Источники:

1. Кулакова Т. А. Government Relations в процессе принятия политических решений // ПОЛИТЭКС = POLITEX: Политическая экспертиза: Альманах. Вып.2.- СПб.: Изд-во С.-Петерб. Ун-та, 2005. С. 226-238

2. GR-связи с государством: теория, практика и механизмы взаимодействия бизнеса и гражданского общества с государством // Под ред. Л.В. Сморгунова и Л.Н. Тимофеевой. М.: РоССПЭН, 2012. С. 12.

3. Махортов Е.А. Что такое GR? [Электронный ресурс]. URL: http://lobbying.ru/content/sections/articleid_2851_linkid_64.html (дата обращения 08.12.2019).

4. Толстых П. А. Профессиональный словарь лоббистской деятельности // Центр по изучению проблем взаимодействия бизнеса и власти. М., 2009-2011. [Электронный ресурс]. URL: http://lobbying.ru/dictionary_word.php?id=6 (дата обращения 08.12.2019).

5. Евсеев В. А., Барсукова С. Ю.,Основы организации работы с органами власти (под ред. А.Е. Дынина) // Ассоциация менеджеров, - Москва, 2006.

6. Котиев Д. Б. GR-технологии как эффективное средство оптимизации отношений между бизнесом и властными структурами в России // Государство, бизнес, общество: проблемы оптимизации взаимодействия / под ред. Л. Е. Ильичевой. – М.: ИНЭК, 2010. – С. 180-191.

7. Wolpe B. C. and Levine B. J. Lobbying Congress: How the System Works, second edition. Washington: Congressional Quarterly Inc., 1996. – 206 с.

8. Толстых П. А. Профессиональный словарь лоббистской деятельности // Центр по изучению проблем взаимодействия бизнеса и власти. М., 2009-2011. [Электронный ресурс]. URL: http://lobbying.ru/dictionary_word.php?id=6 (дата обращения 08.12.2019).

9. Майоров Р. Технологии корпоративного GR [Электронный ресурс] URL: http://www.bkworld.ru/archive/y2008/n06-2008/n06-2008_478.html (Дата обращения 07.12.2019).

10. Закиров А. Р. GR-стратегия: этапы реализации // Вестник РГГУ. Серия: Политология. История. Международные отношения. 2017. №4-1 (10).

Автор: Улугназаров Азизбек

“State capture”

“State capture” (дословно от англ. - «захват государства»; также «скупка государства») – лоббистская стратегия (как и ее результат), при которой влияние частных компаний на принятие государственно-властных решений приводит к приватизации политической системы.

В широкий оборот термин вводится благодаря исследованиям Д. Кауфмана и Д. Хеллмана, подготовленным для Всемирного банка на рубеже 1990-2000 [2].

«Захват» может осуществлять как легальным, так и нелегальным бизнесом (в качестве ярких примеров выступают наркотические картели в Мексике и Колумбии) [1]. Рассматривая «захват государства» в качестве коррупционной стратегии, можно определить, что он по существу позволяет участнику рынка интегрироваться в публичные отношения и влиять на них для своей собственной выгоды [2].

Под “state capture” понимается не силовой захват государства, это механизм «захвата» путем использования экономических, социальных и политических инструментов. Активную роль в этом процессе играет коррупция. Именно благодаря ей осуществляются непрозрачные платежи, усиливающие зависимость аппарата власти от бизнеса. Считается, что самый высокий уровень коррупции в данном случае приходится на административный сектор [3].

Можно выделить стадии «захвата государства». Первая стадия характеризуется переформатированием конкуренции на экономическом рынке, путем теневого лоббизма. Здесь государство старается удержать власть путем различных манипуляций. Главный признак — это проникновение экономической логики в систему политических отношений. На второй стадии происходит слияние экономической и политической логики. Коррупция начинает расти во всех областях, в особенности политическая коррупция. Данная стадия характеризуется неустойчивостью из-за непредсказуемости коррупционного фактора [4].

Говоря о том «захвачено» ли государство в результате этой стратегии, невозможно найти такую систему, которая давала бы точный ответ на этот вопрос. Тем не менее, можно выделить факторы которые будут свидетельствовать что процесс «захвата» действительно существует: слабое закрепление права собственности в качестве правовой категории, отсутствие разработанных и активно применяемых антикоррупционных мер, политическая нестабильность, низкий уровень развития экономики, отсутствие или недостаточное регулирование лоббизма.

Можно утверждать, что именно коррупция является двигателем «захвата государства». Она является одновременно фундаментом, инструментом этой стратегии и ее последствием. При сильном влиянии корпораций и слабой антикоррупционной политике «захват государства» проходит быстрее. Он наносит большой вред экономике и населению, среди прочего потому, что огромный капитал потоком вывозиться за пределы страны [5]. Как правило, концепт «захвата государства» предполагает некие явные негативные следствия, однако существуют примеры, когда отдельные признаки применения этой стратегии встречаются в монархиях, городах-государствах, которые считаются относительно спокойными и стабильными [6].

Воробьев А.Н. выделяет четыре основных подхода к оценке «захвата государства» как явления общественно-политической жизни:

1) Скупка государства, то есть направление платежей, в том числе незаконных, государственным должностным лицам с целью изменения правил игры, которые будут выгодны плательщику;

2) Система интересов и их представительства нарушена;

3) Захват государства как неолиберальная метка, то есть поднимаются вопросы почему все стало так плохо и соответственно требуется ответы от государства;

4) Захват государства как описание процесса, когда средства государства распределяются в интересах определенных групп [7].

Существуют различные методологические возможности по обнаружению и отслеживанию процесса «захвата государства». В настоящее время инструментарий оценки «захвата государства» включается в крупные социологические исследования условий развития бизнеса. К примеру, это можно увидеть в опросе BEEPS (Business Environment and Enterprise Performance Survey). Процесс «захвата государства» можно отследить по таким признакам, как «эффект влияния», «эффект поведения», «административная коррупции».