§ 18. Это удивление Это удивление заставляет ее сильнее почувствовать разницу придает между ее состояниями. Чем более резок переход от одних к другим,

больше активности тем больше ее удивление и тем больше ее пора­жает контраст

операциям души между сопровождающими их удовольствиями и страданиями. Если ее внимание детерминиро­вано удовольствиями и страданиями, которые чувствуются силь­нее, то оно устремляется с большей энергией на все ощущения, последовательно сменяющие друг друга. Она тщательнее сравни­вает их и поэтому лучше судит об отношениях между ними. Таким образом, удивление усиливает активность операций ее души. Но так как оно усиливает ее лишь благодаря тому, что делает более заметной противоположность между приятным и неприятным ощу­щениями, то первоисточником способностей статуи всегда оказы­ваются удовольствие и страдание.

§ 19. Идеи, сохраняющиеся Если все запахи одинаково привлекают ее внимание, то

в памяти они сохранятся в ее памяти в соответствии с тем порядком, в котором они сменяли друг друга, и благодаря этому окажутся связанными между собой.

Если ряд их очень велик, то впечатление от последних, как более свежее, окажется более сильным, а впечатление от первых незаметно ослабнет и под конец совсем исчезнет; все будет иметь такой вид, как если бы их вовсе не было.

Но те запахи, которые привлекли к себе лишь слабое внимание, не оставят после себя никакого следа и тотчас же будут забыты.

Наконец, те запахи, которые произведут особенно сильное впечатление на статую, всплывут в ее памяти с большей яр­костью и поглотят ее настолько, что смогут заставить ее за­быть другие ощущения.

§ 20. Связь этих идей. Таким образом, память — это ряд идей, образующих как бы некоторую цепь. Эта связь дает возможность переходить от одной идеи к другой и вспоминать самые отдаленные из них. Следовательно, мы вспоминаем о ка­кой-нибудь идее, которую имели когда-то раньше, лишь потому, что пробегаем с большей или меньшей быстротой весь ряд промежуточных идей.

§ 21. Удовольствие Когда наша статуя испытывает второе ощущение, память ее не

руководит памятью имеет никакого выбора: она может вспомнить лишь первое ощущение, причем она будет действовать с большей или меньшей силой в зависимости от остроты удовольствия и страдания.

Но если статуя истытала ряд модификаций, то, сохраняя воспоминание о большом числе их, она охотнее станет вспоми­нать о тех из них, которые могут больше содействовать ее счастью, быстро минуя прочие или же останавливаясь на них только вопре­ки своему желанию.

Чтобы понять все значение этой истины, надо определить раз­личные степени удовольствия и страдания, которые мы способны переживать, а также привести вытекающие из этого сравнения.

§ 22. Два вида Удовольствия и страдания бывают двух видов. Одни относятся

удовольствий главным образом к телу — это чувственные удовольствия;

и страданий другие сохраняются в памяти и во всех способностях души — это интеллектуальные, или духовные, удовольствия. Но статуя не способна заметить это различие.

Это неведение избавляет ее от одной ошибки, которой нам трудно избегнуть; действительно, эти ощущения не отличаются друг от друга так резко, как мы воображаем. На самом деле все они интеллектуальны, или духовны, потому что ведь ощущает, собственно, только душа. Но, с другой стороны, все они, если угодно, в известном смысле чувственны, или телесны, ибо тело есть единственная окказиональная причина ощущений.

Мы делим их на два вида лишь в зависимости от их отноше­ния к телесным или душевным способностям.

§ 23. Различные степени Удовольствие может постепенно уменьшаться или того и другого увеличиваться; уменьшаясь, оно стремится к исчезновению и исчезает вместе с ощущением; наоборот, увеличиваясь, оно может дойти до страда­ния, ибо раздражение становится слишком сильным для органа чувства. Таким образом, удовольствие имеет две границы; нижняя находится там, где ощущение начинается с минимальной силой,— это первый шаг от небытия к ощущению; верхняя граница находится там, где ощущение не может больше усиливаться, не переставая быть приятным,— это наиболее близкое к страданию состояние.

Впечатление от слабого удовольствия кажется сосредоточен­ным в органе чувства, передающем его душе. Но если оно обла­дает некоторой степенью яркости, то оно сопровождается эмоцией, распространяющейся по всему телу. Эта эмоция — факт, в котором наш опыт не позволяет сомневаться.

Страдание также может усиливаться или уменьшаться. Уси­ливаясь, оно стремится к полному разрушению животного; умень­шаясь же, оно в отличие от удовольствия не стремится к отсутст­вию всякого ощущения; наоборот, момент окончания его всегда приятен.

§ 24. Безразличное Среди этих различных степеней ощущения невозможно найти состояние существует безразличного состояния; каким бы слабым ни было первое лишь в результате ощущение, статуя при этом необходимо должна чувство­вать сравнения себя хорошо или плохо. Но, испытав последовательно, друг за другом самые острые страдания и самые яркие удовольствия, она будет считать безразличными, или перестанет считать прият­ными или неприятными, более слабые ощущения, которые она сравнит с более сильными.

Таким образом, мы можем предположить, что статуя обладает приятными и неприятными состояниями различной интенсивности, а также состояниями, которые она считает безразличными.