"Правоотношения собственности супругов"

которые являются обязательствами общего имущества. При этом в данном параграфе отсутствует прямое указание, что управляющий супруг отвечает своим личным имуществом по своим обязательствам, которые являются обязательствами общего имущества. Это лишь подразумевается, так как естественно вытекает из смысла данного параграфа.

Нормы действующего российского законодательства, посвященные вопросам ответственности супругов по обязательствам, хотя и являются императивными и даже выделены в отдельную главу Семейного кодекса, тем не менее традиционно рассчитаны на режим совместной собственности и на наличие у супругов общего имущества. Отсутствуют общие правила, подобные немецким правилам о "власти ключей", вытекающие из общности самой супружеской жизни и ведения общего хозяйства. Также не определено достаточно четко, какие обязательства являются для супругов общими, а какие - личными. Более того, глава Семейного кодекса РФ, которая называется "Ответственность супругов по обязательствам", содержит единственную статью, причем не об ответственности вообще, а только об обращении взыскания на имущество.

Поэтому представляется необходимым учитывать зарубежный опыт при дальнейшем совершенствовании отечественного законодательства.

Как уже было отмечено ранее в настоящей работе, следует дополнить третий раздел Семейного кодекса РФ специальной главой, которая предшествовала бы главам о личных и имущественных правах и обязанностях супругов. Эта специальная глава должна устанавливать общие последствия брака, как личного, так и имущественного характера, которые действуют независимо от режима имущества супругов. В эту главу необходимо, в частности, включить ряд статей об ответственности супругов по обязательствам, которые содержали бы общие принципы такой ответственности, а не правила обращения взыскания на раздельное и общее имущество супругов по их общим и личным долгам. При этом целесообразно ввести в отечественное брачно-семейное законодательство институт "власти ключей", что позволит предоставить реальную правовую защиту кредиторам без ущерба для законных интересов супругов, поскольку правила данного института, как было рассмотрено выше, учитывают действительные условия семейной жизни, а также полностью соответствуют установленному законом принципу равенства супругов при решении вопросов ведения домашнего хозяйства и выбора рода занятий.

Глава 6. КОЛЛИЗИОННЫЕ ВОПРОСЫ ПРАВООТНОШЕНИЙ СОБСТВЕННОСТИ СУПРУГОВ

§1. Правоотношения собственности супругов

вмеждународном частном праве зарубежных стран

Исследование правоотношений, складывающихся по поводу имущества супругов, как в России, так и за рубежом, в том числе сравнительно-правовой анализ, было бы неполным без рассмотрения еще одного весьма важного их аспекта - собственности при смешанных браках.

Если учесть, что нормы разных государств, регулирующие сферу брака и семьи, существенно различаются между собой, становится понятным значение правового регулирования семейных отношений с участием иностранцев, а именно вопроса о подлежащем применению праве <*>.

--------------------------------

<*> Белоусов В.В. Брачно-семейные отношения в международном частном праве // Россия в окружающем мире: правовые аспекты. Вып. 2. М., 2000. С. 18.

Коллизионные нормы, касающиеся отношений собственности супругов, содержащиеся в праве зарубежных стран, весьма разнообразны. Поэтому, прежде чем перейти к рассмотрению конкретных коллизионных норм такого рода, необходимо охарактеризовать основные принципы, на которых построены данные коллизионные нормы. Следует также рассмотреть основные зарубежные коллизионные системы, чтобы стала понятной причина различий между коллизионными нормами разных государств, посвященными правоотношениям собственности супругов, а также причина различного регулирования в международном частном праве личных и разных видов имущественных отношений между супругами.

Указанные основные принципы можно рассмотреть на примере положений Закона Австрии о

"Правоотношения собственности супругов"

международном частном праве от 15 июня 1978 г., Вводного закона к ГГУ в редакции от 21 сентября 1994 г., Закона Турции о международном частном праве и процессе от 20 мая 1982 г., ГК Квебека.

Основополагающим для определения подлежащего применению права в международном частном праве европейских государств признается принцип наиболее тесной связи. Согласно § 1 вышеуказанного австрийского Закона правоотношения, затрагивающие заграницу, должны - с точки зрения частноправовой - подчиняться правопорядку, с которым имеется наиболее тесная связь. Включенные в Закон коллизионные нормы по отдельным видам правоотношений рассматриваются Законом как выражение этого принципа. Поэтому при наличии в Законе конкретной коллизионной нормы судья должен применять ее и тогда, когда, по его мнению, правоотношение более тесно связано не с тем правопорядком, к которому отсылает коллизионная норма, а с другим. При отсутствии же в законе соответствующей коллизионной нормы общий принцип наиболее тесной связи действует в полной мере <*>. В отличие от австрийского Закона, прямо провозглашающего в самом начале принцип наиболее тесной связи основополагающим принципом международного частного права Австрии, а коллизионные нормы по отдельным видам правоотношений - выражением этого принципа, Вводный закон к ГГУ называет этот принцип только в ст. 5, после общих предписаний об отсылках и положений об обратной и дальнейшей отсылке. В то же время Вводный закон к ГГУ объявляет принцип наиболее тесной связи основным критерием выбора права, подлежащего применению при определении личного статута, т.е. правового положения лица, что, естественно, оказывает влияние на правоотношения супругов. Согласно ст. 5 Вводного закона к ГГУ, если отсылают к праву государства, гражданином которого является данное лицо, и это лицо является гражданином нескольких государств, то должно применяться право того государства, с которым это лицо наиболее тесно связано, в особенности посредством своего обычного места пребывания или течением своей жизни. Если такое лицо при этом является немцем, то это правовое положение применяется прежде всего <**>.

--------------------------------

<*> Марышева Н.И. Новые законы о международном частном праве // Законодательство зарубежных стран. Вып. 1. М., 1987. С. 18.

<**> Buergerliches Gesetzbuch. S. 625.

В международном частном праве зарубежных стран закреплен принцип ограничения изменения статута. Очевидно, это призвано служить в первую очередь стабилизации гражданского оборота. Согласно Австрийскому Закону о международном частном праве (§ 7) изменение обстоятельств, определяющих коллизионную привязку, не влияет на уже законченный фактический состав. Закон Турции о международном частном праве и процессе, основываясь на том же принципе, детализирует его: если подлежащее применению право определяется исходя из гражданства, места жительства, местопребывания, в основу кладутся гражданство, место жительства, местопребывание на момент предъявления иска <*>. Наиболее полно указанный принцип выражен в коллизионных нормах, регулирующих режим супружеского имущества <**>, ввиду понятного стремления законодателя придать стабильность в первую очередь правоотношениям собственности супругов, что отчасти достигается путем установления неизменности подлежащего применению к ним права даже при изменении гражданства и места жительства участников правоотношений. Подробнее эта особенность будет рассмотрена ниже на примере немецкого права.

--------------------------------

<*> Марышева Н.И. Указ. соч. С. 17.

<**> Комментарий к Семейному кодексу Российской Федерации / Под ред. И.М. Кузнецовой. С. 474 (автор - Н.И. Марышева); Орлова Н.В. Брак и семья в международном частном праве. М., 1966. С. 105.

Одним из самых сложных вопросов применения коллизионных норм является вопрос об обратной отсылке (отсылке иностранной коллизионной нормы назад, к закону страны суда) и дальнейшей отсылке (отсылке иностранной коллизионной нормы к закону третьего государства). Принципы, положенные законодателем той или иной страны в основу правил об отсылках, особенно важны для регулирования отношений между членами семьи, так как материально-правовые нормы брачно-семейного законодательства различных государств отличаются наибольшим разнообразием вследствие влияния национальных особенностей и религиозных традиций <1>. Вопрос об обратной и дальнейшей отсылке - это вопрос о том, является ли указание

"Правоотношения собственности супругов"

коллизионной нормы на иностранный правопорядок отсылкой лишь к нормам иностранного материального права или ко всему правопорядку в целом, включая его коллизионные нормы. Австрийский Закон о международном частном праве (§ 5) устанавливает, что отсылка к чужому правопорядку охватывает и его коллизионные нормы. Если иностранная коллизионная норма отсылает назад, применяются австрийские материальные нормы; в случае отсылки к закону третьего государства применяются, с учетом дальнейших отсылок, материальные нормы правопорядка, которые, со своей стороны, уже никуда не отсылают и к которым было впервые отослано обратно. То есть отсылки продолжаются до тех пор, пока какой-либо правопорядок не примет отсылку. А если ни один правопорядок не принимает отсылку, применяются нормы того правопорядка, к которому относилась самая первая отсылка. Закон Турции о международном частном праве и процессе принимает только обратную отсылку (ст. 2) <2>. Вводный закон к ГГУ принимает обратную отсылку: в случае если право другого государства отсылает обратно к немецкому праву, то применяются немецкие материальные нормы (п. 1 ст. 4) <3>. Как и австрийский Закон, Вводный закон к ГГУ устанавливает, что в случае отсылки к праву другого государства применению подлежит также международное частное право этого государства. Однако здесь имеется ограничение: оно подлежит применению, если это не противоречит смыслу отсылки (п. 1 ст. 4). Помимо этого Вводный закон к ГГУ уточняет, что при выборе сторонами права какого-либо государства, если такой выбор возможен, они могут ссылаться только на материально-правовые нормы этого государства (п. 2 ст. 4) <4>. ГК Квебека обратной и дальнейшей отсылки не признает и в ст. 3080 определяет, что, когда подлежит применению право другой страны, таким правом является внутреннее право этой страны, за исключением коллизионных норм <5>. Из изложенного видно, что по такому важнейшему вопросу, как обратная и дальнейшая отсылки, между законами разных государств имеются весьма существенные расхождения, что, естественно, не облегчает регулирование супружеских отношений с "иностранным элементом" и в случае отсутствия международного договора полностью отдает стороны во власть суда, рассматривающего дело. Особую сложность вопрос о принятии во внимание норм иностранного международного частного права приобретает в случаях, когда государство, к праву которого отсылает коллизионная норма, состоит из частей с разным правом <6>. Согласно Вводному закону к ГГУ в случае отсылки к праву государства с множественностью правовых систем подлежащая применению система определяется правом этого государства. При отсутствии такого регулирования должна применяться правовая система, с которой по обстоятельствам дела имеется наиболее тесная связь (п. 3 ст. 4) <7>. Как справедливо отмечается в литературе, решением проблемы при этом не является принятие обратной отсылки <8>.

--------------------------------

<1> Богуславский М.М. Международное частное право. М., 1998. С. 289.

<2> Марышева Н.И. Указ. соч. С. 11 - 12.

<3> Buergerliches Gesetzbuch. S. 624.

<4> Ibidem.

<5> Гражданский кодекс Квебека. N 451.

<6> Spickhoff A. Die engste Verbindung im interlokalen und internationalen Familienrecht // Juristen Zeitung, 48. Jahrgang. 1993. N 7. S. 337.

<7> Buergerliches Gesetzbuch. S. 625.

<8> Spickhoff A. Op. cit. S. 337.

В международном частном праве зарубежных государств, как и в российском <1>, закреплен принцип ограничения применения иностранного права. Его общепринятое название - оговорка о публичном порядке (ordre public). Действие коллизионной нормы, иными словами, применение иностранного права, может быть ограничено путем использования данной оговорки. Иностранный закон, к которому отсылает коллизионная норма, не может быть применен, если такое применение противоречило бы публичному порядку данного государства <2>. Под противоречием публичному порядку обычно понимается противоречие основам правопорядка. Согласно § 5 австрийского Закона о международном частном праве норма иностранного права не подлежит применению, если ее применение привело бы к результату, не совместимому с основами австрийского правопорядка. Вместо нее в случае необходимости применяется соответствующее правило австрийского права. Аналогичное правило содержит ст. 5 турецкого Закона о международном частном праве и

"Правоотношения собственности супругов"

процессе <3>. Несколько более конкретно оговорка о публичном порядке сформулирована во Вводном законе к ГГУ (ст. 6). Правовая норма иностранного государства не подлежит применению, если ее применение приведет к результату, который явно несовместим с существенными принципами немецкого права. Она не подлежит применению, в частности, если применение несовместимо с основными правами <4>. Таким образом, понятие публичного порядка крайне неопределенно. Установление пределов применения этой оговорки предоставлено судебному усмотрению <5>. В связи с этим оговорка о публичном порядке может быть использована судами с целью ограничения применения права страны другой социально-экономической системы, а по семейным спорам, в том числе имущественным, - также для ограничения применения права государства другой культуры. Например, для неприменения положений брачного контракта, противоречащего основам права страны суда, особенно если оно основано на религиозных традициях.

--------------------------------

<1> Российские коллизионные нормы будут рассматриваться в следующем параграфе настоящей главы.

<2> Богуславский М.М. Указ. соч. С. 93.

<3> Марышева Н.И. Указ. соч. С. 14.

<4> Buergerliches Gesetzbuch. S. 625.

<5> Богуславский М.М. Указ. соч. С. 94.

Если объем регулирования международным частным правом по законам разных государств, как правило, одинаков - оно применяется к "правоотношениям, затрагивающим заграницу" (§ 1 Закона Австрии о международном частном праве) <*>, или "определяет, какие правопорядки подлежат применению к материальным отношениям, связанным с правом иностранного государства" (п. 1 ст. 3 Вводного закона к ГГУ) <**>, - то коллизионные нормы разных государств, регулирующие отношения собственности супругов, различны. При этом в первую очередь различаются коллизионные привязки <***>. В международном частном праве разных государств при определении права, подлежащего применению к супружеским отношениям, используются, как будет видно из изложенного далее, следующие привязки: так называемый "личный закон", основной разновидностью которого является закон гражданства (lex patriae), традиционно именуемый также "национальным законом"; закон места жительства (lex domicilii); закон места нахождения имущества (lex rei sitae), закон места заключения брака (lex loci celebrations); закон страны суда, рассматривающего спор (lex fori). В зависимости от того, какие привязки являются основными согласно международному частному праву данной страны, различают коллизионные системы, к которым принадлежат разные государства.

--------------------------------

<*> Марышева Н.И. Указ. соч. С. 11.

<**> Buergerliches Gesetzbuch. S. 624.

<***> Коллизионная привязка - это вторая часть коллизионной нормы, указывающая на закон или правопорядок, который подлежит применению к данному виду отношений.

Система, действующая в большинстве стран континентальной Европы и именуемая континентальной коллизионной системой, берет свое начало в итальянской школе постглоссаторов (XIII в.) и их французских последователей (XVI - XVIII вв.). Эта школа делила все правовые нормы на вещные и личные статуты - "Statuta realia" и "Statuta personalia". Считалось, что личные статуты, т.е. нормы, регулирующие правовое положение лица, неотделимы от подданного определенного государства, они как бы следуют за человеком при его переезде в другую страну, изымая его из-под действия местных законов. Вещные статуты, напротив, признавались имеющими действие лишь в пределах территории того государства, где они изданы. Как следствие теории статутов в международном частном праве сохранился принцип регулирования "личным законом" вопросов правоспособности и дееспособности, а также вступления в брак и развода. Типичной для большинства стран континентальной Европы является коллизионная система Франции. Она признает закон гражданства лица основным критерием для определения его правового статуса и одновременно содержит ряд существенных отступлений в пользу закона места жительства лица <*>.

--------------------------------

"Правоотношения собственности супругов"

<*> Орлова Н.В. Вопросы брака и развода в международном частном праве. С. 49 - 50.

Англо-американская коллизионная система, сложившаяся под влиянием голландской территориальной школы, характеризуется тем, что вопросы личного статуса граждан своего государства и иностранцев она подчиняет закону того государства, на территории которого эти лица имеют свой домицилий, а не закону государства их гражданства. Американская доктрина международного частного права, сложившаяся раньше, чем английская, выросла из практики разрешения американскими судами коллизий между законами различных штатов, в том числе в тех нередких случаях, когда участниками спорных правоотношений являлись лица, еще не принявшие американское гражданство, но утратившие всякую правовую связь с государством своего гражданства или подданства. Американские суды стремились подчинять вопросы правового статуса таких лиц местному закону, т.е. закону избранного лицом места жительства (lex domicilii) и одновременно закону суда (lex fori) <*>.

--------------------------------

<*> Там же. С. 50.

Английская доктрина сложилась во второй половине XIX - начале XX вв., в период расцвета колониального могущества Англии и ее господства в международной торговле. Англия вводила на подвластных ей территориях действие своего "общего права" и подчиняла ему всех лиц, проживавших на этих территориях. Таким образом, основным критерием для определения правового статуса лица признавался закон места жительства. В то же время английская судебная практика уже тогда допускала отход от принципа домицилия в сторону охраны интересов собственных подданных, подчиняя их правоотношения английскому праву. Это достигалось путем трактовки понятия "домицилий" и установления понятия "домицилий происхождения". В английском прецедентном праве было выработано правило, согласно которому для признания лица домицилированным в том или ином государстве необходимо, чтобы это лицо не только фактически проживало на территории соответствующей страны, но и имело намерение избрать эту страну своим постоянным местом жительства. Если такого намерения нет, действует "домицилий происхождения". В отношении англичан, выехавших в другие страны ради службы в заморских владениях Англии, ради заработка и т.п., суды установили презумпцию сохранения такими лицами своего домицилия происхождения - английского домицилия, так как они не имеют намерения избрать домицилий страны, где проживают. Так, английское право, установив в качестве основной привязку lex domicilii, распространяет на выходцев из самой Англии действие английского права даже в случаях их многолетнего проживания в других странах <*>.

--------------------------------

<*> Орлова Н.В. Указ. соч. С. 50 - 51.

Но независимо от принадлежности государства к той или иной коллизионной системе по-разному регулируются личные супружеские отношения и отношения по поводу принадлежащего супругам имущества. Для международного частного права зарубежных стран характерно выделение отношений по поводу имущества супругов из единого комплекса отношений, создаваемых браком, и различное определение применимого к этим отношениям права <*>.

--------------------------------

<*> Комментарий к Семейному кодексу Российской Федерации / Под ред. И.М. Кузнецовой. С. 474 (автор - Н.И. Марышева); Орлова Н.В. Брак и семья в международном частном праве. С. 103.

Германское международное частное право основывается на делении всех правовых норм на личные и вещные статуты <*>, что, как отмечено выше, характерно для континентальной коллизионной системы. Исходя из этого, в Германии установлены разные правила для определения права, подлежащего применению к общим последствиям брака (Wirkungen der Ehe im allgemeinen, allgemeine Ehewirkungen) и к правовому режиму имущества супругов (Gueterstand) <**>. Эти две группы правил определения применимого права именуются "статут общих последствий брака" и "имущественно-правовой статут" <***>.

--------------------------------

"Правоотношения собственности супругов"

<*> Buergerliches Gesetzbuch. S. 625.

<**> Ibidem; Jung H. Op. cit. S. 231.

<***> Jung H. Op. cit. S. 231 - 232.

К общим последствиям брака ГГУ относит не только личные права и обязанности супругов, но и обязанности по предоставлению содержания, а также некоторые другие последствия заключения брака, которые согласно изложенным в первой главе настоящей работы положениям немецкой доктрины входят в понятие брачного имущественного права и, безусловно, относятся к правоотношениям собственности супругов: правила раздела предметов домашнего обихода и супружеского жилища при раздельном жительстве супругов и правила об ответственности супругов по обязательствам, т.е. так называемую "власть ключей" и презумпцию права собственности супруга-должника на все находящееся в супружеском жилище движимое имущество <*>.

--------------------------------

<*> Buergerliches Gesetzbuch. S. 340 - 346.

Иными словами, применимое право определяется по-разному не только для личных и имущественных отношений между супругами; установлены различия при определении права, подлежащего применению к разным видам имущественных отношений супругов. Ключевые вопросы супружеской собственности урегулированы особо.

Для определения права, которому подчиняются общие последствия брака (в том числе права и обязанности супругов относительно супружеского жилища и предметов домашней обстановки, правила об ответственности супругов по обязательствам), установлена так называемая "лестница критериев" <*>. К общим последствиям брака, согласно п. 1 ст. 14 Вводного закона к ГГУ, применяется:

--------------------------------

<*> Jung H. Op. cit. S. 231.

-право государства, гражданами которого являются оба супруга, либо право государства последнего общего гражданства супругов во время брака, если один из них еще является гражданином данного государства;

-право государства, где оба супруга имеют обычное местопребывание, либо право государства, где оба супруга имели последнее обычное местопребывание в период брака, если один из них еще имеет свое обычное местопребывание в данном государстве;

-право государства, с которым супруги иначе совместно связаны наиболее тесным образом <*>.

--------------------------------

<*> Buergerliches Gesetzbuch. S. 628; Jung H. Op. cit. S. 231.

Данную "лестницу" в конкретном случае следует "перепробовать" от ступени к ступени именно в данной последовательности. Если имеются предпосылки первой ступени, то уже не переходят ко второй ступени. При отсутствии предпосылок первой, но наличии предпосылок второй ступени уже не переходят к последней ступени <*>. Следовательно, основным критерием является закон гражданства.

--------------------------------

<*> Jung H. Op. cit. S. 231.

Можно привести ряд примеров из практики германских адвокатов. Если француженка, проживающая в Кельне, выходит замуж за француза и оба проживают в Германии, к общим последствиям брака применяется французское право. Если же немец, который работает в Париже, женится на голландке и супруги живут во Франции, то, так как супруги не имеют общего гражданства, к общим последствиям брака применяется право

"Правоотношения собственности супругов"

государства, в котором оба имеют обычное местопребывание, т.е. французское право <*>.

--------------------------------

<*> Ibid. S. 231 - 232.

Наибольшее число вопросов вызывает последний из вышеуказанных критериев, поскольку поиск "местонахождения" правоотношения - наиболее тесной совместной связи супругов - представляется весьма проблематичным. Тем более, что из содержания ст. 14 Вводного закона к ГГУ не ясно, идет речь о материальных обстоятельствах дела или о межличностных отношениях <*>.

--------------------------------

<*> Spickhoff A. Op. cit. S. 336 - 337.

Статут общих последствий брака не является неизменным. Это означает, что право, которое получило применение согласно вышеуказанным критериям в момент заключения брака, не действует вечно. Напротив, на применимость данного права влияют изменения, например, изменение места жительства. Если супруги из второго приведенного выше примера (муж-немец и жена-голландка, проживающие во Франции) переезжают на несколько лет из Парижа в Мюнхен, то с момента перенесения места жительства в Германию к общим последствиям брака подлежит применению немецкое право <*>.

--------------------------------

<*> Jung H. Op. cit. S. 232.

Согласно п. 1 ст. 15 Вводного закона к ГГУ имущественно-правовые последствия брака (в части правового режима имущества супругов) подчиняются праву, которое подлежало применению к общим последствиям брака при его заключении <1>. Имущественно-правовой статут, т.е. нормы, регулирующие правовой режим имущества супругов, в отличие от статута общих последствий брака неизменен. Это означает, что, даже если статут общих последствий брака изменяется, режим имущества по-прежнему определяется теми же нормами, что и при заключении брака <2>. Как отмечает Н.В. Орлова, "правило о неизменяемости установленного при вступлении в брак имущественного режима проходит красной нитью... через внутренние коллизионные нормы различных стран" <3>. Следовательно, статут общих последствий брака и имущественно-правовой статут могут не совпадать и определяться правом разных государств. Так, при заключении брака супругами из вышеприведенного примера статут общих последствий брака отсылал к французскому праву, поэтому, даже если теперь супруги живут в Германии, их отношения собственности будут неизменно определяться французским правом <4>.

--------------------------------

<1> Buergerliches Gesetzbuch. S. 629; Jung H. Op. cit. S. 232.

<2> Jung H. Op. cit. S. 232.

<3> Орлова Н.В. Указ. соч. С. 105.

<4> Jung H. Op. cit. S. 232 - 233.

Германское законодательство разрешает супругам выбирать право, применимое к их отношениям. Но даже правила выбора права, определяющего общие последствия брака, и права, определяющего правовой режим имущества супругов, также различаются.

Относительно общих последствий брака выбор применимого права возможен только при наличии следующих условий:

-супруги не имеют общего гражданства, а также ни один из них уже не является гражданином государства последнего общего гражданства супругов во время брака,

-ни один из супругов не является гражданином государства, где оба супруга имеют их обычное

"Правоотношения собственности супругов"

местопребывание, или

- супруги не имеют обычное местопребывание в одном и том же государстве (п. 3 ст. 14 Вводного закона к ГГУ) <*>.

--------------------------------

<*> Buergerliches Gesetzbuch. S. 629; Jung H. Op. cit. S. 233 - 234.

В отношении общих последствий брака супруги могут избрать право государства, гражданином которого является один из них. В случае, когда один из супругов имеет гражданство нескольких государств, супруги могут избрать право одного из этих государств, если другой супруг также является его гражданином (п. п. 2 - 3 ст. 14 Вводного закона к ГГУ) <*>.

--------------------------------

<*> Ibidem.

При отсутствии указанных условий для выбора права применительно к общим последствиям брака тем не менее можно прийти к соглашению о так называемых будущих условных случаях. Это имеет смысл, если один из супругов должен принимать в расчет переезд в страну, чужую для обоих супругов. Немецкий адвокат Гаральд Юнг приводит такой пример. Немка и голландец женаты и живут в Амстердаме. Муж работает инженером на международном предприятии, для нужд которого его, вероятно, на много лет отправят в Иран. Его жена будет его туда сопровождать. Соглашение о применении немецкого права относительно общих последствий брака в настоящее время невозможно, так как обычное местопребывание супругов совпадает. Но супруги могут уже сегодня, не дожидаясь переезда в Иран, договориться на будущее, что должно применяться немецкое право, как только появятся предпосылки для выбора права <*>.

--------------------------------

<*> Jung H. Op. cit. S. 234 - 235.

Последствием выбора применимого права является в том числе и то, что статут общих последствий брака становится неизменяемым. Иными словами, выбор права предотвращает то, что применимое право изменится с изменением отношений, например, с перенесением места жительства в другую страну. Посредством выбора права исключается также обратная отсылка <*>.

--------------------------------

<*> Ibid. S. 234.

Однако действие последствий выбора права прекращается, если супруги приобретают общее гражданство (п. 3 ст. 14 Вводного закона к ГГУ) <*>.

--------------------------------

<*> Buergerliches Gesetzbuch. S. 629.

Для выбора имущественно-правового статута требуется лишь, чтобы супруги не обладали общим гражданством. При наличии этого единственного условия супруги могут выбирать между:

-правом государства, гражданином которого является один из супругов;

-правом государства, в котором по крайней мере один из супругов имеет постоянное местопребывание

<*>;

--------------------------------

<*> Подробнее о привязках к закону страны гражданства и закону страны постоянного местопребывания в

"Правоотношения собственности супругов"

нормах германского международного частного права, определяющих режим имущества супругов, и о связанных с ними проблемах см.: Dr. Jochen Taupitz, Goettingen. Verfassungskonforme Ersatzanknuepfungen im Internationalen Ehegueterrecht und massgeblicher Zeitpunkt // Neue Juristische Wochenschrift, Muenchen und Frankfurt, 39. Jahrgang, 1986. Heft 10. S. 616 - 625.

- относительно недвижимого имущества - правом государства, в котором находится это имущество (п. 2 ст. 15 Вводного закона к ГГУ) <*>. В силу последнего указания Закона отдельные виды имущества супругов могут оказаться подчиненными праву разных стран <**>.

--------------------------------

<*> Buergerliches Gesetzbuch. S. 629; Jung H. Op. cit. S. 235.

<**> Jung H. Op. cit. S. 235.

Таким образом, при установлении неизменности имущественно-правового статута супругам предоставлена большая свобода в выборе права, определяющего правовой режим их имущества. Во-первых, предусматривается только одно условие, при наличии которого возможен выбор права, применимого к режиму имущества супругов, тогда как возможность выбора права, применимого к общим последствиям брака, существенно ограничена: для этого необходимо наличие нескольких условий. Во-вторых, супруги могут выбирать не только между правом тех государств, гражданами которых они являются.

В то же время п. 3 ст. 3 Вводного закона к ГГУ устанавливает существенное ограничение на применение иностранного права к любым имущественным отношениям: если положения данного Закона о семейном праве и праве наследования подчиняют имущество лица праву какого-либо государства, эти положения не затрагивают предметы, которые не находятся в данном государстве и подчиняются особым предписаниям права того государства, где они находятся <*>. Тем самым достигается защита юрисдикции государства относительно находящихся на его территории вещей от вмешательства чужого права.

--------------------------------

<*> Buergerliches Gesetzbuch. S. 624.

Выбор права должен быть нотариально удостоверен. Если выбор права осуществляется за пределами Германии, то для его действительности достаточно, чтобы он был совершен в форме брачного договора в соответствии с избранным правом или правом места совершения выбора (п. 4 ст. 14, п. 3 ст. 15 Вводного закона к ГГУ) <*>. Помимо этого в Вводном законе к ГГУ имеется специальная статья, посвященная защите третьих лиц (ст. 16). Как с очевидностью следует из изложенного ранее в настоящей работе, ГГУ уделяет большое внимание вопросам защиты добросовестных участников оборота. Данная же статья особо предусматривает, что в ситуации, когда имущественно-правовые последствия брака подчиняются праву другого государства и один из супругов имеет обычное местопребывание или занимается промыслом внутри страны (в Германии), соответственно подлежит применению норма ГГУ о действии брачного договора против третьих лиц: выдвигать основанные на брачном договоре возражения против третьего лица по совершенной с ним одним из супругов сделке супруги могут только в случае регистрации брачного договора в реестре имущественных прав компетентного участкового суда или если третьему лицу в момент совершения сделки было известно содержание брачного договора. При этом иностранный законный режим имущества ставится в то же положение, что и договорный режим. Кроме того, к совершенным в Германии сделкам применяются положения ГГУ о "власти ключей", а на находящиеся там движимые вещи распространяется установленная ГГУ презумпция собственности супруга-должника, но только если эти предписания являются более выгодными для добросовестного третьего лица, чем иностранное право <**>.

--------------------------------

<*> Ibid. S. 629.

<**> Buergerliches Gesetzbuch. S. 343, 346, 356 - 357, 629 - 630.

Подробно указанные нормы ГГУ о действии против третьих лиц, "власти ключей" и презумпции собственности были рассмотрены в предыдущих главах настоящей работы.

"Правоотношения собственности супругов"

В некоторых европейских государствах возможности выбора супругами применимого права до сих пор ограничены по сравнению с другими странами Европы, и коллизионные нормы, посвященные правоотношениям собственности супругов, исходят из главенства мужа в семье. Речь идет о странах, где сильно влияние религиозных традиций и только недавно был разрешен развод. Итальянский гражданский кодекс, который, как и законодательство других государств континентальной коллизионной системы, основывается на различии в регламентации личных и имущественных отношений между супругами в международном частном праве и отдает предпочтение национальному принципу, т.е. привязке lex patriae, при определении применимого права отдает предпочтение национальному закону (закону страны гражданства) мужа. Согласно ст. 19 данного законодательного акта имущественные отношения супругов регулируются всегда национальным законом мужа во время совершения брака <1>. Причем эта же статья весьма жестко устанавливает пределы, в которых супруги могут выбирать применимое к их отношениям право. Изменение гражданства супругов не влияет на их имущественные отношения, за исключением случая соглашения между супругами на основе нового, общего для них национального закона <2>. Иными словами, последующая перемена гражданства супругами не оказывает влияния на имущественные отношения между ними, за исключением отношений, возникающих из договоров, которые супруги заключают между собой по законам страны своего нового гражданства <3>. Если же отсылку к первому национальному закону мужа признавать отсылкой ко всему правопорядку соответствующей страны, то можно также выбирать подлежащий применению закон в пределах, установленных материальным правом, на которое указывает эта коллизионная норма <4>.

--------------------------------

<1> Матвеев Г.К. Советское семейное право. М., 1978. С. 146 - 147; М., 1985. С. 133 - 134; Орлова Н.В. Указ. соч. С. 106; Шебанова Н.А. Семейные отношения в международном частном праве. М., 1995. С. 10.

<2> Матвеев Г.К. Советское семейное право. М., 1978. С. 147; М., 1985. С. 134.

<3> Орлова Н.В. Указ. соч. С. 106.

<4> Шебанова Н.А. Указ. соч. С. 10.

Международное частное право многих государств придает брачному договору огромное, можно даже сказать, конститутивное значение в вопросах правоотношений собственности супругов.

Так, в Швейцарии режим имущества супругов определяется по общему правилу правом, избранным супругами. В случае, когда они не избрали права, режим определяется правом государства, в котором они имеют совместное место жительства, а при проживании в разных странах - правом государства, где они имели последнее совместное место жительства. Если же супруги никогда не имели совместного места жительства, применяется право их общего гражданства, а при отсутствии и такового - швейцарское право <*>.

--------------------------------

<*> Комментарий к Семейному кодексу Российской Федерации / Под ред. И.М. Кузнецовой. С. 474 - 475 (автор - Н.И. Марышева).

Французское право исходит из представления, что всякий режим супружеского имущества установлен соглашением сторон <1>, поскольку этот правовой институт имеет договорную природу <2>. Во Франции применительно к правоотношениям собственности супругов не установлена определенная коллизионная норма, действующая независимо от желания супругов <3>. При заключении брачного контракта стороны могут прямо указать избранный ими закон. Супругам не только предоставляется возможность выбора права, подлежащего применению к их отношениям по поводу принадлежащего им имущества; при решении коллизионных вопросов режима супружеской собственности применяются общие принципы, установленные для договорных отношений. Главным среди них является принцип автономии воли сторон при выборе права, которому они хотят подчинить свои отношения собственности при вступлении в брак <4>. Если же супруги в брачном договоре прямо не указали избранное ими право, суд при возникновении спора выясняет их предполагаемое намерение <5>. Для установления предполагаемой воли сторон применяются коллизионные правила, общие для всех договоров: место заключения и место исполнения договора, место нахождения имущества и т.д. В том случае, когда брачный контракт вообще не был заключен, французская коллизионная доктрина и практика исходит из того, что стороны в силу автономии воли молчаливым соглашением избрали тот закон, которому решили подчинить свои

"Правоотношения собственности супругов"

права и обязанности в отношении имущества <6>. Это дает суду возможность в зависимости от обстоятельств дела применять право места постоянного пребывания супругов или другой закон, с которым рассматриваемый случай тесно связан <7>.

--------------------------------

<1> Орлова Н.В. Указ. соч. С. 106.

<2> Орлова Н.В. Вопросы брака и развода в международном частном праве. С. 81.

<3> Шебанова Н.А. Указ. соч. С. 10.

<4> Орлова Н.В. Указ. соч. С. 81.

<5> Там же; Шебанова Н.А. Указ. соч. С. 10.

<6> Орлова Н.В. Брак и семья в международном частном праве. С. 106; Она же. Вопросы брака и развода в международном частном праве. С. 81.

<7> Шебанова Н.А. Указ. соч. С. 10.

В Австрии в отличие от Франции законодательно установлена коллизионная норма, регулирующая отношения собственности между супругами. Но австрийский Закон о международном частном праве также отдает предпочтение регулированию данного вида супружеских отношений свободно избранным супругами правом. Согласно § 19 данного Закона имущественные брачные права регулируются правом, ясно избранным сторонами, а при отсутствии такого выбора - правом, которому были бы подчинены личные правовые последствия брака в момент его заключения. А личные правовые последствия брака определяются, согласно § 18, по праву общего гражданства, при его отсутствии - по праву последнего общего гражданства (если один из супругов сохранил это гражданство), при отсутствии и этого - по праву последнего обычного общего местопребывания <*>. Таким образом, австрийский закон, как и законы многих других стран континентальной коллизионной системы <**>, рассматривает закон гражданства в качестве основного критерия для определения прав и обязанностей супругов в отношении их имущества.

--------------------------------

<*> Марышева Н.И. Указ. соч. С. 32.

<**> Например, Германии, Италии, Франции.

В прецедентном праве Англии, естественно, отсутствуют законодательные положения о том, правом какого государства должны регулироваться отношения супругов-иностранцев в Англии и англичан - за пределами страны <*>. Стороны свободны в выборе права. Но в отличие от Франции, где определенной коллизионной нормы нет ни в законодательстве, ни в судебной практике, в Англии последняя выработала такую норму для случаев, когда право супругами избрано не было <**>. Судебной практикой установлено следующее правило: если супруги не заключили брачный контракт, действует презумпция, что законом, регулирующим режим супружеской собственности, является закон страны, где домицилирован муж. Эта презумпция может быть опровергнута, если обстоятельства свидетельствуют о наличии молчаливого соглашения о выборе другого применимого права. Однако договоренность об избрании домицилия в другой стране сама по себе недостаточна для применения закона этой страны, если не будет доказано, что супруги хотели тем самым подчинить свои имущественные отношения законам этой страны <***>. Следовательно, английское прецедентное право рассматривает закон домицилия в качестве основного критерия для определения отношений между супругами по поводу их имущества, но в то же время отдает предпочтение при решении этих вопросов закону суда, т.е. английскому праву.

--------------------------------

<*> Орлова Н.В. Брак и семья в международном частном праве. С. 107; Шебанова Н.А. Указ. соч. С. 10.

<**> Шебанова Н.А. Указ. соч. С. 10.

"Правоотношения собственности супругов"

<***> Орлова Н.В. Вопросы брака и развода в международном частном праве. С. 81 - 82.

В канадской провинции Квебек нормы международного частного права изложены в ГК Квебека, три статьи которого (ст. ст. 3122 - 3124) посвящены режиму супружеского имущества, причем первая из них - договорному режиму. Право, применимое к нему, определяется в соответствии с общими правилами, применимыми к содержанию юридических актов <*>. В случае отсутствия брачного договора основной, как и в других странах англо-американской коллизионной системы, является привязка lex domicilii. В то же время ГК Квебека придает большое значение месту заключения брака. Видимо, законодатель исходит при этом из упомянутого выше принципа ограничения изменения статута и стремится к стабилизации правоотношений собственности. Режим имущества супругов, вступивших в брак без заключения брачных соглашений, регулируется правом их домицилия на момент заключения брака. Если супруги на этот момент домицилированы в разных странах, применимым правом является право их первого общего места проживания или, при отсутствии такового, право их общего гражданства или, при отсутствии такового, право места заключения брака. Действительность любого согласованного изменения режима супружеского имущества регулируется правом домицилия супругов на момент осуществления такого изменения. Если супруги на этот момент домицилированы в разных странах, применимым правом является право их общего места проживания или, при отсутствии такового, право, регулирующее режим их супружеского имущества <**>. При этом ГК Квебека не содержит специальных предписаний о выборе супругами права, применимого к их отношениям по поводу принадлежащего им имущества. Речь идет только о выборе и изменении самого режима супружеского имущества, т.е. об обычном содержании брачных договоров. Особенность международного частного права Квебека состоит в том, что оно не просто определяет право, применимое к режиму имущества супругов, но и устанавливает различные коллизионные нормы для законного и договорного режимов. Правоотношения собственности супругов в международном частном праве данной провинции Канады коренным образом различаются в зависимости от того, заключили ли супруги брачное соглашение об установлении договорного режима их имущества.

--------------------------------

<*> Гражданский кодекс Квебека. С. 459.

<**> Гражданский кодекс Квебека. С. 459.

Как следует из изложенного, коллизионные нормы разных государств, посвященные вопросам супружеской собственности, различаются между собой, и иногда весьма существенно. Поэтому вполне естественным является осуществляемый посредством заключения конвенций процесс унификации - создания единообразных норм, которые указывают для каждого случая, право какого государства применимо к отношениям с "иностранным элементом" <*>.

--------------------------------

<*> Швыдак Н.Г. Международная унификация коллизионных норм семейного права // Право и экономика. 1995. N 15 - 16. С. 141.

В 1905 г. рядом стран была подписана Гаагская конвенция о коллизии законов относительно личных и имущественных отношений супругов. Ее нормы, регулирующие имущественные отношения, носят диспозитивный характер: они применяются только тогда, когда иное не предусмотрено соглашением супругов. При отсутствии брачного договора последствия брака в отношении имущества супругов, как недвижимого, так и движимого, определяются национальным законом мужа в момент заключения брака <*>. Изменение гражданства супругов или одного из них не отражается на этом режиме имущества <**>. Данная Конвенция особо уделяет внимание брачному договору, регулируя порядок его заключения и изменения <***>.

--------------------------------

<*> Матвеев Г.К. Советское семейное право. М., 1978. С. 148; Орлова Н.В. Брак и семья в международном частном праве. С. 104; Швыдак Н.Г. Указ. соч. С. 144; Шебанова Н.А. Указ. соч. С. 10.

<**> Матвеев Г.К. Указ. соч. С. 148; Швыдак Н.Г. Указ. соч. С. 144.

<***> Орлова Н.В. Указ. соч. С. 104; Швыдак Н.Г. Указ. соч. С. 144; Шебанова Н.А. Указ. соч. С. 11.

"Правоотношения собственности супругов"

Кодекс Бустаманте, принятый рядом стран Латинской Америки в Гаване в 1928 г. <*>, в отличие от Гаагской конвенции отдает предпочтение закону домицилия <**>.

--------------------------------

<*> Швыдак Н.Г. Указ. соч. С. 141. <**> Матвеев Г.К. Указ. соч. С. 148.

И указанная Конвенция, и Кодекс Бустаманте, разумеется, регулируют отношения супружеской собственности иначе, чем личные отношения супругов <*>.

--------------------------------

<*> Там же.

На 13-й сессии Гаагской конференции 14 марта 1978 г. была принята Конвенция о праве, применимом к режиму имущества супругов. Ее положения должны со временем заменить положения Конвенции 1905 г. В соответствии с Гаагской конвенцией 1978 г. режим брачного имущества определяется законом, избранным будущими супругами перед вступлением в брак, который применяется ко всей совокупности их имущества <*>.

--------------------------------

<*> Швыдак Н.Г. Указ. соч. С. 144.

Вступающие в брак могут подчинить свой имущественный режим:

-национальному закону одного из них, или

-праву страны постоянного местопребывания одного из них на момент совершения выбора, или

-праву государства, где супруг после заключения брака основывает новое постоянное местопребывание,

или

- законодательству места расположения имущества (для недвижимости).

В случае если выбор права не будет сделан, применяться должно право государства, где супруги имели первое совместное постоянное местопребывание.

Тем не менее применению подлежит право государства, гражданами которого являются оба супруга, если это государство при сдаче ратификационной грамоты сделало соответствующее заявление, или, если оно не является участником Конвенции, согласно его коллизионному праву должно применяться его материальное право, и супруги после бракосочетания избрали первым совместным постоянным местом пребывания либо государство, объявившее свое право применимым, либо государство, не участвующее в Конвенции, чье коллизионное право также объявляет применимым национальный закон <*>.

--------------------------------

<*> Bergmann / Ferid. Internationales Ehe - und Kindschaftsrecht. 1993. S. 23.

Супруги могут в период брака подчинить режим их имущества иному закону, чем закон, до этого применявшийся. При этом в период брака они могут избрать только один из законов:

-закон государства, гражданство которого имеет один из них на момент избрания;

-закон государства, на территории которого один из них имеет свое постоянное место жительства (постоянное местопребывание) <*>.

--------------------------------

"Правоотношения собственности супругов"

<*> Швыдак Н.Г. Указ. соч. С. 144; Bergmann / Ferid. Internationales Ehe - und Kindschaftsrecht. 1993. S. 23.

Для определения режима недвижимости может быть выбрана также привязка lex rei sitae. В любом случае допускается выбор только материального права. Применимое право действует до избрания иного права независимо от изменения гражданства супругов. Выбор права должен совершаться в форме, предписанной избираемым правом или правом места его совершения для брачных договоров <*>.

--------------------------------

<*> Bergmann / Ferid. Internationales Ehe - und Kindschaftsrecht. 1993. S. 23.

Таким образом, международные конвенции строятся в целом на тех же принципах, что и внутреннее коллизионное право стран-участниц: регулирование отношений собственности супругов иным образом, чем их личных отношений; ограничение изменения имущественно-правового статута; решающее значение брачного договора. Эти принципы можно назвать основой международного частного права зарубежных стран в части регламентации данной сферы.

§2. Правоотношения собственности супругов

вмеждународном частном праве Российской Федерации

Переход России к открытому обществу, усиление миграции населения, развитие контактов российских граждан с иностранными, увеличение числа браков с ними и рост числа случаев разного гражданства членов семьи, а также образование независимых государств на территории бывшего СССР сделали особенно актуальными в нашей стране коллизионные вопросы супружеских отношений <*>.

--------------------------------

<*> Белоусов В.В. Указ. соч. С. 13; Комментарий к Семейному кодексу Российской Федерации / Под ред. И.М. Кузнецовой. С. 450 (автор - Н.И. Марышева). Нечаева А.М. Семейное право. М., 2002. С. 309.

Правовую основу регулирования указанных отношений с участием иностранных граждан составляет прежде всего Конституция РФ <*>, которая предоставляет иностранным гражданам национальный режим, кроме случаев, предусмотренных федеральным законом или международным договором (ч. 3 ст. 62). Согласно ч. 4 ст. 15 Конституции РФ, часть российской правовой системы составляют международные договоры, причем установленные ими правила имеют приоритетный характер в случае расхождения с внутренним законодательством. Эта конституционная норма воспроизведена в Семейном кодексе РФ (ст. 6) и нашла подтверждение в ч. 3 ГК РФ <**> (п. 1 ст. 1186). Более того, в соответствии с п. 1 ст. 1186 ГК РФ право, подлежащее применению к гражданско-правовым отношениям <***> с участием иностранных граждан либо осложненным иным иностранным элементом, в том числе в случаях, когда объект гражданских прав находится за границей, определяется не только на основании международных договоров Российской Федерации, самого ГК РФ и других законов, но и на основании обычаев, признаваемых в Российской Федерации. Если международный договор Российской Федерации содержит материально-правовые нормы, подлежащие применению к соответствующему отношению, определение на основе коллизионных норм права, применимого к вопросам, полностью урегулированным такими материально-правовыми нормами, исключается (п. 3 ст. 1186 ГК РФ).

--------------------------------

<*> Нечаева А.М. Указ. соч. С. 311.

<**> Собрание законодательства РФ. 2001. N 49. Ст. 4552.

<***> К которым относятся правоотношения собственности супругов.

Таким образом, коллизионные нормы, содержащиеся в российском законодательстве - Семейном кодексе и ГК РФ, применяются при отсутствии соответствующих правил в международном договоре Российской Федерации.

Рассматривая нормы международного частного права России, имеющие большое значение для

"Правоотношения собственности супругов"

регулирования отношений по поводу принадлежащего супругам имущества, необходимо остановиться на таких вопросах, как обратная отсылка и применение права страны с множественностью правовых систем. Данные вопросы урегулированы гражданским законодательством, которое может применяться к супружеским отношениям. В соответствии со ст. 1190 ГК РФ любая отсылка к иностранному праву является отсылкой к материальному, а не к коллизионному праву соответствующей страны. Только обратная отсылка к российскому праву принимается, и то лишь к статьям, определяющим правовое положение физического лица. В случае, когда подлежит применению право страны с множественностью правовых систем, определение применимой системы производится в соответствии с правом этой страны. При невозможности такого определения применяется система, с которой отношение наиболее тесно связано (ст. 1188 ГК РФ).

Советское семейное законодательство и судебная практика выражали стремление подчинить правоотношения с иностранным элементом, рассматривавшиеся советскими судами, праву своей страны, т.е. почти всегда применялся закон страны суда <*>. В разделе V КоБС коллизионные нормы отсылали, как правило, к российскому законодательству и охватывали не все отношения, регулируемые семейным законодательством. Так, в КоБС отсутствовали коллизионные нормы об имущественных правоотношениях супругов. Семейный кодекс РФ расширил коллизионное регулирование и восполнил эти пробелы. Существенно изменен подход к определению подлежащего применению права: практически во всех нормах предусмотрены отсылки, допускающие применение иностранного права в зависимости от гражданства или места жительства участника правоотношения. Учтена договорная практика России и СССР <**>. Мнение о необходимости сочетания в коллизионном праве территориального и национального принципов в регулировании семейных отношений с "иностранным элементом" было высказано в отечественной юридической литературе еще в 70-е годы прошлого века <***>.

--------------------------------

<*> Марышева Н.И. Правовая помощь по международным договорам России со странами СНГ и Балтии. М., 1994. С. 18; Матвеев Г.К. Указ. соч. С. 151.

<**> Комментарий к Семейному кодексу Российской Федерации / Под ред. И.М. Кузнецовой. С. 450 - 451 (автор - Н.И. Марышева).

<***> Матвеев Г.К. Вопросы советского коллизионного семейного права // Правоведение. 1972. N 2. С. 102.

Семейный кодекс РФ в отличие от зарубежных законодательных актов устанавливает общую коллизионную норму для личных и имущественных отношений супругов. В соответствии с п. 1 ст. 161 Семейного кодекса РФ личные неимущественные и имущественные права и обязанности супругов определяются законодательством государства, на территории которого они имеют совместное место жительства, а при отсутствии такового - законодательством государства, на территории которого они имели последнее совместное место жительства. Таким образом, применимое к отношениям супругов право определяется в Семейном кодексе РФ на основании территориального критерия (привязка lex domicilii), тогда как большинство государств континентальной Европы признает закон гражданства (национальный закон) основным критерием для выбора применимого к таким отношениям права. В комментарии к Семейному кодексу РФ высказано мнение, что коллизионная норма ст. 161 основана на предположении о наиболее тесной связи отношений супругов с правом того государства, где "протекает брак" <*>. Не вызывает сомнений, что принцип наиболее тесной связи является принципом российского международного частного права, как и международного частного права других европейских государств. Тем более что применительно к гражданско-правовым отношениям, а значит, и к отношениям по поводу принадлежащего супругам имущества данный принцип получил закрепление в ГК РФ (п. 2 ст. 1186). Целесообразность привязки к закону совместного места жительства супругов можно, однако, оспорить, поскольку личные и имущественные отношения проживающих в России супругов-иностранцев, имеющих или недавно имевших общее гражданство, связаны с правом страны их гражданства не менее тесно, чем с российским правом, особенно при наличии у них имущества в стране их общего гражданства.

--------------------------------

<*> Комментарий к Семейному кодексу Российской Федерации / Под ред. И.М. Кузнецовой. С. 470 (автор - Н.И. Марышева).

Пункт 1 ст. 161 Семейного кодекса РФ устанавливает дополнительную коллизионную норму на случай,

"Правоотношения собственности супругов"

когда супруги не имеют и никогда не имели совместного места жительства. В этом случае их права и обязанности определяются на территории Российской Федерации законодательством Российской Федерации. Это положение также представляется нецелесообразным при наличии у супругов общего гражданства.

Необходимость изменения указанных норм - отхода от территориального критерия и учета критерия национального, хотя бы применительно к правоотношениям собственности супругов, вытекает также из положений ГК РФ. Статья 1195 вводит в отечественное законодательство понятие личного закона физического лица и устанавливает, что личным законом физического лица считается право страны, гражданство которой это лицо имеет (п. 1). Если лицо наряду с российским гражданством имеет и иностранное, его личным законом является российское право (п. 2). Российское право признается личным законом также иностранного гражданина, имеющего место жительства в Российской Федерации (п. 3). Наконец, при наличии у лица нескольких иностранных гражданств его личным законом считается право страны, в которой это лицо имеет место жительства (п. 4). Таким образом, ГК РФ отдает предпочтение привязке lex patriae, посему представляется логичным, чтобы правоотношения собственности супругов, гражданско-правовые по своей юридической природе, регулировались в первую очередь на основании национального критерия, а потом уже - территориального.

Действующее российское законодательство предоставляет супругам возможность выбора права, подлежащего применению к их отношениям собственности.

В соответствии с п. 2 ст. 161 Семейного кодекса РФ при заключении брачного договора супруги, не имеющие общего гражданства или совместного места жительства, могут избрать законодательство, подлежащее применению для определения их прав и обязанностей по брачному договору. В случае если супруги не сделали такого выбора, к брачному договору применяются положения п. 1 ст. 161, т.е. применяется законодательство государства, на территории которого супруги имеют совместное место жительства либо имели последнее совместное место жительства, а при отсутствии такового - законодательство Российской Федерации на территории Российской Федерации.

Следует подчеркнуть, что право выбора принадлежит не всем супружеским парам, а лишь тем, которые не имеют общего гражданства или совместного места жительства <*>. Таким образом, Семейный кодекс РФ, как и некоторые зарубежные законодательные акты, например ГГУ, соответствующие коллизионные нормы которого рассмотрены выше, ограничивает круг супругов, которые могут выбирать применимое к их отношениям право.

--------------------------------

<*> Комментарий к Семейному кодексу Российской Федерации / Под ред. И.М. Кузнецовой. С. 472 (автор - Н.И. Марышева).

Выбор права возможен при наличии одного из двух условий: супруги либо являются гражданами разных государств, либо не имеют совместного места жительства. Устанавливая условия, при которых возможен выбор права, Семейный кодекс РФ вместе с тем не ограничивает выбор супругов правом какой-либо определенной страны, в отличие, например, от рассмотренных выше норм ГГУ. В Семейном кодексе РФ не указаны критерии, по которым супруги могут выбирать применимое право: право страны гражданства одного из них, право страны, где находится имущество, и т.д. С одной стороны, это необходимо оценить положительно, как предоставление супругам большой свободы. С другой стороны, перед супругами открывается возможность выбора права, с которым их отношения не имеют никакой связи. Скажем, постоянно проживающие в России и занимающиеся здесь предпринимательской деятельностью муж-немец и жена-голландка могут подчинить свои права и обязанности в отношении имущества праву Исламской Республики Иран. В этой связи представляется оправданным все же установить рамки для выбора супругами применимого права, предложив им выбирать между законодательством страны гражданства или места жительства одного из них либо места нахождения имущества.

Семейный кодекс РФ не устанавливает форму избрания супругами применимого права. Отмечается только, что такой выбор должен осуществляться при заключении брачного договора. Следовательно, здесь действуют коллизионные правила о форме сделки, установленные ст. 1209 ГК РФ. В силу этого, если выбор применимого права осуществляется на территории России, он должен быть совершен в письменной форме и нотариально удостоверен. Такой вывод логично вытекает из положения о возможности выбора лишь при заключении брачного договора. Если же выбор законодательства осуществляется за пределами России, необходимо соблюсти требования государства, на территории которого он совершается. При этом совершенный

"Правоотношения собственности супругов"

за границей выбор не может быть признан недействительным вследствие несоблюдения формы, если соблюдены требования российского права. Очевидно, следует применять и коллизионную норму данной статьи о подчинении формы сделок по поводу недвижимого имущества праву страны, где находится это имущество, а в отношении имущества, внесенного в государственный реестр в России, - российскому праву. Поскольку форма избрания супругами применимого права законодательством четко не установлена, соглашение супругов о выборе применимого права может быть включено в текст брачного договора либо оформлено отдельным документом, с учетом указанных норм о форме сделки <*>. Вместе с тем формулировку п. 2 ст. 161 Семейного кодекса РФ "при заключении брачного договора" следует толковать как указание на то, что для выбора права должен иметь место сам брачный договор, независимо от того, включен ли выбор права в его текст или совершен путем составления отдельного документа. В противном случае, т.е. при отсутствии брачного договора, отдельный документ, в котором зафиксировано избрание супругами права, должен признаваться недействительным.

--------------------------------

<*> Подобное утверждение, только в категоричной форме, высказано в литературе: Комментарий к Семейному кодексу Российской Федерации / Под ред. И.М. Кузнецовой. С. 473. (автор - Н.И. Марышева).

Н.И. Марышева подчеркивает, что ст. 161 допускает выбор права только в отношении имущественных прав и обязанностей супругов и не предусматривает возможность выбирать право, регулирующее личные отношения между супругами <*>. Однако такое толкование не вызывает сомнений, если учитывать только российскую трактовку содержания брачного договора. Как уже отмечалось в настоящей работе, согласно отечественному законодательству брачный договор не может регулировать личные неимущественные отношения между супругами. В то же время ст. 161 Семейного кодекса РФ закрепляет правило, в соответствии с которым "супруги могут избрать законодательство, подлежащее применению для определения их прав и обязанностей по брачному договору"; нет упоминания об имущественном характере таких прав и обязанностей. При этом в настоящей работе отмечено, что законодательство ряда стран допускает определение в брачном договоре личных прав и обязанностей. Поэтому представляется, что в соответствии с действующим российским законодательством супруги вправе включить в брачный договор обязательства личного характера, если при заключении брачного договора супруги установили, что к их правам и обязанностям по брачному договору должно применяться иностранное законодательство, которое допускает регулирование брачным договором личных супружеских отношений. Если же супруги, имеющие разное гражданство или проживающие в разных странах, включат в брачный договор в соответствии с избранным ими при его заключении иностранным правом обязательства личного характера, противоречащие основным началам российского семейного законодательства, российский суд может не применять в этой части избранное сторонами право на основании оговорки о публичном порядке.

--------------------------------

<*> Там же. С. 472 - 473.

Российское коллизионное право, как и право других государств, содержит оговорку о публичном порядке (ст. 167 Семейного кодекса, ст. 1193 ГК РФ), распространяющуюся, разумеется, и на правоотношения собственности супругов. Нормы иностранного права <*> не применяются в случае <**>, если такое применение (по ст. 1193 ГК РФ - последствия применения) противоречило бы основам правопорядка (публичному порядку) Российской Федерации. В этом случае применяется законодательство Российской Федерации (по ст. 1193 ГК РФ - при необходимости применяется соответствующая норма российского права). Основы правопорядка применительно к семейным отношениям закреплены в Конституции РФ, ст. 1 Семейного кодекса. Применительно к правоотношениям собственности супругов основами правопорядка можно назвать также основные начала гражданского законодательства, закрепленные в ст. 1 ГК РФ. Необходимо подчеркнуть, что в ст. 167 Семейного кодекса РФ речь идет о противоречии российскому публичному порядку не самого иностранного семейного права, а его возможного применения. Статья 1193 ГК РФ и вовсе ограничивается указанием на противоречие последствий применения, что представляется более точным и соответствующим смыслу данных норм. Так, нормы иностранного права, разрешающие полигамные браки, противоречат основам семейного права Российской Федерации; но если один из супругов-иностранцев, заключивших полигамный брак на территории государства мусульманской правовой системы с соблюдением законодательства этого государства, потребует от другого супруга раздела имущества в соответствии с правом этого государства и к праву этого государства отсылает коллизионная норма ст. 161 Семейного кодекса РФ, то российский суд будет

"Правоотношения собственности супругов"

не вправе не применять закон мусульманской страны только вследствие полигамии.

--------------------------------

<*> Статья 167 Семейного кодекса упоминает только иностранное семейное право, тогда как ст. 1193 ГК РФ - иностранное право вообще.

<**> В статье 1193 ГК РФ такие случаи названы исключительными.

Коллизионные вопросы правоотношений собственности супругов отражены в ряде международных договоров о правовой помощи, заключенных СССР и действующих для России. Это договоры с Болгарией, Венгрией, Вьетнамом, Кубой, Монголией <1>, а также договор с Чехословакией, действующий в отношениях между Россией и Чехией и Словакией <2>. Как уже отмечалось, установления международных договоров, отличные от норм внутреннего законодательства, носят приоритетный характер. Положения этих договоров о правоотношениях супругов отличаются от российских внутренних коллизионных норм: они построены на сочетании национального и территориального принципов <3>. В договорах о правовой помощи с бывшими социалистическими странами, как и во внутреннем законодательстве Российской Федерации, устанавливается общая коллизионная норма для личных и имущественных отношений супругов. Согласно договору с Венгрией <4>, личные и имущественные правоотношения супругов определяются законодательством Договаривающейся Стороны, на территории которой они имеют совместное место жительства. В тех случаях, когда супруги проживают в разных странах (один - на территории одной Договаривающейся Стороны, а второй - на территории другой Договаривающейся Стороны), но имеют общее гражданство, их личные и имущественные права и обязанности подчиняются закону страны их гражданства - национальному закону. При отсутствии общего домицилия и при разном гражданстве супругов применению подлежит законодательство той страны, на территории которой они имели последнее совместное место жительства <5>. Аналогичным образом регулирует личные и имущественные отношения супругов договор с Болгарией <6>. Договоры с Вьетнамом, Кубой, Монголией и Чехословакией (теперь - Чехией и Словакией) содержат дополнительную коллизионную норму на случай, если супруги никогда не имели совместного местожительства. В этом случае применяется законодательство Договаривающейся Стороны, в суд которой предъявлен иск <7>.

--------------------------------

<1> Нечаева А.М. Указ. соч. С. 38, 315.

<2> По данным Справочной правовой системы "КонсультантПлюс".

<3> Матвеев Г.К. Советское семейное право. М., 1985. С. 137 - 138.

<4> Договор между СССР и Венгерской Народной Республикой об оказании правовой помощи по гражданским, семейным и уголовным делам от 15 июля 1958 г. (Ведомости Верховного Совета СССР. 1958. N 35. Ст. 423), ратифицирован СССР Указом Президиума Верховного Совета СССР от 5 ноября 1958 г. (Ведомости Верховного Совета СССР. 1958. N 31. Ст. 393).

<5> Комментарий к Семейному кодексу Российской Федерации / Под ред. И.М. Кузнецовой. С. 475 (автор - Н.И. Марышева); Матвеев Г.К. Указ. соч. С. 138.

<6> Матвеев Г.К. Указ. соч. С. 138. Договор между СССР и Народной Республикой Болгарией о правовой помощи по гражданским, семейным и уголовным делам от 19 февраля 1975 г. (Ведомости Верховного Совета

СССР. 1976. N 8. Ст. 133), ратифицирован СССР Указом Президиума Верховного Совета СССР от 18 ноября 1975 г. (Ведомости Верховного Совета СССР. 1976. N 8. Ст. 133).

<5> Договор между СССР и Социалистической Республикой Вьетнам о правовой помощи по гражданским, семейным и уголовным делам от 10 декабря 1981 г. (Ведомости Верховного Совета СССР. 1982. N 44. Ст. 827), ратифицирован СССР Указом Президиума Верховного Совета СССР от 10 июня 1982 г. (Ведомости Верховного Совета СССР. 1982. N 24. Ст. 434). Договор между СССР и Республикой Куба о правовой помощи по гражданским, семейным и уголовным делам от 28 ноября 1984 г. (Ведомости Верховного Совета СССР. 1986. N 36. Ст. 743), ратифицирован СССР Указом Президиума Верховного Совета СССР от 29 апреля 1986 г. (Ведомости Верховного Совета СССР. 1986. N 29. Ст. 311). Договор между СССР и Монгольской Народной Республикой о взаимном оказании правовой помощи по гражданским, семейным и уголовным делам от 23 сентября 1988 г. (Ведомости Съезда народных депутатов СССР и Верховного Совета СССР. 1991. N 2. Ст. 56),

"Правоотношения собственности супругов"

ратифицирован СССР Постановлением Верховного Совета СССР от 23 мая 1990 г. (Ведомости Съезда народных депутатов и Верховного Совета СССР. 1990. N 23. Ст. 430). Договор между СССР и Чехословацкой Социалистической Республикой о правовой помощи и правовых отношениях по гражданским, семейным и уголовным делам от 12 августа 1982 г. (Ведомости Верховного Совета СССР. 1983. N 29. Ст. 451), ратифицирован СССР Указом Президиума Верховного Совета СССР от 25 марта 1983 г. (Ведомости Верховного Совета СССР. 1983. N 14. Ст. 213).

Необходимо иметь в виду, что в настоящее время Российская Федерация заключила новые договоры о правовой помощи с Вьетнамом, Кубой и Монголией, причем последний не содержит норм о семейных отношениях, о правах и обязанностях супругов. А договор с Вьетнамом в случае разного гражданства мужа и жены, постоянно проживающих на территориях разных Договаривающихся Сторон, отсылает сразу к закону страны, суд которой рассматривает дело, не принимая во внимание наличие последнего совместного местожительства. Пока эти договоры в силу не вступили и официально не опубликованы (по данным Справочной правовой системы "КонсультантПлюс").

Несколько по-иному решаются вопросы супружеских правоотношений в Договоре между Российской Федерацией и Республикой Польша о правовой помощи и правовых отношениях по гражданским и уголовным делам от 16 сентября 1996 г., вступившем в силу 18 января 2002 г. <*> (ратифицирован Российской Федерацией Федеральным законом от 13 июля 2001 г. N 96-ФЗ <**>). Он, так же как и вышеперечисленные договоры, предусматривает общую коллизионную норму для личных и имущественных отношений супругов, построенную на сочетании национального и территориального принципов. Но имеются и существенные отличия. Согласно данному Договору личные и имущественные отношения супругов определяются законодательством Договаривающейся Стороны, на территории которой они имеют местожительство. Если один из супругов проживает на территории одной, а второй - на территории другой Договаривающейся Стороны, их отношения определяются законодательством Договаривающейся Стороны, гражданами которой являются супруги. При разном гражданстве применяется законодательство Договаривающейся Стороны, суд которой рассматривает дело.

--------------------------------

<*> Собрание законодательства РФ. 2002. N 7. Ст. 634.

<**> Собрание законодательства РФ. 2001. N 29. Ст. 2951.

Правоотношения собственности супругов регулируются также Конвенцией стран СНГ о правовой помощи и правовых отношениях по гражданским, семейным и уголовным делам, подписанной в Минске 22 января 1993 г. <*> (ратифицирована Российской Федерацией Федеральным законом от 4 августа 1994 г. N 16-ФЗ <**>). Конвенция подписана и ратифицирована Арменией, Белоруссией, Казахстаном, Кыргызстаном, Молдавией, Россией, Таджикистаном, Туркменистаном, Узбекистаном, Украиной; к ней присоединились Азербайджан и Грузия. При выборе коллизионных привязок Конвенция учитывает внутреннее законодательство стран-участниц, а также многолетнюю практику решения коллизионных вопросов на основе договоров СССР <***>. Основной коллизионной привязкой по делам о правоотношениях супругов является привязка к закону места жительства; дополнительно применяется привязка к закону страны гражданства. Правоотношениям супругов посвящена ст. 27 Конвенции, которая устанавливает следующие коллизионные правила.

--------------------------------

<*> Бюллетень международных договоров. 1995. N 2.

<**> Собрание законодательства РФ. 1994. N 15. Ст. 1684.

<***> Марышева Н.И. Правовая помощь по международным договорам России со странами СНГ и Балтии.

С. 12.

1.Личные и имущественные правоотношения супругов определяются по законодательству Договаривающейся Стороны, на территории которой они имеют совместное местожительство (п. 1).

2.Если один из супругов проживает на территории одной Договаривающейся Стороны, а второй - на территории другой Договаривающейся Стороны и при этом оба супруга имеют одно и то же гражданство, то их

"Правоотношения собственности супругов"

личные и имущественные правоотношения определяются по законодательству той Договаривающейся Стороны, гражданами которой они являются (п. 2).

3.Если один из супругов является гражданином одной Договаривающейся Стороны, а второй - другой Договаривающейся Стороны и один из них проживает на территории одной, а второй - на территории другой Договаривающейся Стороны, то их личные и имущественные правоотношения определяются по законодательству Договаривающейся Стороны, на территории которой они имели свое последнее совместное местожительство (п. 3).

4.Если лица, указанные в п. 3 ст. 27, не имели совместного места жительства на территориях Договаривающихся Сторон, применяется законодательство Договаривающейся Стороны, учреждение которой рассматривает дело (п. 4).

5.Правоотношения супругов, касающиеся их недвижимого имущества, определяются по законодательству той Договаривающейся Стороны, на территории которой находится это имущество (п. 5).

Согласно ст. 82 Конвенции она не затрагивает положений других международных договоров, участниками которых являются Договаривающиеся Стороны. Так, Россией заключены двухсторонние Договоры о правовой помощи и правовых отношениях по гражданским, семейным и уголовным делам как с государствами, подписавшими Конвенцию, так и с не участвующими в ней странами, в том числе с бывшими союзными республиками, не входящими в СНГ: Азербайджаном <1> (ратифицирован Российской Федерацией Федеральным законом от 4 августа 1994 г. N 15-ФЗ <2>), Кыргызстаном <3> (ратифицирован Российской Федерацией Постановлением Верховного Совета РФ от 14 января 1993 г. N 4294-1 <4>), Латвией <5> (ратифицирован Российской Федерацией Федеральным законом от 17 декабря 1994 г. N 66-ФЗ <6>), Литвой <7> (ратифицирован Российской Федерацией Федеральным законом от 10 августа 1994 г. N 24-ФЗ <8>), Молдовой <9> (ратифицирован Российской Федерацией Федеральным законом от 4 августа 1994 г. N 14-ФЗ <10>), Эстонией <11> (ратифицирован Российской Федерацией Федеральным законом от 5 августа 1994 г. N 20-ФЗ <12>).

--------------------------------

<1> Собрание законодательства РФ. 1995. N 18. Ст. 1598.

<2> Собрание законодательства РФ. 1994. N 15. Ст. 1683.

<3> Бюллетень международных договоров. 1995. N 3.

<4> Ведомости Съезда народных депутатов РФ и Верховного Совета РФ. 1993. N 5. Ст. 156.

<5> Собрание законодательства РФ. 1995. N 21. Ст. 1932.

<6> Собрание законодательства РФ. 1994. N 34. Ст. 3546.

<7> Собрание законодательства РФ. 1995. N 19. Ст. 1712.

<8> Собрание законодательства РФ. 1994. N 16. Ст. 1862.

<9> Собрание законодательства РФ. 1995. N 20. Ст. 1766.

<10> Собрание законодательства РФ. 1994. N 15. Ст. 1682.

<11> Собрание законодательства РФ. 1998. N 2. Ст. 229.

<12> Собрание законодательства РФ. 1994. N 15. Ст. 1688.

В большинстве случаев положения этих договоров совпадают с соответствующими правилами Конвенции. Вместе с тем Конвенция содержит больше коллизионных норм в области правоотношений собственности супругов. Ни один из указанных двусторонних Договоров о правовой помощи не содержит отдельной коллизионной нормы об определении правоотношений супругов по поводу их недвижимого имущества (п. 5 ст.

"Правоотношения собственности супругов"

27 Конвенции). Правда, данные договоры, как и Конвенция, устанавливают, что право собственности на недвижимое имущество определяется по законодательству Договаривающейся Стороны, на территории которой это имущество находится (ст. 38 Конвенции, ст. 38 каждого указанного Договора).

Все названные Договоры имеют в своей основе как бы общий "типовой договор" <*>. Статья 27 "Личные и имущественные правоотношения супругов" каждого из названных Договоров повторяет положения п. п. 1 - 3 ст. 27 Конвенции: предпочтение отдается законодательству страны совместного местожительства супругов, при его отсутствии применяется закон страны общего гражданства супругов, а при разном гражданстве и отсутствии совместного места жительства правоотношения супругов определяются законодательством государства, на территории которого они имели свое последнее совместное местожительство. Но только в Договорах с Кыргызстаном, Молдовой, Азербайджаном и Эстонией ст. 27 содержит п. 4, аналогичный норме Конвенции (п. 4 ст. 27), определяющий правоотношения супругов, не имевших совместного местожительства на территориях Договаривающихся Сторон, по закону страны суда. Видимо, в отношениях между РФ и остальными странами-участницами Конвенции, кроме указанных четырех, для соответствующих случаев должно применяться положение самой Конвенции, поскольку вопрос не урегулирован в Договорах.

--------------------------------

<*> Марышева Н.И. Указ. соч. С. 28.

Рассмотрение положений Конвенции стран СНГ от 22 января 1993 г. и двухсторонних Договоров России с государствами СНГ и Балтии о правоотношениях собственности супругов позволяет сделать вывод, что Конвенция и Договоры построены по следующей системе: основная привязка lex domicilii, общая коллизионная норма для личных и имущественных правоотношений супругов, отдельное регулирование отношений по поводу недвижимого имущества, что отражает недавно воспринятое законодательством России детальное регламентирование прав на недвижимость. Вместе с тем Конвенция и Договоры приближают регулирование к нормам, закрепленным в договорах о правовой помощи с государствами "дальнего зарубежья": сочетание территориального принципа с национальным, приоритет закона гражданства над законом последнего совместного местожительства. Конвенция и Договоры со странами СНГ и Прибалтики являются международными договорами, и их нормы имеют преимущество перед нормами внутреннего законодательства в случае их расхождения, в том числе, как отмечено выше, перед коллизионными нормами, установленными Семейным кодексом РФ.

Следует иметь в виду, что 7 октября 2002 г. в Кишиневе была подписана новая Конвенция о правовой помощи и правовых отношениях по гражданским, семейным и уголовным делам <*>, которая, возможно, со временем заменит Минскую конвенцию. Договаривающиеся Стороны новой Конвенции - Азербайджан, Армения, Беларусь, Грузия, Казахстан, Кыргызстан, Молдова, Россия, Таджикистан, Узбекистан. В настоящее время данная Конвенция не ратифицирована Россией и в силу не вступила, поскольку для ее вступления в силу необходима сдача депозитарию трех ратификационных грамот, что пока еще сделано не было. Правоотношениям супругов посвящена ст. 30 данной Конвенции, которая воспроизводит положения ст. 27 Конвенции 1993 г.

--------------------------------

<*> Официально не опубликована (по данным Справочно-правовой системы "КонсультантПлюс").

При применении всех вышеуказанных договоров, как с бывшими союзными республиками, так и с государствами "дальнего зарубежья", могут возникнуть сложности в ситуации, когда договор о правовой помощи предписывает применение к супружеским отношениям законодательства одной страны, а супруги избрали право другой. Как отмечает Н.И. Марышева, по-видимому, поскольку правило договора сформулировано вполне определенно и не допускает изъятий на основании соглашения сторон, применению подлежит законодательство, определяемое в соответствии с договором о правовой помощи <*>. С этим мнением можно не согласиться. Законодательство Российской Федерации, как и право большинства других стран, в том числе тех, с которыми у России имеются договоры, допускают регулирование самими супругами своих отношений посредством заключения брачных договоров <**>. Исключением, может быть, являются те государства, которые остались верны социалистическим принципам. Поэтому представляется, что в большинстве случаев должно применяться право, избранное супругами, при условии, разумеется, что выбор осуществлен надлежащим образом. Иными словами, если договор о правовой помощи предписывает применение закона одной Договаривающейся Стороны, а брачный договор, признаваемый в соответствии с установленными в ней