пониманию её физических, химических и биологических свойств. Человеческое познание как бы движется по ступеням развития самой природы и постигает природу в её же собственных формах. Механизм, химизм, организм – это не только формы самой природы, но и формы нашего мышления о ней, то есть категории.

В общем природа, считает Шеллинг, устроена так же, как и мышление. Поэтому, собственно, и возможно познание. Если бы мышление имело свои собственные законы развития, а природа свои, то тогда познание было бы совершенно необъяснимо. И здесь Шеллинг стоит на общей с Фихте и всей немецкой классической точке зрения: человек познаёт природу в её же собственных формах, в категориях, которые являются одновременно и формами объективного бытия, и логическими формами. Однако остаётся вопрос об источнике и причине этого совпадения, совпадения объективного развития природы и субъективного процесса познания.

Фихте усматривал причину такого совпадения в том, что трансцендентальный субъект деятельно порождает мир, проходя при этом ряд ступеней. Естественно, что, когда Я приступает к познанию, то оно обнаруживает в действительности свои же собственные категориальные формы. Но Шеллинга не устраивал субъективный идеализм Фихте. Поэтому он берётся осуществить противоположный ход, а именно вывести мыслящий дух из недр природы.

Шеллинг подмечает, что природа в своём развитии, в своём «потенцировании» как бы проявляет тенденцию к появлению субъективности. На уровне механизма природа предстаёт перед нами как чистый объект. А вот на уровне живого организма природа приобретает уже некоторые черты субъекта, а именно активность, произвольное движение и даже некоторые формы мышления, ведь высшим животным не откажешь в определённой сообразительности. Шеллинг не видит возможности объяснить рождение духа из материи на пути простой эволюции. И поэтому он предлагает изменить саму суть нашего воззрения на природу.

Механизм, химизм, организм и, наконец, дух – это, согласно Шеллингу, не различные ступени развития природы, когда до появления химизма существует один лишь механизм. Природа, доказывает он, всегда существовала и существует во всех своих «потенциях», но актуализирует их поочерёдно, то в одной, то в другой, то в третьей форме. Поэтому наше мышление, или дух, - это не что-то, впервые появившееся на Земле, а это проявление природы в её высшей потенции, которую. Она всегда в себе несёт и сохраняет. И эта потенция, конечно, не появляется и не утрачивается. Она может появляться и исчезать только здесь и теперь, но не везде и не всегда. А отсюда у Шеллинга получается, что природа в целом, а точнее, в своей основе – это не дух и не материя, не субъект и не объект, не сознание и не бытие. А она и то и другое, вместе взятое.

Философия Гегеля – максимально рационализированный и логизированный объективный идеализм. В основе всего сущего лежат законы мышления, то есть законы логики. Но логики не формальной, а совпадающей с диалектикой – диалектической логики. На вопрос, откуда взялись эти законы Гегель отвечает просто: это мысли Бога до сотворения мира. Логика есть изображение Бога каков он есть в своей вечной сущности до сотворения природы и какого бы то ни было конечного духа.

Гегель считал материализм беспорядочным неправомерным направлением.

Философская система делится на 3 части:

• Логика

• Философия природы

• Философия духа

Исходным пунктом философии Гегеля выступает тождество мышления (сознания) и бытия, это тождество представляет собой субстанциональное единство мира. Но тождество не абстрактное, а конкретное, то есть предполагающее и различие. Мышление и бытие подчинены одним и тем же законам, в этом смысле Гегелевского положения о конкретном тождестве.

Объективное абсолютное мышление есть движущая сила всего сущего и выступает оно, как абсолютная идея, которая непрерывно развивается. Восхождение от абстрактного к конкретному – общий принцип развития.

Новаторство Гегеля в том, что его логика прорывает узкий горизонт формальной логики. Логические формы не только содержательны, но и находятся во взаимной связи и развитии. Гегель провозглашает единство, тождество диалектики, логики и теории познания.

• Гегелю присущ гносеологический оптимизм, убеждение в познаваемости мира. Субъективный дух, человеческое сознание, постигая вещи, обнаруживает в них проявление абсолютного духа, отсюда вывод: всё действительное разумно, всё разумное действительно. Гегель полагал, что существующее разумно, именно когда оно выражает какую-то необходимость, закономерность.

• Второй ступенью развития абсолютной идеи Гегель считал природу. Природа есть поражение абсолютной идеи, её инобытия. Поражённая духом, природа не имеет независимо от него существования.

• Третья ступень гегелевской системы – философия духа. Здесь абсолютная идея как бы освобождается от природных уз и находит своё выражение в абсолютном духе.

Саморазвитие духа идёт по трём ступеням:

• «Субъективный дух» - индивидуальное человеческое сознание

• «Объективный дух» - человеческое общество, и три главные формы: право, нравственность, государство

• «Абсолютный дух» - включает искусство, религию, философию

Дух есть нечто единое и целое, но находящееся в процессе развития, перехода от низменного к высшему. Движущей силой развития духа Гегель считает диалектическое противоречие субъекта и объекта мысли и предмета. Преодолевая это противоречие, дух прогрессирует в сознании своей свободы.

С точки зрения Гегеля мир, как совокупность природы и духа, находящихся не вне абсолютного духа, а в нём самом. Саморазвитие мира, есть история абсолютного духа; признание этого Гегелем, влекло за собой важный в методологическом отношении вывод для построения всей гегелевской философии – способ, каким может быть познано абсолютное, вовсе не должен быть принципиально иным, чем способ познания мира природы и мира духа.

В философии Гегеля триада выполняет не только методологическую функцию, но и функцию системосозидающую. Это не только содержательный принцип или закон диалектики, как способ построения системы. Вся структура Гегелевской философии подчиняется тройственному ритму, строится в соответствии с требованиями триады.

Разрабатывая свою теорию диалектики Гегель исходит из идеи единства диалектической логики для всех сфер духа: для общества, государства, права, политики, законодательства, человеческой жизни, всемирной истории. Логическое изображение, подчёркивает Гегель, есть «всеобщий способ», в котором все остальные способы сняты и заключены. Абсолютность диалектического метода Гегель видит в том, что один объект не может оказать ему (методу) сопротивления.

Последовательность в признании единого начала – материи или духа – называется философским монизмом. Противоположностью монизма является дуализм. Дуалисты считали, что существуют два равноправных начала, две независимые друг от друга субстанции: материя и дух. Виднейшим представителем дуализма был Р.Декарт. Материалистическую линию в решении вопроса о единстве мира проводили представители метафизического материализма Ф.Бэкон, Т.Гоббс, Б.Спиноза, французские материалисты XVIII в.

Глубже, чем другие материалисты, подошли к решению проблемы единства мира русские философы середины XIX века. Опираясь на достижения философии, а также на новые успехи естествознания, они пытались посмотреть на мир как на процесс развития. По Чернышевскому, природа представляет собой не что иное, как разнородную материю с многообразными качествами. Он утверждал, что органические «комбинации элементов» образуют единство и что органические элементы возникают из неорганических. Однако, идеалистически рассматривая сущность общественных явлений, русские революционные демократы не смогли до конца последовательно разрешить проблему материального единства мира.

Проблему единства мира с материалистических позиций решали Маркс и Энгельс, опиравшиеся на достижения естественных и общественных наук. Они отвергли метафизическое представление о непроходимой пропасти между живой и неживой материей, обосновав положение о возникновении жизни из неорганической материи, дав определение жизни как способа существования белковых тел, являющихся её материальными носителями. Марксизм при анализе вопроса о единстве мира исходит из того, что в мире нет ничего, кроме движущейся материи, и что движущаяся материя не может двигаться иначе, как в пространстве и времени.

Энгельс обратил внимание на различия в понимании истоков, предпосылок единства материи и духа: либо мир един в его материальности, либо основой единства мира оказывается идеальное начало, в какой-то момент «отпустившее» от себя природу. Однако Энгельс не обратил внимание на целостный аспект основного вопроса философии, на выраженную в нём потребность в преодолении раздвоенности мира на материю и дух. В философии XX века на первый план выходит именно этот, ценностный аспект основного вопроса, в котором выражена безусловная значимость (ценность) возможности слияния материального и идеального в жизни человека. «Полнота жизни» (сочетание материи и духа) – источник человеческой свободы, творчества, общения.

Материальное единство мира как диалектическое единство многообразия выражается двояко.

Во-первых, как своеобразная дискретность строения объективной действительности. Наличие в ней качественно различных, отграниченных друг от друга вещей, явлений, процессов, систем.

Во-вторых, как иерархические отношения между системами разной степени сложности, организованности, выражающиеся во «включении» менее сложных систем в более сложные. Несводимости характерных закономерностей последних к первым.

Развитие как творческий процесс.

Развитие – основополагающая категория гуманитарных наук.

Идеи развития формировались в человеческом сознании и научном мировоззрении на протяжении веков. Большую роль в разработке идеи развития сыграла философская мысль.

• Античные философы-диалектики, рассматривая космос единым целым, анализировали процесс возникновения и превращения одних явлений в другие. Они создали концепцию великого круговорота. Мир признавался вечным и несотворимым, с постоянной циклической повторяемостью явлений, по образному выражению Гераклита, «воспламенений» и «угасаний».

• В эпоху средневековья и христианской мысли на идеалистической, религиозной основе возникает представление о временной направленности, неповторимости событий индивидуальной и общественной жизни.

• В философии Просвещения, отразившей эпоху буржуазных революций, появляется идея исторического развития, непрерывного прогресса, движущими силами которого являлись духовные факторы.

• Немецкая классическая философия представила целостную концепцию развития с позиций объективного идеализма. Гегель «первый пытался показать развитие, внутреннюю связь истории». Гегель различал ступени неопределённого, определённого, наличного реального и действительного бытия. В этих ступенях Гегель зафиксировал изменение, новое качество. На ступени неопределённого бытия происходит становление нового как единства бытия и небытия. На ступени определённого бытия новое уже является ставшим новым в синкретическом единстве со старым. Наличное бытие символизирует отдельное бытие, но на основе старого. Ступень реального бытия показывает существование нового на собственном основании, но в условиях, доставшихся от старого. На ступени действительного бытия новое функционирует как саморазвивающаяся субстанция, продуцирующая необходимые условия бытия, достигает зрелости, самодостаточности.

• Современная философская мысль под развитием понимает прежде всего особый тип изменения. Из огромной массы изменений выделяются такие, которые связаны с обновлением системы, её структурного и функционального содержания. В результате развития возникает новое качественное состояние объекта, его структурно-функциональной сущности. С точки зрения философии информационной цивилизации под развитием понимается процесс накопления структурной информации. Развитие рассматривается в координатах энтропии – информации, где под энтропией понимается мера беспорядка, а под информацией – мера упорядоченности в координатах организации или дезорганизации систем.