2. Межгосударственная (конвенционная) унификация

материального права, регулирующего банковские

обязательства, периода "подъема универсализма"

2.1. Общая характеристика

Международно-правовая унификация периода "подъема универсализма" (за исключением унификации, достигнутой в Конвенции ООН о договорах международной купли-продажи товаров 1980 года) в целом в правовой литературе была охарактеризована как "имеющая относительные успехи" в силу небольшого числа стран, ратифицировавших принятые Конвенции, для документов международной универсальной унификации, а также в силу того что "они регламентируют права и обязанности сторон по договорам, менее распространенным, чем международная купля-продажа товаров" <1>.

--------------------------------

<1> Вилкова Н.Г. Новое в унификации права международных коммерческих контрактов / Право и международные экономические отношения: Сборник статей / Отв. ред. Н.Г. Доронина. М., 2005. С. 207.

В определенной степени это относится к международно-правовым договорам, направленным на регулирование банковских обязательств, отдельные из которых так и не вступили в силу. Вместе с тем принятые в этот период международные правовые акты представляют значительный интерес. В них находят отражение тенденции развития банковской практики, а также предлагаются неординарные решения проблем, являющихся актуальными в международных коммерческих отношениях.

Нельзя не учитывать также то влияние, которое выработанные международно-правовые нормы оказали на региональное унифицированное регулирование, а также на национальное законодательство отдельных стран. Как известно, правовое регулирование финансового лизинга и факторинга в странах СНГ в настоящее время строится на Конвенции "О международном финансовом лизинге" 1988 года и Конвенции "О международном факторинге" 1988 года, положения которых были восприняты в свое время в ГК РФ, Модели ГК для стран СНГ и в гражданских кодексах других стран Содружества.

Конвенция "О международном финансовом лизинге" 1988 года повлияла и на содержание принятой в рамках Содружества Независимых Государств Конвенции о межгосударственном лизинге 1998 года <1>. В Преамбуле к этой Конвенции отмечается, что она "разработана в развитие Договора о создании Экономического союза от 24 сентября 1993 г.", а также "исходя из положений Конвенции УНИДРУА о международном финансовом лизинге от 28 мая 1988 г.", "общепризнанных норм и основ национального законодательства стран" и т.д.

--------------------------------

<1> Содружество. Информационный вестник Совета глав государств и Совета глав правительств СНГ N 3 (30). С. 171 - 185. Конвенция о межгосударственном лизинге была подписана в г. Москве 25 ноября 1998 г. Конвенцию подписали страны - члены СНГ: Армения, Белоруссия, Киргизия, Таджикистан, Украина. С 30 августа 2001 г. она вступила в силу для Белоруссии, Армении, Таджикистана, Киргизии.

Изучение правовых актов межгосударственной унификации "периода универсализации" в области международных банковских обязательств позволяет выявить некоторые закономерности в регулировании различных по своему содержанию отношений.

Во-первых, унификация правовых норм в банковской сфере в целом проводилась в соответствии с общими тенденциями, свойственными этому периоду. В правовой литературе, посвященной унификации договорного права в международном обороте, отмечалось в качестве одной из особенностей данного этапа явное воздействие на формирование положений различных международных договоров в области предпринимательской деятельности Конвенции ООН о договорах международной купли-продажи товаров 1980 года (далее - Венская конвенция).

Так, подчеркивая значение Венской конвенции для развития международных коммерческих отношений, Н.Г. Вилкова отмечает, что Конвенция явилась "отправной точкой, образцом для последующих конвенций". Применительно к Конвенции о международном финансовом лизинге 1988 года и Конвенции о международном факторинге 1988 года, сфера действия которых тесно соприкасается с отношениями, вытекающими из международной купли-продажи, ею было замечено, что "в целом все конвенции, унифицировавшие материально-правовые нормы как договора международной купли-продажи товаров, так и связанных с ним договоров международного финансового лизинга, факторинга и посредничества, составляют комплексное регулирование" <1>.

--------------------------------

<1> Вилкова Н.Г. Договорное право в международном обороте. М., 2004. С. 171.

Впервые включенные в Венскую конвенцию ее положения были восприняты в конвенциях, принятых в сфере банковской деятельности. Так, в ст. 1 Венской конвенции предусмотрены два случая ее применения: первый - когда коммерческие предприятия продавца и покупателя находятся в разных государствах, являющихся договаривающимися государствами, второй - когда согласно нормам международного частного права применимо право договаривающегося государства.

Данный подход, определяющий сферу применения Конвенции, исходя из двух критериев, получил отражение, соответственно, в Конвенции о международном финансовом лизинге 1988 года и в Конвенции о международном факторинге 1988 года, а также в Конвенции ООН о независимых гарантиях и резервных аккредитивах 1995 года.

Вслед за Венской конвенцией, закрепившей в ст. 6 положение о ее диспозитивном характере, предусматривающей, что стороны могут исключить применение Конвенции, подобное положение было включено в вышеупомянутые Конвенции.

Общим является также включение в них правила о толковании предписаний Конвенции с учетом их международного характера и необходимости содействовать достижению единообразия в их применении и соблюдению добросовестности в международной торговле и т.д.

Во-вторых, "подъем универсализма", сопровождающийся множественностью международно-правовых актов в сфере банковской деятельности, в том числе направленных на регулирование сходных отношений, вызвал необходимость преодоления потенциальных конфликтов между универсальными, региональными и двусторонними конвенциями. Это способствовало включению в конвенции специальных положений о соотношении содержащихся в них норм с другими конвенциями.

Например, в Конвенции ООН об уступке дебиторской задолженности в международной торговле 2001 года содержится положение, согласно которому она не имеет преимущественной силы по отношению к "любому международному соглашению, которое уже заключено или может быть заключено и которое прямо регулирует сделки, которые в противном случае регулировались бы настоящей Конвенцией" (п. 1 ст. 38). Вместе с тем относительно Конвенции УНИДРУА о международном факторинге 1988 года особо предусматривается, что Конвенция ООН об уступке дебиторской задолженности в международной торговле 2001 года имеет преимущественную силу (п. 2 ст. 38).

В Кейптаунской конвенции 2001 года решен вопрос о ее соотношении с другими конвенциями исходя из особого характера содержащихся в ней норм, позволяющих рассматривать ее в качестве своего рода правового акта "специального регулирования" (lex specialis). При этом признается "преимущественная сила" Кейптаунской конвенции 2001 года по отношению к Конвенции ООН об уступке дебиторской задолженности в международной торговле 2001 года в той ее части, которая относится к уступке дебиторской задолженности (ст. 45 bis).

В соответствии со ст. 46 этой же Конвенции и ст. XXV Протокола об авиационном оборудовании установлено, что данные международные документы заменяют Конвенцию УНИДРУА о международном финансовом лизинге 1988 года в части, касающейся авиационных объектов и т.д.

В-третьих, в конвенциях рассматриваемого периода в ряде случаев используются приемы, свойственные частноправовой унификации. Коммерческим организациям стран, участвующих в соответствующей конвенции, предоставляется право самим решить, подчинить ли их отношения межгосударственной договоренности либо подлежащему применению праву. Подобного рода положения, названные в правовой доктрине как "условия добровольного подчинения", содержатся в Конвенции ООН о международных переводных векселях и международных простых векселях 1988 года, а также в Конвенции ООН о независимых гарантиях и резервных аккредитивах 1995 года.

В-четвертых, в сфере международных банковских обязательств наряду с использованием подходов, содержащихся в отдельных правовых системах, унификация достигалась путем создания норм наднационального характера, предусматривающих специально разработанные и ранее не известные правовые механизмы, направленные на привлечение финансирования в производственную и торговую сферы, а также стимулирование развития соответствующих международных банковских отношений.

В этом аспекте представляет интерес практически каждая из международных конвенций, принятых в банковской сфере в период "подъема универсализма".