Основные идеи Фрэнсиса Фукуямы
В целом можно выделить семь основных идей Фукуямы:
В обществе существует определенное сознание, которое помогает либерализму. Сам либерализм можно считать универсальной идеологией, чьи положения абсолютны и их невозможно изменить или улучшить.
Под "концом истории" автор понимает распространение западной культуры и идеологии.
Процесс внедрения в общество западной культуры считается неоспоримой победой экономического либерализма.
Победа экономического либерализма является предвестником политического либерализма.
"Конец истории" - это триумф капитализма. (Эта идея не нова, об этом писал еще авторитетный английский социолог Энтони Гидденс, который подметил, что завершение истории - это окончание любых альтернатив, при которых капитализм свергает социализм.)
"Конец истории" - это победа Запада. Фукуяма рассматривает западный мир как единую целостную систему и не видит между странами существенных различий.
"Конец истории" делит мир на две части: одна принадлежит истории, другая - постистории. Они обладают разными качествами, характеристиками и особенностями.
Становление капитализма в 90 и мысль о безграничных возможностях в новом обществе после комунизма действительно перекликаются с мыслями автора о закреплении либеральной системы и капитализма как нового глобального периода.
Текущий мир продолжает стремится к укрепелнию либеральных институтов и финансовых рынков, но прошедшие время с момента публикации безусловно показало нам, что в 90 это становление не было окончательнм и что человечеству предстоит пройти долгий путь для достижения успеха в этих направлениях.
Вопрос 2
Сначала распад китайско-советского коммунистического блока, а потом распад СССР полностью перевернули ситуацию в мире. Исчезла одна из двух ведущих мировых держав. На ее месте — в центре Евразии — появилось некое новое геополитическое образование с трудным настоящим и непонятным будущим. В тревоге и растерянности пребывали и сама Россия (сильно ослабленная, но не потерявшая имперских амбиций), и новые независимые государства, и остальной мир. Самыми главными бедами для самой России стали: резкое сокращение территории (на западе — как при правлении Ивана Грозного); потеря выхода к морям; потеря сателлитов в Центральной Европе; утрата превосходства над Китаем и возможные проблемы на Дальнем Востоке; резкое изменение международного политического статуса; экономический и социальный кризис внутри страны. У США появилась новая задача — определиться, как взаимодействовать с еще вчера не существовавшими странами и в первую очередь с Россией. В интересах Штатов не допустить ни анархии, ни восстановления империи. Значит, во-первых, необходимо было поддерживать Россию экономически и через это стараться направлять в нужном русле ее внутреннюю политику, а во-вторых, усиливать и расширять трансатлантический альянс. В поисках нового пути Россия в течение 90-х сменила три основные линии. 1. Сближение с США (расчет на равное партнерство или даже на создание глобального кондоминиума). 2. Доктрина евразийства. Активное продвижение своих интересов в странах ближнего зарубежья. 3. Попытки создания нового геополитического альянса, способного противостоять США. Первый вариант продвигался «прозападниками». США поначалу шли навстречу и поощряли этот путь. Популярность приобрела концепция «зрелого стратегического партнерства». Политическая элита России пребывала в уверенности, что страна вернула себе статус сверхдержавы, равной Америке, и теперь эти два государства будут совместно господствовать в мировой политике. Планировалось, что Россия станет правопреемником СССР, а страны Центральной Европы останутся под ее протекторатом, не войдут ни в НАТО, ни в ЕС. Америка не подтверждала это напрямую, но и не спешила развеивать иллюзии. На самом деле Россия была слишком ослабленной экономически и социально, чтобы Америка допустила такое развитие событий. Когда это стало очевидным, российские политики и многие простые граждане почувствовали себя оскорбленными и обманутыми. Усилилось влияние националистов и милитаристов. На этой волне приобрел популярность второй вариант — ориентированный на восстановление и укрепление влияния в бывших союзных республиках. Некоторые его приверженцы планировали создать на базе СНГ аналог ЕС под руководством России. Другие были настроены более радикально и желали возродить империю в прежних границах. Однако от новых независимых государств шагов навстречу не последовало. Наоборот, многие из них восприняли эту инициативу с возмущением. К середине 90-х появляется неявный блок против новой интеграции. Основные противники — Украина, Узбекистан, Туркменистан, Азербайджан, а также Казахстан, Грузия и Молдова. Попытки давления приводят только к обратному результату. К тому же сами россияне в большинстве своем в 90-е годы не поддерживают создание нового союза силовыми методами. Запад это тоже не поддерживает и даже напрямую мешает. Планы российских политиков создать новый военный блок, чтобы противодействовать расширению НАТО, ломаются по той причине, что не с кем, кроме, разве что, Белоруссии и Таджикистана. Итак, вернуть в той или иной форме ближнее зарубежье под свой протекторат не удается. Недостаточно силы, чтобы заставить, и недостаточно «экономических пряников», чтобы привлечь на добровольной основе. Примерно по той же причине не задается и третий вариант, который Россия пытается осуществить позже, — создание коалиции с Ираном и Китаем. Итак, к концу 90-х Россия оказывается на перепутье. Единственный разумный выход, который видит автор книги, — отказаться от имперских амбиций и активно сотрудничать с расширяющимися ЕС и НАТО. Для того чтобы подтолкнуть Россию на этот путь, США должны противодействовать укреплению ее связей с Ираном и Китаем (в частности, не оттолкнуть от себя сразу обе страны), а также всячески поддерживать страны бывшего СССР. В первую очередь — Украину, Азербайджан и Узбекистан. Украину — хотя бы к 2015 году привести в НАТО. Если Россия принимает вступление в НАТО и стран Центральной Европы, и — позже — Украины (что более трудно и болезненно), то она тем самым соглашается сама стать частью Европы. Если же нет, то выбирает свой особый «евразийский» путь и обособленное существование. Автор книги считает, что первый путь выгоден для самой России, иначе она рискует стать изгоем и политическим трупом.
Позиция данного политолога является достаточно радикальной, мысль о доминации США в устройстве мира для его обустройстве является опасной так как абсолютная власть всегда в корне своём порождает эксплуатацию и зло.
Данная позиция хоть и является противоречивой, но насколько я могу судить достаточно практично, как мне кажется России в первую очередь следует заняться внутренними делами и оставить международные амбиции.