174. Предполагается ли знание устава контрагента по сделке для целей ст. 174 гк?

Арбитражную практику в данном вопросе нельзя назвать единообразной. Изначально Президиум ВАС РФ исходил из того, что ссылка на устав в договоре свидетельствует об ознакомлении с текстом учредительного документа (см. постановление от 11.12.1996 N 2506/96). Таким образом, высшая судебная инстанция исходила из презумпции знания об ограничениях, содержащихся в уставе (см. постановление от 12.05.1998 N 734/98). Впоследствии Пленум ВАС РФ (см. п. 5 постановления от 14.05.1998 N 9 "О некоторых вопросах применения статьи 174 Гражданского кодекса Российской Федерации при реализации органами юридических лиц полномочий на совершение сделок") занял иную позицию: поскольку из смысла ст. 174 ГК следует, что закон допускает случаи, когда другая сторона в сделке не знала и не должна была знать об установленных учредительными документами ограничениях, ссылка в договоре, заключенном от имени организации, на то, что лицо, заключающее сделку, действует на основании устава данного юридического лица, должна оцениваться судом с учетом конкретных обстоятельств заключения договора и в совокупности с другими доказательствами по делу. Такое доказательство, как и любое другое, не может иметь для арбитражного суда заранее установленной силы и свидетельствовать о том, что другая сторона в сделке знала или заведомо должна была знать об указанных ограничениях.

Последняя точка зрения встречается в более поздних судебных актах окружных судов (см. постановления ФАС ВВО от 28.04.2008 N А79-4376/2007; ФАС ДО от 13.09.1999 N Ф03-А59/99-1/1210; ФАС ЗСО от 21.09.1998 N Ф04/1387-285/А46-98, от 12.08.2008 N Ф04-4612/2008(8884-А27-39); ФАС МО от 31.01.2003 N КГ-А40/9204-02, от 16.12.2009 N КГ-А40/13000-09; ФАС СЗО от 05.03.2001 N А13-4421/00-12; ФАС УО от 11.08.1998 N Ф09-660/98-ГК; ФАС ЦО от 20.04.2007 N А64-3948/06-12). В частности, суды признавали, что контрагент ознакомлен с текстом устава, если ранее между сторонами уже существовали гражданско-правовые отношения (см. постановления ФАС ВСО от 16.03.1998 N А69-382/97-2-Ф02-171/98-С2, от 14.08.2003 N А58-6812/02-Ф02-2658/03-С2), если текст устава соответствует типовому уставу (см. постановление ФАС УО от 16.02.1996 N У-51/96-ГК), наконец, если контрагент является акционером общества - стороны по сделке (см. постановление ФАС ЗСО от 12.08.1998 N Ф04/1170-285/А70-98).

Наряду с этим можно указать на ряд судебных актов, воспроизводящих более раннюю точку зрения Президиума ВАС РФ, согласно которой ссылка на устав в договоре свидетельствует об ознакомлении с текстом устава (см. постановления ФАС ВСО от 20.07.1999 N А69-42/98-4-Ф02-934/99-С2, от 28.02.2000 N А33-9171/99-С1-Ф02-219/00-С2, от 05.04.2006 N А78-7023/04-С1-6/165-Ф02-1259/06-С2), или в принципе констатирующих презумпцию знания устава (см. постановления ФАС УО от 23.06.1997 N Ф09-473/97-ГК; ФАС СКО от 16.02.2004 N Ф08-325/2004).

Точка зрения Пленума ВАС РФ (см. п. 5 постановления от 14.05.1998 N 9) на первый взгляд представляется логичной. Действительно, ст. 174 ГК ставит удовлетворение иска лица, в чьих интересах установлены ограничения, в зависимость от доказанности того, что другая сторона в сделке знала или заведомо должна была знать об указанных ограничениях. Следовательно, законодатель допускает возможность того, что контрагент может не знать об ограничениях, содержащихся в уставе. Более того, судя по редакции ст. 174 ГК, закон возлагает обязанность доказывания того обстоятельства, что контрагент знал (должен был знать) об ограничениях, именно на лицо, предъявляющее иск (что, в принципе, соответствует общему правилу распределения бремени доказывания, установленному в ст. 69 АПК). Если бы действовало обратное правило (презумпция знания текста устава контрагентом), скорее всего, законодатель сформулировал бы свою мысль примерно следующим образом: "...сделка не может быть признана недействительной, если другая сторона докажет, что она не знала и не могла знать о существующих ограничениях".

Следует признать верной точку зрения Пленума ВАС РФ в том, что одна лишь ссылка на устав в договоре еще не свидетельствует об ознакомлении с текстом документа. Действительно, словосочетание "в лице генерального директора___________________, действующего на основании устава", встречающееся едва ли не в каждом договоре, - не более чем дань традиции.

В то же время толкование ст. 174 ГК, предложенное высшей судебной инстанцией, видится не совсем справедливым. При таком понимании закона положение ст. 174 ГК практически лишает лицо, в чьих интересах установлены ограничения, шансов на удовлетворение иска и тем самым существенно обесценивает сами ограничения, установленные учредительными документами.

Любой разумный субъект гражданского оборота, прежде чем заключать договор, непременно ознакомится с текстом устава своего контрагента, поскольку отдает себе отчет в том, что перед ним не физическое лицо (генеральный директор, директор), а орган юридического лица, чьи полномочия следуют из устава. Здесь вполне уместна аналогия с доверенностью. Если лицо обладает полномочиями, указанными в доверенности, то логично предположить, что оно не имеет полномочий создавать права и обязанности для иного лица, если это не отражено в тексте доверенности. Устав в данном случае выполняет функцию той же доверенности, поскольку именно этот документ очерчивает круг полномочий единоличного исполнительного органа.

В отношении доверенности ст. 174 ГК устанавливает правило: если полномочия лица, действующего на основании доверенности, ограничены договором (например, договором поручения), то сделка недействительна лишь в том случае, если доказано знание контрагента об ограничениях, содержащихся в договоре. Отсюда выводится презумпция знания контрагентом текста доверенности и, напротив, необходимость доказывания его ознакомления с ограничениями, не содержащимися в доверенности. Продолжая аналогию (а сам законодатель создает для этого все предпосылки в ст. 174 ГК), следует заключить, что устав в любом случае должен быть известен контрагенту, однако в том случае, когда ограничения установлены в ином документе, знание о существовании таких ограничений не должно предполагаться.

Именно такой подход к рассматриваемой проблеме способен обеспечить баланс интересов участников имущественного оборота, а также лучшим образом соотносится с положениями специальных законов. Так, в соответствии с абз. 3 п. 4 ст. 12 Закона об ООО и п. 2 ст. 14 Закона об АО изменения, внесенные в устав общества, приобретают силу для третьих лиц с момента их государственной регистрации, а в случаях, установленных данными Законами, с момента уведомления органа, осуществляющего государственную регистрацию. Таким образом, контрагенту достаточно получить копию устава, содержащую отметку о регистрации, для того, чтобы быть уверенным в том, что единоличный исполнительный орган действует в пределах своих полномочий. С нашей точки зрения, лицо, не предпринимающее соответствующих усилий, не проявляет ту степень заботливости и осмотрительности, которая от него требуется по обстоятельствам дела, или вовсе игнорирует интересы тех лиц, которые могут быть нарушены в результате совершения сделки, а следовательно, должно нести риск последствий.

Разумеется, любая презумпция опровержима. Контрагент не лишен возможности доказать, что тот устав, с которым он знакомился, не содержал соответствующих ограничений, и в этом случае ст. 174 ГК способна защитить такое добросовестное лицо. Приведем в завершение слова ФАС СКО (см. постановление от 16.02.2004 N Ф08-325/2004), который весьма удачно выразил нашу мысль: "Контрагентом ответчика по сделке является акционерное общество. В силу статьи 11 Федерального закона "Об акционерных обществах" общество действует на основании своего устава. Исходя из смысла статей 69, 78 названного Закона, уставом общества могут быть ограничены полномочия единоличного исполнительного органа (генерального директора). Реализовав свое право на ограничение полномочий генерального директора, акционерное общество лишено возможности довести об этом до сведения всех участников гражданского оборота более доступным способом, чем отражением этих ограничений в уставе (и регистрацией этих ограничений. - А.Б.). Таким образом, предприниматель... при заключении спорного договора должна была выяснить предусмотренные уставом полномочия генерального директора и, следовательно, должна была узнать об их ограничениях".