II. Дуалистическая федеративная теория

[…]

V.

Специфический признак федерального государства, о котором в юридической литературе идут такие нескончаемые и непримиримые споры вот уже целое столетие, вовсе не в том, что суверенна лишь центральная власть, и не в том, что суверенны лишь части общего союза, федерировавшиеся штаты, а в том, что суверенитет принадлежит и синтетической неразрывности совместно образующим его центральной и федерированным властям. Существо федерализма в некотором равновесии федеральной и местных властей, при котором федерированные части сохраняют особое, своеобразное самостоятельное участие в правительственной организации общефедерального суверенитета.

В федеральном государстве центральная власть и местные власти не рядом друг с другом, как это полагала классическая теория разделения суверенитета, и не одна над другими, как это склонна утверждать унитарная теория, а друг с другом и друг о друге. В федеральном союзе центральное и местные правительства должны быть не противопоставляемы одно другому, а примиряемы в высшем единстве.

Федеральное государство коренным образом отличается от конфедерации государств. В конфедерации государств как соединении международно-правового характера имеется несколько параллельно существующих суверенных властей — общеконфедеральная и частногосударственные. Федеральное же государство есть соединение государственно-правового характера, и в нем имеется лишь одна суверенная власть, общегосударственная, но образуется она совсем особым образом, специфическим только для этой политической формы.

В федеральном государстве следует различать: 1) местную власть федерированных политических общин («штатов», «кантонов», «провинций», «государств»); эта власть не обладает полнотой государственного суверенитета, она не вполне ни верховна, ни независима, но она участвует как органическая часть в образовании общего суверенитета; 2) центральную власть союза; эта власть также не обладает полнотой государственного суверенитета и не выражает собой воли федерального государства как целого, она тоже не вполне ни верховна, ни независима, но тоже участвует как органическая часть в образовании общего суверенитета; и 3) наконец, общегосударственную власть, представляющую федеральное государство во всей его целостности; эта власть суверенна, и образуется она из согласного решения местных и центральной властей.

Местная власть в федеральном государстве не составная часть центральной власти, подобно провинциальной власти в унитарном государстве; она противостоит центральной власти как самостоятельное целое, а не как часть. Таким образом, общая государственная власть федерального соединения имеет двойной источник и в воле всего населения федерального государства, взятого в своем объединении, — что образует центральную власть союза, — и в воле отдельных политических общин, соединяющихся в общий союз, так сказать, в воле народа, взятого в своем разъединении на самостоятельные политические единицы, — что образует местную власть федерированных частей. Поэтому федеральная политическая форма может быть по полному праву названа дуалистической, так как источник се суверенитета двойной.

[…]

Предложенная нами дуалистическая конструкция юридической природы федерального государства не должна быть смешиваема с органической теорией федерального государства, защищаемой главным образом Гирке…

[…]

… Гирке полагает, что в федеральном государстве сосуществуют два вида государств — коллективные и частные. Под коллективным государством Гирке понимает органическое целое соединенных штатов, а под каждым соединившимся штатом как бы органическую часть этого целого…

Вообще теория существования при федеральном соединение государств трех родов — частных, коллективного и федерального с трудом может быть даже понята. Не говоря уже о том, что невозможно представить себе на одной и той же территории одновременное существование нескольких государств, получается логически совершенно недопустимый результат: существуют частные государства, существует составленное из них коллективное государство, существует взаимодействие их в федеральном государстве; существуют части, существует составленное из них целое и существует какое-то еще более обширное целое, составленное из целого и частей. Это отличное от коллективного федеральное государство есть ничто неуловимое; оно ни простая совокупность штатов, это было бы коллективное государство, ни новая государственная личность, так как у него, по словам самого Гирке, нет органов для проявления своей личности. Если коллективное государство есть федеральное государство, то им и исчерпывается суверенная власть и нельзя говорить еще о каком-то высшем целом; тогда можно представить, что это высшее целое в соединении с коллективным государством и частными государствами образуешь еще более высшее целое, и т.д. без конца. Целое плюс его части не могут составить еще какой-то третьей совокупности. Все это логические абсурды.

Мы полагаем, что целое федеральное государство слагается из центральной (а не коллективной) власти и из местных властей, ни та, ни другая государственного характера не носят и носить не могут, иначе ставится совсем неразрешимая задача отличить коллективное государство от федерального. Нет сосуществования трех родов государств, а есть лишь одно государство, суверенная власть которого образуется своеобразным дуалистическим способом. Нет коллективного государства, а существуют лишь органы центральной власти как таковой.

… федеральному государству свойственно участие в образовании суверенной власти… Характерно не само участие… а двойное, и при том совсем в каждом случае разного характера, участие. Первоначально — участие в образовании общей центральной федеральной власти, как это бывает и в унитарном государстве; это — национальная роль штата. Но центральная власть, образованная общим участием штатов, не оказывается суверенной. Вторичное участие штатов в суверенитете — проявление воли каждою штата в его особенности, в его отдельности, когда он, предполагается, выражает не общую волю союза, а лишь свою собственную; это местная роль штата. Общая воля, всех штатов, соединенная с местной волей штатов, дает суверенную государственную федеральную власть.

[…]

Так как штаты, входя в состав федерального государства, теряют свой суверенитет, то, само собой разумеется, они перестают и быть государствами, так как, по определению государства, суверенитет есть существенный признак государства. Государство только там, где имеется на лицо суверенитет, следовательно, государственным характером обладает только федеральное государство, образуемое из соединения центральной и местных властей. Что штаты продолжают обычно называться государствами, никакого значения иметь не может; это лишь злоупотребление термином или наименование, объясняемое как исторический пережиток. Конечно, условно штаты федерального государства могут называться «федерированными государствами», как специфический термин особого своеобразного образования, отличающегося и от государства в собственном смысле и от провинции, с оговоркой, что «федерированное» государство не государство.

Штерн К. Государственное право Федеративной Республики Германия. Т. 1. 2-е изд. Мюнхен, 1984. С. 644-663 [Stern K. Das Staatsrecht der Bundesrepublik Deutschland. Bd. 1. München: C.H. Beck, 1984. S. 644-663¹].