Понятие и признаки преступления в уголовном праве Японии

Японское уголовное законодательство не включает в себя понятие «преступление», оно существует только на теоретическом уровне, так как в уголовном кодексе не прописано законодательное определение. Если говорить о теоретическом понимании преступления, то его представляют, прежде всего, как деяние. Оно является предпосылкой для рассмотрения признаков преступления. К обязательным условиям деяния японские правоведы причисляют осознанность человека во время совершения преступления, то есть способность понимать последствия правонарушения, а также возможность выбора в отношении такого поведения.

Проанализировав уголовный кодекс Японии и содержания норм статей, можно сделать вывод, что деяние включает в себя как активное поведение субъекта- действие «сакуи», так и пассивное поведение- бездействие «фусакуи». Примером служат статья 199 УК убийство, статья 235 УК кража, преступления, попадающие под нормы данных статей, совершаются действием, то есть активным поведением. Глава 30 УК предусматривает преступления, совершенные из-за бездействия и пассивного поведения субъекта, в данном случае оставление на произвол судьбы.

«Никто не несет ответственность за мысли.» - данное выражение впервые были употреблено в Дигестах Юстиниана, с тех пор его считают фундаментальным положением римского права. Это нашло отражение и в уголовном праве Японии: преступные мысли, настроения, замысел совершить преступление влекут за собой уголовную ответственность. Также преступными действиями не считаются те, которые были совершены рефлекторно или инстинктивно.

Статья 35 УК гласит о том, что действие, совершенное в соответствии с законодательством либо в осуществлении правомерного наказания, ненаказуемо. Для того чтобы установить в деянии признаков противоправности, необходимо его попадание под условия состава преступления. Условия состава преступления «хандзай косэй ёкэн» представляют собой комплекс объективных и субъективных признаков, установленных уголовным законодательством. Помимо этого, для признания деяния противозаконным требуется, чтобы в нем отсутствовали основания, которые исключают уголовную ответственность. О данных основаниях говорится в ст. 36 УК «Правомерная оборона и превышение ее пределов» и в ст. 37 УК «Крайне необходимые действия для избегания опасности и превышения ее пределов». Признак «эй ёкэн косгайтосэй» соответствие условиям состава преступления неразрывно связан с противозаконностью деяния. Законодательного определения состава преступления в Японии нет, однако вместо него японская уголовно-правовая доктрина выделяет объективные и субъективные элементы.

В объективные элементы входят объективная сторона посягательства и его объект. Объективная сторона в соответствии с УК включает в себя деяние в качестве элемента противоправного поведения личности, а также его последствий, причин и дополнительных признаков таких, как место, время, орудие и обстановка совершения преступления). В свою очередь, объект преступления представляет собой охраняемый законом интерес, то есть благо, на которое покушается лицо. Данные элементы содержатся в диспозициях УК и законов, связанных с уголовным законодательством, Японии. В число субъективных элементов включаются субъективная сторона посягательства, а также его субъект. Субъектом преступления по уголовному законодательству считается вменяемое лицо, достигшее возраста 14 лет, совершившее противозаконное деяние и способное нести наказание за его последствия (ст41 УК). Лица младше 14 лет, совершившие правонарушающие деяния, а также являющиеся психически нездоровыми не подлежат уголовной ответственность.

Одной из особенностью японского уголовного права является то, что возраст преступника не регламентируется в уголовном кодексе, он содержится в специальном Законе о несовершеннолетних 1948 года. Этот закон запрещает применение карательных уголовных мер к лицам младше 16 лет, а к лицам от 16 до 20 лет могут применены лишь те наказания, которые несут за собой смертную казнь или лишение свободы. Японскими юристами, правоведами отмечается, что лицо, совершившее противоправное деяние, подвергается наказанию лишь тогда, когда признается его способность отличать хорошее от плохого, действовать на основе данной оценки. Если же данной способностью человек не обладает, то и нести уголовную ответственность он не может «сэкинен мунорёку ся», а если лицо обладает очень низкой способностью отличать добро от зла, нравственностью, то его называют «гэнтэй сэкинен норёку ся», что означает «частично способный нести ответственность».

Японские ученые выделяют также вменяемость лица как отдельный элемент способности лица нести уголовную ответственность. Статья 39 УК Японии содержит в себе два умственных состояния человека, которые влияют на уголовную ответственность:

1. Психическая ненормальность. Данное состояние является условием исключения уголовной ответственности. К данному типу в Японии относят множество заболеваний: шизофрения, психоз, эпилепсия, патологический аффект, сомнамбулизм (лунатизм), даже состояния сильнейшего алкогольного и наркотического опьянения.

2. Слабоумие-оно является смягчающим обстоятельством. Данное заболевание оценивается как психическое расстройство, которое снижает способность лица оценивать свои поступки, осознавать содеянное, понимать нормы права и действовать в соответствии с уголовным законодательством.

Эти состояния правоведы характеризуют как особое состояние лица, из-за которого человек становится неспособным управлять собой и своими действиями, перестает осознавать последствия своих поступков. Существует понятие «ограниченной вменяемости», которое рассматривается в японской уголовно-правовой доктрине. Данный диагноз не является оправданием приговора, однако возможно его смягчение. Применение мер медицинского характера имеет свои специфические черты: то них говорится в специальном законе от 1950 года Закон о психической гигиене, согласно которому люди, попадающие под вышесказанные категории, могут быть помещены в психбольницы.

Отличительной чертой в уголовном праве Японии является наличие специального субъекта – лица, совершившего преступление, которое наряду с общими признаками (физическое лицо, достижение возраста уголовной ответственности, вменяемость) обладает некоторыми дополнительными, с наличием которых связывается наступление уголовной ответственности. В японском уголовном праве, как и в уголовном праве других государств, существует два основных способа указания на совершение преступления специальным субъектом – прямое и косвенное – посредством перечисления определенных функций субъекта или иным образом. Первое встречается чаще. В УК содержится прямое указание на совершение деяния такими лицами, как:

• – заключенный под стражу (ст. 97, 98);

• – охранник или конвоир заключенных под стражу (ст. 101);

• – врач, аптекарь, фармацевт, акушерка, адвокат, защитник, нотариус, лица, выполняющие религиозные обряды (ст. 134);

• – сотрудник таможенной службы (ст. 138);

• – публичное должностное лицо (ст. 156);

• – свидетель (ст. 169);

• – эксперт, переводчик (ст. 171);

• – судья, прокурор, полицейский (ст. 194, 195);

• – беременная женщина (ст. 212);

• – лицо, обязанное заботиться о престарелом, малолетнем, инвалиде или больном человеке (ст. 218).

Косвенное указание на специального субъекта содержится в следующих случаях:

• – лицо мужского пола (ст. 177, 182, 184, 241);

• – лицо, выполняющее профессиональные обязанности (ст. 253).

Уголовно-правовое значение специального субъекта состоит в том, что отсутствие такого признака влечет ненаказуемость лица либо его наказание осуществляется по другой норме УК или иного уголовного закона.

Уголовное право четко регламентирует и второй субъективный элемент- субъективную сторону. Она показывает психологическое состояние человека, совершающего противозаконное деяние, выраженное в форме умысла или неосторожности. Статья 28 УК запрещает использование наказания как меры пресечения за преступления, которые были совершены без умысла и неосторожности, то есть случайно. Еще одним важным условием является «возможность расчета», то есть в момент преступления у лица должен быть выбор: поступать правильно, согласно закону, или неправомерно. Также субъективная сторона неразрывно связана с таким понятием, как «сэкинин», что означает ответственность. Уголовная ответственность играет большую роль в осуществлении уголовной политики Японии. Она выполняет превентивную функцию для остальных людей, так как люди под угрозой наказания не станут совершать противоправные деяния. Большое значение в изучении данного признака противоправности придается вопросу о возможности юридического порицания. Порицаемым признается волевое решение субъекта совершить преступление. Если даже деяние подпадает под все признаки противозаконности и под состав преступления, преступление еще не образуется. Это происходит, когда появляется возможность порицания преступника за совершенное деяние. Данная возможность и называется ответственностью. Юридическое порицание выражается только в тех случаях, когда:

1. Есть признаки и условия для возложения уголовной ответственности на субъекта;

2. Существовали умысел или неосторожность.

Статья 43 УК «Покушение на преступление» включает в себя определение понятия «покушения» и добровольного отказа. Если лицо приступило к совершению противозаконного деяния, но не завершило его, то наказание за преступление может быть смягчено. Важным условием здесь является добровольно ли человек не завершил начатое: если добровольно, то наказание смягчается вплоть до его исключения. Случаи наказания за покушение на преступление регламентированы статьей 44.

Еще одним немаловажным признаком противоправности «ихо, ихосэй» является виновность, вина. Насколько человек осознает свою вину, его внутреннее отношение к содеянному и отношение к последствиям своего преступления определяют и степень наказания.  

Уголовное право Японии знает 2 вида соучастия: «добровольное соучастие» (нинъитэки кёхан) и «обязательное соучастие» (хицуётэки кёхан). Ко второму относятся случаи, когда преступление не может быть совершенно кроме, как в соучастии. В «добровольном соучастии» преступление напротив, может быть совершенно одним лицом, исполнителем. Зачастую при упоминании института соучастия (кёхам) инном виде соучастия.

Существуют следующие виды «добровольного соучастия»: соисполнительство, подстрекательство, пособничество, которые рассматриваются в статьях 60, 61, 62 Общей части УК. Сугияма и Вати (правовые источники) считают критерием разделения этих форм «степень» соучастия: «Лицо, совершившее индивидуальное преступное деяние, именуется исполнителем, если же преступление было совершено несколькими участниками, говорится о соучастии. Последнее, в зависимости от степени соучастия, подразделяется на соисполнительство, подстрекательство и пособничество. Как отмечалось выше, Ито рассматривает эти формы как «состав преступления, скорректированные по лицам»

В большинстве статей УК Японии рассматриваются преступления одного исполнителя: «составы преступлений предусмотрены в принципе применительно к реализации преступлений, совершаемой как деяние одного лица»

Согласно статье 60 УК «Соисполнительство состоит в том, что двое и более лиц совместно реализуют преступление. И вместе они – исполнители». Говоря о соисполнительстве выделяют 2 подхода:

1. Теория совместности преступления, согласно которой преступники вместе совершают определенное преступное деяние;  

2. Теория совместности деяний, согласно которой участники преступной группировки, объединившись, совершают каждый свою акцию.

Господствующей является 1 теория.

Существуют следующие условия соисполнительства: субъективные и объективные. Под субъективными подразумевается наличие общего преступного умысла двух и более лиц, а объективный умысел – необходима совместность действий. Судебная практика широко трактует совместность: если был заговор и было поручено действовать одному лицу, ответственность за соисполнительство лежит на всех участниках заговора, согласно одной теории, все они вместе считаются «предметом совместного намерения». Эта категория означает, что даже в случае, когда несколько человек вступили в заговор и только часть из них осуществила реализующее деяние, соисполнительство осуществляется в отношении всех тех, кто участвовал в заговоре. Прецеденты, теоретически обосновывающие это, ссылаются к следующему: в прошлом считалось, что путём заговора формируется субъект совместной воли по типу «одна душа - одна плоть», но практическим деянием совместного субъекта являются реализующие действия лишь части заговора, но позже в решении пленума Верховного суда от 28 мая 1958 года по «делу Нерима» суд признал наличие соисполнительства в заговоре, и на этом основании была применена аналогия с косвенным исполнительством.

Вместе с тем такой род соисполнительства в заговоре имеет отрицательную оценку в научной теории. Этот подход подвергается сильной критике; в научных кругах верх берет противоположный подход, согласно которому простое участие в заговоре образует подстрекательство или пособничество.

На сегодняшний день актуальной проблемой является «проблема косвенного исполнителя, то есть лица, совершившего преступление посредством совершенно не осведомленного третьего лица. Например, врач, приняв решение о убийстве, побуждает ничего не подозревающую медсестру ввести инъекцию, содержащее ядовитое вещество в тело пациента. В данном случае врач совершил реализующее деяние, использовав в качестве орудия медсестру. Таким образом, врач является «косвенным исполнителем преступления убийства».

Так же эти авторы усматривают аналогию с косвенным исполнительством в случае, когда лицо решило совершить преступление во вменяемом состоянии, а уже совершил его доведя себя до состояния невменяемости. К примеру, если преступное деяние совершенно в состоянии опьянения, то оно не может называться деянием и не образует преступления. Однако если лицо приняло решении о преступном деянии до употребления алкоголя и совершило преступление в состоянии опьянения, то оно подпадает под состав преступления. В подобных случаях лицо использует самого себя в качестве орудия и поэтому можно проводить аналогию с косвенным исполнительством.

Согласно статье 61 УК: «Подстрекатель – тот, кто подстрекая какое-либо лицо, побуждает его к совершению преступления. Целью подстрекательства является пробудить в человеке решимость в реализации преступного деяния.

Относительно санкции за него существует 2 теории:

1. Акцессорная теория – подстрекатель наказуем в случае, если лицо, которое он побуждал к совершению преступления реализовало его план.

2. Теория самостоятельного преступления – наказуемо само подстрекательство

Вместе с тем подстрекательство в некоторых случаях наказуемо как самостоятельное преступление. Например, в соответствии с законом о государственных и местных публичных должностных лицах гос. и муниципальный персонал подлежит наказанию, в случае если они призывают людей к забастовкам, саботажу и т.д.

«Пособник – лицо, которое помогало в реализации преступления или каким-либо образом облегчало ее» (статья 62УК). Независимо от формы пособничества оно может совершаться до акции, одновременно с ней. Санкция применяется в случае, если акция реально совершилась, а пособник осознает свои действия. Пособник наказывается мягче, чем исполнитель.

В Японии не приняли идею последующего пособничества. Допустим, укрывательство преступника после совершения акции или уничтожение различны доказательств согласно УК трактуется как самостоятельное преступление.

«Обязательное соучастие» делится на 2 вида: «преступление по типу соединения» и «преступления по типу противоположения».

«Соединение» трактуется как преступление, совершенное двумя и более лиц с одной целью, например, внутреннее восстание (ст. 77 УК) и беспорядки (ст. 106). Наказание в данном случае распределяется по категориям участников: «главари» (смертная казнь или лишение свободы), участники заговора (лишение свободы), лица, выполняющие иные обязанности (лишение свободы от 1 до 10 лет), рядовые участники (лишение свободы до 3 лет).

«Противоположением» называется соучастие, в котором насчитывается от 2 и более лиц, вступивших во встречные связи. В большинстве случаев караются обе стороны, например, многоженство (УК, ст. 184) или взяточничество (ст. 197). В некоторых же случаях наказуема лишь одна сторона, например, продажа непристойных текстов (ст. 175).

Как известно, «обязательный» тип соучастия фигурирует только в Особенной части УК, от чего появляется вопрос: «Применять ли к этой области нормы Общей части относительно «добровольного» типа? Согласно преобладающей точке зрения – не применять, если речь идет о караемых групповых акциях («соединение»). Что же касается «встречных» преступлений («противоположение»), где наказуема лишь одна из сторон, то здесь позиции расходятся. Например, многие считают, что норма о подстрекательстве из Общей части УК применима к покупателю, который склоняет лицо к продаже непристойных текстов. С другой стороны, в одной из коллективных монографий говорится: «Общее понятие «продажи» естественно предполагает покупку или просьбу о покупке; поэтому следует считать объектом санкции только действие продавца и полагать, что нормы Общей части здесь не применимы».