Экзаменационный билет № 24

1. Классическая и неклассическая философия. Важнейшие направления неклассической философии, их общая характеристика.

В рамках классической философии (главным образом XVII-XIX вв.) сложились метафизика, диалектика, классические рационализм и детерминизм, представления о взаимодействии субъекта и объекта. Метафизика Нового времени стала метафизикой познания опирающейся на рационализм и эмпиризм, а не метафизикой бытия как в предыдущие эпохи. В XVII веке великие философы были одновременно и великими естествоиспытателями, особенно сильное влияние на становление метафизики в это время оказали классическая механика и математика. Традиционная классическая философия претендовала на то, чтобы быть именно метафизикой, то есть знанием, более глубоким, чем самые фундаментальные естественнонаучные («физические», в самом широком смысле этого термина) теории. Она, подобно античным философам, ставила «логику» выше «физики», теоретическую истину – выше практического достижения. Гегелевская философия уже была «философией перехода», «философией компромисса», которую теперь можно было критиковать и «слева» (например, за излишнюю приверженность к созданию универсальных все объясняющих систем), и «справа» (например, за признание относительной истины, что, конечно же, означает не что иное, как несовершенство истины). Кризис основных концепций и методов классической философии обусловил её переход к неклассической философии, у истоков которой стоят Шопенгауэр, Кьеркегор, философия жизни, школы неокантианства, позитивизм. Развитие критики философской системы Гегеля выдвинуло в философии на первый план исследования человеческой интерпретации мироздания, выявление связи между природой и описывающей её языком, так что такая философия может быть только открытой системой. Кроме того классическая философия передала неклассической философии было предложено много фундаментальных идей содержащихся в философских системах Канта, Фихте, Шеллинга, в концепциях представителей первого этапа позитивизма и многих других. Традиционно основными направлениями неклассической философии принято считать: феноменологию, аналитическую философию, фундаментальную онтологию, основные этапы позитивизма конца XIX начала XX веков (эмпириокритицизм, неопозитивизм, постпозитивизм), критический рационализм, экзистенциализм, персонализм, прагматизм, психоанализ, герменевтику. Принципиальное влияние на её развитие оказали неокантианство, неореализм, неорационализм, некоторые культурологические и религиозные течения. Неклассическая философия рассматривает познающий разум не как дистанциированный от мира и извне постигающий его, а как находящийся внутри мира. Разум с этой точки зрения не является абсолютно суверенным и беспредпосылочным. Он укоренен в человеческом жизненном мире. Между ним и бытием есть опосредующее звено, которое различает, но вместе с тем связывает их. Таким звеном выступают человеческая деятельность и язык. Причем язык здесь следует понимать в широком смысле, включая не только естественный язык, но и все типы языков культуры, все разновидности социокодов, закрепляющих и транслирующих социально-исторический опыт.В неклассическом подходе ключевой становится проблематика социокультурной обусловленности философского знания. Она приводит к новому пониманию предмета и функций философии. Стремление философии найти предельные основания познания и деятельности в классический период выражалось в создании относительно замкнутых философских систем. Каждая из них выдавала свои принципы за абсолютные истины, последние основания бытия. На базе этих принципов создавалась система представлений о мире, включая понимание природы, человека, человеческого познания, социальной жизни и идеалов общественного устройства. Развитие философии осуществлялось через конкурентную борьбу таких систем, их взаимную критику и порождение новых систем. В неклассическом подходе отвергается сама возможность создать последнюю и абсолютно истинную систему философского знания. Признание социокультурной обусловленности любого вида познания предполагает, что философия на каждом этапе своей истории детерминирована особенностями культуры своей эпохи, которая определяет те или иные возможности (часто не осознаваемые) и ограничения философского поиска. Эти возможности и границы могут быть раздвинуты в иную историческую эпоху, но там появятся новые детерминанты философского творчества, а значит, его новые и возможности, и ограничения. Неклассическая философия развивалась гораздо более непредсказуемо и разветвлено, чем классическая, будучи тесно связанной со случайностью, стохастическими процессами, бифуркациями. Особое значение здесь приобретает эпистемологический принцип, афористически выраженный Ф. Ницше: «все самое главное рождается вопреки» (Башляр Г., Новый рационализм, с. 32). Категориальная структура знания неклассической философии стала четырехмерной, включив в себя следующие нередуцируемые сферы: онтологическую, гносеологическую, аксиологическую, праксеологическую.

2. Философская герменевтика как универсальная методология гуманитарного познания (Х.-Г. Гадамер, В. Дильтей др.).

Г. Гадамер - немецкий философ, последователь М. Хайдеггера, является крупнейшим представителем современной герменевтики, один из основоположников философской герменевтики. Основные сочинения: «Диалектическая этика Платона (1931), «Гете и философия» (1947), «Истина и метод» (1960), «Диалектика Гегеля» (1971), «Диалог и диалектика» (1980), «Хайдеггеровский путь» (1983), «Похвала теории» (1984) Подвергая критике методологизм наук о духе, Гадамер придает герменевтике универсальный характер, видя ее задачу не в том, чтобы прояснить природу этого понимания, условия, при которых оно совершается. Всеопределяющее основание герменевтического феномена Гадамер, вслед за Хайдеггером, усматривает в конечности человеческого существования. Противопоставляя теоретико-познавательной установке понятие опыта, Гадамер видит в нем опыт человеческой конечности и историчности. При этом укоренелость в предании, которое и должно быть испытано в герменевтическом опыте, рассматривается им как условие познания. Исходя из конечности бытия человека и принадлежности смысл герменевтического круга (круга понимания), а также особую значимость предструктур понимания для герменевтического процесса. В связи, с чем он, в частности, реабилитирует понятие предрассудка, указывая на то, что предрассудок как предсуждение вовсе не означает неверного суждения, но, составляя историческую действительность человеческого бытия, выступает условием понимания. Анализируя герменевтическую ситуацию (опознавание которой Гадамер называет действенно-историческим сознанием). Гадамер опирается на понятие горизонта. «Горизонтальность» понимания характеризуется принципиальной незамкнутостью горизонта – ввиду исторической подвижности человеческого бытия, - а также существованием только одного горизонта, обнимающего собой все, что содержит историческое сознание, так что «понимание всегда есть процесс слияния якобы для себя сущих горизонтов». При этом на первый план выходит центральная проблема герменевтики – проблема применения. Этапом истории герменевтики была концепция В. Дильтея, в рамках которой герменевтике приписывается особая методологическая функция. "Понимание", с которым имеет дело герменевтика, представляет собой, согласно Дильтею, не просто некий аспект теории познания, но фундамент гуманитарного знания ("наук о духе") вообще. Таким образом, заслуга Дильтея заключается не в том, что он выдвинул тезис об особом статусе понимания в историко-гуманитарных науках ("науках о духе"), а в том, что он предпринял попытку систематического развития этого тезиса. Герменевтика у Дильтея - часть более широкого методологического проекта. Цель последнего - обосновать особую значимость историко-гуманитарного познания, несводимость процедур такого познания к процедурам естественных наук. Своеобразие сферы, с которой имеют дело гуманитарные науки, состоит в том, что познающий субъект сам есть часть той сферы, которую ему надлежит познать. Из этой констатации вырастает знаменитая формула Дильтея, согласно которой "природу мы объясняем, духовную жизнь мы понимаем". Это положение позднее послужило поводом к противопоставлению "объяснения" и "понимания" как двух несовместимых методов познания. Хотя некоторые фрагменты Дильтея приводят к подобной трактовке его мысли, сам он подобной дихотомии не строил. "Понимание", согласно Дильтею, не противостоит объяснению, а, скорее, дополняет его.