«Маленькие трагедии» Пушкина. Проблемы циклового и символического смыслообразования

конфликт между моральными принципами участников истории и ее собственным нравственным смыслом»91. По Б. И. Бурсову92, главных героев объединяет стремление к самоосуществлению, а С. З. Агранович и Л. П. Рассовская считают, что единство цикла организует «оппозиция “жизнь–смерть”»93.

(1990–2000-е гг.). По мнению М. Косталевской, в «Маленьких трагедиях» мы наблюдаем «трагедию человеческого духа, стремящегося через обладание формой достичь абсолюта, через владение материальным символом прийти к идеальному совершенству»94. Л. В. Жаравина полагает, что «дух “самости”, стремление жить по законам ума»95 приводит героев к протесту, ведущему к краху, против «несправедливых» законов бытия. М. В. Пророков считает, что Пушкин «изучает» «наслаждения жизни» в их трагической противоречивости, обусловленной их абсолютизацией96. Согласно А. И. Иваницкому, цикл объединен идеей «истории как осуществленной диалектики души»97. Смена исторических эпох идет по принципу диалектики характера — неизбежности поступка (становящегося символом прошлого и сакрализующего прошлое как потустороннее) и неизбежности его разрешения98. С точки зрения Н. Н. Скатова, «каждая из маленьких трагедий — это утверждение себя личностью — в деньгах, в искусстве, в любви <…> и в каждой из трагедий — опровержение личности, встречающей в конце концов последнее препятствие — смерть…»99. А. Б. Криницын полагает, что «основа сюжета всех “Маленьких трагедий” — полемическое сопоставление жизненных установок двух антагонистов <…> перед лицом смерти»100. По Ю. М. Никишову, в цикле «отчетлива общая и именно философская проблема — что может человек, чего не позволено человеку»101.

Г. О. Винокур102 называет «Маленькие трагедии» идейнофилософским единством, но не выделяет основную философскую идею цикла103.

Использование исследователями композиционного, жанрового и идейно-философского видов анализа вызвано задачами изучения соответствующих уровней циклизации «Маленьких трагедий».

Стоит отметить, циклизуясь, произведения не отдельны, но и не совокупны. Они, так сказать, были отдельны «в прошлом» и будут совокупны «в будущем». «Сейчас», циклизуясь, они определяются относительно своих «прошлого» и «будущего». Но определение это не может быть завершено вследствие основополагающего для цикла конфликтного

11

напряжения между целостностью отдельного произведения и целостностью цикловой (термин Л. Е. Ляпиной104 с отсылкой к Д. А. Слоуну105).

По Л. Е. Ляпиной, данное напряжение по-разному обнаруживает себя в пяти аспектах циклизации: коммуникативном, знаковом, моделирующем, гносеологическом и аксиологическом. Однако в «Маленьких трагедиях», на мой взгляд, три уровня циклизации и соответственно три конфликтных напряжения:

1)между композиционными компонентами структуры отдельного произведения и всей цикловой структурой

2)между жанром отдельного произведения и цикловой структу-

рой

3)между родовой спецификой отдельного произведения и цикловой структурой («конфликтное напряжение между “заданием” цикловой структуры (сведение нескольких авторских позиций в рамках одного текста) и родовой спецификой драмы (единство действия), сосредоточенное в проблемно-содержательном слое драматического цикла, разрешается в усилении, акцентировании идеологического стержня цикла»106; «драматический цикл нередко есть цикл философский»107).

«Устраняя» эти напряжения, препятствующие восприятию «Маленьких трагедий» как единства, исследователь (читатель) получает возможность сам завершать циклизации, определяя отношения отдельного (единичного) и совокупного (общего, циклового), прежде всего, логически, на логической основе. Так, композиционным анализом взаимодействия компонентов структуры отдельных произведений (фактов) обобщаются до гипотезы, например, о «катреноподобии» цикла (индуктивный метод). Метод жанрового анализа — установление соответствия, существующего между жанром отдельного циклизующегося произведения и жанровой циклизацией, функциями (ср.: «Функция — это операция, посредством которой <...> устанавливается некоторое отношение соответствия»108) установки жанра маленькой трагедии на эксперимент, жанрового мировоззрения, жанрового внутрициклового «становления». При идейно-философском анализе от гипотезы об общей (философской) идее цикла следует переход к ее конкретному рассмотрению (дедуктивный метод).

Нужно отметить, «специфика взаимодействия части и целого в циклической структуре <…> состоит в том, что часть (отдельное произведение) подвержено действию двух противоположных сил: центробежных и центростремительных. Отдельное произведение в ци-

12

кле способно как “собирать” смысл целого, так и “рассеивать” его»109. Эти отношения характеризуются понятием цикловая вариативность. Действительно, вариативность — это «собирание» в совокупность вариаций и одновременно «рассеивание» на единичные вариации. Кроме того, это соответствие между варьирующимся, «собирающимся» в вариации, и варьируемым, «рассеиваемым» на вариации.

Можно предположить, методы композиционного, жанрового и идейно-философского видов анализа: индуктивный (от отдельного к цикловому), дедуктивный (от цикловому к отдельному) и установление соответствия между отдельным и цикловым — конструктивны для завершения циклизаций исследователями и в драматическом, и в эпическом, и в лирическом циклах. Но в лирическом цикле идейнофилософский анализ «устраняет» напряжение не между цикловой структурой и единством действия, а между цикловой структурой и единством лирического «мига постижения», а в эпическом цикле — между цикловой структурой и единством повествования (рассказывания).

Стоит отметить, напряжение «родовая специфика/цикловая структура» может быть ослаблено формальными композиционными средствами: едиными цикловыми рассказчиком (рассказчиками), героем (героями) и т. д. результате снижается значение идейно-философской составляющей цикла.

1 Белинский В. Г. Полн. собр. соч.: В 13 т. М., 1955. Т. 7. С. 555–575.

2 Ч…ов С. Заметки о «драматических сценах» Пушкина. Сцена из Фауста — Скупой рыцарь — Моцарт и Сальери — Каменный гость — Пир во время чумы. М., 1898.

3 Айхенвальд Ю. И. Пушкин. 2-е изд., доп. М., 1916. С. 97–126.

4 Лесскис Г. А. Пушкинский путь в русской литературе. М., 1993. С. 296–

365.

5 В обзоре рассматриваются работы, не только посвященные пушкинскому циклу в целом, но и совмещающие анализ одной или нескольких пьес с генерализациями, характеризующими остальные маленькие трагедии.

6 Таборисская Е. М. «Маленькие трагедии» Пушкина как цикл (некоторые аспекты поэтики) // Пушкинский сборник: Сб. науч. тр. Л., 1977. С. 140.

7 Вильк Е. А. «Маленькие трагедии» — «одна большая трагедия»? // Пушкин и мировая культура: Материалы четвертой Международной конференции. СПб., 1997. С. 240–249.

13

8 Данилевич И. В. Поэтика «Маленьких трагедий» А.С. Пушкина. К соотношению художественного пространства и мотива смерти // Книга и печатное дело: Сб. науч. тр. СПб., 1999. С. 94.

9 Луков Вал. А., Луков Вл. А. «Маленькие трагедии» А. С. Пушкина: философия, композиция, стиль. М., 1999.

10Краснов Г. В. Исповедь героя «Маленьких трагедий» // Болдинские чтения. Горький, 1990. С. 5.

11Сапогов В. А. Цикл // Литературный энциклопедический словарь / Под общ. ред. В. М. Кожевникова и П. А. Николаева. М., 1987. С. 492.

12Дарвин М. Н. Проблема цикла в изучении лирики. Кемерово, 1983. С. 14.

13Фоменко И. В. Лирический цикл: становление жанра, поэтика. Тверь, 1992. С. 19.

14Одиноков В. Г. Художественно-исторический опыт в поэтике русских писателей. Новосибирск, 1990. С. 138.

15Там же. С. 138–146.

16Соловьев В. «Опыт драматических изучений» (К истории литературной эволюции Пушкина) // Вопросы литературы. 1974. № 5. С. 145.

17Соловьев В. И. Пьесы А. С. Пушкина «Скупой рыцарь», «Моцарт и Сальери», «Каменный гость», «Пир во время чумы»: Проблематика и поэтика: Автореф. дис. … канд. искусствоведения. Л., 1972. С. 17.

18Макогоненко Г. П. Творчество А. С. Пушкина в 1830-е годы (1830–1833). Л., 1974. С. 235.

19Фомичев С. А. Поэзия Пушкина: Творческая эволюция. Л., 1986. С. 217–

231.

20Ср. также: «Пушкин <…> предполагал осуществление спектакля, который включал бы в себя все четыре “драматические сцены”, предваренные неким лирическим прологом» (Там же. С. 219).

21Томашевский Б. В. «Маленькие трагедии» Пушкина и Мольер // Томашевский Б. В. Пушкин и Франция. М., 1960. С. 262–314.

22Цейтлин А. Мастерство Пушкина. М., 1938. С. 133–135, 256–260.

23Бонди С. М. О Пушкине: Статьи и исследования. 2-е изд. М., 1983.

24Благой Д. Д. Творческий путь Пушкина. (1826–1830). М., 1967. С. 562–

672.

25Москвичева Г. В. К проблеме жанра «маленьких трагедий» А. С. Пушкина // Болдинские чтения: К 70-летию Г. В. Краснова. Н. Новгород, 1991. С. 47–61.

26Там же. С. 56.

27Томашевский Б. Пушкин: В 2 кн. М.; Л., 1961. Кн. 2: Материалы к монографии. (1824–1837). С. 517.

28Овсянико-Куликовский Д. Н. Собр. соч. Симферополь, 1919. Т. 4: Пушкин. С. 4.

29Ермаков И. Д. Психоанализ литературы: Пушкин. Гоголь. Достоевский. М., 1999. С. 63.

14

30Гуковский Г. А. Пушкин и проблемы реалистического стиля. М., 1957.

С.300.

31Благой Д. Д. Социология творчества Пушкина. Этюды. 2-е изд., доп. М., 1931. С. 176–230.

32Арденс Н. Н. Драматургия и театр А.С. Пушкина. М., 1939. С. 165–178.

33Городецкий Б. П. Драматургия Пушкина. М.; Л., 1953. С. 267–310.

34Гуковский Г. А. Указ. соч. С. 298–323.

35Макогоненко Г. П. Указ. соч. С. 153–240.

36Позднее И. М. Тойбин (Тойбин И. М. Пушкин. Творчество 1830-х годов и вопросы историзма. Воронеж, 1976. С. 58–66) и В. Е. Ветловская (Ветловская В. Е. К проблеме истолкования «Скупого рыцаря» в цикле «маленьких трагедий» // Русская литература. 1993. № 3. С. 17–29), уже не анализируя маленькие трагедии в свете установки жанра на «художественно-психологический эксперимент», считают, что именно современной Пушкину русской средой вызвано «изучение» в цикле западноевропейской истории — в том числе «психологии» этой истории.

37Альтман И. Л. Пушкин и драма // Альтман И. Л. Избранные статьи. М., 1957. С. 218–237.

38Нусинов И. М. История литературного героя. М., 1958. С. 325–466, 484–548.

39См.: «Трагический конфликт, вытекающий из стремления личности в целях самоутверждения опереться на внеличные силы золота, искусства, любви, жизни–смерти, придает целостность и единство болдинскому драматическому циклу Пушкина» (Нольман М. Л. Четыре гимна (О единстве «Маленьких трагедий» Пушкина) // Классическое наследие и современность. Проблемы методологии и методики изучения литературы в ВУЗе в свете решений XXVII съезда КПСС и реформы общеобразовательной и профессиональной школы: Тезисы докл. Куйбышев, 1986. Вып. 1. С. 35).

40Mustard H. M. The Lyric Cycle in German Literature. New York, 1946.

41Ingram F. L. Representative Short Story Cycles of the Twentieth Century: Studies in a Literary Genre. The Hague; Paris, 1971.

42Арденс Н. Н. Указ. соч. С. 177.

43Б. В. Томашевский, Г. А. Гуковский и И. М. Нусинов, разбирая «Маленькие трагедии», не рассматривают «Пир во время чумы».

44Бахтин М. М. Проблемы поэтики Достоевского // Бахтин М. М. Собр. соч.: В 7 т. М., 2002. Т. 6. С. 154

45Непомнящий В. С. Поэзия и судьба: Книга о Пушкине. 3-е изд., доп. М., 1999. С. 262.

46Там же.

47Непомнящий В. С. Феномен Пушкина и исторический жребий России. К проблеме целостной концепции русской культуры // А. С. Пушкин: Pro et contra: Личность и творчество Александра Пушкина в оценке русских мыслителей и исследователей: Антология. СПб., 2000. Т. 2. С. 528.

15

48Дилакторская О. Г. «Маленькие трагедии» А. С. Пушкина: Жанровый аспект // Русская речь. 1999. № 3. С. 35.

49Там же. С. 38.

50Ср.: «Трагедия не допускает какого-либо возвышения героя (или автора) над конфликтом, примирения или разрешения его в какой-то иной, “высшей” сфере…» (Гальцева Р. А., Шпагин П. И. Трагическое // Краткая литературная энциклопедия: В 9 т. М., 1972. Т. 7. С. 596).

51Новикова М. Пушкинский космос: Языческая и христианская традиции

втворчестве Пушкина. М., 1995. С. 173.

52Там же. С. 338.

53Фомичев А. С. Указ. соч. С. 220.

54Ищук-Фадеева Н. И. «Сцены» как особый драматический жанр. «Маленькие трагедии» А. С. Пушкина // Пушкин: Проблемы поэтики: Сб. науч. тр. Тверь, 1992. С. 84.

55Маймин Е. А. Пушкин: Жизнь и творчество. М., 1981. С. 156.

56Лазареску О. Г. Болдинские драмы А.С. Пушкина: Проблемы поэтики жанра: Автореф. дис. … канд. филол. наук. Петрозаводск, 1997. С. 20

57Там же. С. 21.

58Митина Л. С. Трагедии Пушкина. Жанровый аспект: Автореф. дис. … канд. филол. наук. М., 1989. С. 14.

59Овчинникова С. Т. Проблематика «Пира во время чумы» // А. С. Пушкин: Статьи и материалы. Горький, 1971. С. 41–53.

60Гукасова А. Г. Болдинский период в творчестве А. С. Пушкина. М., 1973.

С. 135.

61Фридман Н. В. Романтизм в творчестве А. С. Пушкина. М., 1980. С. 147.

62Там же. С. 163.

63Гаркави А. М. «Маленькие трагедии» Пушкина как драматургический цикл (композиция в связи с жанром и художественным методом) // Сюжет и композиция литературных и фольклорных произведений: Сб. ст. Воронеж, 1981. С. 64.

64Лотман Ю. М. Пушкин. Очерк творчества // Лотман Ю. М. Пушкин: Биография писателя; Статьи и заметки, 1960–1990; «Евгений Онегин»: Комментарий. СПб., 1995. С. 202.

65Беляк Н. В., Виролайнен М. Н. «Маленькие трагедии» как культурный эпос новоевропейской истории (судьба личности — судьба культуры) // Пушкин: Исследования и материалы. Л., 1991. Т. 14. С. 78. См. также: Виролайнен М. «Маленькие трагедии» как культурный эпос новоевропейской истории (в соавторстве с Н. В. Беляком) // Виролайнен М. Речь и молчание: Сюжеты и мифы русской словесности. СПб., 2003. С. 190–236.

66Н. В. Беляк и М. Н. Виролайнен исходят из того, что, намереваясь демонстрировать, как от эпохи к эпохе углубляется трагический разлад между миром и человеком, Пушкин планировал поставить «Каменного гостя» вслед за «Ску-

16

пым рыцарем». Такой же порядок расположения пьес считает приемлемым А. И. Иваницкий (см. ниже).

67Турышева О. Н. «Маленькие трагедии» А. С. Пушкина и творчество

Ф.М. Достоевского: проблемы взаимоотражения: Автореф. дис. … канд. филол. наук. Екатеринбург, 1998.

68Воложин С. Беспощадный Пушкин. Одесса, 1999. С. 50.

69Китаева Л. Сверхзадача «Маленьких трагедий» // Подъем. 1999. № 6.

С. 205.

70Соломин А. Тайный смысл «Маленьких трагедий» // Подъем. 2001. № 11.

С. 219.

71Александрова Е. Г. Нравственно-философская позиция А. С. Пушкина в художественном целом «Маленьких трагедий»: Автореф. дис. … канд. филол. наук. Красноярск, 2000.

72Ср. также об «аллюзийном фоне с Библией» в связи с проблемой единства пушкинского цикла: Тесля О. С. Духовно-нравственная позиция А. С. Пушкина в «Маленьких трагедиях» // Вопросы фольклора и литературы: Сб. ст. Омск, 2002. С. 63–70.

73Долинин А. «Пир во время чумы» и проблема единства «маленьких трагедий» // Долинин А. Пушкин и Англия: Цикл ст. М., 2007. С. 111.

74Там же. С. 119.

75Дарский Д. Маленькие трагедии Пушкина: Скупой рыцарь, Моцарт и Сальери, Каменный гость, Пир во время чумы. М., 1915. С. 23.

76Дружинина Н. М. «Маленькие трагедии» А. С. Пушкина: Автореф. дис. … канд. филол. наук. Л., 1961. С. 17.

77Непомнящий В. Симфония жизни (О тетралогии Пушкина) // Вопросы литературы. 1962. № 2. С. 124.

78Иофьев М. «Маленькие трагедии» Пушкина // Иофьев М. Профили искусства. Литература, театр, живопись, эстрада, кино. М., 1965. С. 229–276.

79Для М. Иофьева, как и для В. С. Непомнящего, подход к «Маленьким трагедиям» как к статическому идейно-философскому единству сочетается с изучением внутрициклового динамического тематического взаимодействия (обусловленного идеологической составляющей «Маленьких трагедий»).

80Позов А. С. Метафизика Пушкина. М., 1998. С. 106. (Книга впервые вышла в 1967 г. в Мадриде).

81Луков Вал. А., Луков Вл. А. Идейная композиция «маленьких трагедий» // Луков Вал. А., Луков Вл. А. Указ. соч. С. 45. (Статья впервые опубликована в 1967 г.).

82Устюжанин Д. Л. Маленькие трагедии А.С. Пушкина. М., 1974. С. 25.

83Фельдман О. М. Судьба драматургии Пушкина: «Борис Годунов». Маленькие трагедии. М., 1975. С. 159.

17

84Рассадин С. Б. Драматург Пушкин: Поэтика, идеи, эволюция. М., 1975.

С.246. См. также: Рассадин С. Б. Невольник чести, или Драматург Пушкин. СПб., 2006. С. 80–270.

85Коровин В. И. Истина страстей («Маленькие трагедии» А. С. Пушкина) // Вершины: Книга о выдающихся произведениях русской литературы: Сб. ст. М., 1978. С. 182.

86Викторович В. А. К поэтике сюжетного эксперимента. Пушкин и Достоевский // Болдинские чтения. Горький, 1981. С. 171.

87Поддубная Р. Н. От цикла трагедий к роману-трагедии (о некоторых особенностях поэтики «маленьких трагедий» А. С. Пушкина) // Филологические науки. 1982. № 3. С. 22. Но в тоже время «от начала к концу цикла <…> последовательно нарастает в сознании и поведении героев <…> соотношение глубоко личного, интимного и общечеловеческого, всемирного…» (Там же. С. 23).

88Коган Л. А. Был ли «повержен» Вальсингам? (К проблеме философской интерпретации «Пира во время чумы») // Вопросы философии. 1986. № 12.

С.72. См. также: в цикле представлена «история души в ее онтогенетическом (индивидуальном) и проективно намеченном филогенетическом (родовом) ракурсах, в ее экстремальных трансформациях, странствиях и страданиях в лабиринте страстей» (Коган Л. А. Опыт драматургического человековедения (о философии «Маленьких трагедий» Пушкина) // Вопросы философии. 2003. № 4.

С.148).

89Тюпа В. И. Новаторство авторского сознания в цикле «Маленьких трагедий» // Болдинские чтения. Горький, 1987. С. 130. Ср. также: Дарвин М. Н., Тюпа В. И. Циклизация в творчестве Пушкина: Опыт изучения поэтики конвергентного сознания. Новосибирск, 2001. С. 225–268.

90Дуганов Р. Опыт драматических изучений (О «Маленьких трагедиях» Пушкина) // Театр. 1987. № 2. С. 94.

91Лотман Ю. М. Из размышлений над творческой эволюцией Пушкина (1830 год) // Лотман Ю. М. Пушкин... С. 306. (Статья датирована 1988 годом).

92Бурсов Б. И. Судьба Пушкина. Л., 1989.

93Агранович С. З., Рассовская Л. П. Историзм Пушкина и поэтика фольклора. Саратов; Куйбышев, 1989. С. 33.

94Косталевская М. Дуэт, диада, дуэль («Моцарт и Сальери») // Московский пушкинист: Ежегод. сб. М., 1996. Вып. 2. С. 55.

95Жаравина Л. В. «Драматические опыты» А.С. Пушкина в философском контексте. Волгоград, 1995. С. 79.

96Пророков М. В. Образ статуи в «Каменном госте»: К характеристике семантического пространства пьесы Пушкина «Каменный гость» // Материалы международного конгресса «100 лет Р. О. Якобсону». М., 1996. С. 129–130.

97Иваницкий А. И. Исторические смыслы потустороннего у Пушкина: К проблеме онтологии петербургской цивилизации. М., 1998. С. 20.

18

98Несколько иную трактовку см: Иваницкий А. И., Лоскутов А. И. «Маленькие трагедии». Мотивные связи (к постановке вопроса). М., 1998; Иваницкий А. И. Чудо в объятиях истории (Пушкинские сюжеты 1830-х годов). М., 2008. С. 100–156.

99Скатов Н. Н. Пушкин. Русский гений. Научно-художественная биография А. С. Пушкина. М., 1999. С. 487.

100Криницын А. Б. О принципе построения системы персонажей «Маленьких трагедий» Пушкина // Пушкин и русская драматургия. М., 2000. С. 66.

101Никишов Ю. М. «Маленькие трагедии» Пушкина как художественное целое // Драма и театр: Сб. науч. тр. Тверь, 2005. Вып. 5. С. 81.

102Винокур Г. О. Пушкин-драматург // Винокур Г. О. Собр. тр.: Статьи о Пушкине. М., 1999. С. 144–151.

103Вал. А. и Вл. А. Луковы, Е. Г. Александрова используют термин «идейная композиция». Однако общие композиционные закономерности они изучают в той мере, в какой те обусловлены цикловой философской идеей: для исследователей «Маленькие трагедии» — прежде всего, идейно-философское единство.

104Ляпина Л. Е. Циклизация в русской литературе XIX века. СПб., 1999.

105Sloane D. А. Aleksandr Blok and the Dynamics of the Lyric Cycle. Columbus, Ohio, 1988.

106Ляпина Л. Е. Указ. соч. С. 211.

107Там же.

108Войшвилло Е. К., Дегтярев М. Г. Логика. М., 2001. С. 73.

109Дарвин М. Н., Тюпа В. И. Указ. соч. С. 29.

19

«МАЛЕНЬКИЕ ТРАГЕДИИ» И ТРАГЕДИЙНАЯ

ТРАДИЦИЯ

Исходное для трагедийной традиции нарушение мистериального миропорядка пушкинская маленькая трагедия «помнит», на мой взгляд, посредством такого феномена, как культовая мифология1 жанровой (наджанровой) традиции. Собственно, для мифа сущность явления — его происхождение2; характерное для мифа символическое осмысление явления его первозданным смыслом и осуществляет тем самым данное явление. При этом любая культовая мифология традиции есть символическая форма мировоззренческого обоснования и оправдания традиции ее первозданным смыслом — и осуществления3 тем самым данной традиции (что делает культовую мифологию прежде всего характерной для мировоззренческих, т. е. обладающих определенным уникальным мировоззрением, жанровых (наджанровых) традиций).

В «Маленьких трагедиях» два культовых мифа трагедийной традиции. Первый — миф о беззаконном царе, трагически нарушающем мистериальный миропорядок.

Так, по Ю. М. Лотману, «…в “маленьких трагедиях” перед нами цепь перверсных пиров: “пир” Барона перед сундуками, “пир”, за которым Сальери убивает Моцарта, “пир”, на который Дон Гуан приглашает Командора»4 (а также пир во время чумы); при этом мотив пира — «смысловой центр»5 цикла. Ср. также: «Тема пира как торжества, как высшего напряжения нравственных сил героя проходит через все маленькие трагедии, но пир в них каждый раз оборачивается для героя гибелью, моральной или физической <…> пир <…> оказывался непосредственной драматургической причиной катастрофы»6.

Пир — ядро и основа праздника. Нужно отметить, праздничные беззаконные хаотические силы, выворачивающие «наизнанку» мир в его упорядоченных космических формах, воплощены шутовским царем (рабом). Тот и выступает жертвой этим силам, символически завершающей праздник и доводящей выворачивание до предела, после которого оно способно продолжаться, лишь оборачиваясь разворачива-

20