Инновационное развитие науки возможности, проблемы, перспективы. Ч. XIII. Монография

лингвокультурные типажи, как: «английский рыцарь», «английский аристократ», «английский бизнесмен», «английский колониальный служащий», «английский сноб» и многие другие.

В связи с появлением и разработкой все новых и новых лингвокультурных типажей, возникла необходимость в их классификации. Многие ученые-лингви- стыпредпринималипопыткиразработатьидосихпорразрабатываютпараметры для наиболее удобной и правильной классификации лингвокультурных типаже.

В.И. Карасик выделяет два основных вида ЛКТ:

1)этнокультурныелингвокультурныетипажи(типажи, принадлежащие

копределенному этносу и выражающие ценности всего общества);

2)социокультурные лингвокультурные типажи (типажи, принадлежащие к определенным социальным группам и противопоставленные остальному обществу) [11; 20].

«Модельные личности рассматриваются как социокультурные типы, которым либо подражают, либо отторгают.

По признаку реальности языковой личности ученый предлагает разделить ЛКТ на реальные и фикциональные. Данная классификация опирается на прототипные образы, которые могут быть использованы либо из жизни, либо, например, из литературных произведений. Мы можем подразделить реальные типажи на современные и исторические, а исторические на социально-классовые и событийные [13].

Согласно О.А. Дмитриевой, ЛКТ, являясь разновидностью концепта, вбирающеговсебязнаниеотипичномпредставителеопределеннойкультуры, обладает большинством его свойств и, соответственно подвергается описанию и классификации по тем же параметрам, что и концепты. ЛКТ, как известно, так же, как и концепты, отражают этнокультурную специфику общества. Любой концепт, как утверждает О.А. Дмитриева, включает в себя три важных компонента: понятийный, образный и ценностный. Для того чтобы раскрыть понятийный компонент лингвокультурного типажа, необходимо установить словесную характеристику данного понятия, изучив словарные статьи или выявив ближайший ассоциативный круг признаков типажа. Образный аспект подлежит описаниюприпомощивыявленияегопрямыхиопосредованныхперцептивныххарактеристик. Ценностный компонент ЛКТ трактуется через объяснение значения, которое данный типаж имеет для культуры [13].

Какужебылоупомянутовыше, лингвокультурныйтипаж, вотличиеотмодельной личности, может иметь как положительную, так и отрицательную оценку. В.И. Карасиксчитает, чтомодельнаяличностьчащевсеговыступаетэталоном, идеалом, которому стремятся подражать. Напротив, лингвокультурный типаж может быть критикуем и не всегда выступает примером для подражания. Взависимостиотоценки, которуюполучаетлингвокультурныйтипаж, онможет обладать следующими оценочными признаками:

–яркий лингвокультурный типаж (модельная личность),

–неяркий лингвокультурный типаж,

–положительный лингвокультурный типаж,

–отрицательный лингвокультурный типаж [13].

11

Согласно О.А. Дмитриевой, существуют и другие признаки, по которым можно охарактеризовать лингвокультурный типаж, а именно:

–принадлежностькопределенномусоциальномуклассу(лингвокультурный типаж может охарактеризовывать личность, принадлежащую к господствующему классу общества, например, дворянству, или не господствующему, например, крестьянству);

–территория, на которой данный лингвокультурный типаж существует (например, «англичанин», «американец», «гасконец» и т.д.);

–отношение к какому-либо событию (событие, в связи с которым выделяется лингвокультурный типаж (например, «декабрист», «блокадник», «якобинец»);

–этнокультурная уникальность (лингвокультурный типаж эндемичен, то есть принадлежит только к одной культуре – «матрешка», «мушкетер», «бифитер»),

–трансформируемость (лингвокультурный типаж может принадлежать к определенному историческому периоду, и со временем может претерпевать изменения, его значение может быть модифицировано, например, «декабрист» и «гусар»).

Данныепризнакимогутбытьиспользованыирассмотреныпоотдельности

ив совокупности с другими для описания лингвокультурного типажа, составления его характеристики [13].

Понятия «роль» и «лингвокультурный типаж» пересекаются в некоторых своих характеристиках. В.И. Карасик утверждает, что исполнитель роли имеет некоторую свободу действий. Однако сама роль обычно соответствует образцу

иимеетопределенныеграницывповедении. Важнымявляетсято, чторольстроится на основе совокупности действий, выполняемых исполнителем роли. Роль не возникает при присутствии только одного релевантного признака или на основе общих характеристик. Для того, чтобы предсказать алгоритм поведения, следует знать более конкретные признаки. Структура роли строится на основе места личности в обществе, социального положения, социальных связях, ролевых предписаний и ожиданий. Типология ролей очень разнообразна. В.И. Карасик выделил критерии ролей на основе характеристиках личности: постоянные

ипеременные (например, женщина – учитель); независимые от человека и усвоенные (ребенок – ученик); статусные и ситуативные (директор – прохожий); внутригрупповые и межличностные (лидер – друг).

Разумеется, эти характеристики существуют во взаимодействии друг с другом, и одна и та же личность может осуществлять различные роли [13].

Кромеужеизложенныхпризнаковлингвокультурныхтипажей, О.А. Дмитриевавыделяетещетакие, как: узнаваемостьиассоциативность, рекуррентность, хрестоматийность, широкая узнаваемость, знаковость(символичность), яркость, типичность, прецедентность [13]. Лингвокультурный типаж должен быть непременно узнаваемым, так как только тот образ, который имеет важное значение в культуре и оказывает на нее влияние, может считаться лингвокультурным типажом. Ассоциативность лингвокультурного типажа указывает на то, что лингвокультурный типаж вызывает ассоциации в сознании человека. Рекуррентность

12

означает частоту использования или упоминания лингвокультурного типажа в жизни людей, его повторяемость. О хрестоматийности типажа можно судить по тому, насколько он узнаваем для широкой массы людей. Любой лингвокультурный типаж представляет большое значение для культуры, в которой он существует, а его отсутствие в других культурах придает ему знаковость (символичность). Логично также и то, что лингвокультурный типаж должен обладать признакомяркости, тоестьпредставлятьинтересдляисследования, являясьважным элементом культуры. Характерным признаков лингвокультурного типажа являетсятакжееготипичность, чтозначит, чтоондолженвбиратьвсебяуниверсальные для всей культуры характеристики, исключая индивидуально-психологиче- ские особенности ее представителей. Не менее важным признаком лингвокультурного типажа является его прецедентность. О прецедентности говорит то, что лингвокультурный типаж известен всем представителям культурно-языкового сообщества, являетсяважнымдлянегоиимеетсвоюпродолжительнуюисторию.

По мнению В.И. Карасика, лингвокультурный типаж может быть охарактеризован низким, средним или высоким уровнем коммуникативной компетенции. К лингвокультурным типажам с низким уровнем коммуникативной компетенции можно отнести личностей с уровнем интеллектуального развития ниже среднего, которые не умеют правильно воспроизводить свои мысли и идеи в речи, которые имеют скудный словарный запас, не владеют различными речевыми жанрами, а также представители другой лингвокультуры, совершающие ошибки в речи на данном языке, и люди, намеренно использующие ненормативную лексику и нарушающие этические нормы речи.

Эти три типа личностей, обладающие низким уровнем коммуникативной компетенции, невозможноотождествлять, поэтомуВ.И. Карасикиспользуетспециальные термины для их обозначения: «примитивная» языковая личность, «инокультурная» языковая личность и «вульгарная» языковая личность. В то же время, личности с высоким уровнем коммуникативной компетенции тоже не представляютоднороднойгруппы. Дляобозначенияязыковойличности, обладающей высоким уровнем коммуникативной компетенции обычно используют термин «элитарная языковая личность», предложенный О.Б. Сиротининой. Для элитарной языковой личности обычно характерны хорошие коммуникативные умения, жанровое разнообразие речи и соответствие нормам этики речи. Чаще всегокразрядуэлитарныхязыковыхличностейотносятязыковыхэкспертов, мастеров слова, ораторов, ученых, творческих деятелей [13].

О.А. Дмитриева предлагает исследовательскую модель описания лингвокультурного типажа, которая состоит из следующих компонентов:

–паспорт лингвокультурного типажа, который составляется на основе его внешнего образа, атрибутов одежды, возрастной характеристики, половой принадлежности, места происхождения, места жительства и вида жилища, сферы деятельности, социального положения, вида досуга, семейного положения, окружения, речевых особенностях;

–социокультурнаясправка(историческиефакты, информацияопериоде существования лингвокультурного типажа, его изменение в течение истории);

13

–дефиниционные характеристики (словесная характеристика понятия, значение понятий ассоциативного ряда);

–ценностные характеристики (рольлингвокультурного типажа вданной культуре, качества, присущие лингвокультурному типажу) [13].

С точки зрения И.А. Мурзиновой, по ассоциативному признаку лингвокультурные типажи можно разделить на фиксированные и дисперсные. Группа фиксированных типажей подразделяется еще на две подгруппы:

–жестко фиксированные типажи, которые подразумевают одну определенную личность, то есть имеют узкий ассоциативный ряд;

–слабо фиксированные типажи, которые связываются в сознании с небольшой группой личностей.

Большая же часть лингвокультурных типажей являются дисперсными. Дисперсные лингвокультурные типажи – это те типажи, которые вызывают ассоциации с неограниченным числом личностей. Для того чтобы определить тип лингвокультурного типажа по ассоциативному признаку, необходимо провести сбор информации посредством анкетирования или интервьюирования представителей исследуемой культуры [34, 37].

По мнению Е.А. Ярмаховой и В.И. Карасика, лингвокультурный типаж не всегда привязан к реально существующей личности, иногда он может быть вымышленным. К примеру «тургеневские девушки» - это вымышленные героини, однако в нашем сознании они всегда представляются как высоконравственные личности, готовыепойтинажертвырадилюбви, ониблагородныивсемсердцем преданны близкому человеку [42, 51].

Кроме прочих классификаций лингвокультурных типажей, О.А. Дмитриева предлагает некоторые другие. Во-первых, лингвокультурный типаж может быть фактический и фикциональный, что примерно похоже на классификацию Е.А. Ярмаховой и В.И. Карасика – реально существующие типажи и вымышленные типажи. В данном случае фактический лингвокультурный типаж будет приравниватьсякреальносуществующему, афикциональныйбудетсоответствовать вымышленному. Во-вторых, с точки зрениякоммуникативногоповедения, лингвокультурным типажам могут быть свойственны «жесткие, мягкие и нулевые прескриптивы». Жесткие прескриптивы запрещают или предписывают действия людей, относящихся к определенному классу, возрасту, полу, в соответствии с принятымивобщественормами. Мягкиепрескриптивынамекаютнапредпочтительныйвыборопределенноймоделиповедениядлясохранениябалансавобщественных отношениях. Нулевые прескриптивы говорят о том, что у данного лингвокультурноготипажанет четкоустановленных правилповедения, поэтому

унего есть право на выбор. В-третьих, лингвокультурные типажи могут иметь фиксированныеиразмытыевозрастныехарактеристики. Длятипизируемойлич- ностинаиболеехарактернымвозрастомявляетсяпериод30-40 лет, когдачеловек обладает достаточно устойчивыми, развитыми качествами и сформированным стилем поведения. В-четвертых, с позиции половой принадлежности (гендерной характеристики) лингвокультурных типажей, они могут быть маскулинными (типажи с четко выраженными характеристиками, свойственными сильному полу), феминными (обобщенными образами, берущими за основу женские

14

характеристики) и нейтральными. Кроме того, лингвокультурные типажи могут быть прямыми и ассоциативными [22, 3-4].

Далее выделим основные классификации, наиболее, на наш взгляд, продуктивные для проведения исследования лингвокультурных типажей. Наиболее часто используемой классификацией для описания ЛКТ является классификация, предложенная В.И. Карасиком и О.А. Дмитриевой, которая подразумевает описание понятийных, образных и ценностных характеристик ЛКТ, а такжедругая исследовательская модель, состоящая из паспорта ЛКТ, социокультурной справки, дефиниционных и ценностных характеристик. Дополнительные признаки лингвокультурных типажей, такие, как фиксированность и дисперсность, положительность и отрицательность, фактичность и фикциональность и прочие позволят дополнить модель ЛКТ.

Впроцессе моделирования лингвокультурного типажа «английский страж Тауэра» необходимо указать и социально-исторические предпосылки его возникновения, которые выделены в отдельную категорию, обозначенную как «социокультурная справка». Формирование такой справки входит анализ исторического периода, в котором типаж существовал, какие изменения на протяжении истории претерпел и каково его место в современной истории Англии [11, 13].

Далее проведем этимологический анализ данного типажа. Исследуемый лингвокультурный типаж «страж Тауэра» или «бифитер» («beefeater»), или «йомен» («Yeomen Warder»), уходит своими истоками в далекий 1485 год, когда стражи Тауэра впервые начали сторожить Лондонский Тауэр по указанию короля Генриха VII, первого монарха из династии Тюдоров [29, 30].

Согласно энциклопедии «Британника» “Yeomen of the Guard were “part of the royal household, whose duties, now purely ceremonial, were originally that of the sovereign’s personal bodyguard.” [28, 916]. Из цитаты следует, что обязанности йоменов менялись на протяжении истории и подвергались некоторым изменениям. Стражники Тауэра в 1485 году были личной охраной правителя, в настоящее время они несут караульную службу, проводят экскурсии по Тауэру и принимают участие в Церемонии Ключей [28].

Понятие «йомен» упоминается в англо-германо-скандинавском эпосе «Беовульф» идатируетсяещеVII-VIII веками. Вместестем, вписьменнойформе слово было впервые использовано в начале XII века, а в устной – во времена раннего Средневековья [28].

ВXIII – XIV веках йомены представляли собой независимое крестьянство

вАнглии. Йомены имели владения, передаваемые по наследству, и вели самостоятельноехозяйство. Семантикасловавтовремябылаболееширокой, всекрестьянеАнглиитоговремени, ведущиесамостоятельноехозяйство, былиназваны «йоменами», независимо от социального статуса [37; 38].

ВXI векевАнглиийоменыдостаточносвободнораспоряжалисьземлейна правах арендатора, т.е. статус вобществе былдовольно-таки высокий. Основная частьйоменовбылапредставленакрестьянами-фригольдерами(free-holders), что означает «свободный держатель». Иными словами, йомены относились к классу крестьян-аристократов [29, 30].

15

Йомены, или йоменри (yeomanry) составляли основную часть парламентской армии, представляли собой отважную пехоту, и впоследствии были дополнены конницей. Ранее парламентская армия была образована наемниками и ополчениями графств, плохо снабженными вооружением. Лондонская милиция была укомплектована, но не имела боеспособной конницы [34;35].

В соответствии с энциклопедией “Britannica”, каждый правитель Великобритании создавал свою собственную стражу из его приближенных. Постоянная королевскаястражабылавведенатолькововремяправлениякороляГенрихаVII. Стражи короля, йомены, “Yeomen of the Guard” были организованы королем на поле сражения во времена войны алой и белой розы. Йомены, сопровождали его всегда и везде, и днем, и ночью, отвечая за его безопасность не только во время путешествий и на поле боя, но и во время его присутствия в замке [28, 916].

Для выявления понятийных характеристик языковой единицы «английский страж Тауэра» всовременном английскомязыке проведем дефиниционный анализ с опорой на авторитетный английские и американские лексикографические источники.

Beefeater – “a yeoman of the guard that forms part of an English monarch's train on state occasions”, что означает, что бифитеры или стражники Тауэра – это при-

ближенныемонарха, егосвита, атакже “a warder of the tower of London uniformed like a beefeater” [33]. Yeoman Warder: “in a manner befitting a yeoman: bravely” [41].

“Beefeater is also “оriginally a derogatory term for a well-fed servant” [32].

Вeefeater” – это an “eater of beef”, Yeoman of the Guard (XVIIс). Кроме того, “yeoman” pl. “yeomen” – это “attendant below the rank of “sergeant” XIV; freeholder below the rank of a gentleman, (hence) man of good standing XV. ME. ȝoman, ȝuman, ȝeman, ȝiman, prob. reduced forms of ȝong-, ȝung-, ȝeng-, ȝingman, i.e. youngman, which was similarly used in ME. [29,30, 34].

“Beefeater – “one who eats another’s beef”. По отрицательной коннотации,

заложенной вместоимении another, можно судитьо том, чтобифитеры питались со стола правителя [29,30, 40].

Приступая к раскрытию понятийного компонента нашего лингвокультурного типажа, обратим наше внимание на дефиниции к трем синонимичным понятиям «страж Тауэра», «бифитер» и «йоменский привратник» / «йомен», предлагаемые в словарных статьях [31; 32; 33; 34].

“The name Beefeater is of uncertain origin, with various proposed derivations. The most likely is considered to be the Warders' payment in rations that included beef, as well as mutton and veal, and various historical commentators have noted a preference for beef among the Warders and the Yeomen of the Guard. Count Cosimo, Grand Duke of Tuscany, visited the Tower in 1669 and commented "A very large ration of beef is given to them daily at court...that they might be called Beef-eaters". It has been suggested that beefeaters were privileged with a ration of beef from the King's table” [44].

“Beefeater” – “a guard at the Tower of London, who wears a traditional oldfashioned red uniform and guards the Crown Jewels. The beefeaters are also called the

“Yeomen of the Guard”. “(in Britain) a member of a military unit who attend the Queen at certain ceremonies and act as keepers at the Tower of London. They are also called

16

“beefeaters” and they wear a special uniform, which often appears on souvenirs of London.” [31; 34; 42; 43].

В другом словарном источнике “beefeater” – “a guard at the Tower of London, who wears a traditional old-fashioned red uniform and guards the Crown Jewels.

The beefeaters are also called the “Yeomen of the Guard”.” Несмотря на то, что ин-

формация данной словарной статьи дает больше образную характеристику стража Тауэра, мы находим подтверждение тому, что бифитеры – название, достаточно широко используемое для обозначения стражей Тауэра, которые охраняют королевские драгоценности, находясь на службе у короля. Понятие “yeoman of the guard” в том же словаре получило следующую дефиницию: “(in Britain) a member of a military unit who attend the Queen at certain ceremonies and act as keepers at the Tower of London. They are also called “beefeaters” and they wear a special uniform, which often appears on souvenirs of London.” Данные дефиниции пересекаются, так как их значения почти идентичны. Так, применив метод семантизации, мы приходим к выводу, что бифитеры, или йомены, – это служащие при дворе короля или королевы, которыесопровождаютправителянаторжественныхцеремонияхиохраняют лондонский Тауэр. Кроме того, образстража Тауэра, очевидно, представляет большуюценностьдлябританцев, таккаконобладаетсимволичностьюиегочасто изображаютна лондонскихсувенирах[32; 33; 42].

Информация об этимологии понятия «бифитер» или “beefeater” также представлена на зарубежном сайте, и, хотя не является словарным источником, представляет для нас особый интерес в силу дополнительных коннотаций, при-

сущих данному понятию: “The name Beefeater is of uncertain origin, with various proposed derivations. The most likely is considered to be the Warders' payment in rations that included beef, as well as mutton and veal, and various historical commentators have noted a preference for beef among the Warders and the Yeomen of the Guard. Count Cosimo, Grand Duke of Tuscany, visited the Tower in 1669 and commented "A very large ration of beef is given to them daily at court...that they might be called Beefeaters". It has been suggested that beefeaters were privileged with a ration of beef from the King's table” [44]. Данный отрывок дает нам основание судить о том, что происхождение понятия “beefeater” действительно связано с тем, что стражи Тауэра очень часто получали жалование в виде говядины, а данное прозвище закрепилось за ними в ходе истории.

По другой версии возникновения понятия «бифитер», считается, что оно произошло от французского слова “buffetier”, что значит «виночерпий, кравчий» или «охрана буфета провизии короля» [43-45]. Однако энциклопедия “Britannica” отрицает истинность этой версии, утверждая, что она не пользуется особым авторитетом [28].

Проанализировав и объединив полученные понятийные характеристики лингвокультурного типажа «английский страж Тауэра», мы можем выделить следующиепризнаки, свойственныеему: стражТауэра / бифитер / йомен– лейбгвардеец, свободнорожденный слуга (freeholder – фригольдер), приближенное лицо монарха, охрана королевской семьи, почетный эскорт, страж Тауэра, одетый в специальную униформу, хорошо откормленный служащий, любитель мяса, охранникдрагоценностей, символЛондона. Подразумевается, чточеловек,

17

несущий эту должность, наделен смелостью, так как он изначально являлся военнослужащим, чтодаетлингвокультурномутипажу«английскийстражТауэра» положительную оценку, но, в то же время, использование прозвища «бифитер» вотношениистража, придаетданномутипажунегативныйоттенок, таккакранее оно использовалось для обозначения служащего с весом выше нормы, являющегося результатом безмерного потребления говядины.

Врезультате анализа выявленыследующие компоненты: 1) общекатегориальная сема «отнесенность к профессиональной деятельности»; 2) архисема: «страж Тауэра / бифитер / йомен»; 3) родовые / видовые семы: пол: мужской, женский; внешнийвид: подтянутые, выносливыелюди, ноиногдалюдисизлишним весом; профессиональные обязательства: лейб-гвардеец, служба у короля, охрана королевских драгоценностей, почетный эскорт во время традиционных церемоний, кормятворонов вТауэре; историческийпериод: 15 век; костюм: традиционная старомодная красная униформа; черты характера: смелость (т.к. бывшие военнослужащие); происхождение: свободорожденный слуга; 4) коннотативные семы: необычная профессия, история Англии; 5) потенциальные семы: прозвище «бифитер», «мясоед»; 6) окказиональные семы: “buffetier”, т.е., «виночерпий, кравчий» или «охрана буфета провизии короля»

Следующим этапом после рассмотрения понятийной составляющей лингвокультурного типажа, станет изучение его образной характеристики. Как сле-

дует из энциклопедии Britannica, “the dress worn by the Yeomen of the Guard is in its most striking characteristics the same as it was in Tudor times. It has consisted from the first of a royal red tunic with purple facings and stripes and gold lace ornaments. Sometimes the sleeves have been fuller and the skirts longer. Red knee-breeches and red stockings, flat hat and black shoes with red, white and blue rosettes are worn. Queen Elizabeth added the ruff. The Stuarts replaced the ruff and round hats with fancy lace and plumed hats. Queen Anne discarded both the ruff and the lace. The Georges reintroduced the ruff, and it has ever since been part of the permanent dress. But the most interesting point connected with the dress is that the gold embroidered emblems on the back and front of the coats tell the history of the consolidation of the kingdoms of Great Britain and Ireland” [28].

Униформа стража описана следующим образом: красный королевский мундир, с пурпурной отделкой и золотистым кружевным узором, красные бриджиичулки, плоскаяшляпа, шляпа-цилиндр, золотаяэмблеманапереднейизадней сторонах мундира как знак объединения Великобритании и Ирландии.

Повседневная форма – темно-синий мундир с красной отделкой: “The Yeomen Warders normally wear an 'undress' uniform of dark blue with red trimmings” [35,

36].

Будучи символом Лондона, образ бифитера изображен на этикетке одноименного британского джина Beefeater Gin.

Врезультате официального объединения Великобритании с Шотландией в 1709 году, к ланкастерской розе на мундире было добавлено изображение цветка чертополоха, который является эмблемой Шотландии. Позже, во времена объединениясИрландией, книмбылтакжедобавлен символИрландии – трилистник.

18

Необходимо отличать дворцовых стражей от стражников Тауэра, так как первые, по некоторым данным, несли службу в королевском буфете, расстилали королевскую постель и выполняли личные указания монарха. Стражи Тауэра же никогданепокидалилондонскийТауэр, доблестноиверноохраняяего. Каксчитает автор книги, дворцовых стражей и стражей Тауэра начали путать в результате включения стражей Тауэра в состав лейб-гвардии, приказав носить одинаковую форму. Однако форма все же незначительно отличается тем, что форма дворцовых стражей украшена «перевязями» (лента через плечо для сабли), в отличие от формы йоменских привратников. Бифитеры покидают здание Тауэра только по особо торжественным случаям, главная же их задача – охранять королевские драгоценности и доставлять на церемонии королевские регалии, в этом их главное отличие от йоменских привратников. На должность стражи Тауэра претендует много кандидатов из тех, кто вышел в отставку в звании сержанта армии. Начальник стражи, во время выступления с речью на парадах и церемониях, опирается на посох, увенчанный серебряной копией Белой башни. Еще одним традиционным дополнением парада является церемониальный топор, который несет страж [35; 36; 43].

Следует отметить, что ранее принципиально важным было то, что бифитероммогстатьтолькослужащиймужскогопола, сегодняжеусловиявэтомплане более демократичны, так как женщинам, наряду с мужчинами, разрешается занимать данный пост. Первая в истории лондонского Тауэра женщина-бифитер была принята на службу в 2007 году [7]. Ее имя – Мисс Мойра Кэмерон. Поступив на службу в армию в 1985 году в 20-летнем возрасте и прослужив до 42 лет, она получила возможность стать бифитером, будучи в звании Уорент-офицера 2-го класса [44].

Известно, что сегодня общее количество стражей в Тауэре – 37.

Один из стражей Тауэра является в то же время рэйвенмастером (The Yeoman Warder Ravenmaster) который “has the responsibility to maintain the welfare of the ravens of the Tower of London”. Всего официально воронов в Тауэре шесть. Рэйвенмастер кормит воронов сырым мясом, купленным на смитфилдском рынке (Smithfield Meat Market). Вороны обитают в лондонском Тауэре еще со времен правления короля Чарльза II (King Charles II). Существует легенда, что, есливороныпокинутТауэр, английскаямонархиярухнетикоролевствоперестанет существовать, поэтому для того, чтобы птицы не смогли улететь, им подрезают крылья [45].

Для завершения образа бифитера необходимо упомянуть о «Церемонии Ключей» (Ceremony of the Keys) или церемонии закрытия ворот Тауэра, которая осуществляется каждый вечер, и, согласно которой, главные ворота Тауэра должны быть закрыты не позднее 21 часов 53 минут. Церемония начинается после звона колоколов в Байвордской башне. Начальник стражи Тауэра (the Chief Yeoman Warder), одетый в традиционный костюм, в сопровождении вооруженного эскорта и держа в руках фонарь (накрытая стеклянным колпаком свеча) и связку ключей, направляется к главным воротам. Вместе они запирают ворота и возвращаются обратно. Приблизившись к арке Кровавой башни (the Bloody Tower), они останавливаются, и происходит ритуальный диалог с часовым.

19

Когда часовой дает дорогу начальнику стражи и его эскорту, они проходят сквозь Кровавую башню, и начальник восклицает “God, preserve (имя правителя)”. Гвардейцы отвечают“Amen”. Затем ключи передаюткоменданту Тауэра, а он относит их в королевские покои. На этом церемония заканчивается [35].

Рассмотрев данные особенности, можно перечислить основные компоненты образной характеристики лингвокультурного типажа «английский страж Тауэра»: во-первых, ранее стражником Тауэра мог быть только представитель мужского пола, теперь же половая принадлежность не играет основополагающегозначения, с2007 годадолжностьбифитераразрешенозаниматьиженщине; во-вторых, образ йомена представлен в большей мере его повседневной и праздничнойуниформами: темно-синяяскраснойотделкойикраснаясзолотойотдел- кой и золотой эмблемой на мундире в честь объединения Великобритании и Ирландии, дополненные шляпой-цилиндром; в-третьих, образ бифитера напрямую связансегоежедневнойтрадиционнойобязанностью – ЦеремониейКлючей, которая осуществляется в виде ритуала каждый вечер; на Церемонии Ключей страж Тауэра несет связку ключей и фонарь старого образца. На торжественных церемониях праздничныйкостюмглавногостражаТауэрадополняетсяпосохом, увенчанным серебряной копией Белой башни (the White Tower) и церемониальным топором, который напоминает о временах, когда Тауэр был также местом тюремного заключения для людей благородного происхождения или высокого звания. В дополнение ко всемостальным характеристикам, одной из важнейших являетсято, чтостражТауэра– этозачастуюмужчинаилиженщинасреднихлет, так как претендентом на должность бифитера может быть только человек, прослужившийввооруженныхсилахКоролевстванеменее22 лет [45]. Образбифитерадополняетсятакжеегосвязьюсворонами, являющимисяпостояннымиобитателями Тауэра.

Впроцессе анализа образных характеристик выявлены следующие дополнительные родо-видовые отношения. Униформа стража описана следующим образом: красный королевский мундир, с пурпурной отделкой и золотистым кружевным узором, красные бриджи и чулки, плоская шляпа, шляпа-цилиндр, золотая эмблема на передней и задней сторонах мундира как знак объединения Великобритании и Ирландии.

Немалое значение в моделировании лингвокультурного типажа имеет и третья его сторона – ценностная характеристика. Для этого мы попытаемся проанализировать некоторые материалы СМИ, которые, непосредственно, позволяют судить о личностных чертах данного типажа.

Водном из подобных источников йомены описаны как “iconic, enduring, entertaining”, то есть символичные, терпеливые и забавные, по-видимому, обладающие чувством юмора, что дает позитивную оценку поведению стражей Тауэра. Однако там же автор иронично предупреждает “just don’t call them “Beefeaters”, что, скорее всего, связано с достаточно негативным оттенком данного понятия и говорит о том, что сами стражи критично относятся к данному прозвищу [37].

К ценностной составляющей типажа английского стража Тауэра можно также отнести и тот факт, что, будучи ранее личной охраной монарха, а

20