§ 2.Расторжение договора по инициативе одной стороны.

Как уже было сказано выше, основным и предпочтитель­ным способом расторжения договора является соглашение сто­рон. На это указывает как то, что сам ГК ставит его на первое место (пункт 1 статьи 450 ГК), так и то, что соглашение наиболее соответствует природе договора, которая предполагает, что все взаимоотношения сторон строятся на основе взаимного согласия. В случае расторжения договора по соглашению имеется выраже­ние воли всех сторон, желающих именно так прекратить сущест­вующие между ними отношения. Поэтому оно менее всего требу­ет правового регулирования. Когда же договор расторгается по инициативе одной из сторон, на этот исход развития договор­ного правоотношения направлена воля только этой стороны при возражениях или пассивности другой. Во всяком случае отчёт­ливо выделяются заинтересованная и незаинтересованная в расторжении стороны, А там, где сталкиваются разнонаправ­ленные воли, всегда есть потенциальная угроза нарушения инте­ресов той или иной стороны. Как указывает Ю.В. Тихонравов, право выполняет функцию разграничения человеческих интере­сов, волнений и т.п., то есть определённым образом упорядочива­ет отношения между людьми, чем приносит ощутимую пользу обществу¹. Поэтому расторжению договора по инициативе од­ной стороны, несмотря на его второстепенность, закон уделяет максимум внимания. И это правильно, ибо расторжение договора в связи с отсутствием согласованной воли сторон по этому во­просу выходит за рамки нормально развивающегося договорного процесса.

Почти неограниченная возможность расторгнуть договор своим соглашением, предоставленная сторонам пунктом 1 статьи 450 ГК, базируется на принципе свободы договора (статья 421 ГК). Поэтому законодатель, предполагая регулировать граждан­ско-правовые отношения преимущественно на диспозитивных началах, наметил лишь самые общие контуры поведения сторон. Но при желании лишь одной стороны выйти из договорного пра­воотношения основываться на принципе свободы договора уже

' Тихонравов Ю.В. Основы философии права. Учебное пособие. - М.: Вест­ник. 1997. С.71.

61

нельзя. Подобное расторжение, как правило, серьёзно задевает имущественные интересы контрагента. Свобода одного кончает­ ся там, где начинается свобода другого. Теоретически, праву одной стороны расторгнуть договор противостоит право другой стороны на сохранение существующих между ними отношений. К тому же не всегда вопрос о расторжении возника­ ет в связи с недобросовестным поведением одной из сторон. Примером может служить расторжение договора в связи с суще­ ственным изменением обстоятельств. Задача закона и состоит в том, чтобы чётко определить критерии оценки противоположных интересов. _х

Необходимость подробного правового регулирования рас­торжения договора по инициативе только одной стороны объяс­няется ещё и тем, что часто вокруг расторжения складывается непростая конфликтная ситуация, требующая разрешения. Этот конфликт чаще всего порождается нарушением договора другой стороной (просрочка исполнения, ненадлежащее качество това­ров или услуг и т.п.). Но конфликт может развиться и в тех слу­чаях, когда нарушения договорных условий не было, но одна из сторон ответила отказом на предложение другой стороны рас­торгнуть договор (например, в связи с существенным изменением обстоятельств, из которых стороны исходили при заключении договора). В таких случаях инициатор расторжения убеждён, что в соответствии с законом у него есть право досрочно прекратить договорные отношения, и что это его право незаинтересованная сторона отказывается признавать, злоупотребляя своим правом, чем и нарушает его интересы.

Различаются две разновидности расторжения договора по инициативе одной стороны. Первая - это расторжение по­средством обращения в суд. Она является основной. Право об­ратиться в суд с иском о расторжении договора у стороны есть всегда (при условии соблюдения предусмотренного пунктом 2 статьи 452 ГК порядка досудебного урегулирования спора). Тре­бование стороны о расторжении договора может быть удовлетво­рено судом, если она докажет, что у неё есть право требовать расторжения договора. Разумеется, сторона может им и не вос­пользоваться. Добиваться расторжения договора или нет - это её частное дело. Однако в тех случаях, когда договорные отношения затрагивают публичные интересы, закон может предусматривать не

62

право, а обязанность требовать расторжения договора. Это характерно, в частности, для сделок приватизации государствен­ного или муниципального имущества. Такой вывод следует из анализа положений пункта 23 статьи 20 и статьи 42 Федерального закона «О приватизации государственного и муниципального имущества»).

Вторая разновидность расторжения договора по инициати­ве одной стороны - это одностороннее расторжение, осущест­вляемое без участия суда в форме одностороннего отказа от исполнения договора. Здесь и далее имеется в виду полный од­носторонний отказ от исполнения договора, так как частичный отказ ведёт не к расторжению, а к изменению договора. В случае полного одностороннего отказа от договора, когда такой отказ допускается законом или соглашением сторон, договор согласно пункту 3 статьи 450 ГК считается расторгнутым. Для того, чтобы договор прекратил своё действие, стороне достаточно лишь зая­вить своему контрагенту (контрагентам) об отказе от исполнения договора. Когда в законе говорится о праве стороны отказаться от исполнения договора, это означает, что сторона имеет право рас­торгнуть договор в одностороннем (внесудебном) порядке. Ска­занное находит подтверждение в литературе¹. Случаи, когда сто­рона может отказаться от исполнения договора частично (изме­нить его), специально предусматриваются в законе (см., напри­мер статью 523 и статью 821 ГК).

Но и право требовать расторжения договора, и право рас­торгнуть договор своим волеизъявлением появляется у стороны только при наличии соответствующих юридических фактов - ос­нований расторжения договора (существенного нарушения до­говора, существенного изменения обстоятельств, иных случаев, предусмотренных ГК, другими законами или договором). К их рассмотрению мы сейчас и перейдём.

Существенное нарушение как основание расторжения договора.

Понятие существенного нарушения договора. Граждан­ский кодекс Российской Федерации в пункте 2 статьи 450 признаёт

' См.: Андреев С.Е., Сивачёва И.А., Федотова А.И. Договор: заключение, из­менение, расторжение. М.: «Проспект». 1997. С.96, 102

63

основанием расторжения договора его существенное нарушение, то есть влекущее для другой стороны такой ущерб, что она в зна­чительной степени лишается того, на что была вправе рассчи­тывать при заключении договора. Это определение и сам термин «существенное нарушение» во многом перекликаются со статьёй 25 Венской конвенции о договорах международной купли-продажи товаров. Однако Конвенция не допускает расторжения договора купли-продажи в случаях, когда нарушившая договор сторона не предвидела такого результата и разумное лицо, дейст­вующее в том же качестве при аналогичных обстоятельствах, не предвидело бы его. Российский же законодатель использовал бо­лее краткую и более жёсткую формулировку, согласно которой не требуется выяснять наличие у нарушителя реальной возмож­ности предвидеть нарушение.

Ущерб (реальный ущерб) включает: произведённые или будущие расходы, т.е.. сумму, которую потерпевший (кредитор) вынужден затратить вследствие допущенного должником нару­шения обязанности; утрату имущества, т.е. стоимость имущества, которое имел потерпевший (кредитор) и утратил вследствие на­рушения обязательства должником; повреждение имущества, т.е. сумму, на которую понизилась стоимость имущества вследствие правонарушения . Но сам по себе значительный размер ущерба ещё не даёт права признать данное нарушение существенным. Для того, чтобы компенсировать такой ущерб, бывает вполне достаточно мер имущественной ответственности, возлагаемых на нарушителя. Признавая то или иное нарушение существенным, а значит, дающим право требовать расторжения договора, суд должен выяснить, «является ли действительно существенной раз­ница между тем, на что вправе была рассчитывать сторона, за­ключая договор, и тем, что в действительности она смогла полу­чить»². Поэтому важно выяснить, принимая во внимание правила толкования договора, содержащиеся в статье 431 ПС, какие кон­кретно цели ставила перед собой сторона в момент заключения договора.

' Гражданское право. Часть первая: Учебник/ Под ред. А.Г. Калпина,

А.И. Масляева. М.: Юристъ. 1997. С.445 - 446.

²Брагинский М.И., Витрянский В,В. Договорное право: Общие положения. -

М.: Издательство «Статут», 1997. С. 351.

64

Некоторые нормы ПС непосредственно говорят о сущест­венном нарушении тех или иных договоров, уточняя общее поня­тие существенного нарушения. Так, применительно к договору купли-продажи считается существенным нарушением передача товара с неустранимыми недостатками, с недостатками, которые не могут быть устранены без несоразмерных расходов или затрат времени, или выявляются неоднократно, или проявляются вновь после их устранения и т.п. (пункт 2 статьи 475 ПС). Также приме­нительно к договору поставки специально предусмотрены слу­чаи, когда нарушение предполагается существенным (пункты 2 и 3 статьи 523 ГК). Следует иметь в виду, что в обоих случаях об­ращаться в суд вообще не требуется, поскольку договор растор­гается в одностороннем (внесудебном) порядке. По мнению М.Г. Розенберга, когда законом предоставлено право на односто­ронний отказ от его исполнения, нарушение договора предпола­гается существенным¹. Приведённые выше нормы подтверждают этот вывод.

Ожидаемое существенное нарушение договора как осно­вание его расторжения. Согласно смыслу абзаца 4 пункта 2 ста­тьи 450 ГК, существенное нарушение договора является основа­нием для его расторжения только после того, как нарушение фак­тически совершено. Однако законодатель в виде исключения признал, что в некоторых случаях несправедливо заставлять одну сторону пассивно ждать выполнения контрагентом своих обяза­тельств по договору, при наличии данных, очевидно указываю­щих на то, что он их надлежащим образом не исполнит. Так, кре­дитор вправе отказаться от предоставления заёмщику кредита (т.е. расторгнуть кредитный договор) при наличии обстоятельств, очевидно свидетельствующих о том, что предоставленная заём­щику сумма не будет возвращена в срок (пункт 1 статьи 821 ГК). Таким обстоятельством может быть, например, неплатёжеспо­собность заёмщика. Применительно к договору подряда, заказчик имеет право расторгнуть договор, если подрядчик не приступает своевременно к исполнению договора или выполняет работу на­столько медленно, что окончание её к сроку становится явно не­возможным, а также если во время выполнения работы станет

' Комментарий к ГК РФ, части первой/ Отв. ред. О.Н.Садиков. - М.: Юриди­ческая фирма КОНТРАКТ; ИНФРА-М, 1998. С.743.

65

5—2414

очевидным, что она не будет выполнена надлежащим образом и в разумный срок подрядчик не смог устранить недостатки (пунк­ты! и 3 статьи 715 ГК). В подобных случаях можно говорить об ожидаемом существенном нарушении договора. Однако приме­нительно к другим видам договоров говорить о нарушении, пока не наступил срок исполнения договорных обязательств, как пра­вило, нельзя. Поэтому было бы целесообразно включить в главу 29 ГК следующую норму: «Если после заключения договора воз­никают обстоятельства, очевидно свидетельствующие о том, что одна из сторон совершит существенное нарушение договора, другая сторона вправе заявить о расторжении договора, при ус­ловии, что иное не предусмотрено настоящим Кодексом, другими законами или договором, или не вытекает из его существа».

Динамичность современного гражданского оборота требу­ет принятия оперативных решений. В противном случае сторона может понести неоправданные убытки вследствие вынужденной пассивности. Такая норма будет иметь общий характер и даст сторонам договоров иных видов возможность защитить свои эко­номические интересы при наличии ожидаемого нарушения. Кро­ме того, расторжение договора в подобной ситуации можно счи-. тать одним из способов самозащиты гражданских прав (статья 14 ГК), возможность применения которого будет оказывать и серь­ёзное стимулирующее воздействие на контрагента.

Формирование судебной практики по вопросу о сущест­венном нарушении договора. Как правило, существенность на­рушения определяется судом. Сторона же, утверждающая, что её контрагент допустил существенное нарушение договора, должна доказать не только сам факт нарушения, но и его существенный характер, за исключением тех случаев, когда нарушение согласно закону предполагается существенным (см., например, пункты 2 и 3 статьи 523 ГК).

Существенное нарушение договора является основанием для его расторжения независимо от каких-либо иных сопутст­вующих обстоятельств, если иное не следует из закона или дого­вора. Например, решением Бутырского межмуниципального суда Северо-Восточного административного округа г. Москвы (остав­ленным без изменения судебной коллегией по гражданским де­лам Московского городского суда) гражданину Козлову было

66

отказано в иске к гражданину Юрову о расторжении договора куп­ли-продажи квартиры в связи с неполной оплатой её стоимости. Одним из оснований отказа в иске явилось то, что данный договор затрагивает интересы супруги ответчика Юровой, привлечённой к участию в деле в качестве третьего лица, так как квартира приоб­ретена в период брака и между супругами возник спор о разделе имущества. Президиум Московского городского суда не согла­сился с выводами судов нижестоящих инстанций и признал, что в данном случае имеет место существенное нарушение договора, предусмотренное пунктом 2 статьи 450 ГК и договор может быть расторгнут. Ссылка же на то, что договор купли-продажи затра­гивает интересы третьего лица, не имеет значения для правильно­го разрешения спора, так как данное обстоятельство не освобож­дает стороны от принятых на себя обязательств по договору¹.

В некоторых случаях неисправной стороне предоставляет­ся возможность исправить допущенные нарушения и, тем самым, избежать расторжения договора. Так, не подлежит удовлетворе­нию требование о расторжении договора аренды, если в разум­ный срок устранены нарушения, послужившие основанием для обращения в суд².

Самые различные нарушения признаются судебной прак­тикой в качестве существенных. Так, например, по условиям ин­вестиционного конкурса, проведённого в ходе приватизации го­сударственного предприятия, и заключённого в соответствии с ним договора на победителя конкурса возлагалась обязанность не только оплатить приобретённый пакет акций по номинальной стоимости, но и осуществить денежные инвестиции в соответст­вии с предусмотренным договором графиком. Однако значитель­ная сумма подлежащих инвестированию средств инвестором не была внесена. Даже после того, как с ответчика были взысканы предусмотренные договором пени за просрочку внесения инве­стиций, он не выполнил своих обязательств. Истец (областной фонд государственного имущества) обратился в арбитражный суд

'Бюллетень Верховного Суда Российской Федерации. 1998. №11. С.7. ²Обзор практики разрешения споров, связанных с заключением, изменением и расторжением договоров (Приложение к информационному письму Прези­диума Высшего арбитражного суда Российской Федерации от 5 мая 1997 г. №14), п.8// Вестник Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации. 1997. №7. С. 108.

67

с иском о расторжении договора купли-продажи акций. Суд при­знал, что невыполнение победителем инвестиционного конкурса принятых на себя обязательств по инвестированию средств на развитие производства акционерного общества, акции которого приобретены им на конкурсной основе, является существенным нарушением договора и основанием для его расторжения . Дан­ное дело рассматривалось ещё до вступления в силу Федерально­го закона «О приватизации государственного и муниципального имущества» от 21 декабря 2001 г. Нормы названного закона о расторжении сделок приватизации согласуются с этим судебным решением. Пункт 23 статьи 20 Закона признаёт в качестве осно­ваний расторжения заключённого на конкурсе договора купли-продажи государственного или муниципального имущества не­исполнение победителем условий конкурса, а также ненадлежа­щее их исполнение, в том числе нарушение промежуточных или окончательных сроков исполнения таких условий и объёма их исполнения.

Признаётся существенным нарушением договора и основа­нием к его расторжению также невыполнение покупателем обя­зательств по оплате недвижимости , неперечисление покупателем продавцу установленной договором суммы предоплата?, систе­матическая неуплата арендатором арендной платы, невыполнение обязательств по ремонту арендованного имущества, заключение договоров субаренды без разрешения арендодателя⁴, поставка

' Обзор практики разрешения споров по сделкам, связанным с размещением и обращением акций (Информационное письмо от 21 апреля 1998 г. №33), п.4// Вестник Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации. 1998. №6. С.84.

-²Обзор практики разрешения споров, возникающих по договорам купли-продажи недвижимости (Информационное письмо от 13 ноября 19.97 г. №21), п.9// Вестник Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации. 1998. №1. С.87; Постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Россий­ской Федерации №7176/97// Вестник Высшего Арбитражного Суда Россий­ской Федерации. 1998. №10. С.36. 'Постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Фе­дерации №779/96// Вестник Высшего Арбитражного Суда Российской Феде­рации. 1997.№1.С.43-44.

⁴Обзор практики разрешения споров, связанных с заключением, изменением и расторжением договоров (Приложение к информационному письму Прези­диума Высшего арбитражного суда Российской Федерации от 5 мая 1997 г. 68

товаров ненадлежащего качества, не могущих быть использован­ными по прямому назначению¹ и др. Практика по признанию тех или иных нарушений существенными находится в состоянии формирования и данный перечень постепенно расширяется.

, Часто вывод о наличии в том или ином случае существен­ного нарушения договора приходится делать на основе анализа имеющихся в законодательстве норм, не посвященных непосред­ственно нарушению договора и его расторжению по такому ос­нованию. Это представляет собой довольно сложную задачу. Так, в арбитражный суд обратился жилищно-строительный коопера­тив с иском к акционерному обществу открытого типа о растор­жении договора подряда на строительство жилого дома. Истец считал, что ответчик допустил существенное нарушение догово­ра, выразившееся в превышении сметной стоимости жилого дома и несоблюдении срока исполнения обязательств. Ответчик, воз­ражая против иска, сослался на трудности с поставкой строи­тельных материалов и удорожание строительства вследствие ин­фляции. Прямого указания на то, что названные отступления контрагента от условий договора являются существенными на­рушениями, в ГК нет. Суд сопоставил положения пункта 1 статьи 743 и пункта 3 статьи 744 ГК и пришёл к выводу, что превыше­ние сметной стоимости строительства является существенным нарушением договора, поскольку подрядчик обязан осуществлять строительство и связанные с ним работы в соответствии со сме­той, определяющей цену работы. Если же по не зависящим от него причинам стоимость работ превысила смету не менее, чем на 10%, подрядчик вправе требовать её пересмотра. Но подряд­чик не потребовал пересмотра сметы и самовольно превысил ус­тановленный законом предел, чем существенно нарушил договор. Было признанным в качестве существенного нарушения и несо­блюдение срока выполнения строительных работ, так как они могут быть продлены только по соглашению сторон. В итоге суд, руководствуясь статьёй 450 ГК, принял решение о расторжении договора².

№ 14), п.8// Вестник Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации. 1997. №7. С. 108.

'Завидов Б.Д. Договорное право России. - ИПК «Лига Разум», 1998. С.44. Обзор практики разрешения споров, связанных с заключением, изменением и расторжением договоров (Приложение к информационному письму Прези-

69

Принимая решение о расторжении договора в связи с его существенным нарушением, суд не обязан использовать лишь формулировки нарушений, имеющиеся в законе. Суд может признать существенными и любые другие факты ненадлежаще­го выполнения стороной своих договорных обязанностей и рас­торгнуть на этом основании договор, руководствуясь пунктом 2 статьи 450 ГК. Так, например, Москомимущество обратился с иском к ТОО «Магазин «Кусковский» о расторжении договора аренды в связи с неоднократными нарушениями условий догово­ра и неперечислением в установленные договором сроки аренд­ной платы. Суд первой инстанции (Арбитражный суд города Мо­сквы) удовлетворил исковые требования о расторжении договора. Однако кассационная инстанция (Федеральный. Арбитражный Суд Московского округа) установила, что ответчик выплачивал арендную плату в порядке, установленном договором (помесяч­но), но в меньшем размере, чем это предусматривалось догово­ром. Кассационная инстанция сослалась на пункт 3 статьи 619 ГК, согласно которому договор аренды может быть досрочно расторгнут судом в случаях, когда арендатор «более двух раз подряд по истечении установленного договором срока платежа не вносит арендную плату». А так как арендная плата вносилась от­ветчиком ежемесячно, но в меньшем размере, чем это предусмот­рено договором, у суда не имелось достаточных оснований для расторжения договора аренды. Поэтому решение было отменено, в иске отказано. Тем не менее, Президиум Высшего Арбитражно­го Суда Российской Федерации отменил принятые по делу су­дебные акты и передал дело на новое рассмотрение в Арбитраж­ный суд города Москвы, отметив в частности, что неполное вне­сение арендатором в сроки, предусмотренные договором, аренд­ных платежей может являться основанием для расторжения дого­вора по пункту 2 статьи 450 ГК в связи с существенным наруше­нием договора арендатором¹.

д иума Высшего арбитражного суда Российской Федерации от 5 мая 1997 г. №14), п. 10// Вестник Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации. 1997. №7. С. 109.

'Тарасова Н.В., Плюшков Д.И. Из практики Федерального арбитражного суда Московского округа по разрешению дел, связанных с заключением, изменением, расторжением и исполнением договоров аренды, п.2// Вестник Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации. 1998. №7. С.75-76. 70

Так судебно-арбитражная практика уточняет понятие су­щественного нарушения применительно к конкретным ситуаци­ям. Конечно, суд, рассматривающий то или иное дело, самостоя­тельно решает вопрос о признании нарушения существенным и о расторжении договора по этому основанию, но подобные указания Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федера­ции не могут не учитываться при вынесении решений. Было бы полезно в дальнейшем, когда будет сформирована более обшир­ная практика, свести воедино не прописанные в законе, но при­знанные Верховным Судом и Высшим Арбитражным Судом Рос­сийской Федерации в качестве существенных, нарушения. Лучше всего, если это будет оформлено постановлением совместного заседания Пленумов Верховного и Высшего Арбитражного судов Российской Федерации по типу известного Постановления № 6/8 от 1 июля 1996 г. Необходимость подобных разъяснений, как ви­дим, уже назрела.

Существенное изменение обстоятельств как основание расторжения договора.

Понятие существенного изменения обстоятельств.

Понятие существенного изменения обстоятельств договора вве­дено в отечественное гражданское законодательство только в 1994 году. До этого ни дореволюционное гражданское право Рос­сии, ни. советское гражданское право проблему изменения об­стоятельств почти не затрагивали. В отечественной юридической литературе принятые на Западе концепции, оправдывающие вы­ход стороны при определённых обстоятельств из договора, как правило подвергались критике. Вот, например, как характеризо­валась наметившаяся тенденция учёта изменяющейся экономиче­ской конъюнктуры ДМ. Генкиным и И.Б. Новицким: «Эта прак­тика, конечно, означает ослабление силы договоров, а вместе с тем и ослабление начала законности. Открывая возможность суду по своему усмотрению освобождать сторону в договоре от обяза­тельства ввиду изменившихся обстоятельств, эта практика допус­тила произвол в применении закона и создала неуверенность в прочности договорного отношения, причём страдающей стороной...

71

является, конечно, более слабый контрагент»¹. Впервые проблему изменившихся обстоятельств как основания расторжения догово­ра стала исследовать в 1960-х годах З.М. Заменгоф². Однако и позже законодательство не регулировало расторжение договора в связи с изменившимися обстоятельствами. В принципе, в услови­ях плановой экономики особой необходимости в таком регулиро­вании и не было - экономические процессы в государстве были вполне предсказуемы.

Иное дело рыночная экономика, особенно на стадии её формирования, которую наша страна сейчас и переживает. Ры­ночной экономике, в принципе свойственна определённая неста­бильность. Предвидя это, законодатель урегулировал в части первой Гражданского кодекса расторжение договора в связи с существенным изменением обстоятельств (статья451 ГК).

Таким образом, основанием для расторжения договора яв­ляется не всякое изменение обстоятельств, а только существен­ное. Обстоятельства в этом случае изменяются настолько, что, если бы стороны могли это разумно предвидеть, договор вообще не был бы ими заключён или был бы заключён на значи­тельно отличающихся условиях. В подобной ситуации речь идёт не о невозможности исполнения договорных обязательств, а о крайней затруднительности. Исполнить договор при таких усло­виях, в принципе возможно, но это приведёт к настолько разори­тельным последствиям для стороны, что теряется сам смысл вступления в договорные отношения, которые должны быть, по общему правилу, взаимовыгодными.

Не противоречит ли право стороны договора добиваться его расторжения на основании одного лишь существенного изме­нения обстоятельств при отсутствии нарушений со стороны сво­его контрагента принципу обязательности исполнения сторонами взятых на себя по договору обязательств (статьи 309 и 310 ГК)? Нет. Дело в том, что стороны, заключая договор в тех или иных экономических, политических, социальных, природных и т.п. ус­ловиях, обычно предполагают исполнять его в тех же условиях,

' Генкин Д.М., Новицкий И.Б. Предисловие редакторов к «Л. Эннекцерус. Курс германского гражданского права». Т. 1. П/т,1. М. Издательство ино­странной литературы, 1950. С.12.

²Заменгоф З.М. Изменение и расторжение хозяйственных договоров. «Юри­дическая литература». М. 1967. С.68 - 94. 72

если, конечно, они не договорились об ином. Поэтому в случае, когда эти условия кардинально изменились, стороны фактически оказываются в новой ситуации, на которую договор рассчитан не был, а, значит, требовать от стороны надлежащего исполнения, Гак, как будто бы всё осталось по-прежнему, уже нельзя. В связи с этим требование кредитора к своему контрагенту о надлежащем ис­полнении своих договорных обязательств, несмотря на изменение обстоятельств и, как следствие, крайнюю затруднительность ис­полнения, можно рассматривать как своекорыстное использование сложившейся обстановки в ущерб другой стороне. Такое поведе­ние, следовательно, представляет собой злоупотребление правом, что в соответствии со статьёй 10 ГК не допускается и не подле­жит правовой защите.

Ограничение права требовать расторжения договора в связи с существенным изменением обстоятельств. Конструк­ция пункта 1 статьи 451 ГК позволяет ставить вопрос о растор­жении в связи с существенным изменением обстоятельств почти любого договора, за исключением тех, которые прямо преду­сматривают иное, либо это вытекает из их существа, Представля­ется, что в тех случаях, когда стороны желают полностью исклю­чить действие статьи 451 ГК, они должны определённо указать в своём договоре, что на их отношения действие указанной статьи не распространяется. Тогда никакое существенное изменение об­стоятельств не может послужить основанием для расторжения договора. Другие формулировки, например указание на твёрдый характер цен, не дают всё же полной гарантии того, что требова­ние о расторжении договора не будет удовлетворено судом. Не­возможность обращения к статье 451 ГК может также вытекать из существа договора. Так, например, существу договора страхо­вания противоречит требование страховщика о расторжении до­говора страхования на том основании, что вследствие существен­ного изменения обстоятельств его фактические убытки значи­тельно превысят предполагавшийся им предел возмещения.

Стороны могут также учесть возможность изменения об­стоятельств в самом договоре, предусмотрев некоторые условия, которые могут обеспечить баланс имущественных интересов сто­рон, и в то же время избежать постановки вопроса о расторжении договора. М.Г. Розенберг считает, что «это может, в частности,

73

выражаться: 1) в установлении цен на уровне, отличающемся от существовавшего на момент заключения договора; 2) во включе­нии условия о так называемых «скользящих ценах» (повышаю­щихся или снижающихся в определённой пропорции по перио­дам действия договора или в зависимости от конкретных обстоя­тельств, например при изменении стоимости... составляющих цены предмета договора); 3) в установлении, что оплата произво­дится в рублях в сумме, эквивалентной определённой сумме в иностранной валюте, или в условных денежных единицах (см. пункт 2 статьи 317); 4) в указании, что цены являются твёрдыми и не подлежат изменению в течение срока действия договора с одновременным включением тех или иньк льготных для сторон условий, обеспечивающих соблюдение баланса их имуществен­ных интересов даже при существенном изменении уровня ры­ночных цен; 5) в принятии на себя соответствующей стороной обязательства заключить договор страхования в пользу другой стороны или в свою пользу от определённых рисков или в рас­пределении между сторонами расходов по их страхованию»¹. Как показывает практика, наиболее распространённой из предложен­ных мер является третье, т.е. установление инвалютного эквива­лента. Но в ситуации обвального падения курса рубля, произо­шедшего после 17 августа 1998 года, данное условие оказывалось иногда чрезвычайно обременительным для одной из сторон и не исключало постановки вопроса о расторжении договора. Пред­ставляется, что при длительных отношениях более предпочти­тельным является страхование (пункт 5). Это позволит перело­жить риск изменения обстоятельств на страховые организации и задействовать в случае необходимости их значительные финан­совые возможности.

Необходимые и достаточные условия для расторжения договора в связи с существенным изменением обстоятельств.

Если стороны не приведут договор в соответствие с существенно изменившимися обстоятельствами или не расторгнут его своим со­глашением, спор может быть перенесён в суд. Но для того, чтобы суд принял решение о расторжении договора, недостаточно просто установить наличие существенного изменения обстоятельств, из

которых стороны исходили при заключении договора. Требуется также установить одновременное наличие четырёх условий.

Во-первых, заключая договор, стороны исходили из того, что такого изменения обстоятельств не произойдёт, то есть сто­роны этого не предвидели и не могли предвидеть. В этой связи возникает вопрос: охватываются ли инфляционные явления стать­ёй 451 ГК? Единого мнения здесь нет. Так, В.В. Витрянский счи­тает, что стороны при заключении договора должны учитывать фактор инфляции, поэтому инфляционные явления не могут слу­жить основанием расторжения договора в связи с существенным изменением обстоятельств¹. В.Ф. Яковлев, в целом соглашаясь с такой позицией, тем не менее отмечает, что темпы инфляции мо­гут быть разными; «инфляция может быть как будто стабильной, но вдруг совершать неожиданные взлёты или провалы»². Возни­кает вопрос: как оценить степень стабильности (или нестабиль­ности) инфляционных процессов? Можно предположить, что ин­фляция не является существенным изменением обстоятельств и основанием для расторжения договора в том случае, когда её уровень был с достаточной точностью спрогнозирован на соот­ветствующий момент времени биржевыми специалистами и дру­гими профессионалами. Такая информация достаточно легко дос­тупна и стороны договора, особенно предприниматели, не могут ссылаться на её отсутствие. Если же инфляция значительно (в 1,5 - 2 раза и более) превосходит нормально ожидаемый к этому времени валютный курс, инфляцию можно считать существен­ным изменением обстоятельств, из которых стороны исходили при заключении договора и основанием для его расторжения. Примером может служить резкое обесценение рубля после 17 августа 1998 года, когда за короткий промежуток времени курс доллара вырос более чем в 4 раза.

Во-вторых, изменение обстоятельств вызвано причинами, которые заинтересованная сторона не могла преодолеть после их возникновения при той степени заботливости и осмотрительно­сти, какая от неё требовалась по характеру договора и условиям оборота. Так сформулировано это условие в ГК. Но, как представ­ляется, если выяснится, что причины, вызвавшие существенное

'Розенберг М. Изменение и расторжение договора// Экономика и жизнь. 1995.№21.С.9.

74

Витрянский В.В. Гражданский кодекс о договоре// Вестник Высшего Ар­битражного Суда Российской Федерации. 1995. №10. С. 119. ²Там же.

75

изменение обстоятельств, порождены деятельностью самой сто­роны, испытывающей в связи с этим затруднения, она не вправе требовать расторжения договора. Статья же 451 ГК в её дейст­вующей редакции на это не указывает. Поэтому следовало бы дополнить абзац 3 пункта 2 статьи 451 и изложить его в следую­щей редакции: «Изменение обстоятельств вызвано причинами, которые не были порождены деятельностью заинтересованной стороны, и которые она не могла преодолеть после их воз­никновения при той степени заботливости и осмотрительности, какая от неё требовалась по характеру договора и условиям обо­рота». Судебная практика⁷ идёт именно по этому пути. Так, Пре­зидиум Высшего арбитражного суда РФ указал, что банкротство кредитора, происшедшее в результате его рискованной кредитной политики, не может быть признано существенным изменением обстоятельств и рассматриваться как изменение обстоятельств, вызванных причинами, которые заинтересованная сторона, в дан­ном случае банк, не могла преодолеть после их возникновения при той степени заботливости и осмотрительности, какая от нее тре­бовалась по характеру договора и условиям оборота¹.

В-третьих, исполнение договора на прежних условиях на­столько нарушило бы соответствующее договору соотношение имущественных интересов сторон и повлекло бы для заинтересо­ванной в расторжении договора стороны такой ущерб, что она в значительной степени лишилась бы того, на что была вправе рас­считывать при заключении договора. Как видим, отрицательные последствия сохранения действия договора в случае существен­ного изменения обстоятельств фактически приравнены к послед­ствиям существенного нарушения договора.

В-четвёртых, из обычаев делового оборота или существа договора не вытекает, что риск изменения обстоятельств несёт заинтересованная сторона.

Если отсутствует хотя бы одно из перечисленных усло­вий, в иске о расторжении будет отказано. Так, Сберегательный банк Российской Федерации в лице Ленинского отделения № 47 Калужского банка обратился в Арбитражный суд Калужской об­ласти с иском к товариществу с ограниченной ответственностью

«Пассаж» о расторжении договора о расчетно-кассовом обслужи­вании в связи с существенным изменением обстоятельств (статья 451 ГК). Существо дела в следующем. Товарищество представи­ло в банк две карточки с образцами подписей разных директоров. Это обстоятельство, по утверждению банка, привело к невозмож­ности надлежащего исполнения распоряжения клиента и могло повлечь убытки для истца. Президиумом Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации было указано, что согласно статье 451 ГК договор может быть расторгнут судом в случае сущест­венного изменения обстоятельств, из которых стороны исходили при заключении договора, при одновременном наличии условий, перечисленных в пункте 2 этой статьи. Президиум признал, что названные банком обстоятельства не представляют совокупности условий, необходимых для расторжения договора и в иске следу­ет отказать¹.

В рассмотренном примере статья 451 ГК использована не­правильно и истец пытался прикрыть собственные упущения якобы существенным изменением обстоятельств. Следует отме­тить, что это было выявлено лишь Президиумом Высшего Ар­битражного Суда Российской Федерации. До этого дело было благополучно решено в пользу истца в Арбитражном суде Ка­лужской области; постановлением апелляционной инстанции ре­шение суда было оставлено без изменения; Федеральный арбит­ражный суд Центрального округа оставил в силе принятые по дел}⁷ решения и лишь Президиум Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, рассмотрев данное дело в порядке надзо­ра, постановил, что исковые требования удовлетворению не под­лежат. Это показывает необходимость дальнейшего исследования проблемы изменения обстоятельств, что даст возможность нашим судьям «вооружиться» необходимыми теоретическими знаниями и избегать в будущем подобных ошибок.

Судебная практика по расторжению договора в связи с су­щественным изменением обстоятельств ещё не сформировалась. Это и не удивительно. Ведь для того, чтобы совпали все требуе­мые условия, должно произойти что-то действительно экстраор­динарное (землетрясение, наводнение, война, экономический

'Постановление Президиума Высшего арбитражного суда Российской Феде­рации № 1020/99/7 Вестник Высшего арбитражного суда Российской Федера­ции. 1999. № 10. С. 38-39. 76

'Постановление Президиума Высшего арбитражного суда Российской Феде­рации №2267/96// Вестник Высшего арбитражного суда Российской Федера­ции. 1997. №4. С.94.

77 ^:

кризис и т.п.). Интересно, что такой факт как банкротство банка российская судебная практика не считает достаточным основани­ем для удовлетворения требования банка-банкрота о расторже­нии в связи с существенным изменением обстоятельств кредит­ного договора, в котором он выступал в качестве кредитора . Расторжение договора в связи с существенным изменением обстоятельств носит, таким образом, характер исключения. Иной подход мог бы крайне отрицательно отразиться на стабиль­ности договорных отношений.

Расторжение договора в связи с существенным изменением обстоятельств, даже если судом будет установлено наличие всех перечисленных выше условий, не допускается только в двух слу­чаях:

1. расторжение договора противоречит общественным ин­тересам;

2. расторжение, повлечёт для сторон ущерб, значительно превышающий затраты, необходимые для исполнения договора на изменённых судом условиях.

В этих случаях суд принимает решение об отказе в удовле­творении иска о расторжении договора в связи с существенным изменением обстоятельств и своей властью изменяет договор.

В некоторых зарубежных странах, например, в Германии, существенное изменение обстоятельств, напротив, является осно­ванием не для расторжения, а для изменения договора. Расторже­ние же допускается как исключение. Российский законодатель избрал, вероятно, более оптимальную модель решения рассмат­риваемой проблемы. Ведь при изменении договора судом, ему придётся фактически вмешиваться в отношения сторон при возможном отсутствии согласия на это как ответчика, так и истца. Ведь сами стороны к приемлемому варианту договора так и не пришли. Если судом будет вынесено решение об изменении тех или иных условий договора, то как минимум одна сторона будет недовольна создавшимся положением. Кроме того, изменение договора судом потребует от него очень тщательного изучения всей системы отношений, сложившихся между сторонами соответ­ствующего договора, вполне может потребоваться привлечение

'Постановление Президиума Высшего арбитражного суда Российской Феде­рации № 6058/99// Вестник Высшего арбитражного суда Российской Федера­ции. 2000. №5. 78

экспертов - экономистов и других специалистов в зависимости от характера договора. Таким образом, и суд, и стороны реально не заинтересованы в судебном изменении договора.

Иногда в законе непосредственно указывается, в каких си­туациях имеет место существенное изменение обстоятельств. Так, ст. 10 Федерального закона «Об основах туристской дея­тельности в Российской Федерации» относит к существенным изменениям обстоятельств:

ухудшение условий путешествия, изменение сроков со­вершения путешествия;

недобор указанного в договоре минимального количества туристов в группе, необходимого для того, чтобы путешествие состоялось;

непредвиденный рост транспортных тарифов;

введение новых или повышение действующих ставок нало­гов и сборов;

резкое изменение курса национальных валют.

Необходимо отметить также положения статьи 46 Семей­ного кодекса Российской Федерации (далее - СК). Смысл её со­стоит в защите имущественных прав и интересов кредитора (кре­диторов) при заключении, изменении и расторжении должником брачного договора. Заключение, изменение и расторжение брач­ного договора эта статья признаёт существенным изменением обстоятельств. Дело в том, что брачный договор всегда затраги­вает имущественные вопросы (статья 40 СК). Следовательно, можно обоснованно предполагать, что заключение, изменение и расторжение брачного договора повлечёт существенное измене­ние материального положения должника. В итоге всё это может отрицательным образом повлиять на исполнение должником сво­их договорных обязательств. В этом случае кредитор (кредиторы) супруга-должника имеют право потребовать расторжения дого­вора в порядке, установленном статьями 451 - 453 ГК. Изменение договора также возможно в исключительных случаях, когда не допускается расторжение договора (пункт 4 статьи 451 ГК).

Исходя из того, что между супругом-должником и его кре­дитором (кредиторами) могут быть заключены самые различные договоры, можно обоснованно утверждать, что несмотря на при­надлежность статьи 46 СК к семейному законодательству, она, тем

79

не менее, имеет общее значение для всех гражданско-правовых договоров (с учётом ограничений, указанных в статье 451 ГК).

Иные случаи расторжения договора.

Некоторые основания расторжения договора не укладыва­ются в рамки существенного нарушения договора или сущест­ венного изменения обстоятельств, из которых стороны исходили при заключении договора. Это так называемые «иные случаи», которые предусматриваются ГК, другими законами или дого­ вором. ,

В первую очередь следует выделить договор присоединения (статья 428 ГК), условия которого определены одной из сторон в формулярах или иных стандартных формах, и могут быть приня­ты другой стороной не иначе как путём присоединения к предло­женному договору в «целом. Договор присоединения сам по себе не представляет какого-то отдельного вида договора, поскольку в форме договора присоединения могут заключаться договоры са­мых разных видов. Ключевую роль здесь играют особенности заключения договора. Другая сторона может либо заключить предложенный ей договор, не обсуждая его условий, либо отка­заться от заключения договора. Свобода договора для присоеди­нившейся стороны приобретает в этом случае несколько усечён­ный вид. В силу этого законодатель предусмотрел дополнительно особые основания расторжения такого договора, «которые не признаются таковыми в отношении иных гражданско-правовых договоров»¹. Даже если договор присоединения формально не противоречит закону и иным правовым актам, сторона всё же вправе потребовать расторжения договора, если он лишает её прав, обычно предоставляемых по договорам такого вида, ис­ключает или ограничивает ответственность другой стороны за нарушение обязательств либо содержит другие явно обремени­тельные для присоединившейся стороны условия, которые она, исходя из своих разумно понимаемых интересов, не приняла бы при наличии у неё возможности участвовать в определении усло­вий договора. «Что рассматривать в качестве «разумно пони­маемых интересов». - вопрос, определяемый применительно к

'Витрянский В. Новые типы гражданско-правовых договоров/7 Закон. 1995. №6.0.93.

конкретному случаю» - указывает А.Ю. Кабалкин. Однако для стороны, присоединившейся к договору в связи с осуществлени­ем своей предпринимательской деятельности, требование о рас­торжении договора не подлежит удовлетворению, если будет ус­тановлено, что она знала или должна была знать, на каких усло­виях заключает договор. В совместном постановлении пленумов Верховного Суда Российской Федерации и Высшего Арбитраж­ного Суда Российской Федерации подчёркивается, что по требо­ванию присоединившейся стороны такой договор может быть расторгнут по основаниям, предусмотренным как статьёй 428, так и статьёй 450 ГК².

Среди норм части первой ГК, касающихся расторжения до­говора в иных случаях следует также указать пункт 2 статьи 60, пункт 5 статьи 90, абзац 2 пункта 1 статьи 101, абзац 2 пункта 6 статьи 114 ГК. Эти нормы предоставляют право требовать рас­торжения договора кредиторам реорганизуемого юридического лица, кредиторам общества с ограниченной ответственностью, акционерного общества или унитарного предприятия в случае уменьшения его уставного капитала (фонда).

Реорганизация и уменьшение уставного капитала (фонда) юридического лица затрагивает имущественные интересы их кре­диторов. Поэтому кредиторы могут потребовать расторжения любых договоров, заключённых с таким юридическим лицом ещё до реализации им решения о реорганизации или уменьшении ус­тавного капитала (фонда).

Следует также отметить две нормы части второй ГК, кото­рые, тем не менее, имеют общий характер. Эти нормы касаются расторжения договора в связи с продажей или сдачей в аренду предприятия (статья 562 и статья 657 ГК). Кредитор, который письменно не сообщил продавцу или покупателю (арендодателю) о своём согласии на перевод долга, вправе в течение трёх месяцев со дня получения уведомления о продаже (передаче в аренду) предприятия потребовать расторжения договоров, если обяза­тельства, вытекающие из них включены в состав предприятия.

'Кабалкин А. Понятие и условия договора// Российская юстиция. 1996. №6. С.22.

^;Постановление №6/8 Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 1 июля 1996 г.// Бюллетень Верховного Суда Российской Федерации. 1996. №9. С.9.

81 6—2414

Если же кредитор не был уведомлен о продаже предприятия (пе­редаче его в аренду), он имеет право потребовать расторжения договора в течение года со дня, когда он узнал или должен был узнать о передаче предприятия продавцом покупателю (передаче в аренду).

Внешнему управляющему в соответствии со ст. 102 Феде­рального закона «О несостоятельности (банкротстве)» предостав­лено право в одностороннем внесудебном порядке расторгать договоры, заключённые должником до введения внешнего управ­ления. Такое право может быть осуществлено в течение трех ме­сяцев с даты введение внешнего управления в отношении дого­воров, не исполненных сторонами полностью или частично, при условии, что имеет место одно из следующих обстоятельств:

такие договоры препятствуют восстановлению платеже­способности должника;

исполнение должником таких договоров повлечет за собой убытки для должника по сравнению с аналогичными договорами, заключаемыми при сравнимых обстоятельствах.

При этом нельзя расторгнуть путём одностороннего отказ; от исполнения договоры должника, заключенные в ходе наблюдения с согласия временного управляющего или в ходе финансо­вого оздоровления, если такие договоры были заключены в соот­ветствии с Федеральным законом «О несостоятельности (бан­кротстве)». Таким образом, одностороннее расторжение таких договоров возможно только в том случае, когда при их заключе­нии были нарушены требования закона.

Федеральный закон от 24.06.1999 № 122-ФЗ «Об особенно­стях несостоятельности (банкротства) субъектов естественных монополий топливно-энергетического комплекса» дополнитель­но ограничил право внешнего управляющего расторгать догово­ры, заключённые должником до введения внешнего управления. Согласно этому закону, внешний управляющий лишён возмож­ности отказаться от исполнения организацией-должником дого< вора энергоснабжения, договора поставки газа, договора транспортировки газа, нефти и нефтепродуктов, договора распределе­ния газа, нефти и нефтепродуктов, заключенных с потребителя­ми, подача (поставки) топливно-энергетических ресурсов которым

¹ Собрание законодательства Российской Федерации. 1999. № 26. Ст. 3179. 82

не подлежит ограничению и (или) прекращению в соответствии с федеральными законами, иными нормативными правовыми акта­ми Российской Федерации. Внешний управляющий не имеет пра­ва также отказаться от поставок газа, осуществляемых в соответ­ствии с международными договорами Российской Федерации (статья 16).

Помимо рассмотренных норм, имеется значительное число норм части второй ГК и специальных законов, допускающих расторжение в случаях, несводимых к существенному наруше­нию договора или существенному изменению обстоятельств, из которых стороны исходили при заключении договора. Так, в слу­чаях, предусмотренных пунктом 2 статьи 610 ГК (бессрочный договор аренды), пунктом 3 статьи 627 ГК (договор проката), статьёй 717 ГК (договор подряда), пунктом 1 статьи 859 ГК (до­говор банковского счёта) и др., причины расторжения договора вообще значения не имеют и не выясняются. Подробнее это бу­дет изложено в Главе 3.

Стороны также могут сами предусмотреть в договоре случаи, когда договор может быть расторгнут. Например, ме­жду Государственным предприятием связи «Свердловский обла­стной радиотелевизионный передающий центр» (ОРПТЦ) и ин­дивидуальным частным предприятием «Фирма «Кокон» был за­ключён договор о совместной деятельности от 16.04.93 г. Дого­вором предусматривалась совместная организация в городе Ека­теринбурге эфирного телевизионного канала (10-й канал ТВ). Впоследствии между сторонами договора возник спор. ИЧП «Фирма «Кокон» обратилось в Арбитражный суд Свердловской области с иском о понуждении ОРПТЦ к исполнению обязанно­стей, предусмотренных договором. Между истцом и ответчиком было заключено мировое соглашение, утверждённое определени­ем суда от 14.09.95 г., согласно которому ОРПТЦ обязался с 15.09.95 г. на весь срок действия договора (до момента прекра­щения вещания на 10-м канале) предоставить возможность круг­лосуточной трансляции ИЧП «Фирма «Кокон». Пунктом 3 данно­го соглашения предусмотрено, что в случае возникновения за­конных прав третьих лиц на вещание на 10-м канале ОРПТЦ вправе требовать расторжения договора о совместной деятельно­сти в установленном законом порядке. В связи с получением лицензии от 20.09.95 г. №946 на осуществление телевещания

83

законное право на распространение своей программы по 10-му ТВК в городе Екатеринбург приобрело АООТ «Век». В этой си­туации ОРГТЩ обратился в суд с иском о расторжении договора о совместной деятельности. Решением от 03.01.96 г. по делу 1/692 Арбитражный суд Свердловской области иск удовлетворил.

Президиум Высшего Арбитражного Суда Российской Фе­дерации признал, что утверждённым в установленном законом порядке мировым соглашением стороны включили в договор условие о возможности расторжения договорных отношений по требования ОРГТЩ. Согласно же статье 450 ГК по требованию одной из сторон в случаях, предусмотренных договором, он мо­жет быть расторгнут по решению суда. Поэтому требования ист­ца о расторжении договора о совместной деятельности являются правомерными и обоснованно удовлетворены судом первой ин­станции .

Как представляется, к категории «иных случаев» относят­ся и нарушения, которые не могут быть однозначно отнесены к разряду существенных, но согласно договору являются основа­ниями для его расторжения. В Солнцевском межмуниципальном суде Западного административного округа г. Москвы рассматри­валось дело по иску Г-ой к К-ой о расторжении договора ренты на условиях пожизненного содержания с иждивением. Согласно договору, ответчица обязалась обеспечивать истицу жилищем путём безвозмездного проживания в квартире, обеспечивать пи­танием и одеждой, осуществлять уход за истицей, приобретать лекарства, оказывать ей различные бытовые услуги, оплатить ритуальные услуги. Стоимость всего объёма пожизненного со­держания с иждивением в месяц была определена сторонами в сумме 4-х минимальных размеров оплаты труда. Договором было также предусмотрено, что нарушение плательщиком ренты лю­бого из перечисленных условий даёт право получателю ренты потребовать расторжения договора. Как установил суд, ответчица по мере возможности выполняла самые трудоёмкие условия до­говора, которые истица выполнить без посторонней помощи не могла, в частности, муж ответчицы производил ремонт квартиры истицы, заменял сантехоборудование, проводил проводку для

телефона. Но другие условия договора ответчицей не были ис­полнены в связи с отсутствием материальной возможности пол­ностью содержать истицу. Суд установил, что ответчицей нару­шены условия договора, но существенными данные нарушения не признал и своим решением от 14. 02. 97 договор расторг в со­ответствии с подпунктом 2 пункта 2 статьи 450 ГК. В подобных случаях принципиально важно различать, является ли нарушение, послужившее основанием для расторжения договора, существен­ным или нет, поскольку, если основанием для расторжения по­служило существенное нарушение договора одной из сторон, другая сторона вправе требовать возмещения убытков, причи­нённых расторжением договора (подробнее см. § 3 настоящей главы).

Стороны, таким образом, могут согласовать в своём до­говоре любые не противоречащие закону основания расторже­ния договора.

'Постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Фе­дерации №2561/96// Вестник Высшего Арбитражного Суда Российской Фе­дерации. 1997. №4. СПб. 84

85

§ з.порядок и ио( л н:дствия расторжения