Arkhipova_A_G_Novy_etap_unifikatsii_evropeyskogo_strakhovogo_prava_2016

заявленные требования <1>. Таким образом, кажущиеся незначительными вопросы надлежащего оформления договора страхования (в том числе такие "мелочи", как размер шрифта, размещение того или иного условия в заметном месте и т.п.) превращаются в непростую задачу, если необходимо гарантировать действительность этого договора в разных странах - участницах ЕС.

--------------------------------

<1> Tribunal de Grande Instance de Paris, 4 Chambre, 19 octobre 2010, Repertoire General 09/5269. Подробнее об этом деле см.: Naimi J.-C. L'assureur condamne a restituer les primes versees pour non-conformite de l'encadre du L.132-5-2 // Cadre legal. Novembre 2010. No. 467. P. 6 (https://www.bredbanque- privee.com/content/dossier-pdf/Avis- expert/agefi_N467_assurance_vie_prelevements_nov_2010.pdf).

По-разному урегулирован вопрос и о моменте заключения договора. В одних странах (например, в Болгарии) договор считается заключенным, когда его условия сформулированы в письменной форме. Английский Закон о морском страховании предусматривает, что договор считается заключенным в момент, когда оферта страхователя принимается страховщиком, независимо от того, выдан ли полис (ст. 21) <1>. Согласно ст. L112-3 Страхового кодекса Франции стороны договора страхования могут быть связаны друг с другом и до выдачи страхового полиса, если выдано иное подтверждение страхового покрытия.

--------------------------------

<1> Текст Закона доступен по адресу: http://www.legislation.gov.uk/ukpga/Edw7/6/41/contents.

Наконец, помимо различий в позитивном регулировании одних и тех же аспектов договора страхования возможны ситуации, в которых определенный аспект урегулирован в одной стране и полностью оставлен на усмотрение суда в других. Примером такой ситуации является так называемое групповое страхование, урегулированное законодательно лишь в Швеции и Франции. Достаточно активное использование этого института в других странах - участницах ЕС пока не привело к появлению в позитивном праве этих стран положений о групповом страховании.

Безусловно, разница в положениях страхового договорного права не единственное препятствие, стоящее на пути развития трансграничных договоров страхования. Не менее (а возможно, и более) важны налоговые аспекты, необходимость налаживания трансграничной коммуникации между страхователем и страховщиком, сложности в организации урегулирования страховых случаев, имевших место вне юрисдикции страховщика, и т.п. Тем не менее необходимость отвлечения ресурсов на адаптацию существующих страховых продуктов под нужды правовых систем 28 стран - участниц ЕС - в любом случае весьма серьезная проблема. Часто для ее решения требуются

настолько существенные ресурсы, что страховщики отказываются от заключения трансграничных договоров страхования. Как следствие, снижается конкуренция на страховом рынке, возникают дополнительные препятствия у коммерческих организаций, нуждающихся в страховой защите своей трансграничной деятельности. Кроме того, не реализуется возможность "экспорта" из стран, где страховая деятельность имеет более давние традиции, инновационных страховых продуктов (например, по защите "облачных" технологий) в страны, где в силу более низкого уровня развития страхования такие продукты еще не появились.

3. Принципы европейского страхового договорного права: второй этап гармонизации

С учетом акцентов, расставленных Рабочей группой ЕК, неудивительно, что Рабочая группа, занимающаяся разработкой Принципов, уделила особое внимание вопросам личного страхования, страхования ответственности и так называемого группового страхования. Именно этим вопросам посвящена вторая часть Принципов, опубликованная в 2016 г.

В гл. 14 Принципов рассматриваются вопросы страхования ответственности. Один из наиболее сложных вопросов, возникающих в связи с этим видом страхования, состоит в том, какое обстоятельство следует считать страховым случаем. В законодательстве и судебной практике разных стран сложилось несколько основных подходов: таким обстоятельством могут считаться причинение вреда, проявление последствий причиненного вреда, предъявление потерпевшим требования о возмещении вреда, вынесение судом решения о возмещении вреда, а также различные комбинации этих событий. Принципы предлагают следующий подход к решению проблемы: по общему правилу страховым случаем является обстоятельство, порождающее ответственность (т.е. причинение вреда). Однако договор страхования, заключенный в коммерческих или профессиональных целях, может предусматривать и иное определение страхового случая, в том числе путем указания на предъявление требований потерпевшим.

Может возникнуть вопрос о целесообразности такого жесткого решения. Почему бы не дать сторонам любых договоров страхования, в том числе с участием потребителей, возможность самостоятельно определить, какое именно событие следует считать страховым случаем? Можно предположить, что разработчики Принципов исходили из стремления защитить слабую сторону - страхователя, не являющегося предпринимателем. Конструкция, при которой страховым случаем является комбинация двух событий (причинение вреда и предъявление требования потерпевшим), существенно снижает шансы страхователя на получение возмещения, поскольку часто один из этих фактов происходит за пределами срока страхования. Если же говорить о предъявлении потерпевшим требования о возмещении вреда как о единственном событии,

которое считается страховым случаем, возникает сложность догматического характера. Страховым может считаться лишь случайное событие. Однако в ситуации, когда страхователь уже причинил вред третьему лицу (и, скорее всего, знает об этом), предъявление потерпевшим требования о возмещении вреда вряд ли отвечает критерию случайности. Именно поэтому разработчики закрепили для страхования ответственности с участием страхователя-потребителя наиболее простой вариант решения проблемы страхового случая. Излишне императивный характер регулирования, на наш взгляд, является серьезным минусом такого решения. В то же время его достоинством является ясность регулирования. Кроме того, простота и однозначность регулирования позволяют снизить вероятность появления "дыр" в страховом покрытии по нескольким последовательным договорам страхования из-за различного определения в них страховых случаев.

Во многих договорах страхования встречаются условия, согласно которым подписание страхователем и потерпевшим соглашений о урегулировании без согласия страховщика является основанием для освобождения страховщика от выплаты страхового возмещения. Авторы Принципов приняли иную позицию, указав в ст. 14:104 (1), что такие условия не имеют юридической силы. В то же время для защиты прав страховщиков в подобных ситуациях Принципы предусматривают, что соглашение между потерпевшим и страхователем не распространяется на страховщика.

Несмотря на кажущуюся очевидность последнего положения, оно является вполне содержательным в контексте раздела Принципов о случаях, в которых потерпевший вправе предъявить требование непосредственно к страховщику. Этим случаям посвящена отдельная глава Принципов. Общий подход к решению этой проблемы предусмотрен в ст. 15:101 Принципов, согласно которой прямое требование потерпевшего к страховщику допускается в нескольких прямо поименованных случаях. Прямое требование возможно, если вред был причинен жизни или здоровью; если страхование является обязательным; если страхователь находится в состоянии банкротства или ликвидирован; если предъявление прямого требования предусмотрено правом, регулирующим вопросы ответственности причинителя вреда. Достаточно любого из перечисленных условий.

Таким образом, по общему правилу предъявления прямого требования не допускается. Можно предположить, что такое решение принято разработчиками Принципов как один из немногих "реверансов" в пользу страховщиков. Действительно, страховые организации по всему миру стараются избежать предъявления к ним прямых требований потерпевших. В то же время представляется очевидным, что возможность предъявления прямого требования к страховщику отвечает интересам как потерпевших, так и страхователей. Она также соответствует идее процессуальной экономии: вместо двух исков (потерпевшего к причинителю о возмещении вреда, затем причинителя

(страхователя) к страховщику о выплате страхового возмещения) вопрос о возмещении вреда может быть урегулирован в рамках одного.

Согласно ст. 15:101 (1) (b) Принципов в тех случаях, когда прямое требование потерпевшего к страховщику возможно, страховщик может выдвигать против него возражения, основанные на договоре страхования, если это не запрещено положениями, придающими страхованию обязательный характер. Любопытно, что авторы Принципов не стали исследовать еще один проблемный вопрос - о том, какое именно требование (об исполнении договора страхования или о возмещении вреда) предъявляется потерпевшим, если он имеет возможность обратиться напрямую к страховщику. Решение, предложенное разработчиками Принципов, означает, что независимо от природы этого требования страховщик по общему правилу может ссылаться на договор страхования (например, на исключения из страхового покрытия или на условия, освобождающие его от обязанности произвести выплату). Нужно признать, что такое решение не гарантирует полноценной защиты прав потерпевшего, который не является стороной договора страхования и не может влиять ни на его содержание, ни на поведение страхователя по отношению к страховщику (например, неполное раскрытие информации). Сделанная в названной статье оговорка о том, что возражения страховщика против требования потерпевшего не могут относиться к поведению страхователя после страхового случая, лишь частично компенсирует этот недостаток.

Вернемся к вопросу о юридической силе и последствиях соглашения о возмещении вреда, заключенного между потерпевшим и страхователем без согласия страховщика (ст. 14:104 Принципов). В случаях, когда потерпевший вправе предъявить требование непосредственно к страховщику, не согласованное страховщиком соглашение страхователя и потерпевшего оказывается "нейтрализованным", поскольку потерпевший не может на него ссылаться в силу ст. 14:104 (2) Принципов. Если же оснований для предъявления прямого требования нет, последствия соглашения, заключенного без согласия страховщика, в любом случае несет только страхователь. Переложить эти последствия на страховщика в рамках своего требования о выплате страхового возмещения он не сможет.

Статья 14:101 Принципов вполне однозначно решает еще одну проблему, к которой по-разному подходят правовые системы стран - участниц ЕС, а именно возмещение страховщиком расходов страхователя на ведение дела, связанного с возложением на страхователя ответственности. Согласно Принципам страховщик обязан возместить расходы на ведение дела, понесенные страхователем в соответствии со ст. 9:102. Статья 9:102 Принципов в свою очередь посвящена расходам на уменьшение размера ущерба и предполагает возмещение страховщиком расходов, вызванных страховым случаем, если они были разумными и оправданными, независимо от их успешности. Расходы

возмещаются, даже если они вместе с основной частью страхового возмещения превышают страховую сумму.

Как и в других разделах Принципов, в гл. 14, посвященной общим положениям о страховании ответственности, можно найти ряд статей, создающих дополнительные гарантии прав страхователей: например, ст. 14:105 предусматривает недействительность любого условия договора страхования о запрете уступки страхователем своих прав; в ст. 14:106 содержатся гарантии использования системы "бонус-малус" в интересах страхователей.

В Принципах недвусмысленно решен вопрос об исковой давности по требованиям, связанным со страхованием ответственности. Согласно ст. 15:104

(1) Принципов исковая давность по требованию к страховщику независимо от того, предъявил его страхователь или потерпевший, истекает одновременно с истечением исковой давности по иску потерпевшего к страхователю о возмещении вреда. Отметим, что такое решение отличается как от общего подхода Принципов к исковой давности <1>, так и от подходов, существующих в национальных правовых системах стран - участниц ЕС <2>.

--------------------------------

<1> Согласно ст. 7:102 Принципов срок исковой давности истекает через три года с момента, когда страховщик должен был принять окончательное решение о выплате страхового возмещения. Срок в любом случае истекает через 10 лет после страхового случая (для страхования жизни - через 30 лет после страхового случая).

<2> Например, ст. L114-1, L114-2 Страхового кодекса Франции предусматривают двухгодичный срок исковой давности по договорам страхования, отдельные правила для страхования ответственности отсутствуют. В английском и немецком праве отсутствуют специальные сроки исковой давности для страхования (тем более специальные сроки для страхования ответственности). К требованиям, вытекающим из договоров страхования, применяются общие сроки исковой давности - шесть лет в Англии, три года в Германии.

Глава 17 Принципов посвящена страхованию жизни. Один из наиболее значимых вопросов для этого вида страхования - это вопрос о допустимости и об условиях включения в договор страхования застрахованного лица, не являющегося страхователем и (или) выгодоприобретателем. Как было показано выше, подходы английского и континентального права в этом отношении серьезно расходятся.

Статья 17:101 Принципов основана на континентальном подходе: в договоре страхования может быть указано любое застрахованное лицо при наличии его "информированного согласия". Условие о согласии является единственным: ни родственные связи, ни финансовая зависимость страхователя и застрахованного лица друг от друга значения не имеют.

Заслуживают упоминания положения ст. 17:102 (5) и ст. 17:105 Принципов. Согласно первой из названных норм право требования страхователя к страховщику, основанное на договоре личного страхования, не включается в конкурсную массу; исключением является ситуация, в которой страховая сумма уже выплачена страховщиком. Второе положение предусматривает, что отказ наследника, являющегося выгодоприобретателем по договору личного страхования, от наследства сам по себе не влияет на права такого наследника по договору.

Раздел об информационных обязанностях сторон договора страхования жизни сформулирован авторами Принципов в русле последних тенденций европейского страхового права: объем информации, обязательной к предоставлению страхователем, постепенно снижается, и одновременно растет и уточняется перечень информации, которую страхователю должен представить страховщик. Статья 17:202 Принципов содержит развернутый перечень сведений, представляемых страховщиком при заключении договора. Среди них, в частности, ссылка на публикацию годового отчета, из которого страхователь может почерпнуть сведения о финансовой устойчивости страховщика, сведения о режиме налогообложения, применимом к предлагаемому продукту (на стороне страхователя), а также, разумеется, подробные сведения о финансовых характеристиках предлагаемого продукта.

Для договоров страхования жизни, имеющих, как правило, долгосрочный характер, особое значение имеют информационные обязанности, возникающие в течение срока действия договора. Принципы возлагают на страховщика обязанность ежегодно сообщать страхователю о доходе, накопленном по договорам накопительного страхования, об изменении прогнозов по суммам, выплачиваемым после окончания периода страхования, а также об изменениях в правилах страхования.

Глава 17 Принципов возлагает на страховщиков серьезные ограничения и в части определения ими условий договора страхования. Статья 17:302 Принципов объявляет заведомо несправедливым (а следовательно, легко оспоримым и фактически бессмысленным для страховщика) условием договора страхования положение о том, что изменение возраста или состояния здоровья застрахованного лица считается увеличением степени риска. Статьи 17:303, 17:304 Принципов предусматривают ограничения на увеличение премии и (или) уменьшение выплачиваемых сумм, а также на всякие иные изменения договора страхования со стороны страховщика, если только они не вызваны предписаниями регулятора, императивными нормами права, применимого к регулированию пенсионных накоплений, и некоторыми иными аналогичными обстоятельствами.

Статья 17:501 Принципов возлагает на страховщика активную роль в выяснении обстоятельств страхового случая. Согласно ст. 17:501 (1) Принципов страховщик, у которого возникли основания полагать, что страховой случай

наступил, обязан принять разумные меры, чтобы убедиться в этом. Если страховой случай наступил, страховщик должен приложить максимальные усилия для того, чтобы выяснить личность и адрес выгодоприобретателя и проинформировать его о страховом случае. При нарушении страховщиком этих обязанностей срок исковой давности приостанавливается до момента, когда выгодоприобретатель узнает о своих правах по договору страхования.

Помимо страхования ответственности и личного страхования разработчики Принципов сосредоточились на вопросе группового страхования. Поскольку в российском праве понятие группового (коллективного) страхования не закреплено, имеет смысл кратко пояснить, в чем особенность этого вида страхования. По договору коллективного страхования застрахованными считаются лица, входящие в соответствующий период времени в группу (категорию), определенную договором. В группу могут входить, например, все сотрудники одного и того же работодателя либо все заемщики - физические лица, заключившие кредитные договоры с определенным банком. Для группового страхования важно то, что приобретение и утрата лицом статуса застрахованного по общему правилу совпадают с началом и прекращением соответствующего отношения, по признаку которого лицо относится к группе (трудовые отношения с работодателем, наличие непогашенного кредита и т.п.). К преимуществам группового страхования можно отнести быстроту и гибкость в оформлении договора, а также возможность экономии на страховой премии за счет массового характера договора. Для страховщика групповое страхование представляет интерес, в частности, потому, что участники группы отбираются по признаку, не связанному с застрахованным риском. Например, вхождение в группу всех сотрудников крупного предприятия означает, что среди застрахованных лиц оказываются люди разного возраста и состояния здоровья, что обеспечивает более равномерное распределение рисков (например, смерти или утраты трудоспособности по болезни) и уменьшает риск "отрицательной селекции" <1>.

--------------------------------

<1> О проблемах "отрицательной селекции" (adverse selection) в страховании см., например: Heimer C.A. Insuring More, Ensuring Less: The Costs and Benefits of Private Regulation through Insurance // Embracing Risk: The Changing Culture of Insurance and Responsibility // https://www.amazon.com/Embracing-Risk-Changing- InsuranceResponsibility/dp/0226035190/ref=sr_1_1?ie=UTF8&qid=1472715167&sr.

Безусловно, у группового страхования есть и недостатки. Во-первых, как было указано выше, в разных странах ЕС по-разному решается вопрос страхового интереса при страховании жизни. В одних странах (например, в Германии и Австрии) страхователь может назначить любое лицо в качестве застрахованного при наличии его согласия. Такое регулирование облегчает развитие группового страхования, так как любое лицо, входящее в группу, определенную по тому или

иному критерию (например, вступающее в трудовые отношения с работодателем), может получить статус застрахованного лица, просто выразив соответствующее согласие. В других странах страховой интерес определяется в зависимости от родственных связей и (или) финансовых отношений страхователя (выгодоприобретателя) и застрахованного лица. Например, в Великобритании страховой интерес при страховании жизни признается за супругами и лицами, находящимися в финансовой зависимости друг от друга. Иные лица не могут быть указаны в качестве застрахованных лиц, и даже выражение ими согласия на страхование не меняет положения.

К недостаткам (или скорее к сложностям) группового страхования нужно отнести и вопросы, возникающие при заключении соответствующих договоров: необходимо убедиться, что участник группы надлежащим образом выразил свое согласие на осуществление страхования и получил всю необходимую информацию. Имеются особенности и в том, как при групповом страховании исполняются информационные обязанности сторон, реализуемые через своего рода посредника - организатора группового страхования (group organizer). Наконец, недостатком группового страхования является возможность лишения застрахованного лица страховой защиты в случае "выпадения" его из группы (например, увольнения с работы).

Анализ положений Принципов о групповом страховании показывает, что они направлены если не на решение, то на определение общих направлений решения указанных выше проблем. Статьи 18:102, 18:202 Принципов определяют основные обязанности организатора группового страхования: добросовестно содействовать реализации правомерных интересов каждого члена группы и, в частности, передавать членам группы относящиеся к договору уведомления страховщика. При вступлении в группу нового участника организатор страхования должен известить его о существовании и основных параметрах страхования. Согласно ст. 18:204 Принципов после окончания срока действия договора группового страхования либо при выбытии застрахованного лица из группы застрахованный имеет право на заключение нового, индивидуального договора страхования на тех же условиях (с сохранением размера страховой премии и без переоценки его состояния здоровья и (или) возраста). Такое положение, безусловно, защищает интересы участников группы, поскольку позволяет им рассчитывать на продолжение страхования в индивидуальном режиме, но с сохранением всех преимуществ, вытекающих из группового страхования.

4. Перспективы дальнейшей унификации европейского страхового права

Разработка Принципов велась с пониманием того, что конечной целью является принятие регламента ЕС, определяющего применение Принципов в

качестве "правил по выбору" ("опционального инструмента", optional instrument) <1>. Статус "правил по выбору" предполагает, что вместо положений того или иного применимого национального права могут использоваться специально разработанные нормы, общие для всех стран - участниц ЕС <2>.

--------------------------------

<1> Текст Резолюции Европейского Парламента 2011/2013(INI) от 8 июня 2011 г. о вариантах развития европейского договорного права для потребителей и бизнеса доступен по адресу: http://www.europarl.europa.eu/sides/getDoc.do?type=TA&language=EN&reference= P7-TA-2011-0262. О необходимости разработки регламента и применении формы "правил по выбору" (optional instrument) см. п. 5 - 7 Резолюции. О дискуссии,

предшествовавшей этому решению, см.: Bataller Grau J. The Harmonization of

European Contract Law: The Case of Insurance Contracts // Connecticut Insurance Law Journal. 2015. Vol. 21.1. P. 168 - 169 (http://insurancejournal.org/wpcontent/uploads/2015/03/Grau.pdf).

<2> О преимуществах этого подхода см.: Principles of European Insurance Contract Law (PEICL) / J. Basedow, J. Birds, M. Clarke, H. Cousy, H. Heiss, L.D. Loacker (eds.). Munich, 2009. P. 33 - 35; Fleischer H. Optionales europaisches Privatrecht ("28. Modell") (= The Optional Instrument in European Private Law ("28th

PEICL - The Project of a European Insurance Contract Law // Connecticut Insurance Law Journal. 2013. Vol. 20.1. P. 120 - 121 (http://insurancejournal.org/wp- content/uploads/2014/02/9-Armbruester-1.pdf); Архипова А.Г. Указ. соч. С. 224 - 229.

Участники Рабочей группы по разработке Принципов ссылаются на ряд событий, которые, по их мнению, могут свидетельствовать о повышении шансов на "внедрение" Принципов в качестве регламента ЕС. К таким событиям относится неоднократное указание в документах, принятых Европейским Парламентом и другими органами ЕС, на то, что "правила по выбору" - это наиболее оптимальный или даже единственный практически реализуемый способ унификации в сфере страхового договорного права <1>. Авторы Принципов с оптимизмом воспринимают положения утвержденного в 2008 г. Регламента "Рим-I", во вводной части которого упоминается возможность разработки в рамках ЕС унифицированных положений материального договорного права "в качестве соответствующего правового инструмента". В этом случае стороны будут вправе избрать в качестве применимого права положения этого документа, а не следовать другим коллизионным привязкам, установленным Регламентом и отсылающим к той или иной национальной правовой системе.

--------------------------------

<1> Principles of European Insurance Contract Law: A Model Optional Instrument / Ed. by H. Heiss. Munich: Sellier, 2011. P. 12 - 13, 21.

Тем не менее на пути к получению Принципами статуса официального документа имеется немало препятствий. Это и политическая рассогласованность различных национальных и наднациональных структур ЕС, и отсутствие общей стратегии унификации частного права ЕС, и рост центробежных настроений, препятствующих идеологии унификации как таковой, и другие проблемы <1>.

--------------------------------

<1> Подробнее об этом см.: Wallis D. Political Perspectives // Principles of

European Insurance Contract Law: A Model Optional Instrument / Ed. by H. Heiss. P. 19 - 22.

Негативное влияние на дальнейшее внедрение Принципов (а также, позволим себе предположить, и других академических кодификаций в сфере договорного права) может оказать решение Великобритании о выходе из ЕС. Одна из основных сложностей, с которой столкнулись разработчики Принципов, состояла в том, чтобы найти разумный компромисс между решениями, принятыми в странах континентальной правовой семьи и общего права <1>. Влияние английского права прослеживается в целом ряде статей Принципов - например, в положениях о ретроактивном расторжении договора страхования

(avoidance), о влиянии грубой неосторожности (gross negligence) и "безрассудства" (recklessness) на обязанность страховщика выплатить страховое возмещение. Теперь, когда возникла реальная угроза выхода Великобритании из ЕС, у разработчиков и потенциальных пользователей Принципов, а также других унифицированных правил могут возникать сомнения: должно ли в случае выхода Великобритании из ЕС сохраняться столь высокое влияние английского права на те или иные общеевропейские разработки? Не следует ли пересмотреть уже достигнутые компромиссы или как минимум уменьшить степень "конвергенции" на будущее?

--------------------------------

<1> О фундаментальных различиях в идеологии правовых систем, затрудняющих процессы унификации, см., например: Kotz H. Contract Law in Europe and the United States: Legal Unification in the Civil Law and Common Law // The Tulane European and Civil Law Forum. 2012. Vol. 27. P. 1 - 16 (http://papers.ssrn.com/sol3/papers.cfm?abstract_id=2233928).

На данный момент имеется слишком много неясностей, относящихся к возможному выходу Великобритании из ЕС, для того чтобы можно было делать какие-либо прогнозы. Возможно, решение о выходе будет реализовываться в крайне медленном темпе. Вероятным также представляется его формальная реализация: Великобритания может перестать быть членом ЕС, но сохранит