2. Получение информации о крупных сделках и сделках с заинтересованностью

Согласно подп. 1 п. 2 ст. 91 Закона об АО акционер, владеющий не менее чем 1% акций, вправе требовать от публичного общества информацию, касающуюся крупных сделок и (или) сделок с заинтересованностью.

Схожее регулирование предусмотрено п. 1 ст. 84 Закона об АО: если сделка с заинтересованностью совершена без согласия на ее совершение, акционер, владеющий не менее чем 1% акций, вправе обратиться к обществу с требованием предоставить информацию, касающуюся сделки, в том числе документы или иные сведения, подтверждающие, что сделка не нарушает интересы общества.

Вероятно, по мысли авторов поправок 2017 г., описанные механизмы предоставления сведений о крупных сделках с заинтересованностью должны были компенсировать лишение миноритарных акционеров права требовать от общества предоставления текстов любых заключенных им договоров, но дьявол, как всегда, кроется в деталях.

Во-первых, использованные в Законе формулировки вовсе не предполагают обязательного получения акционером самого текста договора. Как отметил Тринадцатый арбитражный апелляционный суд (ААС), "подателем жалобы не приведено доводов о наличии обстоятельств, перечисленных в указанной норме, и необходимости получения дополнительных, помимо представленных сведений, документов, в том числе самих договоров, в целях защиты своих прав как акционера" <6>.

--------------------------------

<6> Постановление Тринадцатого ААС от 17.07.2018 N 13АП-12782/2018 по делу N А56-92269/2017.

Во-вторых, согласно п. 2 ст. 81 Закона об АО положения главы XI с 1 января 2017 г. <7> не применяются:

1) к сделкам, совершаемым в процессе обычной хозяйственной деятельности общества, а также

2) к сделкам, стоимость которых составляет не более 0,1% балансовой стоимости активов общества, при условии, что размер таких сделок не превышает предельных значений, установленных Банком России.

--------------------------------

<7> Федеральный закон от 03.07.2016 N 343-ФЗ "О внесении изменений в Федеральный закон "Об акционерных обществах" и Федеральный закон "Об обществах с ограниченной ответственностью" в части регулирования крупных сделок и сделок, в совершении которых имеется заинтересованность".

Аналогичным образом крупной является сделка, выходящая за пределы обычной хозяйственной деятельности (п. 1 ст. 78 Закона об АО).

Важно отметить, что все перечисленные выше обстоятельства не просто исключают необходимость одобрения сделок: при их наличии, по логике закона, соответствующую сделку в принципе нельзя квалифицировать в качестве крупной или сделки с заинтересованностью, даже если она обладает всеми признаками заинтересованности или крупности.

Из изложенного следуют сразу несколько негативных для миноритарных акционеров выводов. Формулировка "в процессе обычной хозяйственной деятельности" предполагает определенную степень усмотрения со стороны менеджмента общества - достаточную, чтобы она могла быть использована в качестве повода для отказа в предоставлении информации акционеру. Наряду со вторым исключением, предполагающим оценку сделки исключительно по формально количественному показателю, для сокрытия сделки с заинтересованностью от акционеров недобросовестному менеджменту общества достаточно будет раздробить ее на несколько якобы не взаимосвязанных более мелких сделок, по отдельности не превышающих установленный порог, а для верности еще подкрепиться утверждением, что такие сделки совершены в процессе обычной хозяйственной деятельности.

Таким образом, право акционера на информацию становится труднореализуемым. Для реализации своего права на информацию акционеру не остается ничего иного, кроме как обращаться в суд и пытаться опровергать утверждения менеджмента. При этом бремя доказывания может быть возложено судом на акционера.

Согласно п. 9 Постановления Пленума Верховного Суда (ВС) РФ от 26.06.2018 N 27 "Об оспаривании крупных сделок и сделок, в совершении которых имеется заинтересованность" любая сделка общества считается совершенной в пределах обычной хозяйственной деятельности, пока не доказано иное.

Как показывает практика, акционера может не спасти даже ситуация, когда сделка была самостоятельно вынесена менеджментом на одобрение общего собрания акционеров, т.е. когда имеются все основания считать, что общество признало наличие признаков заинтересованности.

В нескольких делах, рассмотренных арбитражными судами Западно-Сибирского округа <8>, все три инстанции опровергли позицию Банка России о том, что вынесение на общее собрание акционеров вопроса об одобрении крупной сделки, в совершении которой имеется заинтересованность, свидетельствует об отнесении ее к таковым. Суды указали, что, несмотря на вынесение вопроса об одобрении такой сделки на собрание, ее одобрение по закону не требовалось, так как сделка совершалась обществом в процессе обычной хозяйственной деятельности, что исключает необходимость рассматривать ее как крупную сделку с заинтересованностью.

--------------------------------

<8> См.: Постановления АС Западно-Сибирского округа от 23.01.2018 N Ф04-6059/2017 по делу N А27-471/2017, от 16.10.2017 N Ф04-3395/2017 по делу N А27-470/2017.

Подобная судебная практика оказывает демотивирующее воздействие на Банк России, чем лишает миноритарных акционеров шансов защитить свои права и получить документы в административном порядке. Очевидно, что административный орган будет менее охотно привлекать эмитентов к ответственности в ситуации, когда для этого требуется оценить не только наличие формальных оснований (например, соблюдение срока направления ответа на требование), но и, по сути, дать в административном процессе правовую оценку самим сделкам с точки зрения критериев, которые изначально допускают возникновение спора. То есть Банку России потребуется установить, что сделки, по отдельности не превышающие установленный порог, должны были рассматриваться как взаимосвязанные или что менеджмент неправомерно отнес их к обычной хозяйственной деятельности. Следует ожидать, что Банк России в подобных спорных случаях просто не станет привлекать общество к ответственности до тех пор, пока позиция общества не будет опровергнута в суде (вероятно, предоставляя решать эту задачу акционеру). И нам уже известны примеры таких дел. С учетом сокращенного годичного срока давности привлечения к ответственности по ст. 15.19 Кодекса об административных правонарушениях применение к обществу административно-правовых санкций будет крайне маловероятным.