2.12. Римская элегия
Возникновение римской элегии относится к 40–30 годам I века, когда еще Вергилий углублял в своих эклогах изображение чувственной стороны любви. Маска влюбленного поэта – своеобразная попытка уйти от всех проблем действительности – служила для выражения неудовлетворенности новыми порядками периода крушения республики. Основоположником римской элегии был Гай Корнелий Галл , школьный товарищ императора Августа. Позднее, попав в немилость, он покончил жизнь самоубийством. Критика находила стиль Галла чересчур жестким. Другим мастером элегического жанра был Тибулл (родился, вероятно, в 50-х годах до н.э.). Тибулл одно время воевал в Аквитании, даже получил награды за храбрость. Умер поэт в 19 году до н.э. На основании его элегий складывается совершенно иной образ по сравнению с тем, который рисуется на основании скудных биографических сведений. Поэт изображает себя более бедным и менее воинственным, чем, видимо, был на самом деле. В своих элегиях Тибулл уходит от действительности в область мечтаний, ему грезится тихая сельская жизнь как некий рай, далекий от всех забот и тревог. Идеал поэта – бездеятельная жизнь при малом достатке, безразличие к славе и почестям – в общем, удел воина, соперника молодых влюбленных.
Лоуренс Альма-Тадема «Тибулл у Делии»
В противоположность меланхолическому Тибуллу Секст Проперций (родился около 40 – умер после 15 г. до н.э.) предстает бурным и темпераментным поэтом. О его жизни известно лишь то, что он сам сообщил о себе: родился в Умбрии, рано потерял отца, семья его пострадала при наделении ветеранов земельными участками. У Проперция были родственники среди римских аристократов. Первый его сборник «Кинфия » вышел в свет до издания книг Тибулла. Кинфия – псевдоним некой дамы, которая представляется первой, единственной и вечной любовью поэта.
Секст Проперций
Любовь к недоступной, своевольной Кинфии изображается как чувство, захватившее поэта целиком. Проперций очень тщательно построил свой сборник: стихи или располагаются по принципу контраста, или образуют малые циклы.
Во второй книге своих элегий конца 20-х годов поэт продолжает тему Кинфии. Тон трагической патетики в этом сборнике еще более усилен. Поскольку поэт попал в кружок Мецената, в стихах содержатся почтительные упоминания об императоре Августе. Третья книга (около 22 года) написана явно под влиянием од Горация и содержит «ученые» элегические стихотворения о праздниках и обрядах и заканчивается резким отказом от любви к Кинфии и от любовной поэзии. В отличие от большинства современных ему поэтов Проперций с каждым новым сборником все более усложняет свой стиль, он ломает рамки привычного синтаксиса, а порой так нарушает логические связи, что издатели порой колеблются в определении рамок его произведений. Все это делало Проперция автором малодоступным, и простая публика предпочитала изящные и гармоничные стихи Тибулла.
2.13. Публий Овидий Назон
Публий Овидий Назон (43 г. до н.э. – 18 г. н.э.) – завершитель и разрушитель римской элегии.
В «Скорбных стихотворениях », написанных во время изгнания, Овидий рассказывает нам о своей жизни. Родился он 20 марта 43 года в городишке Сульмоне и принадлежал к сословию всадников. Отец готовил Овидия и его вскоре умершего брата к адвокатской деятельности и большим государственным должностям: еще детьми он отправил братьев в Рим учиться красноречию. По словам Сенеки Старшего, Овидий считался хорошим декламатором, но ощущал проблемы с логикой и убедительностью – главными достоинствами юридического красноречия; его декламации производили впечатление «стихотворений в прозе».
Завершив образование поездкой в Грецию, Овидий возвращается в Рим для начала должностной карьеры, но, пройдя лишь низшие ступени судебных и полицейских должностей, отказывается от карьеры адвоката. Его, предпочитавшего сенатским должностям литературу и дружеские пирушки, жизнь независимого и самостоятельного человека прельщала гораздо больше. Он поддерживал связи с кружком Мецената (особенно с Проперцием).
В литературной деятельности Овидия можно различить несколько этапов: любовная поэзия, «учено-мифологическая» поэзия и, наконец, стихи периода изгнания.
Публий Овидий Назон на итальянской фреске XV века
Вообще писать стихи Овидий начал очень рано, и из его любовных элегий, которыми он дебютировал, впоследствии составилось 5 книг. До нас дошел сборник «Любовные стихотворения » (Amores) в трех книгах (он представляет собой сокращенное издание, подготовленное самим автором). По традиции, сборник имеет свою героиню – Овидий назвал ее Коринной, по имени древней поэтессы, писавшей сказания на языке своей родины Беотии. Элегии Овидия, по большей части, представляли собой перепевы Катулла, Проперция и др., и носили бы чисто ученический характер вместе со своими традиционными мотивами и наставлениями, если бы не иное отношение к действительности и литературному материалу. Овидий, выросший уже в атмосфере империи, упоенный славой и блеском великого Рима, не знает того чувства неудовлетворенности, которое было присуще его предшественникам. Он даже поздравляет себя, что «родился теперь». «Влюбленный» поэт выступает уже не на фоне сельской идиллии, а в обстановке светской жизни Рима и римской улицы. Он не претендует, как Тибулл и Проперций, на изображение серьезного чувства, он считает себя «шутливым певцом любовной неги».
Пикассо замечательно иллюстрировал «Метаморфозы» Овидия
Кроме того, наблюдается еще одно отличие Овидия от его предшественников: он переносит в поэзию принципы декламации, риторики, что выражалось в бесконечных повторах и вариациях одной и той же темы. Элегия в 46 строк построена на мысли, что влюбленный – это воин на службе Амура, и мысль, прозвучавшая в первой же строке, затем развертывается в многочисленных сравнениях.
Несмотря на «игривое» отношение к литературному материалу, Овидий не противопоставляет себя предшественникам, наоборот, он использует и продолжает их темы, мысли, цитирует и расточает похвалы всем, без различия направлений. Так, одно из лучших стихотворений – элегия на смерть Тибулла. К литературным достоинствам его «Любовных стихотворений», без сомнения, следует отнести легкость и гладкость стиха, остроумие и живость, тонкость психологических наблюдений, но есть и недостатки, отличающие впоследствии и все остальные произведения Овидия: незначительность содержания, отсутствие чувства меры, самовлюбленность автора.
В сборнике «Героини » («Послания ») Овидий отказывается от традиционной маски влюбленного поэта – сборник представляет собой серию писем мифологических героинь находящимся в разлуке с ними мужьям. Пенелопа и Федра, Медея и Брисеида, Дидона – эти имена пишущих своим мужьям героинь вам уже известны – все они по – разному переживают свои чувства: страсть и мстительность, жажда встречи и легкая печаль окрашивают строки Овидия. Вскоре после выхода в свет этого сборника появляются многочисленные подражания Овидию. Сам же автор позже присоединяет сюда еще три послания, среди которых наиболее известны послание – ответ Парису Елены и письма Геро и Леандра (Леандр, влюбленный в прекрасную девушку Геро, каждую ночь переплывает Геллеспонт32, чтобы увидеть возлюбленную, и однажды во время бури погибает…).
Нам известно, что в это время Овидий создает трагедию «Медея », к сожалению, не дошедшую до нашего времени.
В 1 г. до н.э. – 1 г. н.э. Овидий создает «Науку любви » – пародийно – дидактическую поэму в форме элегии, состоящую из трех частей: «нахождение» предмета любви, средства и способы добиться любви, способы «удержания» любви. Изложено все это чрезвычайно эффектным языком и оживлено мифологическими цитатами, бытовыми сценками и пр.
В таком же шутливом тоне составлена и поэма на совершенно противоположную тему – «Лекарство от любви »: это средства помочь тому, чья любовь безнадежна.
В начале нашей эры мы находим Овидия работающим сразу над двумя произведениями «учеными» поэмами типа каталогов: «Метаморфозы » («Превращения ») и «Фасты » («Месяцеслов »).
«Метаморфозы» – поэма, написанная гекзаметром и состоящая из 15 книг, содержит свыше двухсот сказаний, заканчивающихся превращениями. Овидий задумал создать единое целое, «непрерывную поэму». Речь в поэме начинается с сотворения мира, превращения хаоса в вечность, и тянется до превращения Юлия Цезаря в комету. Требовалось большое мастерство автора и искусство композиции, тем более что Овидий стремился к пестроте и разнообразию повествования. Наибольшую трудность вызывало изображения самого финала сказаний, самого акта метаморфозы, превращения, с чем, надо сказать, Овидий успешно справился. Автор легко чередует грустные и веселые сцены, ставит рядом рассказы разной величины, идиллическое описание соседствует со сценами боев и т.д. Наиболее известны сказания Овидия о превращении Дафны в лавровое дерево (кн. I), о Фаэтоне, сыне Солнца, попросившем у отца колесницу и чуть не сжегшем землю (кн. II), о несчастной любви Пирама и Фисбы, о Ниобе, гордящейся детьми, о несчастном полете Дедала и Икара, о любви Орфея и Эвридики.
Поэма «Фасты » посвящена латинским мифам, сказаниям, связанным с римскими праздниками. Овидий собирался посвятить эту поэму, где в качестве связующей нити использовался римский календарь, императору Августу. Из этой поэмы наиболее известна история о насилии, совершенном царем Тарквинием над целомудренной Лукрецией (сюжет позднее использован Шекспиром в одной из его первых поэм).
Овидий почти закончил «Метаморфозы» и довел до середины «Фасты», как был сослан в конце 8 года н.э. на окраину империи, на берег Черного моря в город Томис (современная Констанца), по неизвестным нам сегодня причинам. Возможно, поэту вменялась в вину «безнравственность поэмы «Наука любви», направленной против основ семейной жизни, но, видимо, была и какая-то главная причина, о которой поэт туманно говорит в поздних произведениях. Ссылка была для Овидия катастрофой – он сжигает рукопись «Метаморфоз», и поэма становится нам известной только благодаря копиям, сохранившимся у друзей опального поэта (история так часто повторяется…).
Во время долгого пути в Томис Овидий составляет первую из четырех книг «Скорбных посланий ». В последнем стихотворении 4 книги Овидий и рассказывает нам о своей жизни. А.С. Пушкин считал «Tristia » («Скорбные послания») выше всего, написанного Овидием.
В 12–16 годах появляются четыре книги «Понтийских посланий », где Овидий прямо называет своих адресатов. Кстати, в книге иногда проскальзывают и бодрые ноты, автор вроде освоился со скорбным положением и принимает знаки почета от окружающих.
Незадолго до смерти Августа (14 год) у Овидия появляются надежды на возвращение: он пытался привлечь к себе внимание императора Тиберия и его племянника Германика, стал даже перерабатывать «Фасты», чтобы посвятить их новым покровителям, но не успел и скончался в изгнании в 18 году.
Да, Овидий уступал многим из своих предшественников и современников в глубине и оригинальности творчества, но был самым замечательным мастером легкой формы. Его «Метаморфозы» в средние века называли «языческой библией», а «Любовные стихотворения» и «Наука любви» были учебниками трубадуров; подобно Вергилию, он стал героем многочисленных легенд.
Со времени Возрождения еще ни один писатель столько раз не переводился, никто не знал такого количества переделок и переработок, заимствований и цитирований, подражаний и плагиата. В русской литературе образ Овидия навсегда останется связанным с отправленным в ссылку на юг А.С. Пушкиным.