А что же с убранством Мономахова собора? Неужели ничего не осталось?

Ч асто мы восхищаемся большими серебряными лампадами, вывешенными на медных цепях в линию перед резным деревянным иконостасом. Вес каждого такого светильника в среднем составляет полтора килограмма. А все ли знают, что сделаны они из... супового набора, принадлежавшего, по одним сведениям, царю Иоанну IV Грозному, а по другим - Алексею Михайловичу Романову. Одно достоверно известно, что именно царь Алексей Михайлович передал эти лампады Успенскому собору Смоленска после освобождения города от поляков в 1654 году. При этом царь лично участвовал в штурме Смоленска.

Лампад (светильников) было 10, и они вначале украсили древний Мономахов собор, который, несмотря на сильные повреждения при взрыве, уцелел и был частично отреставрирован. После того как этот храм в XVIII веке разобрали и построили ныне действующий собор, лампады перенесли на новое место.

К сожалению, три из них были похищены во время минувших войн, но не вызывает сомнений, что семь оставшихся бесценных шедевров древних мастеров были привезены в Смоленск самим царем. И сегодня они мерцают в полумраке перед образами Спасителя, Успения Пресвятой Богородицы, Рождества Христова, Сретения, преподобного Авраамия и другими иконами.

Соборная гора, на которой находится Успенский собор, – градостроительный ансамбль XII-XVII вв., находится в центре Смоленска и во многом определяет силуэт города. Расположен ансамбль над долиной Днепра на высоком мысу между двумя оврагами, врезанными в береговое плато. Над рельефом местности и ансамблем построек господствует огромное здание Успенского собора.

Ансамбль Соборной горы объединяет комплексы собора и архиерейского двора. В XI - XII вв. здесь находился детинец - политический и религиозный центр города. Ров, вал и деревянная стена отделяют его от остальной застройки. Археологические раскопки открыли в восточной части Соборной горы остатки каменного терема, а к юго-западу от собора - фрагменты каменной церкви. В XV-XVI вв., после разорения Смядыни литовцами детинец стал, главным образом, культовым центром, хотя и производил еще впечатление крепости.

Тайна 2: Кто был архитектором Смоленского Успенского собора в 1732 – 1740 гг.?

Говоря о соборе, трудно не поддаться соблазну подробно остановиться на его архитектурных достоинствах. Задуманный как традиционный для Руси крупный городской собор, он в процессе строительства и переделок обрел черты, характерные для украинского зодчества XVIII века. За годы от закладки собора до его повторного освящения в 1772 году в России сменилось десять правителей – царей, императоров и императриц. Пятеро из них участвовали в строительстве Успенского собора.

Внешний вид собора довольно эклектичен. К массивному четверику с востока примыкают три слабо выраженные абсиды. Окна нижнего яруса оформлены фигурными наличниками с легкомысленными барочными завитками; в завершении фасадов проходят два мощных карниза, нижний из которых прерывается огромными круглыми окнами. Большой и малые шлемовидные купола, увенчанные изящными позолоченными луковичными главками, сдвинутыми к востоку, а главный – западный фасад украшен витиеватым фронтончиком, служащим обрамлением для живописной религиозной композиции.

В этом стремлении к величию и монументальности, с одной стороны, и к пышности и нарядности, с другой, заложена противоречивость впечатления, производимого собором: он поражает своими масштабами и запоминается необычностью внешнего облика.

Почти столетний ход строительства Успенского собора достаточно подробно представлен в «Историческом описании». Но вот парадокс: известны имена архипастырей, собиравших пожертвования, количество пудов железа и «рублей серебра», отпущенных «от казны»; названы те, кто начинал и завершал строительство, перекладывал рухнувшие своды, а имя архитектора, по проекту которого в 1732 – 1740 годах был построен собор, до сих пор некоторыми исследователями считается неизвестным. Попробуем проникнуть в еще одну загадку собора. До сих пор неизвестно, кто же был его главным архитектором в 1732 – 1740 годах. Почему собор строился 63 года, и потребовалось столько переделок (еще 32 года велись работы по перестройке его глав и сводов и устройству огромного резного иконостаса)?

После возвращения Смоленска Москве, была сделана попытка отстроить древний Мономахов собор, но ремонт был признан невозможным. В 1674 году в донесении царю князь Михаил Голицын сообщает, что соборная смоленская церковь так ветха, что служить в ней нельзя. К 13 июля 1675 года здание было окончательно разобрано.

Первоначально строительство было поручено мастеру Евсютке Иванову, но он отказался от работы, но он отказался из-за отсутствия определенных размеров здания и образца, по которому надобно было выполнять возведение церкви.

Благочестивый царь Алексей Михайлович, заботясь о построении православных храмовых церквей в возвращенных от Польши городах, 30 ноября 1676 года прислал Смоленскому архиепископу Симеону IV план для построения Смоленского Успенского собора, который приказано было заложить на месте прежней соборной церкви.

За образец был взят собор в Александровой слободе (ныне город Александров во Владимирской области). Приказ каменных дел поручил строительство Леонтию Костоурову, который вместе с Яковом Шарутиным составил смету строительства. Для ведения строительных работ из Москвы был прислан московский каменных дел подмастерье Алексей Корольков, и 2 августа 1677 года собор был заложен.

В «Нескольких словах к начальной истории Смоленскаго Успенскаго кафедрального собора», составленного дореволюционным исследователем Д.К. Вишневским указывается, что, поскольку в Смоленске составить чертеж будущего собора было некому, из Оружейной палаты был командирован чертежник в Александровскую слободу. Ему предписывалось «учинить размер и чертеж тамошней церкви», которая должна была послужить образцом соборного храма в Смоленске. По этому чертежу, отправленному в приказ княжества Смоленского, собор должен был иметь «в длину с алтарями и папертью 11 саженей (трехаршинных), в ширину 11 саж. и 14 вершков и в вышину 16 саж.». В сентябре 1677 года в том же смоленском приказе Леонтием Костроусовым и Яковом Шариповым была составлена смета на потребное количество материалов.

По какому плану было начато строительство собора, неизвестно. Только не по чертежу, составленному в Оружейной палате, который, по мнению Вишневского, «по забывчивости совсем не присылали в Смоленск».

Строительные работы шли так быстро, что через 1,5 года стены были возведены до круглых окон. За неусыпное попечение в этом деле архиепископа Симеона царь возвел в сан митрополита и пожаловал ему шестерку лошадей.

Но с 1679 года работы по постройке собора должны были приостановить и надолго. Уже в ноябре 1678 года мастер А. Корольков представляем властям роспись, по которой требуется изыскать значительное количество строительных материалов. В ответ на письмо царя Алексея Михайловича было сообщено, что «стены будут толщиною в 11/2 сажени, в длину церковь будет по стене, за исключением алтарей, 19 саженей 2 аршина; в ширину 19 саженей и 11/4 аршина; между стен в длину 16 саженей 1 аршин; в ширину 161/2 сажени; от церковной стены алтарь с его стеною 8 саженей, внутри длиною почти 6 саженей… А каким образом заведена, и на скольких столбах своды и какова будет вышина, - не знаем». Потому что «…чертежа в приказной избе нет: из Москвы не прислан».

Предвидя недостаток материалов, архитектор отменил с дозволения начальства 4-ю стену при иконостасе, поэтому алтарь краями не был сомкнут с капитальным стенами. И, когда стали выше возводить стены, он отделился по всей высоте от северной и южной стен. Архитектор увеличил его размеры, в результате высокие апсиды отошли от основного объема. Вследствие этого последовал указ о прекращении работ.

В 1712 году старанием преосвященного Дорофея работы снова возобновились. При этом, чтобы предотвратить опасность, алтарь был уменьшен в длину на 3 сажени, отчего произошло несоответствие длины и ширины алтаря.

Преосвященный Гедеон, вступив на Смоленскую кафедру в 1728 году, предпринял решительные меры к окончанию строительства собора. В литературе и разного рода путеводителях прочно утвердилось авторство проекта достройки собора за Антоном Ивановичем Шеделем. Это же имя выбито на мраморной доске, закрепленной на фасаде собора. Но при этом самым странным образом имя этого архитектора, создавшего столь грандиозное сооружение в Смоленске, больше нигде не упоминается.

Впервые на Антона Ивановиче Шеделя, как на автора проекта Смоленского Успенского собора, указал С.Д. Ширяев, работавший в послереволюционное время в художественно-архитектурном подотделе Смоленского ГубОНО, а впоследствии возглавлявший губернский музей и губернское музейное управление. В своих «Этюдах по истории архитектуры Смоленска и белорусской Смоленщины» он ссылается на недоступные ныне источники. В архивах смоленской консистории Ширяев обнаружил указание на участие в сооружении собора «архитекта Антона Иванова сына Шеделя», которому, по его мнению, «и следует приписывать проект достройки собора». Он посчитал его сыном «того немецкого архитектора Готфрида Шеделя (Gotfried Schӓdel), приглашенного в 1713 году на русскую службу. Читатель отсылается к «Истории русского искусства» И.Э. Грабаря, где в томе III «Архитектура» есть небольшой раздел, посвященный творчеству работавшего в России немецкого архитектора Готфрида Иоганна Шеделя. Вот только в литературе нет ни одного упоминания о сыне; только о дочери, которая и стала наследницей отца.

О Готфриде Шеделе известно, что в Петербурге он работал на любимца Петра I князя А.Д. Меншикова, построив ему три дворца. В России, как водится, его нарекли на русский манер Иваном Ивановичем Шейденом. До 1730 года Шедель пробыл в Петербурге и после опалы «светлейшего» переехал в Москву, а затем в Киев. Там в 1735 году он перестроил корпус Духовной академии, с 1736 по 1740 год занимался возведением колокольни Киево-Печерской лавры, одновременно принимая участие в строительстве многих киевских церквей. Завершил свой жизненный путь Готфрид Иоганн Шедель в царствование Елизаветы Петровны, превратившись, по словам И.Э. Грабаря, «в украинского помещика».

А вот архитектор Шедель-сын вообще вряд ли существовал. Сам его первооткрыватель Ширяев высказывается на сей счет очень осторожно: «Шедель-отец родился в 1680-х годах, так что переезд в Россию застал его уже в зрелом возрасте. Весьма возможно, что он уже в это время имел сына, который в 30-х годах 18 века мог стать архитектором. Его-то и пригласил Гедеон Вишневский для достройки в Смоленске Успенского собора».

Гораздо более вероятно, что смоленский епископ Гедеон Вишневский, получивший первоначальное свое образование в Киевской духовной академии и выписывавший впоследствии оттуда учителей для основанной им Смоленской духовной семинарии, обратился к самому Готфриду Шеделю, работавшему в то время в Киеве. И известный архитектор вполне мог сделать проект достройки громадной каменной коробки, стоявшей на Соборной горе с 1679 года.

Как же объяснить появление «Антона Иванова сына Шеделя»?

Если обратиться к петербургскому периоду жизни Шеделя-«Шейдена», то переименование Готфрида Иоганна в «Ивана Ивановича» - это, конечно, нелепица. Со временем известный уже архитектор и будущий украинский помещик мог обрести подлинную свою фамилию и сменить менее благозвучное «Иван Иванович» на благородное «Антон Иванов сын» - типично русский оборот того времени – «Шеделя» - выходца из рода Шеделей, а не указание на прямое родство.

Что же было сделано по предложенному проекту?

Был выведен верх собора и увенчан 7-ю главами. Стены и потолки украшены иконною живописью, расписан иконостас и 13 августа 1740 года собор был освящен. Но непрочность собора обнаружилась сразу — опасные трещины появились в сводах и куполах. Было решено тесовую крышу заменить жестяной. Наконец, в 1740году строительство храма, увенчанного семью куполами синего цвета с золотыми звездами, было завершено. Но через 20 лет обрушились центральная и западные главы собора.

К 1760 году, когда Смоленской кафедрой управлял Преосвященный Парфений, большой каменный купол совсем провалился. Тогда, по ходатайству владыки дано было позволение на новую переделку верхних сводов. Императрица Екатерина II пожертвовала на это 11900 рублей, кроме того сам Преосвященный собрал значительные пожертвования — 45 тысяч рублей. На эти деньги. Пр. Парфений не только капитально отремонтировал собор, но и великолепно его украсил. Архитектор Петр Обухов перестроил главы собора. Вместо семи глав было сделано пять. Хотя не было симметрии, устроены они были прочно. Вместо большого каменного купола был сделан деревянный. Под верхними сводами, для их укрепления, были протянуты железные связи и утверждены в подвалах собора.

В 1767-1772 гг. архитектор П. Обухов перестроил его верх, оставив традиционное пятиглавые. В 1772 году собор был окончательно построен и с тех пор никаких изменений в облик собора не вносилось.

По композиции Смоленский Успенский собор повторяет многие древние соборы во имя Успения Божией Матери — пятиглавый, крестово-купольный, кубический с трехчастной апсидой. К северо-восточному углу собора примыкает маленькая ризница.

В декоративном убранстве отмечаются элементы древнерусского зодчества и барокко середины XVIII века. Снаружи гладь стен собора имеет трехчастное деление широкими лопатками, которые сответствуют внутреннему делению помещения. Между лопатками — окна в два яруса: нижние — с арочным завершением; верхние — круглые. Наличники окон украшены элементами барочного стиля — лентами, зубчиками.

Собор имеет три портала — входа. Главный, западный портал с застекленным крыльцом, построенным в 1890 году. Центральная часть западного фасада увенчана небольшим барочным фронтоном с маленькими главками. Стены завершает грузный карниз. Барабаны глав прорезаны окнами. Убранство барабанов — пилястры и фронтончики лучковой формы. Внутреннее пространство собора очень обширно — собор занимает площадь более 2000 кв. метров. Высота стен четверка — 29,7 м. Четыре мощных столба несут своды и делят собор на 3 нефа. На высоте 18,65 м устроены хоры.

У северо-западного угла собора в 1766 - 1772 годах была возведена колокольня, причем нижний ярус включал в себя остатки колокольни XVII века. Постройка имеет шлемообразную кровлю, увенчанную главкой на небольшом барабане. Нижний ярус оформляют 24 колонны тосканского ордера.

К восточной стене колокольни примыкает пристройка для часов. Часы изготовлены в 1795 году смоленским мастером В. Соколовым. При Преосвященном Парфирии архитектором Н. И. Слепцовым была построена в стиле ампир ведущая к собору парадная лестница. У западного угла здания, в усыпальнице в 1983 году был устроен придел в честь Собора смоленских святых.