книги2 / монография 66

К дискуссии о методах исследования словесных товарных знаков

Источник: Новичихина М.Е. К дискуссии о методах исследо- вания словесных товарных знаков / М.Е. Новичихина // Фундамен- тальная лингвистикаипроблемысудебнойэкспертизы: социальные сети как объект научного и экспертного анализа: сборник научных работ по итогам Международной научной конференции «Фундамен- тальная лингвистикаипроблемысудебнойэкспертизы: социальные сети как объект научного и экспертного анализа» (Москва, 5–6 октя- бря 2021 г.). – М.: Государственный институт русского языка, 2022.

– С. 151-156.

<…>

Наиболее распространенным видом товарных знаков являют- ся словесные знаки (лингвисты называют их также прагматонима- ми). Словесный знак – это буквы, слоги, буквосочетания, имею- щие характер слова, словосочетания или целые выражения, заре- гистрированные в установленном порядке. Примерами словесных товарных знаков могут служить: «Фанагория», «Ключевая» и др.

<…>

Практический опыт <…> позволяет обозначить целый ряд нерешенных вопросов, связанных с лингвистической экспертизой товарных знаков [Новичихина 2012, с. 221-227; Новичихина 2019, с. 127-129]. Между тем, центральным вопросом, с нашей точки зрения, был и остается вопрос о допустимости/недопустимости тех или иных методов исследования словесных товарных знаков на предмет их сходства/несходства. Основную проблему при этом создает не столько исследование звукового или семантического сходства, сколько исследование так называемого ассоциативного сходства обозначений.

<…>

Следует обратить внимание на тот факт, что в судебной прак- тике для исследования сходства товарных знаков (в том числе и ассоциативного сходства) используются как лингвистические (психолингвистические) методы, так и социологические. Нередко реализация этих методов дает противоположные результаты, что

321

существенно осложняет принятие решения по поводу сходства/ несходства исследуемых обозначений.

Методика психолингвистического исследования сходства/ несходства обозначений хорошо отработана и описана, например, в [Новичихина 2013]. В арсенале лингвистов и психолингвистов – метод семантического анализа, фоносемантический анализ, а так- же метод ассоциативного эксперимента, в ходе которого и оцени- вается обсуждаемое ассоциативное сходство.

Варсенале социологов – контент-анализ, интервьюирование, опросы общественного мнения, фокус-группы, метод экспертных оценок и др.

Социологическое исследование спорных товарных знаков ча- сто сводится к опросу респондентов, которым предлагаются во- просытипа: «КакВыдумаете, этообозначение(демонстрациякар- точки) и это обозначение (демонстрация карточки) похожи или не похожи?»

На первый взгляд, может показаться, что оба подхода имеют право на существование. Так почему же в отдельных случаях так отличаются полученные социологами и лингвистами (психолинг- вистами) результаты?

Для ответа на этот вопрос обратим внимание на тот факт, что социологи исследуют общественное мнение, а лингвисты и пси- холингвисты – продукты речевой деятельности (например, лекси- ческие единицы и их значения), а также особенности восприятия лексических единиц в индивидуальном сознании.

Снашей точки зрения, ассоциативное сходство/несходство обозначений в индивидуальном сознании человека (потребителя товаров и услуг) не может устанавливаться социологическими ме- тодами, поскольку индивидуальное сознание не является сферой социологии и не поддается исследованию социологическими ме- тодами.

Изучаемое социологами мнение по поводу смешения тех или иныхлексемифактреальногосмешениялексем, устанавливаемый психолингвистами, с нашей точки зрения, не есть одно и то же!

Вкачестве примера-пояснения можно привести следующее: лексемы стол и стул чрезвычайно тесно связаны в индивидуаль-

322

ном сознании носителя русского языка (о чем свидетельствуют известные ассоциативные словари). Между тем, социологический опрос на предмет сходства приведенных лексем дает очевидный отрицательный результат.

Думается, что связано это с тем, что формулируемые социо- логами вопросы апеллируют, в первую очередь, к рациональному восприятию объектов действительности, номинируемых тем или иным способом. Реально различая такие предметы действитель- ности, как стол и стул, респонденты, участвующие в социологи- ческом исследовании, дают ответ о несходстве соответствующих лексем. В итоге социологи получают мнение респондентов по по- воду предложенного им сопоставления. Психолингвисты же изу- чают особенности восприятии слова-названия в индивидуальном сознании человека. Такое восприятие исследуется в психолинг- вистике, оно не может быть оценено методами социологии. Более того, это восприятие не всегда осознается самим носителем языка. Вчастности, известно, чтолексемыстолистулвиндивидуальном же сознании связаны теснейшим образом, о чем свидетельствуют оговорки в речи пожилых людей, детей, людей, находящихся в со- стоянии стресса и т.п.

Нисколько не оспаривая допустимость использования в от- дельных случаях социологических методов исследования товаров, заметим следующее.

Скорее всего, социологическими методами можно исследо- вать смешение товаров, но никак не смешение обозначений. Сме- шение же товаров может осуществляться за счет множества фак- торов, лежащих, в том числе, и за пределами слова-обозначения. Следует согласиться с мнением А.А. Залевской, заметившей, что «говорящий или слушающий человек оказывается способным од- новременно учитывать целый комплекс увязываемой со словом информации» [Залевская 1990, с. 158]. В итоге на смешение (или несмешение) обозначений может повлиять множество факторов экстралингвистического характера: цветовое решение, характер рекламы, особенности упаковки и т.д., и т.п.

Более того, в реальной жизни сопоставляемые обозначения потребитель, как правило, видит не вместе, не одномоментно, а

323

возможное сопоставление обозначений с последующим выводом о сходстве происходит неосознанно. В условиях же социологиче- ского исследования создается относительно искусственная ситуа- ция одновременного восприятия и последующего сознательного сопоставления обозначений. Респондента ставят в условия, когда он должен что-либо увидеть. В этих условиях он, естественно, что-то да увидит!

Еще одним дискуссионным моментом в исследовании спор- ныхтоварныхзнаковстановятсяспособысбораинформации. Клю- чевым при этом оказывается вопрос о количестве респондентов в социологическом исследовании и в психолингвистическом иссле- довании методом ассоциативного эксперимента.

В результате авторы социологических исследований (требу- ющих объемной выборки) критически оценивают результаты ассо- циативного эксперимента, проведенного психолигвистами на ма- териале ответов, полученных, например, от 100-200 респондентов. В данном случае предпринимается ошибочная попытка трактовать результаты психолингвистического подхода с позиций социологии.

Поясним отличие к требованию объема опрошенных в ассо- циативном эксперименте. Установлено, что минимальное количе- ство респондентов, обеспечивающее достоверность результатов ассоциативного эксперимента – 100. Такой количественный крите- рий приводит, например, А.Д. Палкин [Палкин 2008, с. 81-89]. Со ссылкой на признанного классика ассоциативных исследований Е.Ф. Тарасова он отмечает, что до значения в 50 респондентов ус- ловный прирост новых реакций является значительным, до зна- чения 100 респондентов этот же условный прирост становится не оченьзначительным, апослезначения100 приростхотяиостается, но на незначительном уровне. Далее автор подчеркивает, что опи- санная тенденция повторяется всякий раз при обработке реакций на очередной стимул. Итак, заключает он, достаточно 100 реакций на каждый стимул. Большинство последователей Е.Ф. Тарасова придерживались этого золотого правила. Аналогичного подхода придерживаются и признанные зарубежные ученые. В частности, в известном «Ассоциативном тезаурусе английского языка» [Kiss 1972] на каждый из 8400 стимулов приводится по 100 реакций.

324

Г.А. Черкасова, один их авторов известных ассоциатив- ных словарей РАН, установила [Черкасова 2005, с. 227-244], что 100 испытуемых достаточно, чтобы надежно выделить пять самых ярких ассоциаций. И увеличение количества испытуемых не ме- няет список ярких ассоциаций. Поэтому в настоящее время 100 респондентов принято как достаточное количество респондентов при проведении ассоциативного эксперимента. Все это объясня- ется тем, что ассоциативные связи в индивидуальном сознании чрезвычайно устойчивы! Дискуссия же о минимально допусти- мом количестве опрашиваемых при реализации социологических и психолингвистических методов обусловлена различием в объек- те исследования (отражение языковых фактов в индивидуальном сознании или же мнение респондентов по поводу этих фактов).

Таким образом, представляется целесообразным сформули- ровать следующие выводы:

–объектом лингвистического (психолингвистического) ис- следования являются продукты речевой деятельности; объектом социологического исследования является общественное мнение;

–вкачествеосновныхинструментоввпсихолингвистическом исследовании используется метод ассоциативного эксперимента; в социологическом исследовании – опросы общественного мнения, фокус-группы, экспертные оценки и т.п.;

–лингвистическое (психолингвистическое) исследование вы- являет сходство/несходство сопоставляемых обозначений; социо- логическое исследование выявляет сходство/несходство товаров (последнее может быть обусловлено не только названием);

–выявленные отличия в объектах исследования, в инстру- ментах и т.д. неизбежно оказывают влияние на выявляемую сте- пень сходства исследуемых товарных знаков. Именно это приво-

дит в ряде случаев к появлению противоположных выводов в соот- ветствующих экспертных заключениях;

–экспертиза словесных товарных знаков может опираться только на фактически установленные связи соответствующих лек- сем в индивидуальном сознании, а не на мнение, выявленное в ре- зультате социологического опроса.

325

В целом же, по нашему мнению, исследование такого продук- та речевой деятельности как коммерческое обозначение (или сло- весный товарный знак) должно осуществляться лингвистически- ми (психолингвистическими) методами.

Литература

Гражданский Кодекс РФ, часть четвертая (принят Государственной Думой 24 ноября 2006 г., одобрен Советом Федерации 8 декабря 2006 г. Российскаягазета, №289, 22 декабря2006 г., вст. всилус1 января2008 г.).

Залевская А.А. Слово в лексиконе человека / А.А. Залевская. – Во-

ронеж, 1990. – 205 с.

Крюкова И.В. Типы ассоциативных реакций при восприятии ком- мерческих номенов / И.В. Крюкова // Методы современной коммуника-

ции. – Вып. 1. – М., 2003. – С. 119-127.

Новичихина М.Е. О некоторых трудных случаях лингвистической экспертизы товарных знаков / М.Е. Новичихина // Вестник ВГУ. Серия: Филология. Журналистика. – 2012. – №. 1. – С. 221-227.

Новичихина М.Е. О некоторых подходах к лингвистической экспер- тизе товарных знаков / М.Е. Новичихина // V Севастопольские Кирил- ло-Мефодиевские чтения. – Севастополь, 2011. – С. 375-382.

Новичихина М.Е. О нерешенных вопросах и перспективах линг- вистической экспертизы товарных знаков / М.Е. Новичихина // Вестник ВГУ. Серия: Филология. Журналистика. – 2019. – № 1. – С. 127-129.

Новичихина М.Е. Экспертиза товарного знака / М.Е. Новичихина,

И.А. Стернин. – Воронеж: Издательство факультета журналистики ВГУ, 2013. – 128 с.

Палкин А.Д. Ассоциативный эксперимент как способ кросскультур- ного исследования образов сознания / А.Д. Палкин // Вопросы психоло-

гии. – 2008. – № 4. – С. 81-89.

Правила составления, подачи и рассмотрения документов, явля- ющихся основанием для совершения юридически значимых действий по государственной регистрации товарных знаков, знаков обслужива- ния, коллективных знаков (утв. Приказом Минэкономразвития РФ от

20.07.2015, № 482, с дополнениями от 12.03.2018).

Черкасова Г.А. Квантитативные исследования ассоциативных сло-

варей / Г.А. Черкасова // Общение. Языковое сознание. Межкультурная коммуникация. – Калуга, 2005. – С. 227-244.

Kiss G.R., Armstrong, C.A., Milroy R. An associative thesaurus of English (microfilm version). – Wakefield: E. P. Microforms, 1972. – 267 p.

326

ПРЕПОДАВАНИЕ

ЛИНГВОКРИМИНАЛИСТИЧЕСКИХ

ДИСЦИПЛИН

Формирование у будущих лингвистов профессиональных компетенций посредством учебной дисциплины «Лингвистическая экспертиза текста»

Источник: Меркулова И.А. Формирование у будущих лингви- стов профессиональных компетенций посредством учебной дисци- плины «Лингвистическая экспертиза текста» / И.А. Меркулова // Вестник ВГУ. Серия: Проблемы высшего образования. – 2021. –

№ 2. – С. 69-73.

Третье поколение федеральных государственных образова- тельных стандартов высшего профессионального образования предъявляет целый комплекс требований, направленных на фор- мирование общекультурных и профессиональных компетенций, способных обеспечить успешное социально-профессиональное общение будущих специалистов в области лингвистики.

Современнаялингвистиканетолькоизучаетиописываетязы- ки, находя общее и специфическое в устройстве и функциониро- вании их систем, но и использует полученные результаты в раз- личных прикладных областях. «В условиях современного социума лингвистический аспект становится актуален для решения и юри- дических практических задач» [Будаев 2017, с. 5].

Особое место при этом может занять дисциплина учебного плана «Лингвистическая экспертиза текста», имеющая междисци- плинарную научную базу, ориентированную на семантику, прагма- тику, теорию речевой коммуникации и дискурса, риторику, психо- и социолингвистику.

327

Лингвистическая экспертиза – относительно новое, но вос- требованное направление лингвистической деятельности, следо- вательно, знакомство будущих лингвистов с ее основами в рамках специальной учебной дисциплины, на наш взгляд, необходимо и обосновано.

В качестве примера сошлемся на опыт преподавания данно- го предмета на кафедре теоретической и прикладной лингвистики ФГБОУ ВО «Воронежский государственный университет».

«Лингвистическая экспертиза текста» в соответствии с учеб- ным планом подготовки бакалавров по направлению 45.03.03 – фундаментальная и прикладная лингвистика преподается на третьем курсе в 6 семестре, когда студенты уже прослушали та- киеважныеинеобходимыекурсы, как«Введениевтеориюязыка», «Русский язык», «Общая семантика и лексикология», «Общая тео- рия дискурса». На данном этапе студенты уже имеют необходимые «входные» знания, умения и навыки: знакомы с основными поня- тиями и категориями лингвистики, владеют кодифицированным русским литературным языком и его стилями, имея представление и о нелитературных формах его существования, умеют создавать и редактировать тексты различных стилей, проводить лингвистиче- ский анализ единиц различных уровней языковой системы.

Основной целью данной дисциплины является получение специальных знаний и формирование профессиональных ком- петенций, необходимых лингвисту для решения прикладных за- дач, связанных с комплексным анализом текстов на естественном языке.

Среди задач можно выделить следующие:

–получение представлений об основных направлениях экс- пертной деятельности лингвиста;

–определение места лингвистической экспертизы в ряду дру- гихэкспертныхисследованийиописаниеееосновныхпараметров;

–обучение методам лингвистической экспертизы;

–получение навыков экспертной деятельности и навыков оформления экспертных заключений и заключений специалиста;

–формированиеготовностиксамостоятельномуприменению полученных компетенций на практике.

328

Планируемые результаты обучения по данной дисциплине (знания, умения, навыки), соотнесенные с планируемыми резуль- татами освоения образовательной программы (компетенциями) и индикаторами их достижения (см. Таблицу).

В силу того, что компетенции нередко являются общими для нескольких дисциплин, можно заметить, что компетенция и инди- катор достижения не всегда напрямую соотносятся со спецификой учебной дисциплины «Лингвистическая экспертиза текста», хотя в целом ее основные особенности все же учитываются.

Объем дисциплины составляет 144 часа, из них 14 часов от- водится на лекции, 30 часов – на практические занятия и 100 ча- сов составляет самостоятельная работа. Преобладание нагрузки на практическую и самостоятельную работу оправдано и объяснимо. Итоговой аттестацией является зачет, который представляет собой самостоятельно написанное и оформленное заключение специали- ста на одну из предложенных экспертных задач.

Для успешного освоения курса необходимы, в первую оче- редь, хорошие учебники. И здесь возникает первая проблема – отсутствие выбора учебника для освоения данной дисциплины. Несмотря на то, что за последние годы наряду с когда-то един- ственным источником [Баранов 2013] и его неоднократными пе- реизданиями появились новые книги [Ворошилова 2016; Грачев 2016], проблему нельзя считать решенной, тем более, что ни одно из этих изданий не имеет министерского грифа. «Справочник по судебной лингвистической экспертизе», стереотипно издающийся с 2012 года [Бринев 2016], в большей степени адресован специали- стам, преподающим судебную лингвистическую экспертизу, а не студентам, изучающим этот предмет.

Кроме того, можно отметить и другие трудности объектив- ного характера, сопровождающие преподавание этой дисциплины будущим лингвистам.

Во-первых, студенты-лингвисты недостаточно осведомлены в вопросах юриспруденции. Необходимо помнить, что экспертиза но- сит ярко выраженный междисциплинарный характер, и «…направ- лена на соотнесение данных лингвистики и юриспруденции» [Ме- ликян 2012, с. 50]. Именно поэтому важно познакомить их с основ-

329