14.2. Психофизиологические аспекты резистентности организма

В клинической медицине известно, общий адаптационный синдром может быть своеобразным посредником между адаптивными изменениями в организме при стрессе и психосоматическим заболеванием. Хронический психологический стресс с различной степенью выраженности тревожности обнаруживает физиологические корреляты с психосоматическими расстройствами у генетически предрасположенных индивидов. Поэтому в познании неспецифических механизмов резистентности важная роль принадлежит изучению особенностей психофизиологического развития человека в онтогенезе. Знание основных закономерностей возрастной динамики нервно-психических процессов необходимо для формирования научно обоснованных рекомендаций по профилактике стресс-обусловленных нарушений в психическом и соматическом здоровье индивидуума.

Физиологические основы формирования личности и факторы риска развития нарушений в психофизиологической сфере

На основании представлений об особенностях развивающегося мозга принято говорить о генетически детерминированном так называемом "биологическом каркасе личности", который в значительной степени предопределяет темп и последовательность становления отдельных личностных качеств, а также особенности реактивности в ответ на стрессорные влияния. Однако генетическая программа реализуется всегда с определенными модификациями, зависящими от условий внутриутробного развития и факторов внешней среды, воздействующих на организм после рождения. Генетическая программа определяет тот предел (норму реакции), в рамках которого возможны отклонения. Многие функциональные системы (зрительная, слуховая, двигательная) могут существенно различаться у отдельных индивидуумов в нормах реакции. Так, для одного характерно выраженное развитие музыкального слуха, в то время как другого нужно обучать звукоразличению. Можно прекрасно понимать музыку, но плохо выражать ее в движениях. "Биологический каркас", таким образом, в известной степени формирует контуры того будущего ансамбля, который специалисты определяют термином "личность". По мере взросления биологические параметры все более стабилизируются, что дает возможность разрабатывать типологию темпераментов и других личностных характеристик, играющих весомую роль в формировании психического здоровья индивидуума.

Возрастные особенности психофизиологического развития человека

Поскольку фундамент будущей личности, наиболее активное становление основных психофизиологических характеристик у человека происходит на начальном этапе развития человека - в период его детства и отрочества, особенно важно исследование особенностей этого возрастного промежутка.

Так, известный детский психиатр Г.К. Ушаков (1973) в формировании психики ребенка выделяет четыре периода: моторный (до 1 года), сенсомоторный (1-3 года), аффективный (3-12 лет) и идеаторный (12-14 лет).

Моторный этап развития психики весьма непродолжителен (до 1 года), хотя совершенствование моторики и ее дифференциация происходят на протяжении всей жизни индивида. На внешние раздражители ребенок отвечает диффузными двигательными реакциями (крик, плач, двигательное беспокойство). Даже так называемая реакция страха новорожденного представляет собой два типа движений: с преобладанием реакции мышц-сгибателей, либо мышц-разгибателей. Уловить разницу между «реакцией страха» и рефлексом Моро (рефлекс обхватывания) у новорожденного часто не удается.

Сенсомоторный этап развития психики более продолжителен - он протекает наиболее активно на возрастном отрезке жизни ребенка от 1 года до 3 лет. Однако, уже с 6 месяцев и вплоть до 6 - 7 лет значение формирующихся моторных реакций продолжает оставаться ведущим, однако они утрачивают свой чисто двигательный характер и становятся более сложными «сенсомоторными актами» (позднее, совершенствуясь, они станут психомоторными, т.е. будут носить осознанный характер). Сенсомоторные реакции отличаются овладением целенаправленности движений, что в будущем приводит к волевым действиям.

Развиваются органы чувств, внимание, формируется мышление, представления о настоящем и прошлом, первичное сознание «Я» (элемент самосознания). Наиболее отчетливый признак окончательного завершения сенсомоторного периода развития – формирование у ребенка представления «схемы тела» (к 6-7 годам).

Аффективный этап развития психики наблюдается в период с 3-х до 12 лет. Высшие (эпикритические) аффекты, в отличие от простых (органических) никогда не возникают без образа, представления, а позднее и без понятия, т.е. вовлечения в переживание идеаторной (рассудочной, когнитивной) сферы. Аффективный этап начинает оформление в виде эпикритической эмоциональности с 3-х лет: осваиваются эмоциональные реакции протеста, негативизма, демонстративного поведения, излишней аффектации или молчаливости. К 6-7 годам детская непосредственность меняет свои качества. Она все чаще получает выражение в аффективной окраске тех или иных форм деятельности ребенка. В 10-11 лет лабильность аффекта, добродушие и детская увлеченность становится менее выраженной. Аффективность приобретает постоянно-индивидуальный характер и можно четко выявить два типа поведенческих реакций. У одних детей преобладают черты экстравертированности, и они более общительны. У других – преобладает интровертированность, и они более замкнуты, молчаливы.

Идеаторный этап развития психики начинается еще в глубине сенсомоторного этапа, однако истинное его начало должно быть датировано возрастом 11-12 лет. С этого времени обычно появляется у ребенка возможность строить сложные умозаключения и прочным становится феномен «удвоенности реальности». Последний означает сформировавшийся у ребенка навык оперировать объектами внешней реальности с одной стороны, и реальностью субъективной (мыслимой, представляемой) с другой. Обе эти реальности взаимопроникают друг в друга.

В возрасте 12 - 16 лет становится доступна способность рассуждать, последовательно обсуждая факты и вскрывая закономерности. Подросток утверждает себя, противопоставляя себя другим. Он осознает себя как личность и это порождает небывалые возможности для рефлексии. Сознание индивидуальное начинает приобретать характер сознания коллективного, общественного. В эмоциональной сфере формируются эстетические, этические и интеллектуальные чувства.

Строго говоря, в развитии следует выделять и пренатальный этап – период до рождения ребенка. Примерно на 28-ой неделе плод начинает совершать отчетливое нервное реагирование: вздрагивает при резких звуках, движениях матери, как бы сопереживает вместе с ней ее различные эмоциональные состояния.

Хотя механизмы влияния психического состояния матери на плод на сегодняшний день еще недостаточно изучены, но ясно, что эта связь существует и о ее последствиях на психическое развитие ребенка нужно серьезно задуматься. Поэтому важно как в период подготовки к зачатию, так и в течение всего периода беременности создавать для женщины ощущения психического и физического комфорта.

В качестве основы формирования в будущем здоровой психики у ребенка и профилактики развития у него невротических расстройств важно состояния психической сферы будущей матери. Гармоничному развитию плода способствует тот образ жизни, который ведет беременная женщина. Так психотерапевты советуют слушать спокойную музыку, полезно чаще смотреть на красивые вещи (произведения искусства, предметы домашнего обихода), бывать на природе. Во взаимоотношениях с окружающими должны доминировать положительные эмоции. Особая роль в этом принадлежит отцу ребенка. Важно заметить, что ребенок должен быть желанным длясупругов и окружен заботой еще до своего рождения.

Рассмотренные выше периоды становления психофизиологических свойств ребенка не соответствуют в точности возрастной периодизации, принятой в физиологии, поэтому следует также остановиться и на тех особенностях развития, которые характерны общепринятым этапам онтогенеза не только ребенка, но и взрослого.

Первый год жизни ребенка и предпосылки нарушений развития. Сразу после рождения ребенок оказывается в новой среде с более низкой температурой, у него меняются типы дыхания и питания. Переход в новые условия сопровождается резким увеличением количества раздражителей. Все это является для новорожденного большим стрессом – с напряжением работают все его функциональные системы, весь организм. Сразу после рождения у ребенка уже имеются ощущения всех модальностей, элементарные формы восприятия, память, благодаря чему становится возможным дальнейшее познавательное и интеллектуальное развитие. Ощущения новорожденного еще недифференцированные, неразрывно связаны с эмоциями. Если ребенок не получает достаточного количества внешних впечатлений («сенсорный голод») в этот период, то его развитие задерживается.

С первых минут жизни фиксируются у ребенка отрицательные эмоции, связанные с необходимостью удовлетворения элементарных потребностей (пища, тепло) и лишь в конце первого – начале второго месяца жизни у ребенка появляются положительные эмоции в ответ на ласковые слова, улыбку взрослого и сосредоточение на яркой игрушке. Удовлетворение органических потребностей только снимает отрицательные эмоции, но не вызывает положительных.

На втором – третьем месяце жизни у ребенка появляется так называемый «комплекс оживления». При этом ребенок сосредотачивает взгляд на человеке и оживленно двигает ручками и ножками, издает радостные звуки. Это говорит о появившейся у ребенка потребности эмоционального общения со взрослыми – первой его социальной потребности. Возникновение «комплекса оживления» считается в психологии условной границей между новорожденностью и младенчеством.

Ведущее значение для развития ребенка имеет общение с людьми, новые впечатления. Если ребенок в первые месяцы получает от взрослого достаточное внимание, то его психическое развитие протекает быстрее, развитие стресс-лимитирующих механизмов происходит более полноценно. Отсутствие эмоциональных контактов со взрослыми даже у здорового и ухоженного ребенка (эмоциональная депривация) приводит к задержке появления «комплекса оживления», а также задержке двигательного, умственного и даже физического развития. Такое отставание возможно, например, при длительном нахождении ребенка в больнице без матери («госпитализм»), недостаточном внимании к нему в семьях душевнобольных, наркоманов или злоупотребляющим алкоголем родителей. Именно эти дети составляют в последующем группу лиц с низкой стрессоустойчивостью, распространяющейся и на их взрослую жизнь, они чаще страдают психосоматическими заболеваниями.

В первые 3-4 месяца у детей появляются разнообразные эмоциональные состояния: удивление в ответ на неожиданность (торможение движений, замедление сердечного ритма), тревожность при физическом дискомфорте (усиление движений, ускорение сердечного ритма, зажмуривание глаз, плач), расслабление при удовлетворении потребности. После появления комплекса оживления ребенок доброжелательно реагирует на любого взрослого человека, но после 3-4 месяцев он начинает несколько теряться при виде незнакомых людей. Особенно усиливается беспокойство при виде незнакомца в 7-8 месяцев, в это же время появляется и страх расставания с мамой или другим близким человеком.

Кризис 1 года. Переходный период между младенчеством и ранним детством иногда называют кризисом 1 года. Он сопряжен с всплеском самостоятельности ребенка, становлением ходьбы и речи, появлением у него аффективных реакций. Вспышки аффектов у ребенка провоцируют ситуации, когда взрослые не понимают его желаний, слов или жестов, а также если взрослые не выполняют того, что он хочет. Некоторые дети в аффекте пронзительно кричат, падают на пол, стучат руками и ногами, иногда это может сопровождаться аффективно–респираторными судорогами. Часто появление сильных аффектов у ребенка связано с неадекватным стилем воспитания: родители не учитывают особенности нервной системы ребенка, злоупотребляют запретами на самостоятельность, иногда взрослые оказываются непоследовательны в своих требованиях, когда что-то сегодня можно, а завтра нельзя, или можно при бабушке, а при маме нельзя. Терпение и выдержка взрослых, предоставление некоторой самостоятельности, т.е. большей свободы действий в допустимых пределах, смягчают кризис, помогают ребенку избавиться от острых эмоциональных реакций, предупреждая развитие симптомов стресса у малыша.

Раннее детство (преддошкольный период). Наряду с развитием интеллекта, предметной и игровой деятельностью, основными достижениями детей в преддошкольном возрасте (1-3 года) являются освоение ходьбы (прямохождение) и овладение речью. К концу раннего детства возникает главное новообразование этого возраста – формирование элементарного самосознания (выделение собственного «Я»).

Кризис трех лет. Внешне кризис трех лет проявляется несколькими важными симптомами, которые обозначают как «семизвездие симптомов» этого возрастного критического периода:

1. Негативизм – отрицательная реакция и отказ от выполнения определенных требований взрослых. Ее не следует путать с непослушанием, которое бывает и в более раннем возрасте.

2. Упрямство – реакция на свое собственное решение, которая заключается в настойчивом требовании его выполнения. Упрямство не следует смешивать с настойчивостью, так как здесь на первом плане требование считаться с личностью ребенка, признать его «Я».

3. Строптивость – реакция более генерализованная и безличная, чем предыдущие. Это протест против порядков, которые существуют в окружающей ребенка среде.

4. Своеволие – реакция эмансипации от взрослых, то есть стремление к независимости, отстаиванию своих прав на самостоятельность намерения, замысла.

5. Обесценивание взрослых – выражается в нередких весьма жестких, а порой и грубых заявлениях в адрес взрослого (например, что он «дурак» или «пьяница»), не отражающих реальное положение вещей.

6. Протест-бунт – проявляется в частых ссорах с родителями, которые приобретают черты своеобразной «войны» со взрослыми.

7. Стремление к деспотизму – проявляется в желании властвовать и управлять поведением взрослых и для этого изыскивается множество способов. Наиболее часто встречается в семьях с единственным ребенком.

Кризис трех лет – явление субъективно трудное для ребенка. Необычайно быстрое развитие психических и физиологических качеств ребенка в этот чрезвычайно сильно напрягает деятельность всех систем организма и возрастают предъявляемые к ним требования. Все это создает предпосылки для возможных срывов высшей нервной деятельности и развития патологии. Известно, что большинство патологических психологических состояний и психических болезней, которые берут начало в раннем детстве, впервые появляются (манифестируют) именно в этот критический период.

Дошкольный период (от 3 до 6-7 лет). Это период интенсивного становления процессов внимания, памяти, речи, мышления. Именно поэтому дошкольный возраст характеризуется интенсивностью игр, как ведущей деятельности дошкольника, направленной на развитие и совершенствование памяти, мышления, речи. В игре ребенок выходит за пределы своего семейного мира и устанавливает отношения с миром взрослых людей. Все эти процессы оказывают значительное влияние на формирование личности ребенка и особенности его нервно-психической сферы.

В старшем дошкольном возрасте очень важна оценка результатов деятельности ребенка со стороны взрослых. Если он не получает должной поддержки, то у него может сформироваться и развиваться комплекс неполноценности. Отрицательно влияют на формирование личности ребенка как пренебрежение его интересами или эмоциональная депривация (роль «пренебрегаемого», воспитание по типу «Золушки»), так и чрезмерная заласканность, постоянное помещение ребенка в центр внимания, что может «заразить» его самоуверенностью, зазнайством (воспитание по типу «кумира семьи»).

Настораживающими, в плане возможности дезадаптации поведения на последующих этапах возрастного развития, являются следующие особенностей поведения дошкольников (Лебединская К.С. и др., 1988):

• выраженная психомоторная расторможенность с трудностями организации поведения даже в пределах подвижных игр, трудности выработки тормозных реакций и запретов;

• склонность к примитивной лжи и вымыслам для оправдания своих проступков, а также легкость принятия неправильных форм поведения от более старших детей или взрослых;

• примитивные двигательные истероидные разряды с громким плачем и криками, импульсивность поведения с вспыльчивостью, ссорами и драками по незначительному поводу;

• реакции упрямого неподчинения и негативизма с озлобленностью и агрессией в ответ на наказание и замечания, побеги из дома и энурез (ночное недержание мочи) как реакция активного протеста.

Младший школьный возраст ( от 6-7 лет до 10-11 лет). Современные исследователи полагают, что особенности младшего школьника связаны с процессами социализации ребенка – принятием им на себя социальных ролей, главная из которых - «роль ученика». Социально-психологические аспекты адаптации ребенка к школе тесно переплетаются с ее медико-физиологическими составляющими. Этот период рассматривается как период повышенной стрессированности организма. В зависимости от индивидуальных особенностей, степени стрессоустойчивости дети оказываются в большей или меньшей степени подвержены развитию стресса. У многих из них снижается общая резистентность организма, что сопровождается повышением заболеваемости. Есть наблюдения, что пик функциональных нервно-психических отклонений первоклассников почти в 2 раза превышает соответствующие показатели у дошкольников того же возраста.

При затяжном и необычном протекании адаптационного периода следует обратить внимание на состояние здоровья ребенка, так как за этим может скрываться возможность обострения каких-либо хронических заболеваний, декомпенсации резидуальной (остаточной) органической мозговой недостаточности (в анамнезе таких детей часто прослеживаются трудные роды или осложнения беременности у матери, болезни ребенка в раннем послеродовом периоде).

Трудности адаптации к школе, особенно при отсутствии эмоциональной защищенности в семье открывают дорогу к различным вариантам патологического личностного развития таких детей.

Младшим школьникам свойственна высокая эмоциональность наряду с сильно развитой потребностью в движении. При невозможности удовлетворить эту потребность у ребенка ухудшается внимание, быстрее наступает утомление. Особые трудности в школе испытывают дети холерического темперамента, черты которого наиболее ярко выступают в критические периоды онтогенеза.

Настораживающими, в плане возможности дезадаптации поведения на последующих этапах возрастного развития, являются следующие особенности поведения младших школьников (Лебединская К.С. и др., 1988):

• низкая познавательная активность и личностная незрелость, диссоциирующие с возрастающими требованиями к социальному статусу школьника;

• сохраняющиеся элементы моторной расторможенности, сочетающиеся с эйфорическим фоном настроения и повышенной жаждой острых впечатлений;

• усиление некоторых элементов влечений – типа интереса к ситуациям жестокости и агрессии;

• немотивированные колебания настроения, а также конфликтность, взрывчатость и драчливость по мелким поводам (часто с заметными вегетативно-сосудистыми реакциями);

• реакции протеста по поводу школьных занятий – прогулы уроков, невыполнение домашних заданий «назло» педагогам и родителям;

• гиперкомпенсационные реакции со стремлением обратить на себя внимание отрицательными формами поведения: грубость, намеренное невыполнение требований и др.;

• трудности и даже невозможность усвоения школьной программы за счет как отсутствия интереса к учебе, так и слабых интеллектуальных возможностей;

• нарастание тяготения к асоциальности (мелкие кражи, попытки курения и алкоголизация), особенно при дефектах воспитания в семье (пьянство родителей, безнадзорность или грубая авторитарность стиля воспитания).

Подростковый и юношеский возраст. В медицинской литературе периодизация подросткового возраста проводится с позиций физического и полового созревания. Весь этап взросления определяется как пубертатный (лат. pubertas – половая зрелость). Подростковый возраст как переходный от детства к зрелости всегда считался критическим.

Биологическими факторами, оказывающими влияние на психическое развитие, в этот период являются: начало полового созревания, бурный рост и физическое развитие с перестройкой всех органов, тканей и систем организма.

Половое созревание как главный биологический фактор в этом возрасте изменяет поведение подростка. Наблюдающиеся при этом гормональные сдвиги повышают агрессивность, негативизм, драчливость и т.д. Однако они в значительной степени опосредованы не только воздействием нейрогормонов на соответствующие мозговые центры, но и социальными условиями существования подростка - его статусом в коллективе сверстников, взаимоотношениями со взрослыми. Наряду с отмеченными выше особенностями психики исследователи отмечают также, что у подростков резко возрастает способность к эмпатии по отношению к взрослым: стремление им помочь, поддержать, разделить их горе или радость. Однако если это остается незамеченным окружающими, повышается риск развития психоэмоциональных срывов.

Сложные взаимосвязи существуют между типом телосложения и психологическими особенностями подростка. Известны три главных соматотипа: эндоморфный (рыхлый, с избытком жира), мезоморфный (стройный, мускулистый) и эктоморфный (худой, костлявый). Наиболее привлекателен для сверстников мезоморфный, а наименее – эндоморфный тип. Со стройным, мускулистым типом подростки ассоциируют качества вожака, спортивность, энергичность и тому подобное. Напротив, рыхлый. С избыточной массой тела подростков часто является предметом насмешек. Трудности в отношениях со сверстниками возникают и у ретардантов. Одни подростки, осознав свою физическую слабость, пассивно смиряются с ней или начинают испытывать чувство неполноценности. Другие компенсируют недостаток в других сферах - учебе или усиленно занимаются спортом. Выбор этих вариантов во многом зависит от позиции взрослых – родителей, учителей. У девочек телосложение и оценка со стороны сверстниц также взаимосвязаны, но менее тесно, чем у мальчиков. Влияние телосложения на личность не однозначно и не фатально. Одни и те же качества имеют не одинаковое значение на разных этапах развития. Если вначале подростку для самоутверждения среди сверстников достаточно роста и физической силы, то позже на первый план выступают интеллектуальные и волевые качества и тот, кто шел по линии наименьшего сопротивления, может оказаться в трудном положении.

Психофизиологические особенности периода зрелости. Большая часть исследователей относит начало периода взрослости к моменту окончания юности – к 18-19 годам, а конец – к возрасту 55-60 лет. В этом диапазоне выделяют ряд стадий, для каждой из которых отмечаются характерные для нее особенности. Психофизиологические характеристики личности в период зрелости наиболее стабильны.

Однако специалисты отмечают так называемый «кризис середины жизни», развивающийся в 35-45 лет. Он определяется расхождением между уровнем притязаний, сформированных в молодости и реальными достижениями зрелого возраста. Убывание физических сил, в том числе и снижение сексуальной активности – одна из проблем этого возраста. Многие начинают жаловаться на быструю утомляемость, снижение работоспособности. Хорошо продуманная программа физических упражнений, диета оказывают свое положительное действие.

Успешное разрешение кризиса середины жизни включает обычно переформулировку целей на более реалистичные.

Поздняя зрелость (45-60 лет) – для одних характеризуется снижением активности (особенно у тех, кому удалось избежать кризис), для других глубинное обновление личности сопровождается ростом удовлетворенности собой. Активность личности не снижается. Даже наблюдается ее рост.

Для пожилого и старческого возраста (65 лет и старше), как и для каждого другого периода жизни человека – детства, юности, зрелости – характерны свои возрастные особенности. Собственно психические изменения, наблюдающиеся в процессе старения, связаны с процессами инволюции в центральной нервной системе. На скорость их возникновения и особенности проявлений существенное влияние оказывает вся биологическая и психосоциальная история предшествующих периодов жизни – врожденные особенности, приобретенные личностные качества, психические и социальные характеристики, составляющие жизненный опыт данного человека, перенесенные заболевания, травмы и т.д. Поэтому, наряду со свойственными старению общими, облигатными изменениями психических функций, психическое старение у каждого человека имеет и свои индивидуальные проявления.

Среди облигатных признаков старения психики наиболее общим свойством является снижение реактивности и резистентности организма, происходит замедление всех психических процессов. Это касается как простых сенсорных функций (зрение, слух, вкус, осязание), так и более сложных – психомоторики, восприятия нового, запоминания. Замедляются все поведенческие реакции, включая способность к адаптации в меняющихся условиях. В процессах замедления главную роль играют морфо–функциональные изменения в нервной системе, характеризующиеся повышением порога возбуждения в нервных клетках и волокнах.

Снижение функции памяти, ассоциируемое со старением, наблюдается не у всех старых людей и имеет свои особенности. Забывание более распространяется на материал, не организованный по смыслу, т.е. более страдает механическая память. Одновременно, нарушения мнестической деятельности в логико-смысловой памяти отражаются преимущественно на запоминании наиболее сложных и реже употребляемых логико-смысловых структур.

Относительно старения эмоциональной сферы существует мнение, что выявляемые биохимические сдвиги у пожилых людей (снижение активности норадреналин- и серотонинергических систем с ростом уровня адреналина в тканях) предрасполагают по мере старения к более частому появлению депрессивного и тревожного настроения. С другой стороны на состояние эмоциональной сферы большое значение оказывает социальная сторона жизни пожилого человека. В этом отношении ущербными для личности являются переживания утраты прежних социальных ролей, уменьшение доходов, ограничение социальных контактов. Неуверенность в совокупности со снижением физического потенциала и психосоциальными факторами старения способствует развитию мнительности, тревожности и склонности к грустному настроению.

В литературе описывается своеобразное эмоциональное состояние пожилых людей, обозначенное как возрастно-ситуативная депрессия при отсутствии жалоб на это состояние (Шахматов Н.Ф., 1996). Переживания воспоминаний о прошлом воспринимаются пожилыми людьми как обычные и не носят болезненного характера. Они являются как бы результатом переосмысления жизни и имеют адаптивную ценность, поскольку предохраняют человека от стремлений, борьбы и от сопряженного с ним волнения, которое крайне опасно для стариков. Исследования американских психологов показали, что тенденция к необоснованному, не подкрепленному серьезными интересами и основаниями оптимизму негативно влияет на продолжительность жизни стариков (Kalish R., 1979).

Характерологические изменения, свойственные нормальному старению, можно рассматривать как происходящие за счет усиления присущих людям в более молодом возрасте черт в совокупности с изменениями, привносимыми самим процессом старения. Так, некоторые люди с тревожно-мнительными чертами становятся еще более мнительными, тревожными и подозрительными, у расчетливых развиваются мелочность и скупость, доходящие при акцентуации до постоянного страха быть обворованным, оказаться нищим. Принципиальность и твердость установок часто преобразуется в непримиримость к взглядам окружающих. Эмоциональная несдержанность заостряется до степени взрывчатости, нередко – полной утраты контроля над эмоциональными реакциями. Сенситивность может перерастать в стойкое чувство пониженной самооценки, а при заострении проявляется в депрессивном фоне настроения, в переживаниях ущерба, отношения и преследования по типу сверхценных идей.

В силу ухудшающегося здоровья, мнительности, тревожности, неуверенности в будущем и снижения жизненной и социальной перспективы старые люди больше подвержены паническим настроениям, труднее приспосабливаются к переменам личной и общественной ситуации, часто при этом наступает временная декомпенсация психической деятельности (например, депрессии при перемене привычных условий, в частности квартирных, при появлении в семье новых членов, при уходе на пенсию и т.д.). Они становятся менее стрессоустойчивы.

Наряду с указанными ущербными сдвигами характера, у многих людей в старости наблюдаются и положительные изменения. Можно нередко наблюдать умиротворенность, отход от мелочных интересов жизни и осмыслению главных ценностей, адекватную переоценку своих желаний и возможностей, сглаживание противоречивых черт характера.

У старых людей чаще, чем у молодых стирается грань между нормой и патологией. Вследствие повышения чувствительности, снижения реактивности и резистентности к различным раздражителям, даже незначительные, обычно непатогенные физические и психические раздражители могут приводить у пожилых и, особенно у стариков к дезорганизации гомеостаза, к декомпенсации и заболеваниям.

Эмоциональные и поведенческие аспекты реактивности

Психофизиологический подход, базирующийся на изучении физиологических и биохимических изменений, происходящих в нервной системе при различных психологических состояниях, в том числе при эмоциональных переживаниях, сопровождающих стрессовые реакции, позволяет предвидеть риск негативных последствий. Специфика психофизиологических особенностей человека играет важную прогностическую роль при формировании валеологического прогноза и индивидуальной программы рекреационных или реабилитационных мероприятий.

В качестве непосредственных причин психологического стресса можно назвать конфликтные ситуации в микросоциуме (семья, трудовой коллектив, класс, студенческая группа и т.д.), получение неприятных известий, драматические события в жизни типа потери близких. Среди причин развития отрицательных эмоций как предпосылок стресса важная роль отводится недостаточному удовлетворению существующих у человека потребностей. По А. Маслоу существующая иерархия потребностей человека выглядит следующим образом:

• физиологические потребности в еде, воде, сне, половом удовлетворении,

• потребность в безопасности: защите, порядке, стабильности (наиболее ярко выражены у детей),

• потребность любить и принадлежать кому-то (семья, друзья и т.д.),

• потребность в самоуважении (самооценка своих достижений, потребность в признании со стороны окружающих),

• потребность в самореализации (удовлетворение от максимального использования своих способностей).

Удовлетворение всех этих потребностей лежит в основе формирования положительного эмоционального фона. И, наоборот, неудовлетворенные потребности, что порой не осознается самим человеком, могут явиться причиной тяжелого психологического стресса, последствиями которого могут стать психосоматические заболевания.

Другой вид психологического стресса – информационный стресс. Проблема информационного стресса – это проблема 20-го и, несомненно, 21-го столетия. Современные информационные системы позволяют получать новые данные со скоростью, порой превышающей возможности мозга для ее переработки. И возникает ощущение, что время ускорило свой бег. «Я никуда не успеваю» – это слова, которые свидетельствуют: человек находится в состоянии психологического информационного стресса. Не следует забывать, что для человеческого организма информация – это не только слова, графики, рисунки, схемы и т.д., то есть все то, что воспринимается сознанием, как информация. Для живого организма информация – это электромагнитное излучения, звуковые колебания, вибрация, химические соединения и др., словом все те сигналы окружающего мира, которые, воздействуя через наши органы чувств, вызывают активацию ЦНС. И если поток этих сигналов превышает сформированные в процессе эволюции возможности мозга для его переработки, развивается информационный стресс. Последствия информационных перегрузок оказались столь велики, что пришлось даже вводить новые термины для обозначения не совсем понятных состояний человеческого организма: синдром хронической усталости, компьютерная зависимость и т.д.

Какова бы ни была причина психологического стресса, в его развитии большое значение принадлежит формированию стенических или астенических эмоций в результате опосредованного влияния стрессора на подкорковые структуры, в частности лимбическую систему.

Одновременно с эмоциональными проявлениями стресса, как результат гиперкатехоламинемии, наблюдается мобилизация энергических ресурсов. Как уже было отмечено ранее, биологическое значение этого – подготовка организма к активным действиям. Именно поэтому, отрицательные эмоции типа гнева и ярости при стрессе, не получающие двигательной разрядки, являются причинами последующих психосоматических нарушений.

Ограничение негативных эмоциональных проявлений стресса при его естественном развитии происходит благодаря синтезу нейронами ЦНС эндогенных опиатов. Известно, что одним из стимулов повышения их синтеза является адекватная стрессу физическая нагрузка.

Большое значение при изучении механизмов психологического стресса имеет исследование таких генетически наследуемых индивидуальных особенностей высшей нервной деятельности (ВНД) индивидуума, как сила, подвижность и уравновешенность процессов возбуждения и торможения. Несмотря на выраженную социализацию личности и высокую значимость в ее формировании факторов внешней среды, ведущие характеристики личности отражают, прежде всего, генотипические особенности нервной системы.

Исследования последних лет расширили наши представления о биохимических аспектах физиологии ВНД в связи с открытием класса так называемых регуляторных пептидов поведения. Их синтез в ЦНС, имеющий высокую степень генетической детерминированности, обусловливает многие индивидуальные особенности поведенческих реакций человека, характеризующих наиболее устойчивые их формы.

Так, хорошо изучены нейропептиды и нейротрансмиттеры, регулирующие пищедобывательное поведение. Стимулируют аппетит и соответствующее пищевое поведение ГАМК, допамин, -эндорфин, энкефалин, лептины, нейропептид Y. Угнетают аппетит и пищевое поведение серотонин, НА, холецистокинин, нейротензин, бомбезин, соматостатин, VIP.

В регуляции полового поведения участвуют вазопрессин, окситоцин, VIP, люлиберин. Последний при значительном увеличении синтеза опосредованно через воздействие на ГАМК может вызывать значимые девиации полового поведения и даже инициировать половые извращения.

Материнские и отцовские инстинкты, реализующиеся в соответствующие формы поведения, опосредованы такими известными пептидами ЦНС, как окситоцин, пролактин, а также дериватами казеина (опиоиды группы казоморфинов).

Важным фактором внутреннего подкрепления являются опиоидные пептиды, нейротензин, патология синтеза которых рассматривается как один из факторов риска развития наркомании и алкоголизма.

Известна также группа пептидов мозга, индуцирующих конфликтное и агрессивное поведение. Среди них – группа эндозепинов (ингибиторы ГАМК), повышающих агрессивность и вызывающих драки в эксперименте на животных. Состояние сильной агрессии моделируется рецепторным конкурентом серотонина – SHT-модулином.

Большие надежды возлагают ученые на исследование роли оксида азота, связанного с глютаматергической системой мозга. Считают, например, что поведенческие симптомы шизофрении обусловлены не только патологией синтеза дофамина, как это считали ранее, но и нарушениями в глютаматергической системе, что не может происходить без участия NO (пониженное образование оксида нейронами ЦНС).

Повышение уровня тревожности, подавленность настроения связывают с дериватом холецистокинина – тетрапептидом ХК-4. Введение в эксперименте испытуемым этого вещества в дозе 0,5мкг/кг вызывает состояние паники. В настоящее время разрабатываются методы выработки аутоантител к данному пептиду, что открывает перспективы коррекции подобных состояний.

Современные представления о биохимии поведения позволяют считать, что в ряде случаев девиантное (отклоняющееся от общепринятого) поведение отражает имеющуюся у индивидуума патологию пептидных систем мозга (Ашмарин И.П., 2000).

Таким образом, современная физиология эмоциональных и поведенческий реакций человека, базирующаяся на данных о биохимических особенностях его мозга, открывает перспективы для модуляции негативных эмоционально-поведенческих проявлений стресс-реакции.

Особенности эмоциональной сферы тесно связаны с нейрофизиологическими процессами в головном мозге. На их формирование большое значение оказывает уровень сенсорных потоков в критические периоды онтогенеза. Так известно, что сенсорная депривация в младенческом возрасте и раннем периоде детства (равно как и недостаточность питания в эти периоды или изменения гормонального фона) вызывают дефекты, которые впоследствии не компенсируются. Среди них «эффект Маугли», феминизация поведения, гипоэмоциональность, трудности в общении.

В то же время, «эффект насыщенной среды» в период раннего онтогенеза способствует развитию стрессоустойчивости. При этом тренируется именно неспецифическая резистентность.

Низкая резистентность к действию факторов, вызывающих нарушения в психофизиологической сфере, чаще встречается у тех лиц, для кого было характерно нарушение периода первичной социализации, заканчивающегося у человека к 5-6 месяцам: изоляция от матери, дефицит внимания в детстве и т.д.. Именно у этих индивидуумов в последующем высок риск развития неадекватных поведенческих реакций при действии стрессоров.

Типы высшей нервной деятельности

Степень стрессоустойчивости в определенной степени зависит от типа высшей нервной деятельности человека, а также сформировавшихся у него в процессе развития особенностей характера.

Психофизиологическая конституция. Как и генетически наследуемый тип морфологической конституции, каждый человек с раннего детства имеет совершенно определенный, генетически детерминированный тип психофизиологической конституции. И.П. Павлов экспериментально доказал, что в основе каждого типа высшей нервной деятельности лежит определенное соотношение свойств нервной системы, а именно соотношение возбудимых и тормозных процессов, их сила, подвижность и разный порог чувствительности нервной системы к внешним и внутренним раздражителям.

В физиологии высшей нервной деятельности принято говорить о четырех основных типах психофизиологической конституции: трех сильных и одном слабом. Психологи широко пользуются этой классификацией в диагностике типов ВНД и прогнозировании поведенческих реакций личности.

Сильный, уравновешенный, подвижный тип нервной системы (сангвиник) отличается повышенной реактивностью и активностью нервных процессов при их уравновешенности. Человек этого типа живо и с большим возбуждением откликается на каждое событие, легко увлекается новым делом. Эмоции возникают и сменяются у него быстро, мимика и пантомимика живые и выразительные. У сангвиника высокий порог чувствительности, поэтому он не замечает очень слабых раздражителей, энергичен, работоспособен. Реактивность и активность сбалансированы, поэтому его легко дисциплинировать, он без труда сдерживает свои реакции и чувства. Высокая пластичность позволяет легко приспосабливаться к новой обстановке и новым требованиям, быстрому переключению внимания, интересов и стремлений. Высокий темп реакции сангвиника проявляется в общей подвижности, в речи, в быстроте ориентировки, сообразительности, гибкости мышления. Как правило, он в большей степени откликается на внешние впечатления, чем на субъективные образы и представления о прошлом и будущем (яркий экстраверт).

Реакция на перенапряжение возбудительного процесса у сангвиника развивается только при действии сверхсильных раздражителей и возникает редко. Реакция на перенапряжение тормозных процессов также бывает редко (чаще это результат отсрочки подкрепления, дифференцировочного торможения). Перенапряжение подвижности нервных процессов наблюдается при частой и глубокой ломке стереотипа, но более вероятно происходит «сшибка» процессов возбуждения и торможения.

Сильный, подвижный, неуравновешенный тип высшей нервной деятельности (холерик). Как и предыдущий тип отличается низкой чувствительностью, высокой реактивностью и активностью. Но у представителей этого типа ВНД реактивность явно преобладает над активностью, что предрасполагает к формированию таких черт характера, как необузданность, несдержанность, вспыльчивость, нетерпеливость, порывистость. Они менее пластичны и более инертны, чем сангвиники, поэтому характеризуются выраженной устойчивость стремлений и интересов, настойчивостью. Люди этого типа нервной системы чаще относятся к экстравертам, т. е. сфера их интересов направлена в окружающую среду. Поведенческие особенности холерика характеризуют его как человека порывистого, общительного, легко возбудимого, склонного к бурным эмоциональным вспышкам и сменам настроения. Это «боевой тип». Часто неформальный лидер, руководитель. Тип обидчивый, иногда грубый (в зависимости от воспитания), с высокой самооценкой. Может быть горяч. несдержан, склонен к ярости. Вместе с тем такой индивид быстро остывает и успокаивается, если ему уступают.

Указанные особенности со стороны ЦНС обуславливают то, что холерики отличаются четок выраженным доминированием той или иной потребности, целеустремленной направленностью на сигналы объектов, способствующих ее удовлетворению, при этом игнорируют конкурирующие мотивации, отвлекающие достижение намеченной цели.

Холерики в отличие от сангвиников подвержены срывам ВНД. Невротические состояния протекают по типу истерических реакций, псевдоманиакальных состояний.

Сильный, уравновешенный, инертный тип ВНД (флегматик) - это человек с высокой активностью нервных процессов, значительно преобладающей над малой реактивностью. Он обладает относительно низкой чувствительностью и эмоциональностью. Только очень сильные впечатления могут вывести его из равновесия и заставить проявить свои переживания. Чувства у флегматика развиваются медленно, но длительно сохраняются, аффектов практически не бывает, мимика и жесты однообразны, маловыразительны. Он не находчив, с трудом переключает внимание, привыкает к новой обстановке и перестраивает навыки и привычки. Флегматики – интроверты: на внешние впечатления реагируют не ярко, живут в мире своих образов, мыслей и переживаний.

Люди этого типа в силу особенностей ЦНС имеют хорошо сбалансированные потребности (нет акцентирования ни на одной), игнорируют множество происходящих вокруг событий, к деятельности их побуждают только высоко значимые сигналы. Они трудно переключаются на решение новых задач, терпимы, выдержанны, склонны к обучению, но в медленном темпе. Мало подвержены психоэмоциональному стрессу.

При развитии срыва высшей нервной деятельности у человека с подобным типом ВНД чаще развивается апатия.

Тип ВНД, характеризующийся слабостью процессов торможения и возбуждения, их инертностью - это меланхолик. Обладателей этого типа нервной системы отличает высокая чувствительность и низкая реактивностью. Поведенческие особенности характера обусловлены повышенной чувствительностью при большой инертности, что приводит к тому, что незначительный повод может вызвать у такого человека слезы, обиду. Настроения у него возникают медленно, но устойчивы, отличаются глубиной и часто носят астенический характер. Мимика и движения его маловыразительны, голос тихий, движения бедные. Он не умеет и не любит работать быстро, долго, без отдыха. Легко утомляется. Обычно не уверен в себе, особенно в новой обстановке. В привычной обстановке может быть очень контактным. Отличается тактичностью, считается с чувствами других людей. Ему присуще легко отвлекаемое и неустойчивое внимание, замедленный темп всех психических процессов. Среди меланхоликов преобладают интроверты, живущие внутренним миром, глубоко скрытым от окружающих. Такой человек живет сложной и напряженной внутренней жизнью, придает большое значение тому, что касается непосредственно его самого, обладает повышенной тревожностью, ранимой душой. Меланхолик всегда тяготеет к обороне, к защите, нередко окрашенной эмоциями страха, неуверенности, растерянности. Часто имеются трудности при выделении доминирующей мотивации (нерешительность). Меланхолик готов реагировать на широкий круг малозначимых сигналов, и, как следствие, склонен к колебаниям. Имеет повышенную чувствительность, переоценивает роль внешних событий. Это трудно обучаемый тип ВНД. Плохо адаптируется к внешним возмущающим воздействиям.

Меланхолик из всех рассмотренных типов наиболее склонен к срывам высшей нервной деятельности при психологических стрессах. Они протекают по типу неврозов, часто вплоть до глубокой депрессии.

Несмотря на выраженные различия ВНД физиологически приемлемы, достаточно приспособлены к обычным условиям внешней среды все четыре типа нервной системы – и сильные, и слабый. Однако реактивные способности организма – отклонение исходного уровня под влиянием возмущающих факторов и последующее возвращение к нему – различны.

Так, в эксперименте показано, что защитные свойства лейкоцитов у животных с сильным типом нервной системы более выражены по сравнению с обладателями слабого типа нервной организации. Аналогичные результаты получены и при изучении реакции на сахарную нагрузку: количество сахара в крови быстрее нормализуется у представителей сильного типа. Быстрее и полноценнее восстанавливаются у них показатели дыхания и кровообращения после физической нагрузки. Животные со слабой нервной системой более «расточительны», они неэкономно расходуют резервы организма, склонны затрачивать больше ресурсов там, где представители сильной нервной организации обходятся минимумом. У них быстрее возникают срывы, нервные расстройства, тревожные состояния.

Экстраполируя полученные в эксперименте результаты на людей, можно говорить, что с физиологической точки зрения, равно как и с психологической или педагогической, сильные и слабый типы характеризуют не разные степени совершенства индивидуума, а разные уровни взаимоотношений организма со средой. Так, к условиям монотонной длительной работы больше приспособлены люди со слабой нервной системой. Они легче переносят однообразие, меньше ошибаются. В ситуациях, требующих быстрого и тонкого различения внешних сигналов, важна именно повышенная чувствительность, свойственная слабому типу.