7. Моральный смысл различных форм эвтаназии

Термин "эвтаназии" требует детализации, поскольку отражает различные формы этого явления. Одним из различений, особенно широко использовавшимся лет двадцать-тридцать назад, является различение активной и пассивной эвтаназии. Пассивная эйтаназия - это отказ от жизнеподдерживающего лечения, когда оно либо прекращается, либо вообще.не начинается. Активная эвтаназия - это преднамеренное вмешательство с целью прервать жизнь пациента, например путем инъекции средства, вызывающего летальный эффект.

Если воспользоваться обозначенным различением, окажется, что пассивной эвтаназией будет не только отказ пациента от лечения в ситуации, когда болезнь несет непосредственную угрозу его жизни, но и, скажем, выписка пациента из больницы домой в том случае, когда ясно, что болезнь неизлечима. Ведь независимо от того, делается ли это по желанию пациента или по самостоятельному решению медицинского персонала, тем самым прекращается (либо минимизируется) процесс лечения. Очевидно, что такая форма пассивной эвтаназии - когда фактически приходится признавать, что "медицина здесь бессильна", - достаточно часто встречается в медицинской практике.

С моральной точки зрения при анализе отказа от лечения значимой является разница между ситуацией, когда принимается решение не начинать лечение, и ситуацией, когда прекращается уже начатое лечение. В первом случае может быть нарушена обязанность (ее называют "позитивной моральной обязанностью") спасти, или не дать умереть, а во втором ("негативная моральная обязанность") - не умерщвлять. Интуитивно понятно, что вторая обязанность более сильна, чем первая: человеку не надо прилагать каких-то специальных усилий, чтобы не убивать ближнего. Напротив, для того чтобы человек мог спасти кого-то, от него могут потребоваться сверхусилия на грани возможного; более того, у врача в этом отношении есть специальные профессиональные обязательства, поскольку спасение человеческих жизней - его предназначение (здесь уже действует принцип "делай благо"). Итак, если в первом случае мы ограничиваемся тем, что ничего не делаем, то во втором приходится совершить некоторое действие - например, отключить аппарат ИВЛ. Обобщая, можно сказть, что моральное бремя, ложашееся на врача, во втором случае будет более тяжким. Однако эту разницу между действием и бездействием не стоит абсолютизировать. Ведь если врач будет опасаться начинать жизнеподдерживаюшее лечение, чтобы не попасть в ситуацию, когда ему придется брать на себя тяжкое бремя отключения, то это может обернуться еще большим злом в отношении пациента, которому такое лечение действительно могло бы помочь.

Если с некоторыми формами отказа от лечения, ведущими к смерти пациента, приходится мириться как с неизбежным злом, то против активной эвтаназии выдвигаются весьма сильные аргументы морального характера. Более того, в подавляющем большинстве стран, включая Россию, активная эвтаназия запрещена законом.

Тем не менее с информационной целью остановимся на этом вопросе. Различают три формы активной эвтаназии: убийство (или умерщвление) из сострадания, добровольную активную эвтаназию и самоубийство при помощи врача. В первом случае жизнь, являющаяся мучением для пациента, так или иначе прерывается другим человеком, например врачом; причем не имеет значения, делается ли это с согласия страдающего пациента (обычно это такие ситуации, когда последний находится в столь тяжелом состоянии, что просто не может выразить согласие). Во втором и третьем случаях, напротив, определенно имеется согласие пациента. Разница же между этими двумя формами эвтаназии заключается в том, что во втором случае сам врач по просьбе больного делает ему летальную инъекцию, тогда как в третьем случае врач передает в руки пациента средство, позволяющее тому покончить с собой. Нередко упоминаемый в прессе американский врач Джек Кеноркяп - "доктор-смерть", который "проводил на тот свет" несколько десятков человек, действует именно таким образом: он создал устройство, которое вызывает смерть пациента только тогда, когда сам пациент приведет его в действие. Именно поэтому властям никак не удается привлечь его к судебной ответственности.

Бурные дискуссии вызывает практика активной эвтаназии, в начале 90-х годов узаконенная в Голландии, где таким путем уже умерщвлено более 16 тыс. пациентов. И хотя в связи с этим во многих странах мира усилили свою деятельность общественные движения, требующие узаконить активную эвтаназию, пока что они не добились заметных успехов.

Так, в США действует общество "Хэмлок" (Цикута), агитируюшее в разных штатах страны за изменение законодательства с целью разрешить врачам ассистировать при самоубийстве. Несколько лет назад, после ряда неудач, на инициированном сторонниками этого общества референдуме в штате Орегон им удалось одержать победу. Долгое время, однако, принятый в результате закон не удавалось применить. Препятствий здесь два - позиция Американской Медицинской Ассоциации, категорически запрещающей врачам помогать в осуществлении самоубийства ("врачи не должны быть палачами"), и аналогичная позиция Американской Психиатрической Ассоциации (дело is том, что, согласно принятому закону, психиатр необходим для освидетельствования на предмет того, позволяет ли психическое состояние пациента принять осознанное решение). Действующие в США нормы таковы, что нарушение запрета АМА или АПА ведет к невозможности продолжать практику. Следует, впрочем, заметить, что некоторые критики усматривают за позицией АМА скрытый финансовый интерес.Лишь в 1998 г. в Орегоне была проведена первая эвтаназия в соответствии с этим законом.

Важно иметь в виду и такое обстоятельство. Согласно данным социологических опросов, проводившихся в разных странах;, втом числе и в России, врачи намного более негативно относятся к эвтаназии, чем население в целом. Впрочем, как показывают данные опроса, проведенного среди московских врачей, более молодые врачи чаще считают эвтаназию допустимой в исключительных случаях, чем врачи более старших возрастных групп. Это может быть до водом в пользу то го, что в будущем отношение врачей к эвтаназии может стать более терпимым.