38. Богословие иконы прп. Иоанна Дамаскина

Возможность священного иконописания Дамаскин обосновывает из общего представления об отношении между духовным и вещественным невидимым и видимым, как раскрывается оно для нас в свете Воплощения.

Иконоборчество и для него есть вид докетизма, нечувствие Богочеловеческой тайны. Бог, по чистейшей духовности естества Своего, не-видим, “беспределен” и потому “неописуем” и неизобразим, не имеет действительного образа в вещественном мире. Нужно помнить, что περιγραφή означает сразу и “описание,” и “ограничение.”

Однако, символически во всяком случае и невидимое описуемо в слове. Образ вообще есть “обнаружение и показание скрытого.” И в этом смысле возможно видимое изображение невидимого, “так что телесный образ показывает некое бестелесное и мысленное созерцание.” Таковы были пророческие образы, сама Ветхозаветная Скиния (“образ всея твари,” показанный на горе; срв. у Григория Нисского), Ковчег Завета и херувимы над ним, как предстоящие Богу. Бог являлся в образах в Ветхом Завете. И Авраам, Моисей, Исаия, и все пророки видели образ Бога, а не самое существо Божие. Купина Неопалимая есть образ Богоматери. Этот тип образов символичен.

Отношение между видимым и невидимым существенно изменяется с пришествием Христа. “В древности Бог, бестелесный и не имеющий вида, никогда не изображался,” говорить Дамаскин, и продолжает: “теперь же, когда Бог явился во плоти и жил среди людей, изображаем видимое Бога”... Бог явился и стал видим, а потому изобразим.

Таким образом, для Дамаскина иконописание обосновывается прежде всего в самом факте Евангельской истории, в факте Воплощения Слова, доступном и подлежащем описанию, — “все пиши, — и словом, и красками”... Эти два рода “описания” Дамаскин сближает. “Образ есть напоминание. И что для обученных письменам книга, то для необученных изображение; и что слово для слуха, то икона для зрения, — мы мысленно с ней соединяемся.”

Главная мысль св.Иоанна Дамаскина о св.иконах заключается в выражении “ile timia” - “честная материя”. Все свщенные предметы, не только иконы, которые почитаются в Церкви, почитаются потому что это не просто ile, т.е. “материя”, а ile timia, т.е. “честная материя”. Почему она честная, и что в ней честное? То, что в ней реально присутствует Бог Своими энергиями. Это главная мысль, что присутствуют Божественные энергии, и поэтому мы ради непосредственного присутствия Божия и почитаем их.

Характерная цитата из св.Иоанна Дамаскина: “таковое и подобное этому я почитаю и поклоняюсь всякому храму Божию святому и всему, в чем (или на чем) Бог именуется (т.е. на чем есть имя Божие) не ради природы всего этому, но потому (ou dia ten auton fusin all oti theias energeias eisi doheia), что они суть Божественной энергии приятелища, и через них и в них благоволил Бог спасению нашему совершатися, ибо и ангел, и человек, и всякая материя (kai pasan ulen), которая причастна Божественной энергии, и уготованную для моего спасения, я почитаю и поклоняюсь ради Божественной энергии (dia ten theian energeian).” Это основная богословская мысль св.Иоанна.

Тела христиан почитаются как иконы, ибо они причастны Телу Христову.

Дамаскин различает разные виды поклонения. Прежде всего, служение (κατά λατρείαν), — оно подобает только Богу, но имеет разные типы и степени (рабское поклонение, от любви и восторга, в благодарность и т. д.). Иначе подобает чтить тварные вещи. Во всяком случае, только ради Господа. Так подобает чтить святых, ибо в них почивает Бог. Подобает чтить все, что связано с делом спасения: гора Синай, Назарет, ясли Вифлеемские, св.Гроб, блаженный сад Гефсиманский, — “ибо и они вместилище Божественного действия”... Подобает почитать и друг друга, “как имеющих удел в Боге и созданных по образу Божию”... И такая честь восходит к источнику всякого блага, Богу...