!Учебный год 2024 / Цифровое право / tom-3

Цифровые технологии в системе правовых отношений (молодежное пространство науки)

Digital technologies in the system of legal relations (youth space of science)

информации [4]. Н. С. Бабкова отмечает, что преступления, предусмотренные главой 28 УК РФ, посягают на компьютерную информацию, на сведения, содержащиеся в электронных носителях, программные средства [2].

Понятие «компьютерное преступление», или «киберпреступление», не используется в Уголовном кодексе РФ, но при этом имеет криминологическое значение. Выделяют следующие виды киберпреступлений: компьютерные преступления против конституционных прав и свобод человека и гражданина, компьютерные преступления в сфере экономики, в сфере общественной безопасности; против государственной безопасности.

Ответственностьзапреступленияв сферекомпьютернойинформациипредусмотрена гл. 28 Уголовного кодекса РФ (далее УК РФ), а именно cт. 272 «Неправомерный доступ к компьютерной информации»; ст. 273 «Создание, использование и распространение вредоносных компьютерных программ»; ст. 274 «Нарушение правил эксплуатации средств хранения, обработки или передачи компьютерной информации и информационно-телекоммуникационных сетей»; ст. 2741 «Неправомерное воздействие на критическую информационную инфраструктуру Российской Федерации»; ст. 2742 «Нарушение правил централизованного управления техническими средствами противодействия угрозам устойчивости, безопасности и целостности функционирования на территории Российской Федерации информационно-телекоммуникацион- ной сети «Интернет» и сети связи общего пользования».

Таким образом, под преступлениями в сфере компьютерной информации как разновидности киберпреступлений следует понимать, на наш взгляд, посягательства на информационную безопасность Российской Федерации с использованием информационных и компьютерных технологий, которые создают угрозу и могут причинять вред общественной безопасности.

Если использовать функциональный поход, то можно выделить следующие виды киберпреступлений:

1. Несанкционированный доступ к компьютерной информации: такие преступления включают хакерские атаки, взломы, использование недокументированных функций программного обеспечения и другие способы получения доступа к защищенной информации.

2. Распространение вредоносного программного обеспечения: к данному виду деяний относятся действия, направленные на создание, распространение и использование вредоносных программ, таких как вирусы, черви, трояны и шпионское программное обеспечение.

3. Мошенничество – это различные виды мошенничества, осуществляемого через сеть, например, кража финансовых данных, онлайн-мошенничество, фишинг и фарминг.

4. Кибертерроризм: такие преступления связаны с использованием компьютерной информации и сетей для создания паники, причинения вреда жизни и здоровью людей, уничтожения или повреждения важных объектов или на создание пропаганды терроризма.

5. Кибершпионаж – это действия, направленные на несанкционированное получениеинформации,коммерческихсекретов,государственныхсекретови другой конфиденциальной информации путем вторжения в компьютерные системы.

321

Цифровые технологии в системе правовых отношений (молодежное пространство науки)

Digital technologies in the system of legal relations (youth space of science)

6. Кибернападение: подобные преступления включают блокировку, отказ в обслуживании (DDoS-атаки) и нанесение ущерба компьютерным системам, сетям или веб-ресурсам.

Преступления, связанные с компьютерной информацией, имеют серьезное влияние на экономическую безопасность Российской Федерации. В современном информационном обществе, где компьютеры и Интернет являются неотъемлемой частью деловых процессов и коммуникаций, киберугрозы представляют собой значительную опасность для национальной экономики.

Одним из основных аспектов влияния преступлений в сфере компьютерной информации на экономическую безопасность является угроза для бизнеса и коммерческих организаций. Киберпреступники могут получить несанкционированный доступ к конфиденциальным данным, включая банковские счета, клиентскую информацию, интеллектуальную собственность и коммерческие секреты. Это может привести к финансовым потерям, утечке важной информации и нарушению доверия клиентов. Крупные преступления в сфере компьютерной информации на компании могут нанести значительный ущерб экономике страны, особенно если они направлены на критическую инфраструктуру или ключевые отрасли.

Таким образом, рассматривая киберпреступления и их виды, необходимо отметить, что существуют узкий и широкий подходы. В соответствии с «узким» подходом к киберпреступлениям относятся только те преступления, для которых общественныеотношения,связанныес компьютернойинформацией,являютсяосновным объектом преступного посягательства и которые закрепленные в главе 28 УК РФ.

В соответствии с «широким» подходом к киберпреступлениям относят преступления,в которыхобщественныеотношения,связанныес компьютернойинформацией, выступают как основным объектом посягательства, так и дополнительным: кража с банковского счета, а равно в отношении электронных денежных средств мошенничество с использованием электронных средств платежей, мошенничество в сферекомпьютернойинформации,неправомерныйоборотсредствплатежейи т. д.

Список литературы

1.Уголовный кодекс Российской Федерации: [федер. закон от 13.06.1996 № 63-ФЗ] // Собрание законодательства РФ. 1996. № 25. Ст. 2954.

2.Бабкова Н. С. Особенности совершения преступлений в сфере компьютерной информации // Интеллектуальные ресурсы – региональному развитию. 2021.

№1. С. 660–664.

3. Далгалы Т. А. Киберкриминология: вызовы XXI века // Российская юстиция. 2020. № 10. URL: https://www.consultant.ru/law/podborki/sootnoshenie_ ponyatij_kiberprestuplenie_i_prestuplenie_v_sfere_kompyuternoj_informacii/?ysclid= lmayfwsiac513630517

4.Кожевникова В. И. Преступления в сфере компьютерной информации: актуальность и вопросы правоприменения // Правовая реформа. 2022. № 2. С. 48–50.

5.Тропина Т. Л. Киберпреступность: понятие, состояние, уголовно-правовые меры борьбы: автореф. дис. ... канд. юрид. наук: 12.00.08 / Дальневост. гос. ун-т. – Владивосток, 2005. 26 с.

322

Цифровые технологии в системе правовых отношений (молодежное пространство науки)

Digital technologies in the system of legal relations (youth space of science)

А. С. Смирнова,

студент, Нижегородский институт управления – филиал Российской академии народного хозяйства и государственной службы при Президенте Российской Федерации

ВЕБ-САЙТ: СПЕЦИФИКА ЗАЩИТЫ ИНТЕЛЛЕКТУАЛЬНЫХ ПРАВ В УСЛОВИЯХ РАЗВИТИЯ ИСКУССТВЕННОГО ИНТЕЛЛЕКТА

Аннотация. В статье рассмотрены вопросы, связанные с определением правового режима веб-сайта как объекта интеллектуальных прав, а также проанализирована его специфика в части отнесения к числу сложных объектов. Целью исследования является анализ проблемных аспектов в части защиты веб-сайта, в том числе результатов интеллектуальной деятельности, используемых при его составлении, созданных посредством применения искусственного интеллекта. Предлагается несколько подходов к определению субъекта интеллектуальных прав на объекты веб-дизайна, созданные нейросетью, основываясь на оценке которых выбран наиболее целесообразный вариант. Формулируются положения, закрепление которых в нормах гражданского законодательства позволит урегулировать имеющиеся на сегодняшний день пробелы в сфере права интеллектуальной собственности.

Ключевые слова: веб-сайт, авторское право, искусственный интеллект, субъект интеллектуальных прав, нейросеть, веб-дизайн, творческий критерий

WEBSITE: THE SPECIFICS OF INTELLECTUALPROPERTY RIGHTS PROTECTION IN THE CONDITIONS OFARTIFICIALINTELLIGENCE DEVELOPMENT

Abstract. The article deals with issues related to the definition of the legal regime of a website as an object of intellectual rights, and also analyzes its specificity in terms of attribution to the number of complex objects. The purpose of this study is to analyze problematic aspects in terms of website protection, including the results of intellectual activity used in its compilation, created through the use of artificial intelligence. In the text of the scientific work, several approaches are proposed to determine the subjectof intellectualrightsto webdesignobjectscreatedbyaneuralnetwork,based on the assessment of which the most appropriate option is selected and the formulation of provisions is proposed, the consolidation of which in the norms of civil legislation will allow to some extent to resolve the gaps in the field of intellectual property law that exist today.

Keywords: website, copyright, artificial intelligence, subject of intellectual rights, neural network, web design, creative criterion

В рамках современных реалий общественное развитие характеризуется постоянным совершенствованием цифровых технологий, в том числе развитием ин- формационно-телекоммуникационной сети Интернет. Однако наряду со всеми

323

Цифровые технологии в системе правовых отношений (молодежное пространство науки)

Digital technologies in the system of legal relations (youth space of science)

преимуществами виртуальных возможностей меняющиеся реалии ставят ряд вопросов правового характера, в частности в сфере права интеллектуальной собственности. Так, одним из актуальных проблемных аспектов указанной подотрасли гражданского права является вопрос охраны авторским правом веб-сайта (его компонентов), созданного при помощи искусственного интеллекта. При этом начать исследование указанного аспекта представляется целесообразным с определения правового режима веб-сайта, а также его специфики как объекта интеллектуальных прав.

Прежде чем перейти к анализу правовой природы веб-сайта, следует обратиться к определению данного понятия, легальная вариация которого закреплена в пункте 13 части 1 статьи 2 Федерального закона от 27.07.2006 № 149-ФЗ «Об информации, информационных технологиях и о защите информации» (далее – ФЗ № 149-ФЗ): «Сайт в сети “Интернет” – совокупность программ для электронных вычислительных машин и иной информации, содержащейся в информационной системе, доступ к которой обеспечивается посредством информационно-телеком- муникационной сети “Интернет” по доменным именам и (или) по сетевым адресам, позволяющим идентифицировать сайты в сети “Интернет”» [2].

Представленная дефиниция, по мнению некоторых ученых, направлена на определение «публично-правового статуса интернет-сайта и позволяет определить его место в системе законодательства об информации» [11. С. 324], но при этом не позволяет в полной мере определить статус сайта как объекта гражданских прав. В связи с изложенным представляется целесообразным обратиться к положениям гражданского законодательства, а именно к пункту 2 статьи 1260 Гражданского кодекса РФ (далее – ГК РФ), содержание которого определяет ин- тернет-сайт как составное произведение. Стоит отметить, что отнесение законодателем веб-сайта к числу составных произведений тем не менее не сократило поле для дискуссий среди ученых, исследования которых направлены на определение правовой природы веб-сайтов, что подчеркивает актуальность анализируемого вопроса.

На сегодняшний день дискуссионными являются вопросы о наличии оснований придания веб-сайту режима особого объекта интеллектуальных прав и их достаточности при отнесении сайта к числу составных произведений. Кроме того, анализ правовой доктрины свидетельствует о необходимости исследования вопроса об обоснованности квалификации интернет-сайта как сложного объекта интеллектуальных прав. В рамках анализа указанных аспектов представляется целесообразным рассмотреть изучаемый объект с технической точки зрения.

Так, обращаясь к научному труду А. И. Савельева, можно выделить следую- щиекомпонентывеб-сайта:«системауправлениясодержимымсайта;дизайн;текст веб-страниц,изложенныйс использованиемспециальныхязыковHTML(отвечаю­ щий за логическую структуру страницы) и CSS (отвечающий за ее внешний вид и иные функции); контент (информационное наполнение веб-сайта)» [11. С. 325]. Представленный перечень элементов свидетельствует о сложной структуре ин- тернет-сайта, условно состоящей из трех слоев: презентационного (дизайна), бизнес-логики (характерен для сложных сайтов, например, интернет-магазинов)

324

Цифровые технологии в системе правовых отношений (молодежное пространство науки)

Digital technologies in the system of legal relations (youth space of science)

и слоя базы данных. Можно сделать вывод о комплексном характере веб-сайта, раскрыть специфику которого как объекта гражданских прав можно посредством следующей формулировки дефиниции анализируемого объекта, предложенной Е. С. Басмановой: «Интернет-сайт – это предназначенный для размещения в сети Интернет результат интеллектуальной деятельности, состоящий из статичной основы, представляющей собой программный код и порождаемые им визуальные отображения (дизайн сайта), и динамичного содержания (контента), представляющего собой совокупность разнородных объектов исключительных прав и иных материалов, системно расположенных в пределах базового (статичного) элемента сайта» [6. С. 93].

Таким образом, обращаясь к содержанию вышеупомянутой ст. 1260 ГК РФ, можно заключить, что авторским правом охраняется именно контентная составляющая сайта, т. е. совокупность результатов интеллектуальной деятельности, квалифицируемых как самостоятельные объекты авторского права, а именно их творческий подбор или расположение (составительство). Однако в правовой доктрине имеет место мнение, согласно которому такое регулирование веб-сайтов видится весьма фрагментарным: встает вопрос, кого следует признавать автором сайта в целом и каков точный перечень результатов интеллектуальной деятельности, однозначно входящих в состав сайта.

Длятогочтобывыяснить,следуетлинаделитьвеб-сайтособымправовымре- жимом и рассматривать его в качестве самостоятельного объекта интеллектуальных прав, обоснованным видится обратиться к зарубежной практике. Так, анализ положений законодательства иностранных государств позволяет сделать вывод о схожем с отечественным подходе в части регулирования исследуемого вопроса: охране подлежит творческий подбор контента на сайте, а о возможности охраны авторским правом веб-сайта в целом, как самостоятельного объекта, не упоминается. Внимания при этом заслуживает подход, применяемый бюро авторских прав США [14. С. 1], согласно которому интернет-сайт выступает некой формой выражения, носителем результатов интеллектуальной деятельности, однако сам по себе сайт в качестве объекта авторских прав американская практика также не признает.

Таким образом, при определении правовой природы веб-сайта как объекта интеллектуальных прав нормы отечественного и зарубежного законодательства указывают на два аспекта: 1) охрану отдельных элементов сайта как самостоятельных объектов авторского права и 2) охрану подбора или расположения его компонентов, осуществляемых творческим трудом (составительство). Здесь важно отметить, что сайту как составному произведению должен быть присущ творческий характер (п. 2 ч. 2 ст. 1259 ГК РФ): например, максимально простой одностраничный интернет-сайт, содержащий какой-либо один результат интеллектуальной деятельности (стихотворение), не будет подлежать охране авторским правом, а будет, скорее, выступать как раз формой выражения содержащегося на нем произведения.

Помимо проанализированных аспектов, одним из дискуссионных вопросов в части характеристики веб-сайта как результата интеллектуальной деятельности

325

Цифровые технологии в системе правовых отношений (молодежное пространство науки)

Digital technologies in the system of legal relations (youth space of science)

является проблема обоснованности отнесения исследуемого объекта к числу сложных. Аргументируя позицию ученых, квалифицирующих сайт как сложный объект, видится необходимым обратиться к положениям статьи 1240 ГК РФ [1], регламентирующей перечень таких объектов (кинофильм, иное аудиовизуальное произведение, театрально-зрелищное представление, мультимедийный продукт, база данных), который является закрытым. Однако закрытость такого перечня – вопрос весьма дискуссионный: в правовой доктрине превалирует мнение о целесообразности включения в него и веб-сайта. Обоснованность данной позиции можно подтвердить, опираясь на дефиницию понятия «сложный объект», под которым согласно теоретическим исследованиям понимается объект гражданских прав, «созданный организатором такого объекта, включающий в себя несколько принадлежащих различным правообладателям охраняемых результатов интеллектуальной деятельности, объединенных структурными связями, предназначенных для их использования по единому назначению» [9. С. 85]. Исходя из предложенной формулировки и опираясь на законодательные положения, можно выделить следующие критерии сложного объекта интеллектуальных прав: наличие лица, организовавшего создание такого объекта; совокупность нескольких охраняемых результатов интеллектуальной деятельности, составляющих сложный объект; структурная взаимосвязь и единая цель включенных в состав сайта объектов интеллектуальных прав. В силу того, что сайт включает в себя созданные авторами в сотрудничестве структурно связанные результаты интеллектуальной деятельности (объекты дизайна, графики, литературные произведения, программы для ЭВМ и иные элементы), рассмотрение интернет-сайта в качестве сложного объекта представляется аргументированным.

Таким образом, анализируемый объект интеллектуальных прав следует рассматривать не только как составное произведение, но и как сложный объект, в связи с чем целесообразно внести изменения в действующее законодательство, а именно в статью 1240 ГК РФ, в части включения его в перечень сложных объектов. Представленная редакция указанной нормы видится перспективной с точки зрения приобретения лицом, организовавшим создание сайта, прав на результаты интеллектуальной деятельности, входящие в его состав. Таким образом, можно сделать вывод, что оснований для признания сайта в качестве особого объекта авторских прав на сегодняшний день не имеется, веб-сайт следует квалифицировать и как составное произведение, и как сложный объект.

Особого внимания заслуживает вопрос об определении авторства и творче- скогокритериявеб-сайта,созданногос помощьюискусственногоинтеллекта(кон- структора сайтов). Так, на сегодняшний день пользуются популярностью такие сервисы, как Tilda Publishing (блочный конструктор сайтов, не требующий умений и навыков в области программирования) и Taplink (платформа для создания сайтов, адаптированных под мобильные устройства и предназначенных, как правило, для таргета в социальных сетях). Указанные платформы выполняют функции верстальщика и программиста, в связи с чем встает вопрос, кого признавать автором сайта: его создателя, который осуществлял верстку посредством «собирания» блоков, составляющих сайт, или же в таком случае авторскими правами его

326

Цифровые технологии в системе правовых отношений (молодежное пространство науки)

Digital technologies in the system of legal relations (youth space of science)

наделить нельзя ввиду отсутствия творческого подхода к созданию интернет-сай- та. Центральным элементом в рамках анализа данного вопроса является наличие творческого критерия в деятельности создателя сайта.

Так, если веб-сайт является максимально простым (состоит из одной страницы, представляет собой хаотичную (либо хронологическую) сборку размещенных в библиотеке платформы блоков) и его верстка не требует вклада действий творческого характера (в части дизайнерских решений, построения композиционных связок, применения анимаций, в том числе разработки и использования при их создании HTML-кодов, и тому подобное), то такой объект авторским правом охраняться не будет. Таким образом, наличие творческого критерия – признак, позволяющий отграничить сайт, не являющийся объектом авторского права, от сайта, который авторским правом охраняется; т. е. только потому, что создатель веб-сайта использует при его верстке специальные сервисы, творцом он от этого быть не перестает.

Более подробно представленный аспект следует рассмотреть в рамках специфики регулирования прав на объекты веб-дизайна как одной из составляющих веб-сайта. С учетом изложенного можно заключить, что творческой деятельности на современном этапе общественного развития присуще слияние искусства и технологий, в связи с чем популярностью пользуется такая ниша, как digital-ис- кусство. В частности, как ранее было отмечено, на сегодняшний день все большей популярностью пользуются различные системы искусственного интеллекта: активно используются нейросетки-генераторы, что позволяет автоматизировать работу, существенно ее упростив и ускорив. Так, известными на сегодняшний день нейросетями, применяемыми в сфере веб-дизайна, являются Midjourney, Kandinsky 2.2, Magician, Craiyon и многие другие (используются для генерации графики), а также ChatGPT,AI-ассистент, GerwinAI (применяются для разработки контента). Однако наряду с преимуществами цифровых возможностей меняющиеся реалии ставят ряд вопросов правового характера. Так, одним из актуальных проблемных аспектов права интеллектуальной собственности является неопределенность субъекта интеллектуальных прав на объекты, созданные нейросетями, к использованию которых чаще всего прибегают при создании результатов интеллектуальной деятельности в сфере веб-дизайна. Решение указанного вопроса позволит определить, каким образом и чьи именно права на результат, сгенерированный нейросетью, следует охранять.

Прежде всего, необходимо определить, что понимается под искусственным интеллектом (далее – ИИ), легальное определение которого закреплено в Национальной стратегии развития искусственного интеллекта на период до 2030 г. (указ Президента РФ от 10.10.2019 № 490): «Искусственный интеллект – комплекс технологических решений, позволяющий имитировать когнитивные функции человека (включая самообучение и поиск решений без заранее заданного алгоритма) и получать при выполнении конкретных задач результаты, сопоставимые как минимум с результатами интеллектуальной деятельности человека» [3].

Говоря о субъекте интеллектуальных прав, представляется целесообразным обратиться к нормам гражданского законодательства: анализ статей 1228 и 1347

327

Цифровые технологии в системе правовых отношений (молодежное пространство науки)

Digital technologies in the system of legal relations (youth space of science)

Гражданского кодекса РФ [1] позволяет выявить ключевые критерии указанного понятия: (1) творческий характер результата интеллектуальной деятельности, который должен быть создан (2) физическим лицом.

Таким образом, указанные положения свидетельствуют о неправомерности наделения ИИ статусом субъекта интеллектуальных (авторских) прав. Однако исследователи неоднозначно подходят к данному вопросу. Так, согласно предложенной американским философом Д. Ж. Серлом теории «сильного и слабого искусственного интеллекта» «слабый» ИИ способен решать какую-либо задачу, основываясь на заданных человеком параметрах, «при этом сам искусственный интеллект не может понимать смысл тех объектов, с которым он работает»

[12. С. 33].

«Сильный» же ИИ обладает таким уровнем развития, при котором его способности сопоставимы (или даже превосходят) возможности человеческого разума. В связи с этим некоторые авторы придерживаются мнения о целесообразности наделения ИИ статусом субъекта интеллектуальных прав. В частности, В. В. Архипов и В. Б. Наумов в своем исследовании, анализируя правовое положение ИИ, приходят к выводу о необходимости включения главы 5.1 «Роботыагенты» в подраздел 2 «Лица» части 1 ГК РФ [12. С. 33]. Схожий подход к решению данного вопроса рассматривает Т. Н. Михалева, которая указывает при этом на необходимость разработки определенной методологии, «которая позволит выделять определенные виды искусственного интеллекта, которые могли бы стать полноценными участниками правоотношений» [8. С. 127], и определяет ИИ как «электронное лицо». Обращаясь к зарубежной правоприменительной практике, можно отметить, что в 2019 г. в Китае в одном из постановлений Окружной суд указал, что статья, созданная с помощью алгоритма, не может быть скопирована без разрешения [8. С. 126] (примечательно, что до этого законодатели и правоприменители указанного государства придерживались позиции о невозможности защиты авторским правом объекта, созданного ИИ).

Кроме того, ярким примером, подтверждающим анализируемую позицию, может служить продажа «одного из произведений ИИ в серии работ, сгенерированных в стиле Рембрандта, «Портрет Эдмонда де Белами», на аукционе Christie`s в 2018 г. в Нью-Йорке за 432,5 тыс. дол.; в углу картины стоит подпись алгоритма» [8. С. 119]. Однако представленные точки зрения видятся некорректными в части несоблюдения признаков субъекта интеллектуальных прав, закрепленных в указанных ранее статьях 1228 и 1347 ГК РФ. Несмотря на то, что в правовой доктрине высказывается мнение о дальнейшей автоматизации и самообучении ИИ, в том числе нейросетей, которые позволили бы им генерировать произведения без человеческого вмешательства, тем не менее существование роботов с подобным функционалом на сегодняшний день не доказано, и предполагается, что в обозримом будущем ИИ вряд ли будет обладать критериями, наделяющими его правосубъектностью. При этом если говорить о наделении технологий ИИ правосубъектностью, то возникает ряд закономерных вопросов: какие права и обязанности будут присущи алгоритму? Каким образом он будет нести ответственность?

328

Цифровые технологии в системе правовых отношений (молодежное пространство науки)

Digital technologies in the system of legal relations (youth space of science)

По справедливому замечанию А. С. Антонян, ИИ (нейросеть), «не обладая имуществом,неимеяосознаннойволидлявладения,пользованияи распоряжения им, не способна нести ни имущественную, никакую-либо иную ответственность» [5. С. 515], что подтверждает необоснованность признания нейросети автором созданного ею произведения. В связи с этим более обоснованной представляется позиция об отнесении данного явления к объектам, а не субъектам интеллектуальных прав, аргументируя ее тем, что технологиями ИИ можно владеть, пользоваться и распоряжаться.

С учетом изложенного целесообразно рассмотреть иные подходы к определению субъекта на результаты, сгенерированные нейросетью. Прежде чем перейти к их исследованию, следует разобраться с тем, будет ли обладать творческим характером результат, сгенерированный нейросетью? Представляется, что для ответа следует разобраться непосредственно со спецификой выполняемых нейросеткой функций и созданных ею объектов.

Роль нейросетей на примере веб-дизайна характеризуется самым разнообразным спектром возможностей ИИ: благодаря нейросеткам представители данной профессии могут путем ввода определенной команды (промта) генерировать различные изображения, работать с типографикой, создавая неповторимые виды шрифтов, и применять полученные результаты в том числе при создании сайтов. Помимо этого, у представителей рассматриваемой профессии есть возможность с помощью ИИ «регулировать контраст создаваемых объектов, их цветовую насыщенность, а также использовать высокую вариативность параметров» [10. С. 9]. Как мы видим, с одной стороны, сущность выполняемых ИИ функций сводится к воспроизведению нейросетью той программы (запроса), которую задаст человек, однако, с другой стороны, при вводе одной и той же команды компьютерный алгоритм будет генерировать постоянно новый, уникальный результат. Но опять же, можно ли охарактеризовать такой процесс как деятельность творческую?

Целесообразным представляется рассмотреть понятие творческой деятельности с точки зрения двух аспектов. С субъективной стороны, как исходит из названия подхода, «создание произведения в результате творческой деятельности присуще только человеку» [13. С. 507] в силу неразрывной связи между человеческой личностью и результатом творческого труда.

Кроме того, при генерации задаваемых значений ИИ не способен воспроизводить мыслительную деятельность человека, что опять же подтверждает отсутствие в создаваемом нейросетью объекте творческого начала. С точки зрения же объективного подхода творческим характером наделяется не деятельность, т. е. не процесс создания объекта, а сам объект, произведение, ценность которого определяется в зависимости от его вклада в культуру. Однако, как ранее нами было отмечено, на сегодняшний день системы ИИ находятся пока на том уровне развития, когда генерация произведения посредством компьютерных алгоритмов возможна лишь с помощью человека, который предварительно загружает необходимые данные и осуществляет контроль за выдаваемыми результатами, которые субъект может также изменять. В связи с изложенным объективный подход тоже не позволяет отнести объект, созданный нейросетью, к результатам творческой деятельности.

329

Цифровые технологии в системе правовых отношений (молодежное пространство науки)

Digital technologies in the system of legal relations (youth space of science)

Вместе с этим важно обратить внимание на то, что использование веб-ди- зайнером систем ИИ указанным способом (путем ввода простейшего запроса) не будет квалифицировано как творческая деятельность, а значит, получаемые результаты не будут являться объектами авторского права, подтверждением чему служит анализ судебной практики [4]. Так, если веб-дизайнер не осуществляет творческого вклада при генерации графических элементов, т. е. вводит в строку поиска наименование объекта, который необходимо создать нейросети, то в таком случае и получаемый результат также не приобретет творческое начало. Однако обратной ситуация видится в случае модификации со стороны веб-дизайнера созданного нейросетью объекта, например, путем удаления ка- ких-либо элементов и добавления уже созданных им конструкций, в результате чего у субъекта получается оригинальное произведение, сочетающее в себе результаты деятельности как человека, так и ИИ. Вышеизложенное опять же позволяет заключить, что субъектом прав на созданные нейросетями объекты может выступать только физическое лицо – веб-дизайнер. Тем не менее в правовой регламентации нуждается вопрос о справедливом распределении прав и доходов между разработчиком программного кода ИИ и конечным пользователем (веб-дизайнером). Правовая доктрина предлагает несколько подходов к решению указанного вопроса.

Если говорить о признании автором цифрового произведения разработчика ИИ, то данный подход будет весьма эффективен с точки зрения развития сферы цифровых технологий, компьютерных программ. Но, с другой стороны, в силу того что дизайнер не обладает правом авторства на результаты, сгенерированные нейросетью, соответственно, он не будет заинтересован в регулярном использовании соответствующих программ. Такая ситуация чревата сдвигом акцента на создание не новых уникальных произведений, а программных кодов, что, в свою очередь, замедлит темпы развития сферы как веб-дизайна, так и разработок систем ИИ вследствие упадка спроса на них со стороны пользователей. К тому же изложенная позиция противоречит существующим положениям гражданского законодательства в части указания признаков субъекта интеллектуальных прав: при разработке кода ИИ замысел лица не направлен на создание соответствующего произведения, что свидетельствует об отсутствии творческой составляющей в его деятельности [8. С. 114].

Что касается следующего подхода, то роль автора уже предлагается отвести веб-дизайнеру. Однако здесь тоже следует учитывать ряд ключевых моментов: как ранее отмечалось, субъекту недостаточно совершить комбинацию элементарных действий (ввод запроса в поисковой строке, нажатие кнопки поиска), необходимо в процессе формирования какого-либо объекта применять навыки творческого характера, осуществлять мыслительную деятельность, а также осознавать, каким он хочет видеть конечный результат. При этом алгоритм ИИ в данном случае фактически выступает неким инструментом, посредством которого веб-дизайнер создает результат интеллектуальной деятельности. Представленный подход видится наиболее корректным и соответствующим положениям ГК РФ, поскольку ИИ на сегодняшний день не развит на таком уровне,

330