Мир и человек начала ХХ века в призме музыкального искусства России. Опыт когнитивного осмысления

Введение

Насколько можно понять, мы находимся сегодня в преддверии нового исторического измерения. То, что устанавливалось на заре ХХ века, по-видимому приближается ныне к своему эволюционному завершению. И думается, что в совсем недалёком будущем мы, вероятно, со всё большей отчётливостью сможем прозревать контуры иного времени.

Вот что побуждает обратиться к осмыслению того, что происходило около столетия назад, когда закладывался фундамент ещё продолжающей существовать современной эпохи. Но прежде необходимо оговорить те понятия и определения, которые будут фигурировать в ходе последующего изложения.

Новое время в исторической науке принято исчислять с эпохи Возрождения. Вслед за ней последовала эпоха Барокко, а далее начиналось то, что обозначим Классической эпохой. Такое наименование правомерно, поскольку именно в ходе её эволюции в различных видах искусства сложились основополагающие формы и жанры.

художественных измерения, получившие давно установившиеся названия: Просвещение (вторая половина XVIII века) и Романтизм, под которым обычно имеют в виду всё XIX столетие.

Но здесь сразу же требуются существенные поправки. Эпоха Просвещения распадается на два составляющих её

периода приблизительно сорокалетней протяжённости: Раннее Просвещение (примерно 1730–1760-е годы) и собственно

3

Просвещение или Высокое и Позднее Просвещение (1770– 1800-е), где Высокому Просвещению отводятся 1770–1780-е годы, а Позднему – 1790–1800-е.

Романтизм в прямом соответствии этому обозначению занимает следующий сорокалетний период (1810–1840-е годы), переходя в тот период, который мы всё чаще именуем Постромантизмом (1850–1880-е), поскольку сугубо романтические проявления на данном этапе отошли в искусстве на второй план.

После этого эволюция Классической эпохи завершалась ещё на протяжении почти сорокалетия (1890–1920-е годы), и здесь мы непосредственно соприкасаемся с тем временем, которое будет предметом рассмотрения предлагаемого очерка. Сразу же проведём необходимую параллель.

Как на этапе 1730–1760-х годов исторически совмещались завершавшая свою эволюцию эпоха Барокко и нарождавшаяся Классическая эпоха (в контурах Раннего Просвещения), так и в 1890–1920-е годы «сходившая со сцены» Классическая эпоха находилась в непосредственном взаимодействии с формировавшейся тогда текущей ныне эпохой.

Эту эпоху, пришедшую на смену Классической, резонно именовать как Модерн хотя бы на том основании, что с начала ХХ века самое широкое распространение получили терми-

ны модерн, стиль модерн, модернизм (в русскоязычном обиходе 1920-х годов современничество).

Данная эпоха после 1890–1920-х годов прошла в своей эволюции такие большие периоды, как середина ХХ столетия

(1930–1950-е), его вторая половина (1960–1980-е), а 1990-е

открыли нынешний этап (рубеж ХХI века), который нередко обозначают как Постмодерн.

Если следовать исторической логике, то, исходя из тридцатилетней протяжённости предыдущих периодов, этот этап близится к завершению, и с 2020-х годов должен начаться период перехода от Модерна к следующей эпохе.

4

Имя её, возможно, будет Информ – ввиду стремительно нарастающей значимости всякого рода цифровых, виртуальных и кластерных технологий. И если Возрождение, Барокко и Классическая эпоха составили эру Нового времени, то с Модерна своё исчисление повело Новейшее время.

Обрисовав ретроспективу и перспективу смены эпох, вернёмся к зоне стыка Классической эпохи и Модерна: итак, 1890–1920-е годы, которые в последующем будем именовать как начало ХХ века. Пользоваться этим обозначением будем только из соображений краткости, так как точнее было бы обозначение рубеж и начало ХХ века.

Рубеж ХХ века – это 1890–1900-е годы, когда явственно современное заявляло о себе только в виде отдельных элементов, а превалировало то, что соответствовало поздней стадии Классической эпохи, поэтому справедливо говорят о позднеклассическом искусстве.

Столь же правомерен и термин позднеромантический стиль – ввиду того, что в эти десятилетия, после Постромантизма, с характерным для него доминированием реалистических тенденций, с новой силой заявили о себе романтические устремления.

Собственно начало ХХ века – это 1910–1920-е годы, когда бурный прорыв новейших художественных форм со всей очевидностью знаменовал выход Модерна на историческую арену. На этой стадии, оттесняя всё позднеромантическое, в искусстве безусловно главенствовал тот стиль, который можно назвать раннесовременным (подобно раннеклассическому стилю в фазе перехода от Барокко к Классической эпохе).

И сразу же условимся, что употребление понятий раннесовременный (или шире – современный) подразумевает в данной работе соотнесённость с художественным творчеством первого периода Модерна (1890–1920-е годы).

5

** *

Напомним терминологическую цепочку, звенья которой могут понадобиться в ходе последующего изложения:

Новое время и Новейшее время; Классическая эпоха и Модерн; рубеж ХХ века и начало ХХ века;

классическое, позднеклассическое (или позднеромантическое) и современное, раннесовременное.

Присоединим к этому следующие соображения. Рассматривая музыкальное искусство России начала ХХ века, будем подразумевать её в статусе многонациональной державы, что затем было унаследовано Советским государством. Таким образом, в анализ вовлекаются артефакты, принадлежащие не только русской, но и другим композиторским школам (главным образом Украина, Прибалтика и Закавказье). При этом не проводится некий водораздел между творчеством дооктябрьских и послеоктябрьских лет.

Преследуя цель когнитивного осмысления избранного материала, автор посчитал необходимым исключить аналитическую аргументацию, чтобы построить изложение в компактной, предельно обобщённой форме, целиком сосредоточившись на моделировании художественной картины, то есть на выяснении вопроса: каким можно представить облик мира и человека начала ХХ века в призме музыкальнохудожественного творчества своего времени?

Исходя из той же установки на краткость и обобщённость рассмотрения, позволим себе отвлечься от эволюционных подробностей и рассмотреть исторический процесс как бы спрессованным в некую одномоментную целостность, именуемую началом ХХ века.

При желании читатель сможет удовлетворить возникший интерес и получить необходимую информацию в двух книгах автора: «Картина мира в музыкальном искусстве России

6

начала ХХ века» (М., 2005) и «Мировая художественная культура как системное целое» (М., 2010).

Касаясь предлагаемого типа осмысления музыкального материала, заметим, что в последнее время внимание искусствознания всё больше привлекает проблема создания художественной картины мира. Речь идёт о формировании знания о человеке и окружающей его действительности, исходя из образно-семантической системы искусства, которое рассматривается как своеобразное и важнейшее свидетельство породившей его эпохи.

Избирая в качестве конкретного материала для реконструкции художественной картины мира отечественную музыку начала ХХ века, можно констатировать, что, с одной стороны, это актуальный пласт культуры, поскольку он является составной частью текущей ныне эпохи и возникшие тогда творческие идеи оказывают своё плодотворное воздействие на художественную практику вплоть до настоящего времени. С другой стороны, это художественный объект, находящийся на достаточном историческом отдалении и потому вполне отстоявшийся для восприятия и объективных оценок.

Особенности искусства этого периода определялись тем, что оно оказалось на скрещивании двух эпох – завершавшей своё развитие Классической эпохи и начинавшей свою эволюцию нынешней эпохи. И суть процессов в этой хронологической зоне, протянувшейся с 1890-х по 1920-е годы, состояла прежде всего в переходе от классики к современности.

Основной водораздел внутри периода приходится на самое начало 1910-х годов, когда в художественном творчестве произошёл коренной перелом. Этим объясняется явственное расчленение на два этапа: 1890–1900-е и 1910–1920-е годы.

На первой из этих стадий черты современного музыкального языка складывались и накапливались под эгидой классической системы мышления, на второй стадии происходит

7

стремительное развёртывание современного стиля, а классическая стилистика оказывается на вторых ролях.

Какими же предстают мир и человек начала ХХ века в зеркале отечественной музыки этого времени? Осмысливая данную проблему посредством анализа соответствующих артефактов, можно прийти к выводу, что в самом крупном плане суть происходившего в те времена так или иначе сводилась к трём магистральным процессам:

коренное обновление бытия и кардинальное раздвижение жизненных горизонтов;

стремление к всемерному высвобождению и раскрепощению во всевозможных формах и в самых различных направлениях;

вытеснение классической концепции мира и человека.

8

Вызов прошлому

Переходя к рассмотрению первого из этих процессов, со-

стоявшего в коренном обновлении бытия и кардинальном раздвижении горизонтов, находим, что свою эволюцию ХХ столетие начинало с интенсивнейшего продуцирования идей, открытий, инициатив, новаций. Это был настоящий бум модернизации, поистине революционный переворот.

В контексте бурной экспансии Модерна преодоление инерции нередко означало вызов прошлому, разрыв с ним, его ниспровержение. Путём резкого слома прежних представлений и установок, подчас ценой немалых издержек был совершён прорыв в качественно новую жизненную реальность, сложился принципиально иной тип мироощущения, психологии, двигательно-эмоционального настроя.

Чрезвычайно расширились границы мыслимого и возможного, что заметнее всего сказалось в пристальном внимании к сфере «макро» и «микро», то есть к явлениям, выходящим за пределы привычных параметров существования.

Что касается макрокосмоса, то, не довольствуясь обыденным знанием о себе, человек стремился внутренним взором проникнуть в изначальные глубины своего «я», осознать себя в сродстве с великой стихией всеобщей материи и ощутить себя её неотъемлемой частицей.

Формой связи с всеприродным космосом становится пантеизм, представленный в массе градаций.

Из более обычных его проявлений – круг эмоций, возникающих в ситуации, когда тонко чувствующая душа остаётся наедине с пейзажем, проникается им в благостном созерцании до иллюзии слияния с ним (прелюдии С.Рахманинова G-dur и gis-moll ор.35 №№ 5, 12, Десятая соната А.Скрябина).

9

Иная категория – «естественный человек», произрастающий в природной среде, неотрывный от неё, что чаще всего присуще младенцу (песни Комитаса «Ручеёк», «Куропаточка») или «язычнику» (балет И.Стравинского «Весна священная»).

Предельная форма пантеистического мирочувствия связана с настолько глубоким погружением во всеобщую материю, что происходит растворение человеческого в ней (симфоническая картина А.Лядова «Волшебное озеро», прокофьевский Этюд ор.2 № 1).

Понятно, что в подобных случаях всё наполняется бликами, звуками и голосами природы: дыхание земли и брожение её соков, колыхание воздуха, журчание воды, весенняя капель, шелест листвы, трепетная вибрация света, радужные переливы цветового спектра, гуканье и рык существ, обитающих в дикой лесной глуши, и в особом изобилии – птичий гомон, щебет, пересвист, клёкот, трели, до фантастичности причудливые рулады, фиоритуры, выщёлкивания.

Именно в соприкосновении с пантеистической стихией делались попытки проникнуть в сокровенное таинство зарождения жизни. Обязательной предпосылкой становления этого феномена является особого рода плодоносное насыщение, доводимое до грани избыточности, до ощущения непомерной физической тяжести, переполняющей всё существо, чему сопутствует состояние напряжённой томительности, тревожной затаённости и телесно-психологического оцепенения или дрёмы-забытья в ожидании канунов рождения новой жизни.

Общий тонус может быть в таких случаях и относительно светлым (средний раздел II части Третьей симфонии Р.Глиэра), однако гораздо достовернее сумеречнозатемнённая атмосфера и щемяще-скорбный оттенок (сцена «Вешние хороводы» из балета И.Стравинского «Весна священная»).

10