3. Особенности агогики

Предлагая ученику определённые агогические отклонения от темпа в том или ином произведении, стоит сказать ещё о некоторых особенностях этого явления. Агогика танцевальных ритмов наиболее естественно и наглядно проявляется в танцевальных формах. В непосредственной связи с характером танцевального движения образуются устойчивые ритмоформулы того или иного танца. Агогические оттенки, равно как оттенки артикуляции и динамики, вносят в эти формулы живую конкретность и разнообразие. Например, в вальсе после слегка ускоряемого кружения — момент полета, «заноса» естественно вызывает агогическое замедление. Характерны агогические оттенки приседании и поклонов менуэта. Хореографическая деталь этого танца — реверанс, поклон — находит свое адекватное музыкальное воплощение в плавно слигованной ритмической фигуре, где на сильную долю приходится приседание (момент «отяжеления»), а на слабую — исходное положение (снятие тяжести).

Новое претворение агогического принципа присуще джазовой музыке, в которой звуки мелодии то опережают метрический акцент, то запаздывают — мелодия как бы скользит между метрическими долями, «спасая» импровизационность свободного напевания от жесткого каркаса механического метроритма.

Также, необходимо объяснить стилевые особенности агогики. На протяжении всего периода обучения, учащийся сталкивается с произведениями различных стилей. Играя произведения эпохи барокко, ученик видит и усваивает ее отличительные метроритмические особенности — ритмическую контрастность голосов, зачастую противоречащих друг другу даже в опорных долях; своеобразную акцентуацию, как бы избегающую метрически сильных времен и т.д. Любой обучающийся так или иначе “проходит” сквозь эпоху венского классицизма, ассимилируя в своем слуховом сознании такие ее качества, как четкость и энергичность метроритмической пульсации, динамизм двигательно-моторных, неизменную симметричность временных структур. Исполняя музыку романтиков, молодой музыкант проникает в иные миры ритмо-выразительности, открывая для себя пластичную распевность ритмических узоров, изящество и одновременно эмоциональную наполненность ритмики. Наконец, произведения ХХ века приобщат его к новейшим веяниям в ритмо-творчестве. Одним словом, возможности стилевого ритмического воспитания уникальны по своей широте и универсализму. Зная и анализируя подобные стилевые особенности произведений, мы можем грамотно обозначить необходимые агогические отклонения, которые не пойдут в разрез с замыслом композитора.

4. Заключение

Мельчайшие агогические отклонения, содействующие естественности и выразительности исполнения, мало доступны точным обозначениям и регламентации — в них проявляются в основном индивидуальное ощущение, вкус, эмоциональность исполнителя. Для малоопытного аккомпаниатора эта сторона исполнения представляет наибольшие трудности. Да и опытные мастера ансамбля не руководствуются каким-то «кодексом правил», а воспринимают ритмические отступления солиста преимущественно тонким ощущением его артистических намерений. Такая чуткость, разумеется, является наиважнейшей способностью концертмейстера. Однако с точки зрения методологической и методической весьма полезно дать себе отчет в глубоких закономерностях и разнообразных причинах, которые лежат в основе агогики, перевести данный предмет из области «иррациональных» ощущений в сферу осознания.